Мария укуталась в плед и села  на широкий подоконник, обняв колени руками: ещё детская привычка. В то время она иногда любила вот так усесться и смотреть на то, как лунный свет заливает улицы, как привычный мир становится необычным, точно тени обретают объёмность и собственную волю.   И едва слышное звучание Midnight Blues —  отец пристрастил её к музыке Гэри Мура — дополняло картинку, погружая Марию почти в транс. Хела притихла и, кажется, всей собой чувствовала музыку и неясную тоску.

Джек неслышно — Марию всегда поражала эта его способность — подошёл к ней и встал рядом, так, что она чувствовала тепло, идущее от его тела, но при этом не прикасаясь, давая ей возможность самой решить, чего она хочет. Минуту Мария всё так же сидела, смотря в окно и привалившись спиной к откосу, а потом повернулась так, чтобы прижаться к широкой груди Джека. Тот немедленно обнял её, прижал к себе и легко коснулся губами макушки. Они по-прежнему молчали, тихо играла музыка, а лунный свет заливал комнату.

— Сделать тебе чаю? — наконец негромко спросил Джек.

— Лучше какао, вроде у меня было молоко, — ответила ему Мария, потёршись щекой о его плечо.

Джек кивнул и, подхватив её как была  — завёрнутой в плед — понёс на кухню. Там усадил Марию на стул и принялся колдовать над какао. Мария довольно выдохнула, любуясь Джеком: шикарный мужчина в одних пижамных штанах, да ещё и на кухне — настоящее пиршество для глаз!

— Могу я спросить? — негромко начал Джек и, когда Мария кивнула, продолжил:   — Что тебя беспокоит? Могу я чем-нибудь помочь?

Мария задумалась, потом пожала плечами и качнула головой:

— Я и сама не знаю. Неясные предчувствия… Ощущения грядущих перемен… Бывает такое, что кажется: вот-вот что-то случится, что-то невероятно важное.

— Это не связано со смещением Фьюри? Когда, кстати, Старик не говорил?

— На днях,  — ответила Мария, — он был в ярости от действий Фьюри в отношении Кэпа. Причём я не поняла, что его взбесило больше: то ли то, что Кэпа разморозили без согласования с ним, то ли то, что та дурацкая мизансцена спровоцировала его побег и всю ту волну, что поднялась следом, то ли то, что одноглазый так и не смог найти с Роджерсом общий язык.

— А ты — наоборот. Кэп, кстати, к тебе с явным уважением относится, хоть и осторожничает сверх меры. 

— А как он вообще? — поинтересовалась Мария. С момента того разговора с Роджерсом прошло десять дней, и она делала всё, чтобы оградить и его, и Брока от жадного любопытства агентов. Фьюри, разумеется, на следующий же рабочий день вызвал к себе Брока и ездил ему по мозгам битый час. Пытался заставить его действовать “правильно”... ну, тот состроил из себя бравого служаку и продолжил уничтожать камеры и прослушку. 

 — Сложно, — ответил Джек, разлив какао по чашкам и сев напротив Марии, — он словно не до конца разморозился. То есть…адаптируется он стремительно: с той же техникой — достаточно было один раз показать, и этого хватило, с социальными навыками посложнее, но, думаю, ему простят некоторую старомодность, а вот в душе у него, похоже, полный разлад. С нами держится доброжелательно, но как-то отстранённо. Хотя с Броком он чуток оттаивает, что ли… кстати, я всё хотел спросить тебя: кто ему ту конуру вместо служебного жилья подогнал? 

— Ну уж точно не я, — раздражённо ответила Мария. — Фьюри, козёл одноглазый.  Пользуется тем, что пока у Роджерса нет документов и денег, ему всё равно себе что-то приличное не снять. 

— И с документами Фьюри тоже тянет?

Мария кивнула и пояснила:

— Фьюри пытается хоть так контролировать Роджерса. На уровне базовых потребностей, так сказать. Так что я обратилась к Старику, как вы его называете. Тем более что и выплаты от Минобороны в его ведении. 

— И что Старик? — заинтересовался Джек.

— Ухватился за идею стать благодетелем Капитана Америки руками и ногами. Ты знаешь, что президент Эллис — фанат Кэпа? И едва ли не копытом бьёт, требуя встречи с кумиром? 

— Откуда мне? — фыркнул Джек. — Тогда странно, что эту самую встречу пока не устроили.

— Пообещали по окончании периода адаптации, — пояснила Мария, — а что, то служебное жильё, что выделили Кэпу, реально такая халупа? Меня от этого всего отстранили в приказном порядке, так что я не в курсе деталей. Как обычно: обязанности навесим, полномочия не дадим...

— Угу, Брок аж плевался. Мол, мало того, что повернуться негде, тёмная, сантехнике лет двадцать, везде камеры — даже в ванной, блядь, нашёл! — так ещё и в соседях сплошные агенты. В общем, он когда это убожество увидел, отвёз Роджерса к себе.

— И тот согласился? — удивилась Мария.

— После камер в ванной, которые ему Брок показал? Ещё бы! — ухмыльнулся Джек и, посерьёзнев, добавил: — Остается надеяться, что Брок ещё и на Кэпа не западёт, а то порвётся же. Да и вообще… — он махнул рукой. — Кстати, Кэп его о тебе расспрашивал. 

Мария нахмурилась. Ей совершенно не хотелось, чтобы Роджерс узнал о том, в каких отношениях она находится с Рамлоу — не больше, чем об этом было известно  тому же Фьюри. Правильно истолковав выражение её лица, Джек качнул головой:

 — Не переживай, ничего лишнего Кэп не узнал. Брок не дурак тебя подставлять и подставляться самому. Ну, не в таком смысле, насчёт “самому”, — добавил он, заметив мелькнувшую в глазах Марии искру веселья. — Так, моя прекрасная леди, предлагаю сменить тему. Как насчёт оставить Брока и Кэпа в стороне и заняться чем-то на двоих? 

— С удовольствием, — Мария улыбнулась и почти по-кошачьи грациозно потянулась, сбрасывая на пол плед.

***

— Доброе утро, мисс Хилл! — жизнерадостный голос Дарси Льюис прервал размышления Марии. 

За тот без малого год, что Дарси проработала на ЩИТ, в ней многое изменилось. Ушла суетливость, постоянная болтовня, вызванная неуверенностью в себе, даже стиль одежды поменялся. Работа ей нравилась, никто из агентов не относился к ней с той бесячей снисходительностью, как приснопамятная Фостер — которая, кстати, попыталась ей скандал устроить, узнав, что Дарси будет работать на ЩИТ. И не только скандал — Дарси была уверена, что пошедшие было слухи о её, скажем так, научной нечистоплотности были делом рук, точнее, языка Фостер. Когда-то мисс Хилл очень точно выразилась относительно Фостер: “заклятая подруга”...

К самой Марии Хилл Дарси испытывала искреннее уважение: уже то, что она заняла такой пост в довольно молодом возрасте, восхищало. Впрочем, хоть в ЩИТе замдиректора Хилл многие недолюбливали, уважали её все. Фактически, именно она управляла ЩИТом: директор Фьюри определял стратегию да прямо курировал лишь некоторые, особо  интересные ему проекты. Как, к примеру, проект в Мохаве, где практически безвылазно сидел Селвиг и куда периодически моталась сама Дарси: в основном она работала в Вашингтоне, но некоторые эксперименты надо было проводить непосредственно по месту нахождения Тессеракта. Такие командировки Дарси  не любила: Тессеракт её пугал…

— Доброе утро, агент Льюис, — Мария улыбнулась Дарси, — я думала, вы в Мохаве.

— Вчера вечером вернулась, — ответила та и чуть поёжилась. 

Хела задумчиво хмыкнула:

— А девочку-то Тессеракт пугает. Забавно, она мне казалась не настолько чувствительной. 

— Как проходят эксперименты? Хотя нет, — прервала саму себя Мария, — об этом точно не стоит говорить в лифте. Как насчёт чашки кофе в моей компании?

— С удовольствием, — ответила ей Дарси, просияв.

— Похоже, она тебя избрала в качестве примера для подражания, — ехидно заметила Хела, и Мария с трудом удержала вздох. Вот этого она точно не планировала!

Отпив кофе, Дарси призналась:

— Мне не по себе рядом с Тессерактом. А эксперименты… Эрик, то есть доктор Селвиг, пытается открыть что-то вроде портала, ну, для совсем дальних перемещений.

— Имитировать действие Биврёста? — уточнила Мария и, когда Дарси энергично кивнула, протянула: —  Однако… 

— Я всё время думаю: а что, если они откроют дверь… и не смогут закрыть? — с тяжёлым вздохом пояснила Дарси. — Эрик слишком увлекается, а мне кажется, что там ждёт что-то страшное, голодное…

— Если долго вглядываться в бездну, бездна начнёт вглядываться в тебя, — процитировала Ницше Мария и вздохнула: — Я бы тоже предпочла обойтись без подобных экспериментов, однако…  — и она махнула рукой. 

— Спасибо за кофе, — Дарси поставила пустую чашечку и смущённо улыбнулась Марии: — Я пойду, ладно?

— Хорошего дня, — кивнула ей Мария.

Оставшись в одиночестве, она вздохнула. Идея Фьюри ей очень сильно не нравилась, и благодаря Дарси она поняла, что именно вызывало у неё настолько сильные опасения: слишком многое могло прийти с той стороны, и людям будет попросту нечего им противопоставить. Интересно, на что надеялся Фьюри? Есть ли у одноглазого козырь в рукаве? Или всё, что он имел — недокоманда недоМстителей? Если так, ей оставалось лишь надеяться, что всё, чего достигнет Селвиг  во время сегодняшнего эксперимента — очередная неудача…

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                     СЛЕДУЮЩАЯ

Иллюстрации от замечательной Рыжей Рыси