Роза сидела в кресле и смотрела на пляшущий в камине огонь. Конец ноября она не любила ни в прошлой жизни, которая чем дальше, тем больше казалась ей сном, ни в этой, пусть в Гильбоа и было значительно теплее, чем там, где она жила в прошлом. 

Тихие шаги, и Джек опустился на шкуру у камина, прижавшись головой к бедру Розы. Она ласково погладила сына по голове, запустив пальцы ему в волосы — они снова отросли и начали виться, и легонько помассировала кожу головы. Джек заурчал по-кошачьи, заставив Розу тихо рассмеяться: и Джеймс, и солнышко Джек были теми ещё котиками!

— Ты ужинал? — с ласковой строгостью спросила она.

 — Нет ещё, — ответил Джек с блаженным выдохом, — хотел с тобой поужинать. А Мишель где? 

— У неё свидание, — ответила Роза и тихо рассмеялась, когда Джек вскинулся.  — С Габриэлем Верне.

Джек хмыкнул. Габриэль Верне, молодой французский  учёный-биохимик, был одним из тех, кто приехал в Гильбоа ради возможности воплотить свои идеи в жизнь и работал вместе с Хелен Чо, которая и познакомила его с Мишель. 

— Ты не против? — спросил он у Розы.

— Нет, — качнула головой та, невольно мысленно скривившись при воспоминании о Давиде Шепарде. — Мелье его проверил вдоль и поперёк, ничего опасного для Мишель не нашёл. Ухаживает он красиво, а Мишель ему и в самом деле очень нравится.

— Мало ли кому она нравится, — ревниво заметил Джек, — сестрёнка красавица и умница, так что поклонников у неё масса. Ладно, Верне не худший вариант, — нехотя согласился он, вспомнив того: высокий голубоглазый блондин с фигурой пловца.  — Тянет же Мишель на блондинов!

— Зато остаётся порадоваться, что вас с ней совершенно разные типы мужчин привлекают, — усмехнулась Роза. 

— Спасибо Господу за маленькие милости, — молитвенно сложил руки Джек, — не хватало мне ещё с сестрой за мужиков соперничать. Мам, а когда дед вернётся? Я соскучился. Он и без того славно в Штатах порезвился, разведка доносит, что все спецслужбы на ушах стоят.

— Лучше бы они, спецслужбы эти, так рьяно Гидру в своих рядах искали, — усмехнулась Роза, — скоро. Полностью он Гидру, конечно, вряд ли истребит, — она вздохнула, — но вот проредит изрядно.

— Там ещё есть кто-то кроме рядовых исполнителей? Судя по спискам, хм… свежиспечённых покойников, мозгов там не осталось.

— Мозгов? — переспросила Роза, замирая от пришедшей ей в голову мысли. Как, ну как она могла забыть?! Да, в этом может быть несовпадение с каноном Марвел, но если всё же, то…

— Мама? — окликнул её Джек, и Роза растерянно посмотрела на него. — Что-то случилось?

— Нет, просто твои слова натолкнули меня на одну важную мысль, — призналась Роза.  — Так, давай ужинать, в столовую или приказать подать сюда?

— Сюда, — тут же ответил Джек, — не хочу никуда идти. Устал от людей. И хочется чего-то, сам не знаю чего. Знаешь, — он притянул колени к груди и положил на них подбородок, смотря на огонь,  — иногда я завидую Мишель. Она легче воспринимает людей, отношения… а я… не знаю. 

— Тебе просто надо влюбиться, солнышко, — ласково сказала Роза, опускаясь на пол рядом с ним и обнимая сына. 

— Наверное, — пожал плечами Джек и признался: — Знаешь, самым счастливым я был, когда мы жили в Италии. Ну, кроме некоторых моментов, когда накатывали воспоминания. Наверное, мне должно быть стыдно жаловаться, потому что ты всё время делаешь всё, чтобы мне было проще, но… мне не хватает свободы. Я бы хотел уехать из Гильбоа куда-нибудь… не как Его Величество король Гильбоа Джонатан I, а просто как Джек. Ненадолго, хотя бы на недельку, просто пожить жизнью обычного человека… ладно, не совсем обычного, но и не короля. 

— Я понимаю, — задумчиво кивнула Роза, — вот только это опасно, к тому же дипломатические сложности… Я подумаю, ладно? Посоветуюсь с Джеймсом и Мелье относительно того, как это можно устроить. 

— Спасибо! — Джек одарил её такой сияющей улыбкой, что Роза не смогла сдержать ответной. Поднявшись, он преувеличенно церемонно поклонился, протягивая ей руку, и произнёс: — Миледи матушка, позвольте сопроводить вас к столу?

— Несомненно, сын мой, — в той же манере ответила она, подавая сыну руку.

***

Роза взглянула на часы. Время перевалило за полночь, а значит, в Нью-Йорке уже шесть пополудни. Насколько она знала, сегодня у Джеймса с отрядом миссий не намечалось, а значит, он вполне может ответить. 

Подойдя к стене, она сдвинула в сторону резную деревянную панель, открыла сейф и достала оттуда модифицированный Ванко  спутниковый телефон. Помешкала, собираясь с духом, и нажала на вызов.

Джеймс ответил почти сразу же:

— Роза, что-то случилось? — в голосе его звучала тревога.

— Нет, не переживай, с нами всё в порядке. Просто я кое-что вспомнила и подумала, что ты должен об этом знать. Помнишь, я рассказывала тебе о своей “жизни в другом мире”?

— Конечно, — даже по голосу ощущалось, что Джеймс подобрался. 

— Там был эпизод, когда… кхм… герои явились в лагерь Лихай и обнаружили там, — Роза замялась, набрала воздуха в грудь и выпалила на одном дыхании: — Оцифрованного Арнима Золу.

Джеймс молчал почти минуту, Роза слушала его дыхание и материла себя последними словами: как, ну вот как она могла об этом забыть! Идиотка чёртова! Ну почему она не вспомнила об этом перед началом всей этой эпопеи, чтобы сказать об этом деду лично, чтобы помочь ему справиться с воспоминаниями, со всем этим....

— Оцифрованного, значит, — наконец заговорил Джеймс. — Это как? 

— Я плохо помню, прости, — повинилась Роза. — Вроде бы во время той операции в Альпах его захватили-таки, а потом он начал работать то ли на правительство, то ли на СНР. 

— Картер. Однозначно без этой сучки не обошлось, — мёртвым голосом произнёс Джеймс. — Дальше.

— Это как-то называлось, когда фашистских учёных вербовали, какое-то дурацкое название… сейчас,  — Роза сосредоточилась, пытаясь вспомнить. — Операция… Шпилька? Нет, что-то… точно, Скрепка! Операция “Скрепка”! Да.

— Операция “Скрепка”. Запомнил. Продолжай.

— В общем, не знаю, как, но в результате Зола начал работать не только на СНР, в конце сороковых превратившийся в ЩИТ, но и на Гидру. А когда он заболел и стало понятно, что это неизлечимо, каким-то образом перенёс свой разум в компьютеры Лихая и сейчас, по идее, он что-то вроде управляющего лагерем искусственного интеллекта.

— Когда это было? — уточнил Джеймс.

— Семидесятые, если я правильно помню. Начало семидесятых? — с сомнением добавила Роза.

— Значит, технически там всё должно быть довольно примитивным. Это плюс. Что-то ещё?

— Вроде было какое-то оружие, нацеленное на Лихай, управляемое Золой, но это не точно,— после заминки ответила Роза.   — Джеймс, я… может, имеет смысл первоначально провести разведку? Если Зола там, то он ещё долго никуда не денется…

Какое-то время Джеймс  молчал, потом сказал:

— Нет, я чувствую, что ждать нельзя. Не бойся, на рожон я не полезу. Хотя теперь я очень сильно хочу навестить милейшую Пегги и хорошенько  допросить её. Даже странно, что я о ней забыл. Но её, пожалуй, я действительно оставлю на потом, а вот встречи с Золой жду с нетерпением.

— Будь осторожен и возвращайся поскорее. Мы соскучились.

— Обещаю. Пока, Роза.

***

Джеймс нажал на “отбой” и положил телефон: пришлось переложить его в правую руку, чтобы не сжать слишком сильно. Покосился на кресло: удобное, с высокой спинкой и подголовником, и передёрнул плечами, вспоминая совсем другое Кресло. Отошёл к окну, постоял, глядя на трепещущие под ветром и дождём ветви деревьев, на барабанящие по стеклу капли, и уселся на подоконник, прижавшись лбом к холодному стеклу.

Арним Зола. Одного имени хватило, чтобы в душе поднялось такое… Казалось, всё пережито и забыто, но… 

Аззано. Клетки, в которых нельзя было выпрямиться, боль, крики, страх. Лаборатории. Зола, наблюдающий за ним, привязанным к столу, с жадным, больным любопытством. Снова боль, и отчаяние, и безмолвная молитва о том, чтобы всё прекратилось…

Стив… он судорожно всхлипнул, вспомнив то его появление. Тогда он был уверен, что умирает, и за ним пришёл вестник смерти, почему-то с лицом его Мелкого. И поверил в то, что это всё не морок, что он действительно жив и на свободе, только тогда, когда они вырвались наружу и он вдохнул запах земли, палой листвы и дождя.

Война, Ревущие Командос, Стив — и эта сука Картер, вьющаяся вокруг него, плетущая свои сети. Он горько усмехнулся, вспоминая девочек из Красной комнаты: о нет, подлинной Чёрной Вдовой для него была именно агент Картер. Ночные кошмары, холод — он всё время мёрз, постоянный голод… Это уже в этом времени, вспомнив всё, он понял: сыворотка требовала своё, пытаясь перестроить его тело.

Поезд, отчаяние в глазах Стива, падение… Плен, прозекторский стол, мерзкий звук, с которым пила вгрызалась в живую плоть, боль, затопившая собой всё… Боль-отчаяние-боль, и робкая надежда… рухнувшая, когда ему показали газеты со статьями о подвиге Капитана Америки… и некрологом.

“Ох, Стив”...  Он горько улыбнулся: незаживающая рана в его душе. Джеймс не представлял, что было бы с ним, не будь у него Розы, Джека и Мишель: внучка и правнуки стали якорями, держащими его крепче вибраниумных цепей, теми, благодаря которым он снова научился жить и радоваться жизни.

Внезапно пришедшее воспоминание заставило его замереть. Роза сказала, что Зола работал на ЩИТ? Он встал, прошёлся по комнате и сел-таки в кресло, вспоминая всё, что знал об этой организации. А знал он немало: Роза тщательно собирала о ней информацию. ЩИТ возник в сорок девятом, а он точно помнил мерзкую рожу Золы, с больным восторгом пялящуюся на него, прикованного к лабораторному столу. И было это… в шестьдесят втором? Шестьдесят третьем? Да, точно, в шестьдесят третьем. Похоже, Гидра и Пирс лишь вишенка на торте, раз работающий на ЩИТ Зола оказался в шестьдесят третьем в Союзе, на базе Левиафана.

Что ж, одно ясно: в ближайшее время ему и Страйку светит поездочка в место, скажем так, боевой славы Капитана Америки. Тем более что прочие намеченные цели плавно подходили к концу: осталось буквально пару мест, которые стоило посетить. 

Он хмыкнул, вспомнив сегодняшнюю тренировку. Всё-таки Роза прекрасно подобрала ему подтанцовку: Брок и сам рвал жилы, стараясь если и не дотянуться до него, то хоть приблизиться, и своих гонял будь здоров. А ещё Джеймс недавно понял, что страйковцы хоть и по-прежнему относятся к нему с опасливым восхищением, но признали его своим. И это было, пожалуй, даже приятно: всё-таки в Гильбоа он был для всех кузеном королевы со всеми вытекающими последствиями.

Что ж, значит, Лихай. Надо бы ещё, конечно, навестить дорогую бывшую соратницу… но это, пожалуй, он оставит на потом. С мисс Картер отряд ему не понадобится, так что стоит вернуться к семье. Да и подготовиться к визиту стоит так, чтобы всё прошло на высшем уровне, так что помощь Розы не помешает.