Emerold 

Привет всем читателям! Предполагалось, что здесь будет опубликована ещё одна глава, но вместо этого пока только вот такой небольшой новостной пост, чтобы не теряли. Ну и заодно опрос, раз уж занял ваше время.

Вкратце, новость в том, что новостей нет. Сперва думал накидать здесь о будущих планах, но с основной занятостью понял, что это будет глупой затеей. Лучше приятно удивлю вас, выложив сразу несколько глав. Держите за меня кулачки!

А теперь к опросу. Насколько я понимаю, большинство читает с телефонов, но все сайты на это уже и так приспособлены, так что длинное полотно в любом случае не должно вызывать проблем с чтением. Но учитывая как всё в нашу электронную эпоху скоротечно и непостоянно, то встал вопрос - как много из вас хранит свою личную библиотеку? Этот опрос именно для таких лиц. Так как везде всё публикуется по-разному, то лично у меня накопились работы в самых разных вариантах и порой приходится потратить уйму времени, чтобы привести "библиотеку" к одному формату. *Смотрит в сторону ещё неразобранных гигабайтов книг*. И вот, чтобы упростить вам работу, ну и заодно себе не создать лишней, мне хочется узнать, требуется ли выкладывать перевод в дополнительных форматах, и если "да", то в каких. Учитывая, что я пользуюсь только парой основных форматов, то пока опрос будет только про них, но если есть и другие популярные, пишите в комментариях!

Примерно месяц прошёл с того момента, как Хадзиме и остальные вернулись с Тортуса. Это был прохладный ноябрьский полдень.

– Всё совсем не поменялось, – раздался совершенно безвольный голос. Это была Айко. Она лениво сидела на крыльце своего дома, одетая в заметно изношенную синюю спортивную форму, раскинув ноги в стороны и степенно болтая ими, не утруждая себя даже тем, чтобы закрыть рот.

На форме был небольшой ярлык с её именем и номером класса, из чего можно было понять, что это было её формой ещё со средней школы. Это было действительно печально, во многих смыслах. И потому что она до сих пор носила форму со средней школы, и что она до сих пор ей подходила.

Она точно не захотела бы показывать эту свою сторону своим ученикам, и уж тем более парню.

К счастью для неё, никого из них здесь не было.

– Единственное, что поменялось, так это то, что после двадцати лет издевательств мамин велик наконец-то сдался, – пробубнила Айко, глядя на знакомый задний двор. Тут был небольшой каменный забор, из трещин в котором местами торчали сорняки, сушилка для белья и ржавая стальная бочка непонятного назначения. Приставленным к стене стоял велосипед с проколотыми шинами и порванной цепью. Это был ностальгический задний двор, который Айко видела, пока росла в доме родителей.

До недавнего времени она отчаянно сражалась на поле боя, которое было вполне возможно назвать таким же смертоносным, как пережитое на Тортусе. Однако действиями Хадзиме вся эта суматоха была добровольно-принудительно завершена, все вопросы, необходимые для восстановления на работе и начала занятий, были пока улажены, так что в данный момент она просто ждала, пока начальство закончит всё одобрять.

Теперь, когда она наконец-то заполучила свободное время, она решила посетить родителей, живущих в сельской местности. Но провалявшись здесь несколько дней, Айко пришла к осознанию, что так долго постоянно была чем-то занята, что теперь даже не знает, что ей делать со всем свободным временем.

– Интересно, чем сейчас занят Хадзиме-кун… – отсутствующе прошептала Айко, вслед за чем покраснела и закрыла лицо руками, осознав, что только что сказала.

Кстати говоря, сейчас она уже третий день пребывала в доме родителей, и произносила эти самые слова уже несколько десятков раз.

«Я должна быть учителем! И Хадзиме-кун – мой ученик… Хотя, наверное, уже поздновато об этом думать».

За день до того, как Хадзиме принялся радикально перестраивать домовладение Нагумо, он с каменным лицом шёл утром по жилому району, расположенному рядом с рекой. Он не был в плохом настроении, но его шаги были тяжёлыми от размышлений о пункте назначения. Хотя в прошлом не раз посещал это место, он понимал, что этот визит принесёт целый ураган проблем.

– Проще было в лабиринт войти, чем сюда. Ну ладно, я всё равно не могу ничего сделать, кроме как принять происходящее.

Напряжённо улыбаясь, Хадзиме хлопнул себя по щекам и прошёл дальше. Так или иначе, он обязан был преодолеть это испытание, если хотел заполучить желанное будущее.

Он прошёлся по жилому району, двигаясь к дому, окружённому величественным высоким забором, уходящим вдаль. Затем он шёл вдоль этого забора, пока не достиг внушительных тяжёлых двойных деревянных ворот, ведущих внутрь.

Они были открыты настежь, демонстрируя огромный участок и большой дом в японском стиле, настоящий особняк. Он обладал давящей аурой истории, заставляющей инстинктивно выпрямиться. На табличке было написано «Яэгаши». На ещё одной большой табличке над воротами было написано «Додзе Стиля Яэгаши».

На ламинированном плакате рядом с воротами была карта всей территории, на которой чётко было показано, где находятся помещения для занятий кендо, и информация о занятиях. Как ни странно, одно только наличие этой карты делало всё это место куда гостеприимнее.

Это, разумеется, был дом, в котором жила Шизуку. Он уже связался с её семьёй и сообщил о желании посетить их, на что они сообщили ему, что он может прийти в любое время и смело сразу заходить. Однако, несмотря на это у Хадзиме было странное чувство, что его настигнет опасность, только он переступит через врата. Так что вместо этого он нажал на кнопку домофона, которая была расположена на одном из столбов врат.

– Кто там? – почти сразу ответил мягкий женский голос, словно поджидал. Он его узнал. Хадзиме, разумеется, уже встретился с семьёй Шизуку на большом семейном собрании, но по разным причинам он посещал дом Шизуку куда чаще домов остальных.

Женщиной, ответившей на звонок, была Кирино Яэгаши, мать Шизуку.

– Это Хадзиме Нагумо.

– Ара, ты как раз вовремя, Хадзиме-сан. Заходи. Я же уже говорила, что тебе не нужно звонить, или ты забыл?

Седан популярной иностранной марки нёсся по шоссе вдоль побережья, излучая стремительность и элегантность. Все четыре окна были опущены, чтобы впустить свежий океанский бриз.

– Сколько бы раз я не проезжал по этому шоссе, это всегда невероятно приятно, – внезапно несколько преувеличенно произнёс водитель, которому было около сорока пяти лет. Его волосы, слегка зачёсанные назад, без единого седого волоска, развевались от ветра, и, несмотря на возраст, он выглядел очень обаятельно и настолько молодо, что его можно было легко принять за тридцатилетнего.

Этим человеком был Томоичи Ширасаки, отец Каори.

– Хе-хе, действительно приятно, – с улыбкой кивнула ему женщина, сидящая на переднем сидении. Это была Каоруко Ширасаки, мать Каори.

Они были настолько похожи, что было очевидно – Каори будет выглядеть прямо как её мать, когда станет постарше. Как и Томоичи, Каоруко выглядела совсем не на свои сорок с лишним лет.

– Т-Тоже так считаешь, Каори? – спросил Томоичи, глядя на дочь через зеркало заднего вида. Он постоянно так оглядывался назад, к большому огорчению своей жены, которая хотела, чтобы он сконцентрировался на дороге.

Но Каори в ответ лишь промолчала. Она была одета в белое платье и плотный кардиган. Ноги вместе, а ладони аккуратно покоятся на коленях – она выглядела прямо как дочь благородной семьи.

Её образ неотрывно смотрящей в окно на океан с развевающимися от ветра волосами, был настолько живописным, что это можно было запросто принять за сцену из фильма. Однако выражение её лица портило этот идеальный образ. Ведь не то чтобы она не услышала своего отца – она откровенно игнорировала его. Это было очевидно по её хмурому лицу.

Томоичи прокашлялся и вновь попытался привлечь внимание своей дочери, тогда как его жена наблюдала за его потугами с улыбкой на лице.

– Всегда хотелось купить домик у океана. Может перееде…

– Исключено, – сказала Каори, как отрезала, и Томоичи негромко простонал. Тем не менее, как отец, он отказывался сдаваться.

– Н-Ну, раньше ты сама постоянно жаловалась, что не хочешь возвращаться отсюда. К тому же так ты сможешь жить рядом с сестрёнкой Сакурой. Как думаешь?..

Как и ожидалось, алхимическая трансмутация – тот самый верх техники творения, при помощи которой одолели бога – привела в крайний восторг Сю и Сумире при виде того, что за счёт неё смогли сделать с их подвалом.

От их бесконечных потоков похвалы и общей атмосферы Хадзиме «немного» занесло, а поскольку Юэ и остальные не знали, что считается нормальным для обычного японского дома, они не стали даже пытаться его останавливать.

Так что в каком-то смысле было неизбежно, что по итогу Хадзиме создал огромное подземное строение, которое было намного больше участка, на котором располагался дом Нагумо, ещё и глубиной в пять этажей. Но войти сюда можно было только при помощи телепорта, поскольку расположено оно было на глубине больше пятидесяти метров, вдали от всяческих коммуникаций.

В итоге, Хадзиме сделал себе новую спальню и мастерскую, ещё одну мастерскую для родителей, тренажёрный зал (вместе с тиром), игровую, домашний кинотеатр, свободно модифицируемое ядерное убежище (кульминация нездорового возбуждения человека, не спавшего три дня подряд), новый выставочный зал для всяческих хобби, полноценная библиотека и т.д.

Никто из соседей даже не догадывался, что всего за одну ночь огромное количество помещений появилось под их домами.

Следующим утром после окончания своей незаконной строительной деятельности, Хадзиме принялся оценивать свои труды.

– Кажется, я слегка перестарался… – произнёс он, сидя на диване в гостиной, и уставился на изображение всех построенных комнат. – И в итоге, я по-прежнему остаюсь в своей старой комнате…

Всё так. После окончания обсуждения Хадзиме в итоге решил остаться в своей старой комнате на втором этаже. Юэ и остальные настаивали, что если Хадзиме переедет под землю, то и они будут спать там вместе с ним. И если бы они на такое пошли, то все комнаты на втором этаже остались бы совершенно незадействованными, лишая всякого смысла задуманное Хадзиме строительство.

– Уфу-фу, разве с этим есть какие-то проблемы? – спросила Ремия с улыбкой, входя и в гостиную.

– Тебе недоволен, что мы будет жить по соседству, папа? – спросила Мью, входя следом за матерью. После этого она тут же запрыгнула к нему на колени. Судя по её надутым щёкам, недовольной тут была она.

Хадзиме потыкал в надутые ею щёчки, сдувая их, и покачал головой.

– Папа, мама, я вернулся.

– С возвращением, Хадзиме!

В эту ночь, полную эмоций, когда Хадзиме вернулся домой, Сумире и Сю обнимали его настолько крепко, насколько это возможно, стараясь убедиться, что он настоящий и действительно стоит за порогом дома. Через некоторое время они поторопили его внутрь… заметив, как соседка из дома напротив уставилась на них из щели между шторами с широко раскрытыми глазами от потрясения. Самый настоящий момент «она застукала нас с поличным!».

Хадзиме был знаком с этой соседкой, так что раздумывал над тем, чтобы улыбнуться ей и кивнуть, но в итоге отказался от этой мысли, ведь он всё-таки отсутствовал уже больше года. Он не хотел поднимать шум, так что сделал вид, что ничего не заметил, и послушно последовал за родителями в их общий дом.

Однако больше всего повлияло то, что сейчас, когда они наконец-то воссоединились, он хотел как можно больше времени провести с родителями. Кроме того, он соскучился по своему родному дому. Он отсутствовал всего год, но этот год казался ему длинной в целую жизнь.

Пройдя через фойе, он невольно провёл рукой по украшениям, старым царапинам и пятнам на обоях. Знакомый запах дома заставил слёзы выступить у него на глазах.

– Эй, чего там встал? Уже забыл, где у нас гостиная?

– Конечно, нет, пап.

Хадзиме невольно улыбнулся от лёгкого подтрунивания своего отца.

Хотя Сумире всё ещё не могла сдержать слёз и выглядела неспособной внятно говорить, но обычно оба родителя Хадзиме были жизнерадостными людьми, которые постоянно отпускали шутки и клишированные фразы прямиком из манги.

Пусть сейчас они и выглядели исхудавшими и постаревшими, но их характер ни в чём не изменился.

Хадзиме был настолько невероятно счастлив снова их увидеть, что едва сдерживал эмоции. Он прошёл через открытую дверь и оглядел знакомую гостиную. От одного этого он ощутил, как ком подкатывает к горлу, как вдруг…

– О… это же?.. – перехватило дыхание у Хадзиме, когда он увидел вырезки из газет и листовки о пропавших детях, которыми был усеян обеденный стол. Он заприметил страницы с объявлениями о поиске, открытые на ноутбуках матери и отца, и тут же понял, что они никогда не сдавались, ни на минуту. Он мог представить, насколько тяжело им должно быть было продолжать поиски.

«Не шевельнуться. Тяжело дышать. Неужели мысли так путаются от нехватки кислорода…» – пронеслось в голове Хадзиме.

«Это не к добру… таким темпом…» – ощутил Хадзиме отдалённое ощущение опасности. Уже угасавшее сознание в один миг прояснилось.

– Нмх?! – издал он, попытавшись открыть глаза.

Тем не менее, ничего кроме тьмы увидеть он не смог. Он попытался вдохнуть глубже, но нечто закрывало всё его лицо. Он хотел попытаться стряхнуть это руками, но обнаружил, что обе его руки сковали чем-то мягким.

Его замешательство продлилось лишь долю секунды, после чего его разум тут же переключился в боевой режим…

– М-м-м-н…

Услышав этот знакомый тихий сладкий голосок, он тут же пришёл в себя. Медленно, используя только мышцы пресса, он слегка приподнялся. Мягкая, зыбкая штука, накрывшая его лицо, скатилась вниз, и он наконец-то вновь смог видеть.

– …Ясно, остался вопрос – зачем?

На груди у Хадзиме со счастливым лицом посапывала его драгоценная приёмная дочь, Мью. Судя по всему, она заснула, вцепившись в его лицо. В какой-то момент её пижама расстегнулась, обнажая мягкий живот. Если накрыть рот и нос чем-то таким… ему стало совсем неудивительно, что он испытал такие проблемы с дыханием.

Однако его вопрос не был направлен к Мью или её необычному выбору позы для сна. Он был озадачен открывшимся пейзажем. Любой мужчина, увидевший перед собой такое зрелище, посчитал бы, что попал в рай.

– Ммм? Хадзиме?

Юэ, которая обычно спала в одной из его рубашек вместо пижамы, в этот раз спала совершенно голая, вцепившись в его правую руку. И прямо как в тот раз, когда он впервые проснулся в её объятиях в скрытом убежище Оскара глубоко на дне Великого Лабиринта Оркуса, она зажала его руку у себя между ног.

– Фу-а-а-ах! Уже утро?

К левой руке прижималась Шиа, одетая в одну только его рубашку. Однако все пуговицы были расстёгнуты, открывая взору все области, которые должны были быть скрыты.

Несколько дней прошло с окончания Битвы Богов, и Хадзиме с Юэ как обычно уже принялись заигрывать в своей комнате в Вербергене.

– Хе-хе, как тебе? – соблазнительно спросила Юэ.

– Н-Неплохо.

Сегодня Юэ была не в своей обычной форме, вместо этого приняв образ семнадцатилетней девушки. По сравнению с привычным сегодня её окружало иное очарование, и это заворожило Хадзиме.

– Если ты в таком виде отправишься в школу, то никто не сможет сосредоточиться на уроках.

– Хе-хе-хе… – покраснела Юэ от комплиментов, но затем внезапно что-то придумала и озорно улыбнулась, тут же повернувшись спиной к Хадзиме.

– Хадзиме, не смотри, пока я не разрешу.

– Э? Ну, наверное, как скажешь…

Обычно Юэ не обращала внимания на то, смотрит ли Хадзиме, как она переодевается, так что он слегка удивился её просьбе, но всё равно согласился и отвернулся.

– …Ммм, хорошо. Я готова. Можешь поворачиваться, Хадзиме.

Хадзиме обернулся и… у него аж рот открылся от удивления.

– И? Я неплохо смотрюсь с хвостиком?

Юэ собрала волосы в конский хвост и надела шорты, прямо как обычно ходила Шизуку.

– Вот, чёрт, никогда не видел ничего более милого!

Судя по всему, этот образ очень зашёл Хадзиме. В этот самый миг кто-то постучался в дверь.

–Хадзиме, я войду? Я кое-что спросить хотела… – сразу толкнула дверь Шизуку и смолкла, когда увидела, как Хадзиме пускает слюни на Юэ, которая в данный момент украла её образ.

– А… – начал Хадзиме пытаться подобрать слова, повернувшись к Шизуку.

Главные герои.

Хадзиме Нагумо

Профессия: Синергист. Остался в истории Тортуса, как Владыка Демонов, одолевший бога. Его стали звать Владыкой Демонов, несмотря на то, что он является человеком, из-за того, насколько устрашающе он выглядел, когда вторгся со своим гаремом в замок настоящего Владыки Демонов. Первыми его так начали звать его одноклассники, а клан Хаулия повсеместно распространял это прозвище, пока оно не прижилось на Тортусе. В умах простых людей Владыка Демонов был тем, кто противостоял богу, так что это прозвище казалось им очень логичным.

Вернувшись домой, Хадзиме применил множество артефактов, чтобы разобраться со СМИ, сделать свидетельства о рождении государственного образца и прочие документы для Юэ и остальных. Он также начал бизнес по продаже излечивающих артефактов, чтобы финансово поддерживать свою немалую семью.

Разумеется, всё это было сделано во имя защиты его «мирной и спокойной» жизни.

Юэ

Профессия: Божественная Жрица. После Битвы Богов она приобрела способность свободно менять свою внешность, что сделало её как никогда привлекательной. Её исключительные чары завораживали людей на безумные деяния, и во многих смыслах она стала настоящим ходячим бедствием. Поистине подходящая спутница для Владыки Демонов.

После переезда в Японию, она начала ходить в ту же школу, что и Хадзиме. Она ежедневно создавала проблемы в школе, но была словно в блаженном неведении, что является их источником.

Хадзиме приходилось постоянно вмешиваться в восприятие окружающих, чтобы её выходки не привлекли нездорового внимания.

Шиа Хаулия

Профессия: Прорицательница. Люди часто ошибочно считали, что её профессия – «Железный Человек», «Бог Войны», «Непобедимая» или нечто похожее, учитывая, насколько сильной она была. Все были согласны, что если дело касается грубой силы, то она – сильнейшая на всём свете, сильнее даже чем Хадзиме.

После переезда в Японию она начала посещать ту же школу, что и Юэ с Хадзиме. В отличие от Юэ, её красота не была настолько неземной, чтобы люди боялись к ней приблизиться. Наоборот, она была настолько дружелюбна, что получала множество признаний в любви. Иногда парни становились настолько надоедливыми, что она говорила им поболтать с кулаком – в буквальном смысле. К сожалению, она не совсем осознавала уровень своей силы, так что ей неоднократно приходилось отмечать, насколько хрупки жители Земли.

В другом мире и в другое время жила-была девочка в небольшой деревне, расположенной на границе их государства. Ей было около пятнадцати, у неё были чёрные волосы, подстриженные в стиле боб, и загорелая кожа. Судя по простому, изношенному платью, она была из небогатой семьи. Если бы постаралась следить за своей внешностью, то была бы невероятно очаровательна, но было очевидно, что ей на это без разницы.

Остальные девушки в деревне изо всех сил старались приодеться и прихорошиться, но ей было вполне достаточно её простого платья. Однако никто в деревне не смотрел на неё свысока из-за такой простой одежды.

– Эй, Шини! Да ты сегодня прямо светишься!

– Естественно! С кем ты, по-твоему, разговариваешь? Я – самая ослепительная девушка на свете!

– Ха-ха-ха, я как погляжу, эта твоя самоуверенность никогда не колеблется!

– Это просто истина! По-настоящему красивый человек, красив и внутри, так что как я могу врать?

– Доброе утро, сестрёнка Шини! Ты сегодня как всегда доставучая!

– И вам доброго утра! Я ещё верну вам это оскорбление, только подождите!

Шини всегда у всех вызывала улыбки, кем бы они ни были. Она была сиротой, которую подкинули в приют деревни, когда она ещё была малюткой. Но судя по тому, как она держалась, было очевидно, что эта ситуация её нисколько не угнетает. Она обладала врождённым очарованием, притягивающим к ней людей.

Сверх того, она всегда всем очень помогала. Некоторое время назад она открыла заведение «Мастер на все руки, Шини-тан» и начала заниматься самой разной работой для жителей деревни. Она была очень усердной и к тому же смышлёной, так что все ей доверяли. Точнее, не было уже ни одного жителя в деревне, кто бы её не знал.

Всё ещё стояло раннее утро, но Шини уже бодро ходила по округе и приветствовала всех с улыбкой на лице. Её задачей на сегодня было помогать в крупнейшем магазине их деревни. Владельцу неожиданно пришла новая поставка товаров, и он попросил Шини помочь с инвентаризацией.

Это был не первый, и даже не пятый раз, когда она помогала в магазине, так что она и остальные работники уже стали хорошими друзьями. Когда она прибыла в магазин, они тепло её поприветствовали и вместе принялись разгружать и распаковывать коробки. Как только работа была завершена, остальные сотрудники принялись обедать, но Шини лишь взяла оплату и направилась обратно в приют.