Мария поднялась, пожала руку собеседнице и проводила её к выходу. Вернулась на своё место и, нажав кнопку селектора, попросила принести ей ещё кофе. 

Поручение, данное ей Фьюри, Марии не нравилось, как не нравилось и место, где она находилась. Не именно этот офис ЩИТа, а в принципе город. Для неё Лос-Анджелес стал символом краха семьи, ведь именно сюда мать увезла её после гибели отца. И именно с этим городом у неё ассоциировались и горе, и подростковые метания, и первые серьёзные разочарования в людях.

Мария скривилась, вспомнив, как впервые пришла в новую школу в Эл-Эй. Довольно престижная, в которой учились даже дети кинозвезд, она была на деле тем ещё гадюшником. Истинная ярмарка тщеславия — и она, погружённая в своё горе, не могла прийтись там ко двору.    Мрачная брюнетка в чёрном сразу стала объектом, как это принято нынче говорить, буллинга со стороны одноклассников. Впрочем, всё это быстро прекратилось: на шепотки и смешки за спиной Мария не реагировала, а вот на прямую агрессию или попытки испортить что-то из её вещей — наоборот. Бешеную кошку Хилл очень быстро оставили в покое: Мария к своим двенадцати прекрасно умела драться, причём не чураясь самых грязных приёмов — как говорил отец, правила заканчиваются за пределами татами. Обучение дочери крав-мага в своё время стало причиной не одной ссоры между родителями, но зато к своим двенадцати годам Мария была прекрасно натренирована и не имела никаких предубеждений, с равной лёгкостью давая отпор как парням, так и девушкам. 

Лет в пятнадцать она неожиданно стала очень популярна, несмотря на в общем-то не модный цвет волос: интерес парней  на волне вышедших боевиков неожиданно сместился с грудастых глупеньких блондинок  на спортивных и умеющих за себя постоять девушек. И в Марии, гибкой, точно хлыст, и столь же опасной, парни видели то ли женщину-кошку, то ли Сару Коннор, то ли вообще кого-то из Аддамсов. 

Первая любовь ожидаемо принесла разочарование. Вообще то время Мария вспоминать не любила: стыдно было думать о том, как старательно она пыталась убиться. Чего стоили только гонки на мотоциклах в её шестнадцать! Несмотря на весь контроль со стороны матери, она постоянно творила что-то наперекор и не попробовала лишь наркотики, ненавидя их лютой ненавистью и сразу вычёркивая любого, кто имел к ним хоть какое-то отношение, из круга своего общения, да езду в пьяном виде: садиться за руль под градусом для неё всегда было табу.

Встряхнув головой, Мария вернулась в настоящее. Фьюри, люто завидующий АНБ, держащему “на поводке” Ксавьера, хотел мутантов себе. Ума на то, чтобы не связываться с Магнето и его присными, одноглазому хватило: видимо, тот представлял, как далеко и в каком занимательном виде — куда там шедеврам современного искусства! — может его послать предводитель Братства. Так что  аналитики ЩИТа занимались в том числе и мониторингом разных странных происшествий с целью выявления потенциальных мутантов и их вербовки. Кстати, это было не так уж и глупо: Ксавьера, этого паука — Марии тот ну очень напоминал Дамблдора — интересовали лишь дети и подростки, Магнето предпочитал набирать в свою армию отщепенцев мутантов с применимыми  в войне талантами и с особым складом характера. Мутанты зрелого возраста и с более мирными специализациями оставались не у дел, и большинство из них жили спокойной жизнью обычных людей, никак не демонстрируя наличие у них гена Х. Вот только люди боятся всего, что выходит за рамки, и большинство из тех, кто получал пометку в досье о наличии этого самого гена, случайно проявив свои таланты, теряли работу и нередко семью. Из девяти человек, с которыми Мария беседовала сегодня, таких было пятеро, остальные четверо просто таились и считали: о том, что они мутанты, никто не знает. Хотя Мария абсолютно не понимала, почему, к примеру, работа офисного клерка не может сочетаться с талантом телепортатора. Ладно ещё телекинетик: разозлишь такого, и тебе прилетит по голове случайным кирпичом…

Словом, те пятеро находились не в самом лучшем положении, и предложение работать на ЩИТ восприняли как манну небесную. Пожалуй, не знай Мария о Гидре в родной конторе и не понимай, какой мудак её возглавляет, восприняла бы свою миссию как нечто благородное. Как же, нести свет надежды отчаявшимся… На деле же ей оставалось лишь надеяться, что у завербованных ею людей всё сложится благополучно и ей не придётся угрызаться муками совести.

Секретарь, принесший кофе, сообщил о том, что пришёл последний из тех, с кем Мария планировала побеседовать. Мария велела ему впустить посетителя, снова переключаясь в рабочий режим.

Завершив встречу, она взглянула на часы и поднялась: было уже почти шесть пополудни. Самолет у неё был завтра утром: на подобную мирную миссию джет или вертолёт ЩИТа ей были не положены, так что туда и обратно она летела обычным гражданским рейсом. И сейчас она решила направиться в отель и отдохнуть. 

Интересно, когда вернётся Альфа-Страйк? Их не было уже три дня — какая-то миссия Гидры, о которой Мария ничего не знала: ни где она проходит, ни насколько затянется, ни того, будет ли в ней участвовать Зимний Солдат. Мария была абсолютно убеждена в том, что последний крайне важен для будущего, и так же твёрдо была уверена в том, что эта убеждённость была результатом проявления её дара. Причём важен тот был не только для Брока, Альфа-Страйка и даже лично для неё: нет, речь шла о важности этого человека как бы не в глобальном смысле! И ей всё больше было интересно: кто же он, жертва чудовищных экспериментов Гидры?

Спрашивать у Ноа напрямую о Зимнем Солдате она не решилась, зато во время одной из их последних встреч спросила, знает ли он о каких-либо политических убийствах, которые могли бы совершить агенты Гидры. А когда тот призадумался, добавила, что Гидра точно есть и в Европе, и в России. Вот тогда кузен и рассказал ей о некоем Призраке, страхе и ужасе всех контрразведок мира: снайпере, которого не видел никто и никогда из оставшихся в живых, невероятно, нечеловечески  результативном. И Мария, вспомнив слова Брока, уверилась в том, что Призрак и Зимний Солдат один и тот же человек. 

Мария сильно подозревала, что Романофф что-то знает о Зимнем Солдате: в конце концов, та была гораздо старше, чем казалась, и вполне могла работать на Левиафан ещё до развала Союза. Однако об этом она могла лишь догадываться: единственным человеком в ЩИТе, знающим о Романофф всё, был сам Фьюри. Даже Бартон, считающий её другом семьи и чуть ли не родственницей, не подозревал о том, какие тайны хранит Вдова.

Спустившись на парковку, Мария села за руль и выехала на улицу, порадовавшись, что Фьюри не послал её сюда неделю назад, когда температура доходила до девяноста градусов*, и это во второй половине октября! Ещё одна причина не любить Эл-Эй: Мария нормально переносила жару исключительно на отдыхе у моря. Да, как агенту ЩИТа ей приходилось бывать и в гораздо худших местах, но это не означало, что ей это нравилось!

Остановившись на красный недалеко от местной штаб-квартиры Старк Индастриз, она вдруг ощутила мощнейший порыв направиться именно туда. Настолько сильный, что едва не вывернула руль прямо сейчас, наплевав на правила дорожного движения, и даже испугалась интенсивности этого… прихода. Хела лишь подтвердила её подозрения:

— Да, так работает дар. И, знаешь… я тоже очень хочу туда зайти, пусть и по другой причине. Там есть энергия, очень мощная и кажущаяся мне смутно знакомой. Не асгардская, но… 

— Насколько я помню, именно в этом здании находится тот самый реактор холодного синтеза, что создал ещё Старк-старший, — пояснила Мария, трогаясь с места, — похоже, мы с тобой всё-таки познакомимся со Старком. Мердок так и не смог к нему пробиться, но я уверена, что не зря меня сюда так тянет.

Оставив машину на парковке, Мария направилась к центральному входу, на ходу раздумывая, что её ждёт и как себя вести, если она вдруг нос к носу столкнётся со Старком. Однако все эти мысли вылетели из её головы, стоило ей увидеть спешащую к выходу мисс Поттс: та вела себя настолько нервозно и так спешила, что даже дилетант понял бы — она чего-то опасается, и очень сильно. Мария заметила чуть поодаль фигуру Обадайи Стейна и мигом приняла решение.

— Мисс Поттс, добрый вечер, — с улыбкой заступила она дорогу той, — я Мария Хилл, заместитель директора ЩИТа, мы договаривались о встрече. 

Да, мисс Поттс явно не зря ела свой хлеб — сообразила она мгновенно.

— Простите, мисс Хилл, я совершенно закрутилась и забыла о назначенной встрече, — с виноватой улыбкой ответила она, — возможно, мы могли бы поужинать вместе и обсудить все интересующие вас вопросы?

— Буду рада. Как насчёт Polo Lounge? — предложила Мария. — ЩИТ платит, раз уж мы заняли ваше время. 

Мисс Поттс кивнула, и Мария тут же подхватила её под руку, заметив, как на лице Стейна на момент промелькнула тень гнева. 

Только когда они сели в машину, Мария наконец задала вопрос:

— Мисс Поттс, что происходит? Вы в панике, это чувствуется. Извините, но вели вы себя как героиня плохого боевика, всем своим поведением говоря, что раздобыли секретные сведения.

—Я… — та замялась, пытливо взглянула на Марию и обмякла, признаваясь: — Я узнала, что за покушением на Тони… мистера Старка… стоит Обадайя. Именно он нанял Десять колец для его похищения!

Мария хмыкнула, и Поттс потрясённо посмотрела на неё:

— Вы… в вашей службе знали?!

— Понятия не имею, — честно ответила ей Мария, — вопросы, связанные с Тони Старком, вне моей компетенции. Это банальная логика. Ваш босс — довольно неудобная фигура для бизнеса, хуже генерального директора, чем Тони Старк, и придумать сложно. Да, он талантливый изобретатель, но слишком увлекается и разбрасывается, одновременно игнорируя важность социальных контактов. Да кому я это говорю! Вы же и сами всё знаете. Так что… у Стейна был и мотив, и возможность. 

— Если вы не занимаетесь вопросом мистера Старка, то почему…

— Зашла я случайно: откровенно говоря, давно хотела увидеть знаменитый реактор, — пояснила Мария, — увидела вас и поняла, что вам нужна помощь. Так что пришлось импровизировать. И я рада, что вы мою импровизацию смогли подхватить. 

— Спасибо, мисс Хилл, —  вздохнула Поттс, чуть расслабляясь, — я действительно сильно испугалась. Тони попросил меня скачать информацию с сервера, вот я и…

— Стейн вас застукал? — уточнила Мария. 

— Да, он зашёл, когда копирование ещё шло, но вроде бы не заметил…

— Это легко проверяется, мисс Поттс.

— Зовите меня Пеппер, пожалуйста, — попросила та.

— Тогда я — Мария. Что вы собираетесь делать? Вы ведь ещё не поставили босса в известность о том, что узнали?

Та охнула и вытащила из сумочки телефон, нажимая на вызов. Начала говорить — и выронила телефон, когда услышала сначала хрип, а потом в трубке раздались гудки.

Мария прочувствованно выругалась на старонорвежском, разворачивая машину по направлению к Малибу. Пеппер попыталась связаться со Старком ещё пару раз и, не получив ответа, трясущимися руками набрала другой номер.

Разговор с полковником Роудсом Мария слушала, гоня на полной скорости. Интересно, кто доберётся до особняка Старка быстрее — они или Роудс?

— А куда мы едем? — непонимающе спросила Пеппер, оглядевшись по сторонам. 

— В особняк в Малибу, — коротко ответила Мария, — подозреваю, что Стейн чем-то вырубил Старка… и, возможно, забрал у него что-то важное и жизненно необходимое, поэтому тот и не выходит на связь. Точнее, надеюсь на это, потому что альтернативы всего две: Стейн потащил его с собой, что глупо и непрактично; Стейн его убил, что было бы дальновидно. Вариант, что Стейн сидит там и ждёт прибытия кавалерии, я не рассматриваю в принципе.

— Нет, нам надо вернуться, — подалась вперёд Пеппер, сжав кулаки, — если Тони в беде, Роуди ему поможет. А Обадайя… он… его люди разрабатывают оружие, и если он забрал у Тони… — и она резко осеклась.

— Портативный источник энергии, я так полагаю, — хмыкнула Мария, — Пеппер, лучшее, что сейчас можно сделать — дать Старку собственными глазами убедиться, что вы в безопасности. Потому что подозреваю, что за Стейном не заржавеет заявить Старку, что вы у него в заложницах. 

— Разворачивайтесь! — потребовала Пеппер, заставив Марию бросить на неё потрясённый взгляд и затормозить машину. 

Она что, неясно выразилась?! Какого хрена эта… высокоумная девица лезет в самое пекло, из которого только чудом вырвалась? И тянет туда же Старка, который точно притащится её спасать?!

— И что вы собираетесь делать? — ласково и осторожно, точно говоря с буйной сумасшедшей, спросила она.

— А вы, ваша служба… вы можете арестовать Стейна? — с надеждой подалась вперед Пеппер.

— Формально — да, мы могли бы произвести гражданский арест, — смирив желание поднять очи горе, ответила Мария. — Проблема в том, что боевые группы ЩИТа базируются в Вашингтоне, и смогут прибыть сюда не раньше, чем через четыре часа, и это в лучшем случае, а агенты местного отделения скорее офисные клерки. И что-то я очень сомневаюсь, что Стейн не будет сопротивляться.  

— Тогда… тогда я пойду одна! — Поттс явно несло.

Мария всё-таки сделала фейспалм.  Вот что-что, но оказаться в роли героини тупого боевика ей явно не хотелось. Но и оставлять закусившую удила Пеппер одну… Тяжело вздохнув, она развернула машину и утопила педаль газа.

— Прислушайся к себе, — вдруг подала голос Хела, — да, её поведение очень глупо, но, возможно… что говорит твоё чутьё?

Мария последовала совету подруги, хоть это было крайне сложно: за рулём, да ещё и на высокой скорости… и чуть не выматерилась повторно, осознав: этот идиотизм почему-то важен для будущего. Что ж, раз так… как любит говорить Брок: похуй, пляшем!

* по Фаренгейту, 32 по Цельсию

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                              СЛЕДУЮЩАЯ

Иллюстрации от замечательной Рыжей Рыси