Стив застыл, очень надеясь, что ослышался, и одновременно понимая всю тщету своих надежд. Боже, за что?! Почему снова он?! Очень сильно хотелось материться  — и теперь Стив как-то разом, аж до самых печёнок, понял и Брока с его полными тоскливой усталости взглядами на дуром пёршего вперёд Капитана Америку, и Баки, однажды раздражённо бросившего фразу, которую отказался переводить, и значение которой сам Стив понял, только когда вбил её в поисковик: “grud'yu na ambrazuru, golym zadom na ezha”. 

Нет, ну какого чёрта? Что, никто до сих пор кровь в Хогвартсе не проливал? И всё же, если поразмыслить, всё становилось понятно: Гарри умер в Тайной Комнате, отдав свою жизнь до донышка. К тому же само то место, являясь запретным для домовиков, хоть и не было ритуальным залом, явно имело некое сакральное значение. К тому же Стив бы совершенно не удивился, если бы сыграло роль ещё и происхождение Гарри, хоть тот и понятия не имел о своём роде. 

И кто знает, не отличился ли уже и он, Стив? Некоторую неправильность в замке он начал чувствовать ещё с первого дня возвращения с каникул, но списывал это на то, что знания, которых он поднабрался за лето, заставили его по-другому смотреть на многие вещи. Того же магического зрения у оригинального Гарри не было… Но, похоже, и уничтожение угрожающего ученикам Хогвартса дементора в поезде, и действия, приведшие к исключению постоянно вредящих замку близнецов Уизли, и развеивание твари, маскирующейся под преподавателя  — все эти действия только укрепляли его связь с древним замком… Доукреплялся! Годами бегал с щитом  — теперь сам стал им! Увы, полноценно оценить иронию Стив пока способен не был…

Домовушка тихо, на грани слышимости заскулила, и Стив пришёл в себя  — резко, будто толчком, и осознал, что был на пороге магического выброса. Только вот, похоже, направленность этого самого выброса у него поменялась: в кухне похолодало и, казалось, все краски словно поблекли. Домовики, побросав работу, вжались в стены, и только Лисси, втянув голову в плечи, так и сидела на стуле. 

Стив со свистом втянул в себя воздух. Смысл спорить и ругаться? Вряд ли Хогвартс, образно говоря, примет его отставку. Тем более не сейчас, когда каждый год без помощи наносит древнему замку всё большие повреждения. Не сейчас, когда ему отчаянно нужен кто-то, кто мог бы исправить положение до того, как процесс деградации станет необратимым. 

Глубоко вздохнув, Стив постарался сосредоточиться и успокоиться, ощущая, как его сила словно бы сворачивается вокруг него коконом. Или мантией… Тряхнув головой, он посмотрел на уже немного успокоившуюся, но всё ещё настороженную Лисси, и пробормотал:

 — Защитник, значит. И что я, как этот самый Защитник, должен делать?

 — Лисси не знает,  — домовушка прижала уши,  — домовые эльфы просто чувствуют, что сэр Гарри Поттер  — Защитник.

 — Хорошо…  — Стив двумя пальцами потёр переносицу.  — Зайдём с другого конца. Я могу отдавать приказы домовым эльфам?

 — Да, сэр. Но…  — Лисси замялась, явно подбирая слова, и продолжила:  — Домовые эльфы не знают всех возможностей Защитника.

Стив невольно заинтересовался. Как это? Подумав, он озвучил свои вопросы:

 — Лисси, а откуда вы знаете, что вы можете сделать, а чего не можете. Например, о правах директора?

Домовушка пожала тощими плечиками:

 — Эльфы не знают, эльфы чувствуют. Когда нам отдают приказ те, кто вправе давать такой приказ, мы не можем не подчиниться. Невыполненный приказ… это больно, сэр. Он жжётся. 

 — А директор может вам приказать навредить студенту?  — задал давно интересующий его вопрос Стив.

 — Нет, сэр,  — в голосе Лисси слышался едва ли не священный ужас,  — эльфы не могут вредить хозяевам! А для нас студенты Хогвартса это тоже хозяева, только…  — она хлопнула ушами, явно не зная, как правильно объяснить.

 — С урезанными правами? Как несовершеннолетние дети в семье?   — предположил Стив.

— Да, сэр, — с облегчением выдохнула Лисси.

Стив побарабанил пальцами по столу и решил, что всё это требует осмысления. Хотя сначала надо выяснить ещё кое-что… Вернее, нет, сначала надо позаботиться о сохранении тайны

— Лисси, — он заговорил жёстко и властно, и домовушка вся как-то вытянулась, затрепетав, — мой приказ: никто из домовых эльфов Хогвартса не должен никоим образом сообщать обо мне и моем звании Защитника никому! Ни человеку, ни магическому существу, ни их смескам, ни картинам, ни привидениям, ни прочим сущностям… Если рядом есть кто-то или что-то, способное видеть, слышать или запоминать — ничем не выделять меня из студентов Хогвартса и не откликаться на мой зов. Всё понятно?

— Да, сэр! — хор голосов. 

Стив выдохнул. Слава богу! Честно говоря, того, что о его звании Защитника узнает кто-то из преподавателей или сам директор, он боялся не на шутку. Особенно после слов Лисси о том, что прав у него даже побольше, чем у Дамблдора…

Он повёл плечами, сбрасывая напряжение. Ладно, в конце концов, о том, что Хог имеет на него какие-то виды, он и без того догадывался, так почему бы не воспользоваться преимуществами своего положения, раз уж недостатки уже начали ощущаться?

— Так, — Стив сплёл пальцы в замок, — Лисси, а директор вообще знает о Защитниках?

— Лисси не уверена, сэр… — домовушка поёжилась.

Стив подумал: а что, если невозможность ответить на вопрос тоже причиняет ей боль, и поспешно сказал:

— Если ты не знаешь точного ответа, не беда, просто выскажи своё предположение. Это касается любых вопросов, что я задаю вам всем. Просто предупреждайте меня о том, что это предположение, а не факт. Кстати, Лисси, а почему именно ты говоришь со мной? И могут ли твои сородичи знать о чём-то большем?

— Всё, что знает один из нас, знает Лисси. Лисси Хранитель Памяти эльфов замка! — выпрямившись, с гордостью заявила домовушка.

Стив понимающе кивнул. Теперь ясно: не эльфоГугл, куда может зайти любой, а архив, и Лисси  архивариус.

— Так что ты думаешь относительно знания директора о Защитнике?

— Лисси думает, директор не знает. Это… это знание не магов, а домовых эльфов. Раньше Защитники не знали о своём титуле, это было не нужно. И они не спрашивали.

Стив почувствовал охотничий азарт. Ага, вот оно! 

— То есть если бы я не начал задавать вопросы, то ничего и не узнал бы? Вы бы не обратились ко мне первыми?

— Нет, сэр, — почти со священным ужасом ответила Лисси, — эльфы не смеют указывать и советовать хозяевам! 

— А кто был последним Защитником Хогвартса? — заинтересовался Стив. — И когда?

— Родерик Гриффин. Он был последним потомком Годрика Гриффиндора, только… — домовушка замялась. — Его предок, сын Основателя… в общем, был зачат не с той стороны одеяла.

Стив кивнул. Бастард, значит. Это объясняло фамилию. И, кстати, даже если тот же Диппет знал об особых правах Родерика, то мог думать, что это из-за родства с Основателем. Очень любопытно… не поэтому ли к последнему потомку Слизерина было столь пристальное внимание?

— Сэр Родерик стал Защитником, когда учился на шестом курсе, в 1612 году. Во время гоблинского восстания,  — Лисси ощерилась, и Стив едва не поёжился, увидев рот домовушки, полный крохотных, но очень острых на вид треугольных зубов. — У гоблинов тогда был штаб в Хогсмиде, и они сумели потайными ходами пробраться в Хогвартс. Сэр Родерик был старостой факультета Гриффиндор и как раз патрулировал коридоры, когда там появились гоблины. Вступив с ними в бой, сэр Родерик сумел задержать нападавших до подхода подмоги, и сам чуть не умер, сражаясь.

— Понятно, — протянул Стив. Действительно, что уж тут непонятного? Именно что Защитник: пролил кровь, защищая замок и его обитателей, едва не умер… похоже! Кстати, а вот любопытно…

— Лисси, ты сказала, что Родерик был последним потомком Гриффиндора. Значит, у него не было детей? Странно для потомка Основателя и явно прославившегося мага.

Лисси вновь застыла, “подключаясь к базе знаний”. Ненадолго — уже через пару секунд она отмерла и пояснила:

— Эльфы слышали разговор двух преподавателей, что Родерик Гриффин умер, когда ему и тридцати не исполнилось: любовница опоила его Амортенцией, а у него оказалась аллергия на одну из составляющих.

Вот теперь реально всё сошлось. Что ж, похоже, и в самом деле вероятность того, что Дамблдор не знает о Защитниках, довольно высока. А значит, главное — не выдать себя, что означает следить за своими словами и поступками. Что ж, Стив это и без того делал, придётся удвоить бдительность и повысить самоконтроль. Да, он давно не тот Стив Роджерс, что был, по меткому выражению Баки, в каждой бочке затычкой, не тот вспыхивающий по малейшему поводу Сопляк и не излучающий праведный гнев Капитан Америка, но полностью натуру не изживёшь! 

Стив поколебался, но всё же решился задать вопрос:

— Лисси, ты знаешь, где находится Ритуальный зал Хогвартса и как туда попасть?

Лицо Лисси, стоило той услышать его вопрос, исказилось, рот открылся в безмолвном, и от этого ещё более ужасающем крике, тело выгнулась, будто в припадке эпилепсии, и Стив выкрикнул, похолодев от ужаса:

— Я отменяю вопрос!

Лисси выгнуло в последний раз — и отпустило. Домовушка съёжилась на стуле, вся дрожа, и Стив, охваченный раскаяньем, погладил её по голове, выпустив чуток своей магии. Лисси под его рукой замерла и распрямилась, благодарно взглянув на Стива, и тот с лёгким удивлением заметил, что та, похоже, даже чуть помолодела.

— Прости, Лисси, я не знал, что может быть вот так, — с раскаянием произнёс он.

— Лисси не может ответить, Лисси виновата, Лисси накажет себя, — пробормотала та.

— Я запрещаю вам себя наказывать, — поспешно произнёс Стив, вспомнив Добби с его прижжёнными утюгом пальцами. 

— Эльфы должны наказывать себя, Гарри Поттер, сэр, — растерянно взглянула на него Лисси. — Если эльф не выполнил приказ хозяина, он должен наказать себя, иначе это очень-очень больно.

— Но если ты не выполнишь приказ директора, к примеру, и накажешь себя, то ты нарушишь мой приказ, который главнее, — возразил Стив.

Лисси, помешкав, кивнула. Стив выдохнул: всё же эти существа иногда ставили его в тупик своей странной логикой. Кашлянул — горло пересохло, и спросил:

— Можно мне ещё чаю?

Допив, он отставил чашку в сторону и уточнил:

— Лисси, а о других тайных местах Хогвартса я могу тебя спросить, или на это знание тоже наложен запрет?

 — Нет, сэр, запрет только на… — она прервалась, и Стив поспешно кивнул. Понятно, значит, под запретом только знание о Ритуальном зале. Жаль, что Армандо Диппет уже мёртв — Стив бы с удовольствием порасспросил того о том, для чего тот всё это устроил! И нет, ему бы ничего не жало: праведность и чистоплюйство Капитана Америки окончательно сдохло в муках где-то между первым и вторым Щелчком.

Стив остановил себя: злиться на покойника глупо и контрпродуктивно. А вот задать вопросы… Они у него были — да что там, их было столько, что Стив не знал, о чём спросить в первую очередь! К тому же, скорее всего, до отбоя осталось совсем немного времени… вызвав Темпус, он вздохнул: да, своим ходом он как раз доберётся до башни Гриффиндора к отбою, а просить домовиков перенести его… нет уж, этого он точно делать не будет! Тем более что это здесь не было никаких портретов, а вот выше…

— Я обдумаю вопросы и приду завтра, — решил он. — И, Лисси… я бы хотел, чтобы эльфы Хогвартса помогали мистеру Филчу в деле уборки и починки. 

 — Вы желаете, чтобы эльфы выполняли приказы мистера Филча? —  уточнила та.

— Желаю, если эти приказы будут направлены во благо замка и его обитателей. И, Лисси… если сомневаетесь, можно ли выполнить приказ любого другого человека — просто уточните это у меня. Всё, мне пора. 

У самой двери Стив надел мантию-невидимку и выскользнул за дверь. Неслышно пробрался между группки старшекурсников-хаффлпаффцев, оживлённо обсуждающих какую-то Китти, и направился к лестнице — самой обычной неподвижной лестнице. Хватит, сегодня он уже накатался!

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                      СЛЕДУЮЩАЯ