Мишель поморщилась, когда солнечный лучик пощекотал её веки, и открыла глаза. Ну вот, вечно она забывает задёргивать шторы на ночь, а потом просыпается спозаранку! А сегодня ещё и суббота… Мама, правда, предлагала сама это проверять, но Мишель уже большая для того, чтобы за ней, как любила говорить Виола, хвост заносить. 

Мишель ойкнула, окончательно просыпаясь. А ведь сегодня у них с Джеком день рождения!  Интересно, а праздновать они будут? А как? Мама ничего не говорила, да и сами они…

Прошлый день рождения прошёл… просто прошёл мимо. Мама была в коме, король — Мишель всё чаще ловила себя на том, что именно так, а не отцом,  называть  его ей было проще — попросту забыл об этом… Так уж вышло, что Его Величество никогда не утруждал себя запоминанием дат, да и за любые празднования в королевской семье всегда отвечала королева… Словом, о десятилетии близнецов все словно забыли, разве что дядя Уильям прислал им подарки. Вот только это было так… формально, что ли? Ей — золотые сережки, и это при том, что Мишель не любит золото, брату… девочка покачала головой: а говорил ли Джек о том, что ему подарили? Возможно, и нет, и теперь Мишель понимала, почему. 

Мишель вздохнула: раньше она считала, что Джек всем делится с ней, и узнать, что это не так, было почему-то очень обидно. Она, конечно, старалась этого не показывать, но мама всё равно заметила. И вызвала её на разговор, оказавшийся неожиданно тяжёлым. О чувствах, которые испытывают жертвы насилия, о  причинах, по которым они могут молчать о происходящем… о том, что даже то, что они близнецы, не исключает появления у них секретов друг от друга…

Мишель прикрыла глаза, понимая, что ей страшно. Ей до сих пор иногда снилось… разное. Разное, но общее в этих снах было одно: там не было мамы, была лишь их родительница, Её Величество королева Роза Бенджамин. Она умирала, так и не придя в себя; она выздоравливала, оставшись той собой; не было ни болезни, ни комы, и они так и продолжали жить в той пародии на семью… И каждый раз после такого сна она боялась открывать глаза, страшась обнаружить себя в своих апартаментах в королевском дворце. Боялась спуститься вниз и встретить ту, прежнюю Розу. Одно хорошо: такие сны стали всё реже. Вот только сейчас первый день рождения после того, как мама стала мамой, и ей было страшно разочароваться, понять, что мама о нём забыла…

Встряхнув головой, Мишель умылась и принялась одеваться, вспоминая дворцовые порядки и то, как они с Джеком выглядели год назад. Да уж, интересно, что сказали бы их итальянские друзья, увидь они их в тех обликах? Джек называл её Принцессой Печального Образа, и это действительно было так. Да и брат от неё в этом не особо отличался…

Одевшись, Мишель подумала, не подождать ли ей Джека, но, взглянув на часы — было лишь восемь утра — решила, что не станет. Поспать они любили оба, и в выходные брат редко выползал из своей комнаты раньше девяти. Сейчас, конечно, потому что принца и принцессу ежедневно будили в полвосьмого утра.

Собрав волосы в хвост, она направилась к двери. Стоило выйти в коридор, как она ощутила запах какой-то выпечки и радостно направилась вниз.

Мама стояла у плиты и пекла блинчики. Надо сказать, они с Джеком только недавно узнали, что она вообще умеет готовить, и тоненькие — на просвет видно — блинчики были её фирменным блюдом.

Услышав шаги, мама переставила сковородку, обернулась к Мишель и улыбнулась ей:

— Доброе утро, родная, и с днём рождения! Обнимашки?

Мишель с радостным писком влетела в материнские объятия: тёплые, надёжные, ласковые —  и почувствовала, что на глаза наворачиваются слёзы. Мама поцеловала её в макушку, окончательно развеивая страхи, и спросила:

— Милая, будешь ждать Джека или завтракать?

— Завтракать, — решила Мишель, — очень уж вкусно пахнет!

Мама рассмеялась, ещё раз чмокнула её в макушку и подтолкнула к стулу.

Джек появился на кухне, когда Мишель доедала третий блинчик. Брат был в пижаме, взлохмаченный, с отпечатком подушки на щеке, и Мишель вдруг обрадовалась тому, что он позволяет себе такое. Она помнила, как ей было странно впервые вот так сидеть на кухне, в пижаме, растрепанной, и понимать, что в этом нет ничего страшного, что она… в безопасности? 

Брату тоже достались и поздравление, и обнимашки, и Мишель видела, как тот, прижавшись к матери, часто-часто заморгал, а лицо у него сделалось совсем беззащитным. 

А потом был завтрак, к которому присоединилась нонна Доминика, с счастливой улыбкой поздравившая их с Джеком, и подарки, и сказанные с хитрой улыбкой слова мамы:

— Как насчёт небольшого сюрприза на день рождения?

Мишель переглянулась с Джеком, и они согласно закивали. Мама улыбнулась:

— Тогда одевайтесь в удобную одежду и обувь и поедем. Сначала в Сорренто, там к нам присоединятся ваши друзья, с  их родителями я договорилась заранее.

Джек подпрыгнул и, крикнув “да!”, умчался наверх, Мишель последовала за ним. Через четверть часа они стояли внизу. Мама уже ждала их, одетая в том же стиле: джинсы, свитер, куртка, на ногах — кроссовки, отросшие волосы собраны в короткий пока хвост. Мишель в очередной раз восхитилась тому, какой та стала: даже в этой непритязательной одежде она была на редкость красива. Впрочем, в Гильбоа она просто-напросто никогда не выглядела настолько живой…

***

Роза уверенно вела минивэн, купленный ею специально, чтобы можно было возить всю их компанию: когда Джек удивился ею решению, она пояснила, что не собирается доверять прокатным машинам, когда речь идёт об их безопасности. И хитро улыбалась на все  расспросы близнецов.

Организовать всё в тайне от них было не самой простой задачкой, но ей это удалось. Откровенно говоря, Роза опасалась, что самым сложным будет получить разрешения от родителей друзей своих детей, но опасения не оправдались. Наоборот, идея такого празднования дня рождения заинтересовала их всех без исключения. Детям ничего не сказали, пообещав, что будет сюрприз.

Пейнтбольный клуб базировался недалеко от Сорренто и имел всё оборудование для игр детей от десяти лет. Вышедший им навстречу мужчина в камуфляже вызвал у шумной шестёрки неподдельный интерес, а уж когда дети поняли, что именно им предлагают… словом, восторгу не было пределов.

Лекцию по правилам и технике безопасности они слушали очень внимательно: инструктор сразу предупредил, что те, кто будут её игнорировать, до игры допущены не будут. И, наконец, детей повели переодеваться и вооружаться.

Клуб был не из дешёвых, так что у него имелись не только специальные маркеры для детского пейнтбола, но и костюмы, включающие в себя камуфляж, бронежилет, шлем, защитные очки и тактические перчатки. Дети буквально пищали от восторга, облачаясь в форму, а Роза довольно улыбалась. Интересно, как они распределятся по командам?

Пожелав им весёлой игры, Роза направилась в зону, где находились беседки и площадки для барбекю. Найти в Италии мангал оказалось непросто, но ей это всё же удалось. Так что близнецов и их друзей ждало знакомство с шашлыком, благо мясо любили все шестеро.

— Как всё прошло? — спросила Роза у инструктора, когда дети, возбуждённые, перемазанные в краске, громко смеющиеся и яростно жестикулирующие, отправились мыться и переодеваться.

— Очень хорошо, — улыбнулся тот ей, — редко бывают такие дружные дети. Из близнецов получились прекрасные командиры, к тому же они превосходно стреляют. Видео и фотографии будут готовы через неделю. С вашего позволения мы хотели бы использовать некоторые фото в рекламных целях. О, не волнуйтесь, — он правильно интерпретировал протестующий жест Розы,  — исключительно в полном обмундировании, лиц видно не будет.

— Покажете мне те фото, что планируете использовать, — ответила Роза, на что тот кивнул, и повернулась к вернувшимся детям, — ну что, понравилось?

Дружное “да” было ей ответом, а Паоло сжал кулак и воскликнул:

— Это было круто! Точно мы герои боевика!

— Точно, — согласилась с ним  Марчелла, широко улыбаясь, а Виола закивала, поддерживая сестру.

— Где-то через неделю будут готовы фото и видео, так что и боевик у вас свой будет, — ответила Роза, не в силах сдержать улыбку, — и, как настоящим героям, я предлагаю вам подкрепиться. Идёмте.

Шашлык пошёл на ура — Паоло, отец которого был владельцем небольшого ресторанчика, даже принялся расспрашивать Розу, как его готовить и с интересом осмотрел мангал. Дети наперебой делились впечатлениями, весело смеясь, а потом принялись болтать о кино, споря о том, кто из актеров боевиков круче всех.

Так что когда Роза сказала, что следующим этапом празднования будет киносеанс, дети восприняли это с восторгом. А потом был торт в небольшом уютном кафе, и подарки, и поздравления, и Роза, видя, как светятся близнецы, чувствовала себя по-настоящему счастливой, на время отодвинув все свои мысли и заботы.

Мишель восхищённо окинула взглядом большой торт с одиннадцатью горящими свечками на нём, переглянулась с Джеком и решительно шагнула вперёд. Желание, о котором она раздумывала, вдруг возникло само собой, стоило ей посмотреть на маму, которая мягко улыбалась, глядя на них с Джеком, и припомнить как-то сказанные ею слова: “вера двигает горами”. Сжав кулачки, Мишель подумала, изо всех сил концентрируясь на своём желании, бросая его, словно копьё, куда-то в небо: “Хочу, чтобы мама была свободной и счастливой. И чтобы мы всегда были вместе!”

И, переглянувшись с братом, они разом задули все свечи под одобрительные крики и аплодисменты друзей.

Иллюстрации авторства замечательной Рыси Рыжей

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                  СЛЕДУЮЩАЯ