Стив неторопливо ужинал, незаметно наблюдая за гриффиндорцами в целом и за семейкой Уизли в частности. Перси держался в отдалении от всех и молча ел, уставившись в тарелку. Значка старосты факультета у него больше не было — а это, как знал Стив, было редкостью: старост факультета  назначали на пятом курсе и они занимали этот пост до выпуска, если, конечно, не становились на седьмом курсе старостами школы. С другой стороны, подобное решение Макгонагалл — а старост факультета назначали именно деканы — было логичным: если Перси Уизли не смог уследить даже за собственной сестрой, как он может отвечать за целый факультет? Оглядев весь стол, Стив заметил значок старосты на мантии у одного из старшекурсников: довольно высокого и накачанного парня с грубоватыми чертами лица и внимательным взглядом. Как его звали, Стив не помнил, точнее, Гарри и не знал: в квиддич новый староста не играл, с близнецами Уизли не дружил, а значит, был Поттеру неинтересен.  Впрочем, имя старосты девочек, чуть полноватой блондинки с флегматичным выражением лица, ему тоже было неизвестно. 

Близнецы о чём-то шушукались с Ли Джорданом, периодически поглядывая на Стива. Не они одни: похоже, перемены в его внешности многие оценили, и Стив буквально кожей чувствовал направленные в его сторону взгляды, и не только гриффиндорцев. Благо закалка Капитана Америки помогала относиться к такому вниманию практически безразлично, да и медитации помогли: ушла некоторая дёрганность, несосредоточенность и рассеянное внимание Гарри. Надо сказать, это было нелегко: превратить себя из импульсивного и несдержанного подростка в его более спокойную и продуманную версию.

Один из близнецов — Стив их не различал, да и зачем? — что-то сказал сидящей напротив Анджелине Джонсон, та пожала плечами и ответила. Ожидаемо, в отношении близнецов Уизли на бойкот можно было и не рассчитывать: успешным игрокам в квиддич на факультете прощалось многое. В отличие от них, Рон и Джинни находились словно в пузыре, и их отчуждение стало ещё основательнее, когда Рон недобро зыркнул на собирающегося было сесть рядом с ним первокурсника. 

Грейнджер нехотя отвечала на вопросы Лаванды Браун и Парвати Патил. Судя по тому, что две факультетские сплетницы то и дело поглядывали в его сторону, Стив решил, что те выспрашивают у Грейнджер об их ссоре. 

Наконец ужин закончился. Стив отметил, что Спраут подошла к хаффлпаффскому столу и что-то сказала старосте девочек, на что та кивнула, задав декану какой-то вопрос. Та ответила, и лицо её при этом стало мрачным. Впрочем, внутренняя кухня других факультетов уж точно не была тем, что волновало Стива сейчас. 

Направляясь к выходу из Большого зала, он обратил внимание, что все деканы остались на месте, о чём–то переговариваясь. Люпин тоже сидел за столом и, казалось, чувствовал себя неуютно. Фыркнув, Стив прибавил шагу, нагоняя ушедших чуть вперёд гриффиндорцев: следовало поспешить, чтобы не остаться ночевать в коридоре, ведь пароля он не знал. Однако, к его удивлению, новый староста стоял рядом с портретом Полной Дамы, поджидая отстающих и сверяясь с каким-то списком. Стив еле слышно хмыкнул: неужели есть шанс, что на Гриффиндоре прибавится порядка? Если так, то он только за!

Кивнув старосте, Стив прошёл в гостиную. Ничего не изменилось: всё то же красное и золотое, потёртые гобелены, не первой свежести мебель… вот интересно, почему в школах обычного мира летом делают  ремонт, а в Хогвартсе — нет? Почему декан, являющаяся профессором Трансфигурации, не может превратить в нечто приличное хотя бы вон то давно потерявшее форму кресло? Или это специально: минимум комфорта, дабы побудить студентов изучить те же чары или трансфигурацию самостоятельно, чтобы привести всё в порядок? Ну, если так, то из местных хреновые психологи…

Первокурсники расселись на двух диванах, выглядя до того маленькими и растерянными, что Стиву стало их жаль. Мало того, что многие, возможно, впервые уехали от родителей, так ещё и дементоры…  вот и сидели первачки, точно нахохлившиеся  воробьи на ветке, периодически поёживаясь и робко поглядывая по сторонам. Особенно на старшекурсников, которые, судя по их виду, собирались отпраздновать начало нового учебного года — ну или помянуть каникулы, учитывая, что оттуда доносился звон бутылок. Вторая староста села рядом  с маленькой и худенькой первокурсницей и что-то у неё спросила.

Вошедший вместе с последним первокурсником староста подошёл к диванам, на которых разместились новички, и представился:

— Меня зовут Рой Макгрегор, это Вайолет Донован, мы старосты факультета. Сейчас мы проводим вас по спальням, а завтра с утра отведём в Большой зал. В восемь утра вы все должны быть в гостиной. Всё, идём.

Стив хмыкнул: речь Макгрегора никак нельзя было назвать мотивирующей. Хотя это всё равно было больше того, что сказал на первом курсе Гарри Перси Уизли. Интересно, а новые старосты чистокровные? Насчёт Донован он уверен не был, но полагал, что она как минимум полукровка. А вот Макгрегор скорее всего чистокровный. Он  явно из одного из шотландских кланов, а там совершенно особое отношение к чистоте крови: сквибов никогда не изгоняли в обычный мир, а  в немагической части клана практически не бывало маглорождённых. Стив очень удивился в своё время, прочитав об этом и памятуя о собственном декане. Хотя если мать Макгонагалл сама решилась уйти в обычный мир, вместо того чтобы привести мужа в клан или же обратиться к магической части того клана, к которой принадлежал её супруг, то кто, как говорится, ей доктор? 

Вздохнув, Стив решил, что дальше ждать нельзя и, собравшись с духом, направился к спальне. Столкнуться с соседями по комнате всё равно придётся, так чего время тянуть? 

Все третьекурсники Гриффиндора уже были в спальне. Переговаривались между собой Симус Финниган и Дин Томас, копался в сундуке Невилл  Лонгботтом, а Рон Уизли сидел на своей кровати и мрачно зыркал на всех вокруг. Стив кивнул Дину и Симусу, который, окинув его взглядом, одобрительно поднял вверх большой палец, и повернулся к Невиллу, кровать которого была ближайшей к отведённой ему:

— Добрый вечер, Невилл.

— Привет, Гарри, — поздоровался тот, явно желая о чем-то спросить, но покосился на Рона и, видимо, решил, что это подождёт. — Как провёл лето?

— Неплохо, — ответил Стив, — занялся своим здоровьем наконец, и не только. А как твоё лето?

— Обычно, — махнул рукой Невилл, — а…

И прервался, когда рядом с ними возник Уизли. Стив отметил, что красный цвет лица тому совершенно не идёт, дисгармонируя с рыжей шевелюрой, зато веснушек не видно. 

— Ты! — Рон двинулся на Стива, сжимая кулаки. — Предатель! Тёмный прихвостень! Это всё из-за тебя!

И замахнулся, явно рассчитывая, что тот не увернётся. Вот только сейчас Стиву совершенно не с руки было выставлять себя жертвой, так что через несколько секунд Рональд Уизли вскрикнул от боли в вывернутой руке, уткнувшись мордой в пол. Симус аж присвистнул, подойдя поближе, и с одобрением сказал:

— Круто ты его! Тренировался?

— А то! — ухмыльнулся Стив и добавил, обращаясь к Уизли: — Теперь с тобой. Я виноват, значит? В том, что твоя семья — наглые воры? В том, что твоя сестрица едва не стала убийцей — а я, идиота кусок, чуть не сдох, спасая эту дуру? А может, в том, что все Уизли на самом деле презирают маглов и маглорождённых? 

На последних словах Стива Дин изменился в лице и полоснул Рона ну очень нехорошим взглядом.

— Держись от меня подальше, Уизли! В следующий раз я не буду столь милосерден, — закончил Стив и, придавая веса своим словам, нажал на болевую точку, отчего тот взвыл, точно банши. Стив выпустил его из захвата и, не обращая внимания на поверженного врага, полез в чемодан. Надо было достать пижаму, “мыльно-рыльное”, принять душ и ложиться спать. Денёк выдался не из легких.

***

Минерва Макгонагалл опустилась на своё место в кабинете директора и оглядела рассаживающихся коллег. Непривычно серьёзный и сосредоточенный Флитвик, мрачная Спраут, Снейп, как всегда, недовольный… а нет, не как всегда: тот был не недоволен, о нет  — он ярился от злобы, особенно когда его взгляд падал на притулившегося у края стола Люпина.

Минерва тихонько вздохнула: она была категорически против назначения Ремуса на должность профессора ЗОТИ, но когда это Альбус её слушал? Как будто ей не хватило тех семи лет, пока оборотень учился в Хогвартсе! Тогда после каждого полнолуния она с замиранием сердца ждала дурных вестей — и выдыхала до следующего полнолуния, поняв, что всё обошлось. И уж точно ей не хотелось повторения! Хорошо хоть, что Джеймс Поттер — и, как ни печально это признавать, Сириус Блэк  — хоть как-то контролировали дружка-оборотня! Петтигрю… он был скорее на подхвате, и точно никогда не был авторитетом для Ремуса. Только когда остальные трое Мародёров стали анимагами, она смогла немного расслабиться. Да, их пришлось слегка подтолкнуть к этому решению, и куда раньше, чем это считалось допустимым, но Минерва считала, что оно того стоило, а те, кто пишут, что анимагическое превращение до полного совершеннолетия вредно, просто завидуют тем, кто может превратиться в этом возрасте. 

И вот опять! Если Люпин обратится и, не дай Мерлин, нападёт на кого-то… Ей было откровенно страшно думать о таком, ведь ответственность ляжет и на неё,  как на заместителя директора…

— Кхм, — директор  прервал её невесёлые размышления. Выглядел Альбус странно, каким-то… потускневшим. Не так сияла борода и волосы, даже звёзды на мантии, казалось, блестели меньше. — Коллеги, полагаю, вы все в курсе случившегося в Хогвартс-экспрессе инцидента…

— Инцидента?! — взвилась Спраут. — Это теперь так называется? Нескольких учеников чуть не “поцеловали” дементоры! И какого боггарта, Альбус, ты нас прямо сейчас собрал? Нам надо быть с детьми, успокоить их, проверить, кому нужна помощь, а не вот это всё!

Макгонагалл с трудом удержалась от совершенно кошачьего фырканья. Помона над своими барсуками порой квохтала точно наседка над цыплятами! Минерву это раздражало: она искренне считала, что правильное воспитание детей непременно должно включать в себя некоторое количество трудностей, которое юные волшебники должны преодолеть, дабы подготовиться ко взрослой жизни, где никто не будет их заворачивать в вату и целовать в лобик. Но Помоне это говорить было бесполезно, так что Минерва давно перестала и пытаться.

— Соглашусь с Помоной, — кивнул Флитвик, — я даже не в курсе, кто на моём факультете пострадал, кроме мисс Турпин,  и какая им нужна помощь. И  планировал выяснить это сейчас. Северус, а что с твоими?

— Большинство подготовились, так что воздействие на них было не таким сильным, но я тоже планировал опросить слизеринцев и направить пострадавших к Поппи или выдать им Восстанавливающее,  — ответил Снейп. — И я полагаю, что в ближайшее время разразится скандал, даже если драгоценные отпрыски наших лордов и не пострадали.

— Дементоры — не моя затея, мальчик мой, — возразил директор. — Вы же знаете, я пытался отбиться, но Фадж закусил удила. 

— Но Хогвартс-экспресс считается территорией школы, — вздохнула Минерва, потирая висок. — Альбус, коллеги правы: стоило сейчас хотя бы опросить детей, а ещё лучше —  попросить Поппи продиагностировать их.

— Со своим факультетом я сам разберусь, — возразил Снейп, но тоже требовательно воззрился на директора.

— Есть кое-что, чего вы не знаете, — погладив бороду, ответил Альбус.  — Один из напавших на поезд дементоров был уничтожен. Тот самый, от которого пострадала мисс Турпин. У министерских истерика, потому что до сих пор наиболее мощным средством от дементоров считался Патронус, который просто отгоняет их от мага. Те амулеты, которыми пользуются служащие Азкабана, также основаны на этом принципе. 

— Но как тогда?... — ошарашенно начала Минерва.

— В том-то и дело, — мрачно кивнул директор, — Филиус, что говорит мисс Турпин? Она кого-то или что-то видела?

— Она в шоковом состоянии, и никого и ничего не видела. Точнее, увидела голубой отблеск, а потом нависающий над ней дементор исчез. Подробнее расспрашивать её в том состоянии было бы негуманным, — задумчиво ответил тот, помолчал и добавил: — Но я тоже не представляю, что это могло быть за колдовство, даже не читал никогда о таком. Ремус, а вы что-то видели?

— Нет, — ответил тот, — того дементора, что полез в вагон гриффиндорцев, я отогнал, но именно что отогнал. И даже не представляю, что случилось с тем, другим дементором. Директор, но у вас же есть соображения?

— Есть, — ответил тот и вздохнул:  —  но они мне не нравятся. Уничтожить дементоров может лишь некромант, причём превышающий своей мощью призвавшего их в наш мир Экриздиса, либо… — он замолчал, каким-то нервным движением снял очки и  потёр переносицу.

— Либо? — подался вперёд Снейп, сверля Дамблдора взглядом.

— Те, кто умеют бороться с подобными сущностями. Сиды… и маги-инквизиторы.

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                  СЛЕДУЮЩАЯ