Суламен 

Автор испаряется в сторону диких мест без интернета. В связи с чем продолжение "Дома" будет, предположительно, в середине июня. Вот такие дела 🤷‍♀️

Предупреждение: ЧЕРНОВИК! Автор написать написал, да сам ещё не читал!

‎       Боже, за что? Да, я читал фанфики. Всего несколько, прошу заметить, меня ж нормальным фанатом назвать нельзя! Ладно, согласен, попаданство – один из моих любимых сюжетов. Ну не верю я в ребёнка, который в выстроенных мамой Ро условиях способен переломить ситуацию и сорваться с поводка. По объективным причинам не верю, у моего друга младший брат есть, а у меня сёстры. Как-то они там теперь? А родители? Боже, в который раз тебя спрашиваю – ну что я тебе сделал-то? Да, читал, но сам попасть не мечтал ни разу! Сам же видишь, искренен я в стенаниях своих пред ликом твоя!

       Я огненным взором уставился на распятие в единственной церкви, до которой смог дойти своими ногами. Без понятия, протестантская она или католическая. Православная, конечно, была бы лучше всего, но где я её найду?

       Боже, искренна просьба моя! Верни меня обратно, а? Ну, пожалуйста!

       Ничего. Тишина. Только местная бабулька, кто бы она ни была, посматривала на меня с сочувствием.

       Что ж. Это была моя последняя надежда. С чистым сердцем могу сказать, что перепробовал всё.

       Вернувшись к себе в комнату, Лёшка плотно задёрнула шторы, отрезая себя от зарева необычайно яркой авроры, всё ещё полыхавшей за окном. Легла в кровать. Режим сегодня пошёл по одному месту. Скорее всего, в ближайшие дни это станет его перманентным состоянием.

       Что-то вспомнив, Лёшка схватилась за телефон. Зайдя в почтовое приложение, она перешла в папку «Черновики», в последний раз проверила сообщение, адреса, приаттаченный файл и нажала «Отправить».

       Лёшка никогда не жила в вакууме. Пускай друзей до гроба у неё никогда не было, но просто близких людей хватало. За прошедшие два месяца Лёшка собрала в один файл их электронные адреса плюс адреса дальних родственников и достаточно знакомых коллег. Она не могла рассказать им всё, как маме, а если бы рассказала, ей бы никто не поверил. К тому же, Лёшка не поклялась бы, что в случае чего никто из этих людей не сдал бы её армейцам.

       Но гипотетическая ситуация – это одно, а человеческие жизни – другое. Лёшка потратила три вечера на то, чтобы сделать набросок «фантастического романа про пришельцев», больше похожий на план сочинения, чем на нормальный черновик. Самым главным в этом наброске были ключевые посылы: опасность одиночного выживания, перспективы разных талантов и адреса тех самых мест, которые Лёшка выбрала для них с мамой на случай, если останется пустышкой, с обоснованием, почему именно там безопаснее всего.

       Рагнарёк в Москве начался в ночь с тринадцатого на четырнадцатое июня. Лёшка бы не запомнила точную дату, если бы не одна из гражданских команд, которая назвалась «Тринадцатое июня» в честь последнего дня старого мира.

       В отличие от инициации, прокатившейся по часовым поясам, трагедия стартовала разом на всей планете.

       Лёшка помнила, как проснулась от взвывших сирен воздушной тревоги, как ошалело уставилась немного правее окна, не понимая, что видит в обоях натуральную сквозную дыру. За стенами квартиры, внизу, наверху – везде завопили люди, а громкоговорители на улице то выли, то требовали немедленно покинуть дома.

       Громкоговорители раздавали указания минут двадцать, прежде чем захлебнуться и замолчать навсегда.

       К тому моменту Лёшка успела одеться, обуться, схватить куртку, рюкзак, в котором всегда таскала паспорт с кошельком, запихнуть в переноску истерящую Люську и броситься к лестнице, потому что лифтами голос из громкоговорителя пользоваться запретил.

       Лёшка спустилась вниз за пятнадцать минут – рекорд, учитывая четырнадцатый этаж и столпотворение на лестнице, на которой кое-где уже встречались не только сквозные дыры – там полностью вывалились оконные рамы, из-за чего под ногами образовалось месиво из стекла и воды. Лёшка мчалась вниз, ещё не зная, что, оглянувшись во дворе, увидит вместо своего этажа аморфные развалины.

       Рутина, с небольшими отклонениями.

       Лёшка вставала в шесть утра, выходила на пробежку, потом отправлялась на курсы, которых в день могло быть больше одного. Шитьё соседствовало с обработкой кожи, первая помощь – с самозащиты для женщин.

       На курсах по обработке кожи действительно подсказали, кто бы мог обучить выделке «от коровы». Если точнее, то в основном «от кролика». Лёшка договорилась с фермером, заплатила за индивидуальный недельный индивидуальный курс с полным пансионом около пятидесяти тысяч, зато человек оказался действительно знающим. За эту неделю Лёшка лично попробовала себя на каждом этапе выделки, начиная с забоя.

       С забоем у Лёшки не возникло никаких проблем. Плавали, знаем: в биомах встречались не только опасные хищники – мелкая добыча тоже мелькала. Угадываем с первого раза, на кого Корсары скидывали грязную работу по разделке улова в силках.

       Фермер оказался энтузиастом своего дела, а ещё ролевиком-реконструктором. В норме он обрабатывал шкуры на продажу вполне себе актуальными методами, но прекрасно знал и мог всё то же самое и без современной химии, о чём с увлечением рассказал и даже показал. Экшн-камеру, приобретённую специально для обучения, Лёшка в ту неделю выключала разве что на ночь.

       Ещё неделю Лёшка потратила на интернет. Она восстанавливала навыки поиска всего на свете, искала темы и форумы любителей рыбалки, охоты и выживания. Периодически заглядывала мама, разговаривала с мычащей в ответ комнатой и уходила смотреть ежевечерний детективный сериал.

       У Лёшки полных ходом шёл мозговой штурм.

       В первую очередь нужны курсы. Выйдет пробудить желанный талант или Лёшка останется пустышкой, востребованные навыки всегда есть востребованные навыки.

       По некотором размышлении Лёшка решила записаться на курсы обработки кожи. Это добычу, она же дроп с монстров, получить за Дверью достаточно сложно, а вот мясо и шкуры с той стороны притаскивали четыре раза из пяти. Из шкур делали всё, от шнурков до брони, потому что ту же ткань или металлы создать с нуля оказалось гораздо труднее.

       Конечно, мастеров-кожевенников в городе имелось не так чтобы мало, были даже инициированные, чьи изделия обладали особыми свойствами вроде увеличенной прочности, вот только предложение всё равно не могло удовлетворить огромный спрос, ведь нормальная одежда требовалась всем, а изделия изготавливались вручную. Дошло до того, что кожевенники по требованию армейцев работали под открытым небом, чтобы любой желающий мог перенять хоть что-то из настолько нужного ремесла.

       Когда разразился Рагнарёк, мама была в гостях в Зеленограде, Лёшка больше никогда её не видела. В день белого дождя жильё и транспорт рухнули первыми, а потом… Потом всё стало только хуже.

       Заверив обеспокоенную мать, что всё в порядке, Лёшка кое-как выпроводила её за дверь, стараясь не смотреть по сторонам, чтобы случайно не выйти из своего оцепенелого состояния. Вернувшись в свою комнату, Лёшка села на разворошённую кровать, слепо уставившись в узор обоев, и смотрела, пока внезапный резкий звук не заставил дёрнуться и заполошно заозираться по сторонам.

       Шумело на тумбочке. Мобильный телефон. Кто-то звонит? Лёшка взяла в руки устройство, пытаясь вспомнить, как им пользоваться. Стрелки на загоревшемся экране подсказали ответ быстрее, чем память.

       Звонили с работы.

       – Александра, ты где? – раздался из динамика смутно знакомый деликатный голос. В голове вспыхнул смутный образ маленькой хрупкой женщины за пятьдесят, в очках и с неестественно рыжим каре. Кажется, это была её начальница. Точно, у Лёшки же была работа.

       Как звали начальницу?

Всем привет. Это мой новый ориджинал про выживание реинкарнировавшей героини в апокалипсисе с элементами РеалРПГ. Надеюсь, понравится (и надеюсь, что всё-таки допишу эту книгу o(>.<)o).

       Новый биом походил на классической данж в какой-нибудь простенькой компьютерной игре. Четыре пещерных этажа почти без ответвлений, зато со зверьём разной силы и с ловушками типа нелогичных камнепадов или дыр в земле. Неровные гранитные стены с земляными вкраплениями, утоптанный пол, свисающие с потолка сопли неизвестного происхождения – не хватало разве что факелов, да только за освещение тут отвечали те самые потолочные сопли. Понятное дело, что биомы по умолчанию походили на игровые уровни, но не настолько же!

       – Зря мы сюда сунулись, – промычал Вадим, придерживая зубами конец длинной тряпки, которая изображала из себя бинт. Другим концом он осторожно заматывал своё бедро. Рана выглядела неприятно, но по сути оказалась поверхностной, ничего серьёзного тварь не задела.

       – Отставить панику, – Стас, капитан их небольшой частной команды с гордым названием «Корсары», косо посмотрел на своего заместителя. – Мы дошли почти до конца, остался бигбосс. У нас уже прилично добычи, зафиналим – точно разбогатеем.дошли

 

       Бар был тихим, несмотря на поздний час. Не то чтобы пустым, просто конкретно это местечко не пользовалось популярностью у громких компаний. Ни музыки, ни телевизора или какой-нибудь доски для дартс. Посетители спокойно сидели своими небольшими группами и тихо общались о наболевшем, полностью игнорируя окружающих.

        – Мужик, тебе не хватит? – прогудел дородный бармен, он же хозяин, обращаясь к единственному одиночке за стойкой.

        – Ещё, – буркнул угрюмый клиент и толкнул по столешнице пустой стакан.

        – Ты хоть тост говори, – предложил бармен, послушно подливая виски, всё-таки мужик исправно платил.

        – За хорошего парня, – подняв стакан в пустоту, мрачно произнёс посетитель и залпом выпил. – Ещё.

        Бармен молча вскинул руки, снова налил и отошёл. Военных он уважал, молчаливые тосты* понимал.

        Очередной стакан, неизвестно какой по счёту, Брок цедил гораздо медленнее.

        По большому счёту, это было не его дело. И парня-то он знал… Даже не знал, если честно. Так, разок-другой сгонял с ним в качестве подстраховки. Ну постоял раз пять в охранении со слоновьим транквилизатором. Они же за всё время ни словом не перекинулись! Но именно из-за его смерти что-то коротнуло то ли в голове, то ли на сердце, из-за чего Брок Рамлоу, отморозок и полный сукин сын, теперь сидел в безымянном баре и планомерно напивался.

Третья часть: Только вперёд.