Снег медленно падал, будто ленивом танце.

Дворец уже готовился ко сну, а королевский сад был безлюдным и белым — как чистый лист, по которому никто не захотел рисовать.

И в этом беззвучном снежном мире маленькая девочка в шерстяной накидке, стояла у замёрзшего фонтана, и наблюдала за падающим снегом.

При дворце было множество знатных детей но девочка чувствовала только одиночество.

Дети не звали её играть, не хотели говорить и даже не смотрели на неё. Слуги быстро проходили мимо с опущенными взглядами, не смея смотреть на девочку.

Каждый день она всё это видела и ей становилось всё больнее.

Единственные кто был с ней добр это отец и старший брат.

Брат старался гулять с ней, но у него было много своих дел.

— Не подходи к ней, — прошептал однажды мальчик с золотой заколкой.

— Говорят, ночью она может превратиться чудовище, — прошептала другая девочка.

Эли всегда слышала эти разговоры, но ничего не могла сделать ведь она и правда была проклята.

День за днем она сидела возле фонтана и рисовала пальцами по льду, наблюдала за танцами снежинок, как будто это были её друзья.

Проходившие мимо люди просто не замечали её.

Она любила зиму, ведь только в это время девочка могла слепить себе друга.

Каждый год был похож на прошлый, пока однажды к ней не подошел мальчик.

— Привет, ты наверное замерзла, держи, — сказал он, протягивая большую чашку, из которой шел пар.

Эли подняла голову.

Он показался ей странным: снежинки налипли на брови, щёки покраснели от мороза, пальцы были в мелких царапинах, а шарф — длинный, смешной, тянулся почти до земли.

Прекрасное звёздное небо раскинулось над лесом.

Мириады звёзд сверкали, словно живые светлячки, рассыпанные по бархатной ткани.

С каждой секундой их сияние становилось ярче — будто само небо затаило дыхание в ожидании.

Лес был тихим, лишь слабый ночной ветер шевелил кроны деревьев, да издалека доносились пьяные выкрики.

— Где ты... — едва слышно прошептала Эли, сжав пальцами край плаща.

Эли затаилась у границы лагеря, скрываясь за кустами.

Наёмники, разбросанные у костров, были расслаблены и беспечны.

Они пили и жрали мясо, кто-то спал, прислонившись к бочонку.

Другой с важным видом хвастался свежим шрамом, громко ржал и хлопал собутыльников по плечам.

С каждым вдохом, волнение Эли нарастало, её нервы были натянуты как струна.

Лес затаился и девушка чувствовала это кожей. Внутри неё нарастал жар, но несмотря на волнение её взгляд был холоден.

Вдруг из глубин пещеры — рванул ужасающий поток энергии.

Настолько мощный, что даже воздух дрогнул, он пронёсся по лесу.

Эли вскочила, в одно движение удобно взяла копьё, и её глаза сузились.

— Син... — произнесла Эли, её голос был ледяным.

Девушка сорвалась с места, листья и трава под её ногами не издали ни звука.

Эли влетела в лагерь, как молния.

Один из наёмников даже не успел обернуться — острие копья уже пробило его горло, заставив его захрипеть, булькающая кровь полилась изо рта, и он упал в костёр, пламя с легким шипением поглотило его тело.

— Что за… — крикнул парень.

Ночная тьма быстро сгущалась, окутывая лес.

Вскоре в лагере наёмников вспыхнули костры, отбрасывая пляшущие тени на деревья.

Воздух наполнился запахом жареного мяса, смешиваясь с горьковатым ароматом дешевого алкоголя.

Наёмники громко смеялись, переговариваясь и обсуждая дальнейшие планы, будто происходящее было для них обычным делом.

Син и Эли лежали в высокой траве, наблюдая за лагерем уже несколько часов.

На первый взгляд, ничего полезного выяснить не удалось — охрана не ослабла, а разговоры в основном сводились к грубым шуткам и удачной сделке.

Син устало выдохнул, чувствуя, как напряжение накапливается в мышцах.

Ему начинало казаться, что просто сидеть в засаде — это пустая трата времени.

— Давай я схожу на разведку, — наконец предложил он, приподнявшись на локтях.

Эли тут же повернулась к нему, и в её глазах мелькнула тревога.

— Это слишком опасно, — возразила она, невольно понижая голос. — Если тебя заметят…

— Не заметят, — уверенно ответил Син, но девушка всё ещё смотрела на него с сомнением.

— Тогда пойдём вместе, — предложила она, пытаясь скрыть беспокойство за спокойным тоном.

Син взглянул на неё и после секундного колебания покачал головой.

— Нет. С этой штукой можно забыть о незаметности, — он кивнул в сторону копья, которое лежало рядом.

Эли нахмурилась, но ничего не сказала.

— Я думаю, тебе лучше прикрывать меня отсюда, — продолжил он. — В лагере полно людей, и если меня зажмут в пещере, выбраться будет очень сложно.

Девушка сжала древко копья, обдумывая его слова, а затем медленно кивнула.