— Профессор Дамблдор! 

Негромкий женский голос заставил  Альбуса встрепенуться и отвести взгляд от Артура. 

— О, Флора, — он мягко улыбнулся подошедшей к нему женщине, — рад вас видеть, пусть и по столь печальному поводу. 

— О да, это просто ужасно, бедный Артур… не представляю, как он теперь будет. А дети? Без Молли… — та покачала головой.  — Не могу сказать, что мы были дружны, всё же Молли была довольно своеобразной личностью, но мой Амос и Артур приятельствовали, вы же знаете?

Альбус не успел ответить: раздались хлопки аппарации, и рядом появились четверо авроров и колдомедик. Последний кивнул им и направился в сторону лежащих на траве тел и причитающего над ними Артура. Старший из авроров, невысокий крепко сбитый шатен, что-то приказал остальным, которые тут же направились к дому, а сам подошёл к директору и его собеседнице.

— Добрый… кхм… здравствуйте, профессор Дамблдор. Вы вряд ли меня помните, так что позвольте представиться: аврор Долиш.

— Ну что вы, Джон, я прекрасно вас помню, — качнул головой тот, — Хаффлпафф, выпуск семьдесят третьего года. Это миссис Диггори, супруга Амоса. Флора, это ведь вы подняли тревогу?

— Приятно познакомиться, мистер Долиш, — улыбнулась аврору та, — да, я. Наш дом неподалёку, поэтому я услышала звук взрыва, а выбежав из дома,  увидела пожар. Послала Патронус Артуру, аппарировала к Норе и принялась тушить огонь, благо у меня всегда было неплохо с чарами. А уже потом появились профессор Дамблдор вместе с Артуром и вытащили тела. 

— Благодарю, миссис Диггори, — вежливо склонил голову Долиш, — насколько я понимаю, никого постороннего вы не видели? Хотя если кто-то и был, он наверняка аппарировал до вашего появления.

— О, вы подозреваете нападение?  — глаза Флоры Диггори блеснули нешуточным интересом.

— Стандартная проверка, — качнул головой Долиш. — Мы должны учесть все варианты. А что думаете вы, миссис Диггори?

— О… ну, я полагаю, что это несчастный случай, — та быстро взглянула на тела, — понимаете, мистер Долиш… О мёртвых, конечно, не принято говорить плохо, но Фред и Джордж Уизли были совершенно неуправляемыми. Они постоянно экспериментировали, что-то взрывали… Седрик — это мой сын  — говорил, что близнецов подозревали в том, что они подливают разные зелья студентам…

— А ваш сын, миссис Диггори, не конфликтовал с ними? — уточнил Долиш.

Та открыла было рот, чтоб ответить, но Альбус отечески похлопал её по руке и обратился к аврору:

 — Джон, я чувствую себя обязанным пояснить как директор Хогвартса… Прежде всего, Седрик Диггори — замечательный юный джентльмен, можно сказать, образцовый студент: староста факультета, ловец и капитан команды Хаффлпаффа, отличник. Безусловно, как староста он неоднократно накладывал взыскания на мистеров Фреда и Джорджа Уизли, но и только. Всё-таки он учится на курс старше, чем учились близнецы. Так что уж скорее те могли испытывать к нему неприязнь, к тому же соперничество в квиддиче… Так что уж тут точно не стоит искать чего-то эдакого. Ну и… должен признать, я чувствую некоторую вину за всё случившееся, ведь если бы я их не отчислил… — он тяжело вздохнул, всем собой выражая раскаяние.

Долиш взглянул на него с искренним удивлением: явно знал о том покровительстве, которое Альбус неизменно оказывал семье Уизли, и не ожидал такого кардинального решения в отношении двух её членов. 

— Хм, я так понимаю, причина была достаточно веская?  — осторожно уточнил он.

— Разумеется, иначе бы я не прибег к столь кардинальным мерам. К сожалению, я был вынужден это сделать. И мне бы не хотелось, Джон, чтобы фамилию Уизли трепали почём зря, бедняге Артуру и без того придётся несладко. 

— Но это было связано с зельями? — помолчав, спросил Долиш, на что Альбус только тяжело вздохнул и кивнул, разведя руками.

Раздался хлопок аппарации, и Альбус с трудом удержал прежнее благожелательное выражение лица, увидев прибывшую. Уложенные в прическу рыжие волосы, надменное выражение сохранившего былую красоту лица, элегантная зелёная мантия… Альбус скрипнул зубами, чувствуя мгновенный укол зависти: Мюриэль Прюэтт была не намного младше его самого и уж куда старше той же Минервы, в выглядела не в пример лучше. Неудивительно, при её-то деньгах и отсутствии забот!

— Дамблдор, — холодно кивнула ему Мюриэль, стремительно подойдя к ним. Да уж, вежливостью эта стерва никогда не отличалась!  — Аврор?...

— Долиш, мэм, — тот невольно подтянулся, — с кем имею честь? 

— Мюриэль Прюэтт, к своему несчастью — тётка Молли Уизли. Что произошло, мистер Долиш?

— Насколько мы можем судить, несчастный случай при варке зелий. Позвольте выразить вам свои соболезнования…

Мюриэль отмахнулась, мрачно взглянула в сторону тел и хмыкнула:

— Говорила я Молли, что этих болванов надо пороть так, чтобы все мысли были только о собственных задницах! И что в итоге? И сами сдохли, как последние проходимцы из Лютного, и мать прикончили. 

— Как вы можете так говорить… — начал было Альбус, но Мюриэль обернулась к нему с видом разъярённой гарпии.

— Я могу говорить всё, что моей душе угодно! Моя племянница была круглой дурой, что связалась с этим недоделком Уизли  — с вашего, Дамблдор, благословения! Если бы не ваше вмешательство… ай, да что тут говорить! Ещё и нарожала семерых, из которых последний хоть сколько-нибудь приличный — Персиваль. А остальные… — она махнула рукой. — Да ещё и тот позор, что эта семейка навлекла на свою голову… И, кстати, а вы тут вообще что делаете? И в каком качестве тут находитесь? — она подозрительно сузила глаза.

Дамблдор выругался про себя. Вот же фурия! 

— Я не обязан объясняться, но из снисхождения к вашему горю, — начал он, игнорируя презрительное фырканье Мюриэль, — я просто беседовал с Артуром, когда появился Патронус миссис Диггори, сообщившей о взрыве и пожаре. Артур был настолько потрясён, что не смог бы аппарировать…

— И вы поработали транспортом?  — ехидно уточнила Мюриэль. — Ну что ж, хоть какая-то от вас польза! — и, не дожидаясь реакции возмущённого Дамблдора, расцвела улыбкой при виде подошедшего к ним колдомедика.

— О, Энгус, давно не виделись! Как ваша милая супруга? А дети и внуки? 

— Благодарю, мисс Прюэтт, мы все вполне благополучны, — ответил колдомедик, сухощавый мужчина с приятным лицом, чуть поклонившись. — Мистер Дамблдор, миссис Диггори. 

— Что скажете, док? — вмешался Долиш, с явно выраженным на лице нетерпением дожидавшийся окончания расшаркиваний.

— Официальное заключение дам позже, но вкратце — это типичный несчастный случай, произошедший по халатности. Судя по всему, покойные мистеры Уизли пытались сварить весьма интересное зелье, но перепутали один из ингредиентов. Последствия — мгновенное удушье и остановка сердца. Взрыв, видимо, был связан с тем, что, падая, один из них задел котёл, и содержимое выплеснулось на огонь, к тому же неизвестно, что там ещё в непосредственной досягаемости было…

— То есть состава преступления нет? — с отчётливым облегчением уточнил Долиш, которому явно было неуютно оказаться посреди пикировки Альбуса и Мюриэль. Притихшая миссис Диггори, напротив, слушала всё с явным интересом: Альбус подумал, что будет искренне удивлён, если в ближайшее время об этом происшествии не начнёт сплетничать вся Магическая Британия. Ещё бы, такой информационный повод! Учитывая, как редко у них вообще хоть что-то интересное происходило…

— Ну разве что покойникам этот ингредиент кто-то намеренно подкинул, — пожал плечами колдомедик. — Но это уже, как вы понимаете, вне моей компетенции.

— Да кому были нужны эти болваны, чтобы марать руки их убийством, — покачала головой Мюриэль. — Да и  все, кто мог желать им гадостей, сейчас в Хогвартсе.

— Тогда я позволю себе откланяться, — скупо улыбнулся Долиш. — Док, вы с нами?

— А? Нет, я ещё задержусь, — ответил тот. — Мистер Дамблдор, Артура было бы неплохо отправить в Мунго, боюсь, ему потребуется помощь целителя Тикки. Сам он неспособен что-то делать, — он вздохнул и развёл руками. — Похороны…

—  Похоронами займусь я, — вмешалась Мюриэль, — всё же Молли была моей племянницей. 

— Об Артуре позабочусь я,— кивнул Дамблдор.—   Мисс Прюэтт, сообщить остальным членам семьи…

— Уильяма и Чарльза я беру на себя, ваше дело — сказать младшим. Надеюсь, вы не будете чинить препятствий их присутствию на похоронах?

— Разумеется, нет, — с искренним возмущением ответил Дамблдор. 

— Хорошо, тогда забирайте этого Уизли и убирайтесь, а я займусь всем остальным, — скомандовала Мюриэль.

В своём кабинете Альбус оказался только к вечеру. Устало опустился в кресло, вызвал домового эльфа, приказав подать ему чаю с пирожными, и выдохнул. Всё прошло как нельзя лучше, а он ещё и укрепил свой авторитет, позаботившись об Артуре. Конечно, пришлось оплатить его пребывание в больнице, но что значат не такие уж большие деньги в сравнении с репутацией? 

Выпив чаю, он почувствовал себя гораздо лучше. Поднявшись, подошёл к шкафу и, предварительно усыпив портреты, принялся выплетать сложную вязь заклинаний. Одна из секций шкафа скользнула в сторону, открывая металлический сейф-шкаф — небольшой, три фута высотой и фут шириной. Выжженные в металле руны покрывали всю поверхность двери, и Альбус, движением палочки надрезав  ладонь, смочил в крови палец и провёл им по металлу, повторяя очертание рун. Дверь чуть засветилась и со щелчком открылась. 

Сняв с шеи цепочку с хроноворотом, Дамблдор довольно улыбнулся и положил артефакт в выточенную из кости дракона шкатулку. О том, что у него имеется в личном владении хроноворот, не знал никто — в отличие от школьного, которым пользовалась сейчас Грейнджер. И его артефакт был куда полезнее той игрушки, что принадлежала школе.

Будучи сложным артефактом, хроновороты во время своей работы очень плохо реагировали на активную магию. Поэтому, например, считалось, что нельзя во время “перехода” накладывать на себя дезиллюминационное заклинание; находясь в прошлом, крайне не рекомендовалось аппарировать, а попадание в фокус активного заклинания могло вызвать сильнейший резонанс, после которого то, что останется от экспериментатора, вполне уместится в небольшую шкатулку. Печальное ограничение, на самом деле: не будь его, он мог бы без особых усилий узнать, к примеру, кто ухитрился уничтожить дементора в поезде, благо его хроноворот позволял его владельцу и аппарировать, и накладывать на себя дезиллюминационное заклинание, да и многие защитные чары — тоже.  Но рисковать попасть под резонанс? Нет уж!  Это для бравых и не очень предусмотрительных авроров и прочих гриффиндорцев, сам же Альбус в своё время выбрал Гриффиндор вполне осознанно. Где ещё маг с его происхождением мог получить хороший старт? Только там!

Закрыв шкаф, он разбудил портреты — благо эти болтливые слепки сознания прежних директоров не могли понять, что некоторое время они находились, образно говоря, вне зоны доступа, и вызвал Темпус. Тяжело вздохнул: ужин уже начался, а значит, ему придётся заняться выполнением своего обещания. Остаётся лишь надеяться, что оставшиеся Уизли не будут поливать слезами и мазать соплями его мантию! Пожалуй, стоит переодеться во что-нибудь более скромное и приличествующее случаю.

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                     СЛЕДУЮЩАЯ