Доктор Утин 

Когда речь заходит о статинах, многие сразу вспоминают про боли в мышцах. И действительно, в обычной клинической практике до 20-30% пациентов после начала лечения сообщают о подобных симптомах.

Здесь важно различать два понятия. SAMS — statin-associated muscle symptoms — означает мышечные симптомы, возникшие во время приема статина. Но это еще не доказывает, что именно статин стал их причиной. Чаще всего это боль, ломота, судороги, слабость или утомляемость в крупных группах мышц, обычно симметричные и нередко без повышения КФК.

Плацебо-контролируемые исследования показывают, что статин действительно виноват далеко не всегда.

В одном из крупнейших анализов, включающем более 123 тысяч участников двойных слепых исследований, мышечные симптомы встречались у 27,1% людей, принимавших статины, и у 26,6% получавших плацебо. То есть абсолютная разница составила всего 0,5 процентного пункта. Исследователи подсчитали, что лишь примерно 1 из 15 сообщений о мышечной боли или слабости в первый год терапии действительно могло быть вызвано статином. Более 90% подобных симптомов имели другую причину.

В исследовании ASCOT-LLA частота мышечных симптомов также практически не различалась, пока пациенты не знали, что именно они принимают. Но после окончания исследования, когда участникам сообщили, что они получают статин, жалоб стало значительно больше.

А в исследовании SAMSON оказалось, что около 90% мышечных симптомов, которые пациенты связывали со статинами, объяснялись эффектом ноцебо — ситуацией, когда ожидание побочных эффектов само по себе вызывает реальные симптомы. 

По этого злого брата близнеца эффекта плацебо я подробно рассказывал вот в этом ролике.  

Важно понимать: эффект ноцебо не означает, что боль «надуманная». Боль настоящая. Но ее причиной далеко не всегда является сам препарат. Поэтому современный подход заключается не в том, чтобы обесценить жалобы пациента, а в том, чтобы разобраться в их причине и подобрать переносимую терапию.

Можно ли забеременеть после 40 лет? Правда ли, что ЭКО приводит к раннему климаксу? И стоит ли бояться мифов о «неполноценности» детей после ЭКО? Эти и другие вопросы мы обсудили с  репродуктологом, главным врачом клиники REMEDI Еленой Сергеевной Младовой.

Елена Младова: Если говорить в целом про бесплодие, то каждая шестая пара рано или поздно может столкнуться с проблемами зачатия. И, наверное, глобальная проблема в том, что, согласно современной статистике, 85% пациентов, которые сталкиваются со сложностями с наступлением беременности, до сих пор не доходят до клиник вспомогательных репродуктивных технологий. Отсутствие беременности — это всегда своего рода табу, психологическая трудность для пары. 

Причины ненаступления беременности могут быть разные. Традиционно около 30% случаев связаны с женским фактором. Например, перенесенные воспалительные процессы в органах малого таза, приводящие к непроходимости маточных труб, или такое сложное хроническое заболевание, как наружный генитальный эндометриоз.

Еще 30% случаев — это мужской фактор, связанный со снижением концентрации и подвижности сперматозоидов. И примерно 40% — так называемый совместный фактор, когда есть и женские, и мужские особенности, и вместе это снижает фертильность пары.

В большинстве случаев мы имеем дело с пациентами, которые не абсолютно бесплодны. То есть беременность в этой паре может наступить и без вмешательства, просто через годы. Это те самые истории: жили 8 лет, а потом вдруг родился ребенок. «Нам ведь ЭКО предлагали, а мы сами смогли».

Но здесь важно понимать, что ритм нашей жизни все ускоряется. Пациенты все чаще откладывают рождение ребенка, и возраст тех, кто планирует беременность, постоянно растет. А возраст женщины — это тоже важный предиктор трудностей с зачатием.

Как узнать о проблемах с печенью по внешнему виду? Нужно ли ее «чистить», помогают ли БАДы, что на самом деле вредно для печени, а что — нет? Обо этом и не только мы поговорили с гепатологом, главным врачом Медцентра доктора Александровского, к.м.н. Розиной Тэей Павловной. 

Тэя Розина: По внешнему виду узнать это можно очень нечасто. Только если человек, например, пожелтел, это бывает при каких-то острых состояниях, типа вирусного гепатита или лекарственного повреждения печени. Кстати, очень часто оба этих состояния протекают совершенно без желтухи. И если не сдать биохимический анализ крови, то о проблемах с печенью мы просто не узнаем. Конечно, если у человека появились отёки на ногах или вырос живот из-за скопления жидкости, можно заподозрить заболевание печени. Но каких-то типичных жалоб, которые прямо указывали бы на проблемы с этим органом, у пациентов, как правило, нет.

Ну а слабость — да, она бывает, и пациенты на нее жалуются, но причин для этого симптома может быть огромное количество. Условно говоря, когда утром в 7 звонит будильник, слабость чувствует почти каждый — и это вовсе не обязательно связано с печенью.

Тэя Розина: Вы знаете, ко мне недавно пришел пациент, который был покрыт сыпью с головы до ног, и это продолжалось почти три месяца. Его, конечно, направили ко мне — исключать заболевание печени как причину этой сыпи. Но в итоге у него оказался инфекционный диагноз, не связанный с печенью.

Мои знакомые и подписчики не раз присылали фрагменты интервью, где доктор, сосудистый хирург, на секундочку, говорит буквально следующее: «Люди, принимающие статины, в 5 раз чаще болеют раком и в 10 раз чаще болезнью Альцгеймера».

Пу-пу-пу.

Когда мы делаем громкие заявления на аудиторию в несколько миллионов человек, мне кажется, нужно быть более аккуратным в формулировках. Доктор же понимает, что люди, которые посмотрят это интервью, которым прием статинов жизненно необходим (после перенесенного инфаркта, стентирования, инсульта), тут же бросят принимать статины, справедливо опасаясь этих страшных последствий – рака и болезни Альцгеймера.

Понимает же?

Обычно когда мы говорим о повышении риска на основании данных исследований, эти риски повышаются на какие-то проценты, в разы редко. 20% – уже довольно серьезное повышение риска. Вот прям в 10 раз?

Ссылок на исследование в интервью нет, но мне кажется, что даже если мы найдем исследование про повышение этих рисков, то повышения рисков на порядок – такого там не будет точно.

В детстве, за гаражами, я мог сказать моему визави: «..мой брат, десантник, сильнее твоего бати в сикстиллиард раз». Мне кажется, что заявления в «10 раз» больше напоминает такой «загаражный» дискурс, чем научно-обоснованное утверждение.

📌 Тем более, что крупнейший на сегодняшний день метаанализ, включающий 55 исследований и более 7 миллионов пациентов утверждает, что прием статинов снижает риск деменции вообще, болезни Альцгеймера и сосудистой деменции. Если этого мало, то могу еще – вот, вот, вот.

Да вы и сами можете поискать эти исследования. Они ищутся в два клика по запросу «statin use and alzheimer». А знаете какое исследование вы не найдете? Во всяком случае мне найти не удалось. Исследование, в котором сказано, что статины повышают риск болезни Альцгеймера в 10 раз.

Почему одни лекарства нужно принимать строго натощак, а другие — после еды? Что опаснее — таблетки или БАДы? На что обращать внимание в инструкциях к лекарствам? Об этом и не только – в интервью с доцентом университета OsloMet (Норвегия), Ph.D., фармакологом Юрием Киселёвым. 

Юрий Киселев: Почему люди не пьют лекарства? Вроде бы себе не враги, но даже самые осмотрительные и успешные в жизни пациенты нарушают элементарные правила приема препаратов, несмотря на все объяснения врача. Первая и главная причина — страх перед побочными эффектами. И чаще всего это страх гипотетический. (Подробнее про эффект ноцебо)

Конечно, есть препараты с серьезными побочками, но если взять кардиологические препараты, то они переносятся хорошо. Побочные эффекты случаются, но не так часто, чтобы делать их основной проблемой. Значит, дело в другом.

Второй важный момент — пациенты не понимают, что делает лекарство в организме. Им важно визуализировать процесс: таблетка растворяется, всасывается в кровь, попадает в нужные органы и начинает работать. Это создает ощущение контроля, а без него человек просто не верит в терапию.

Но объяснить это некогда. Врачу в поликлинике на прием дают 12-20 минут. За это время нужно успеть поговорить о питании, физической активности, отказе от курения, работе препаратов и ещё убедить человека не бросать лечение. Это нереально.

Есть хорошая история, которую я слышал на кардиологическом конгрессе. В Швейцарии провели исследование: пациентам с гипертонией дали «новый» препарат и сказали, что через месяц проверят его концентрацию в крови. Упаковка была снабжена датчиком, который фиксировал, когда достают таблетки. Выяснилось, что большинство пациентов не принимали лекарство первые три недели, а потом, когда вспомнили про анализ, начали «закидываться» им горстями. И это были мотивированные люди, согласившиеся участвовать в исследовании!

Стоит ли делать скрининги всего тела? Какова роль наследственности в онкологии? Нужно ли сдавать онкомаркеры? И как выглядит идеальный скрининг по мнению онколога Евсеева Владислава Николаевича, химиотерапевта, эксперта фонда «Не напрасно». Сайт проекта ЧЕКАПов – https://smartcheckup.ru/ или по телефону +79296727281

🦆 Поддержать канал на Boosty - https://boosty.to/doctorutin

Соцсети доктора Утина:

Telegram - https://t.me/doctorutin

Яндекс Дзен - https://zen.yandex.ru/doctorutin

VK - https://vk.com/utinonline

Какие заболевания лечит ревматолог и чем отличаются остеоартрит, ревматоидный и псориатический артриты? Что помогает поддерживать здоровье суставов, когда стоит обратиться за хирургической помощью, а когда достаточно консервативного лечения. Об этом и не только – в интервью с ревматологом, заведующий кафедрой ревматологии и системных заболеваний МИПМО, автором книг, к.м.н., Смитиенко Илья Олегович. 

Илья Смитиенко: На самом деле ревматология — это обширная и разноплановая дисциплина. Мы можем выделить три основных блока заболеваний:

1. Проблемы суставов. Это воспалительные и дегенеративные заболевания, не связанные с травмами или врожденными аномалиями (ими занимаются травматологи-ортопеды). Мы же лечим такие болезни, как анкилозирующий спондилит (болезнь Бехтерева), артриты и остеоартроз.

2. Системные заболевания. Это системные васкулиты, красная волчанка, синдром Шегрена, воспалительные миопатии, склеродермия и перекрестные синдромы. Эти болезни редко встречаются, но часто приводят к инвалидизации.

3. Ревматология мягких тканей (или малая ревматология). Это воспаления сухожилий (тендиниты), бурситы, болевые синдромы и проблемы вроде «щелкающих пальцев». Хотя это ближе к травматологии, пациенты часто приходят к ревматологу, потому что не знают, к какому специалисту обращаться.

Ревматология охватывает более 100 разноплановых заболеваний. Мы часто подключаемся, когда диагноз неясен. Например, если у пациента лихорадка, которая длится больше 3 месяцев, и ее причину не удается определить. Важно исключить инфекции, онкологические и гематологические заболевания, такие как лейкоз. Если все эти причины не подтверждаются, пациент попадает к ревматологу.