Яр Найт 

Поезд дёрнулся и застучал по рельсам. Я упал на мягкий диванчик и закрыл глаза. Три дня в пути, и мне хотелось только тишины.

Дверь щёлкнула. В купе вошёл старик. В руках он держал небольшой чемодан. Сел напротив, положил его на колени.

- Много их, - сказал он.

- Кого? - не открывая глаз, буркнул я.

- Миров. Я видел сотни. Красивые, блёклые, добрые, злые.

Я думал, он сумасшедший. Очередной философ из плацкарта. Но старик похлопал ладонью по чемодану.

- Я ношу один из них здесь. Сначала он был с ладошку. А потом я начал его наполнять, и он вырос.

Мне стало интересно. Я открыл глаза и посмотрел на чемодан.

- Что за мир?

- Хотите посмотреть?

Я был уверен, что сейчас увижу грязные носки и курицу в газете, но любопытство пересилило.

- Хочу.

Он щёлкнул старыми латунными замками. Клик. Клик.

Оттуда пахнуло сосновым лесом и тёплым ветром. Внутри не было дна. Там, за стенками, уходило в бесконечность глубокое синее небо. По долине текла серебряная река, и я слышал её шум. Это был не рисунок. Это был объем. Живой, цветной, добрый и такой тёплый, что у меня защемило в груди.

Старик захлопнул крышку. Звук отрезал реку и небо. В купе снова запахло старым вагоном.

- Красивый мир? - спросил он, защёлкивая замки.

- Это прекрасно, - выдохнул я.

- Вы тоже можете носить такой, - сказал старик. - Свой.

- Вы можете мне его дать?

- Этот - нет. Но я могу дать вам пустой. Только от вас зависит, чем вы его наполните. Лёгкостью, добром и светом. Или тяжестью, тьмой и злом. И тем, чем вы его наполните, вам придётся нести до конца жизни.

Уличный фонарь выхватывает из сизых сумерек жёлтый круг асфальта, и мы идём внутри этого тёплого света. Над крышами, прямо на горизонте, повисла полная луна - она щурится и криво улыбается нам своим бледным светом. Вечерний осенний воздух пахнет прелой листвой, остывшим асфальтом, её духами и чем-то приторно сладким, с ноткой ванили. Листья под ногами хрустят, как пересыпанный сахар. Мы идём по аллее, и она смеётся, запрокинув голову. Пар от её дыхания растворяется в сизом октябрьском воздухе. По бокам дорожки дворник навалил целые курганы листьев - жёлтые, багровые, светящиеся отражённым теплом фонаря. Идеальная декорация для первого поцелуя. Романтика сочится из каждой поры этого вечера, густая и пряная, как мёд.

Я останавливаю её, встаю напротив. Сердце начинает биться чаще, глухо отдаваясь в ушах. Это мой первый раз, и я понятия не имею, что делать, поэтому просто вытягиваю губы трубочкой, втягиваю щёки и крепко зажмуриваюсь. Тянусь вперёд, закрывая собой полнеба. Весь мир сейчас сузился до этого миллиметра между нашими лицами.

Она не отстраняется. Она просто заливается смехом - он разлетается по пустой аллее, чистый и звонкий, как колокольчик в осенней тишине, рассыпаясь на хрустальные осколки.

В этот же миг она толкает меня плечом в сторону. Легко, играючи.

Земля уходит из-под ног. Я лечу вперёд, всё так же вытянув губы, всё ещё не открывая глаз. Падаю лицом прямо в рыхлый бок кургана.

Сухой шелест сменяется глухим, влажным чавканьем.

Мои губы погружаются во что-то вязкое. Это не листья.

Смех обрывается.

Я резко дёргаю головой назад, распахиваю глаза. Судорожно глотаю воздух. Передо мной, прямо в том месте, куда врезалось моё лицо, лежит коричневое, бесформенное пятно.

Мой первый поцелуй пахнет не духами и осенью.

Романтика в сегодняшнем моменте умерла. Она просто взяла и сдохла прямо здесь, в этом пятне.

Мои кости - чугун, изъеденный солью. Мои вены - медь, по которым каждую ночь пускают жёлтую кровь. Я стою на этой набережной так давно, что бетонная облицовка стала для меня теплой. Я - единственный, кто работает в этом городе в ночную смену бесплатно.

Утром ко мне пришёл человек. В руках - ведро с клейстером, смердящим кислым тестом, и стопка мятой бумаги. Прижал влажный лист к моему животу. «Пропала собака. Откликается на Джесси». Какая пошлость. Припёрся на рассвете, чтобы испортить мой холодный сон своими соплями. Он излил свою тревогу на мой чугунный бок, словно я - почтовое отделение. Но я не отправлю это письмо. Никто не будет читать о пропавшей Джесси. Люди смотрят либо под ноги, боясь наступить в продукты жизнедеятельности друг друга, либо в свои светящиеся прямоугольники, где их ждут такие же картонные, нарисованные собаки. Его надежда теперь просто гниёт под дождём, а буквы «Джесси» стекают по моему боку чёрными слезами дешёвой типографской краски.

И ведь он угадал с местом. Днём ко мне приходят они. Стайка девиц в неоновых кроссовках. Снимают курточки, чтобы оголить плечи - октябрь на дворе, идиотки, вы же заработаете менингит ради одного сторис. Жмутся ко мне ледяными животами, чтобы поймать ракурс. Они думают, что обнимают романтичный артефакт. Нет. Они обнимают полторы сотни килограммов чугуна, который в эту секунду мечтает коротнуть так, чтобы у них навсегда отвалились вспышки на телефонах.

К основанию моего столба жмётся мопс в дорогом комбинезоне в розовый ромбик. Его хозяйка, уткнувшись в экран, тянет поводок. Мопс смотрит на меня с собачьей тоской, задирает лапу и заливает мой гранитный постамент горячей жёлтой струёй. Благодарю. Хоть кто-то в этом городе общается со мной по-настоящему, без фальшивых сантиментов и фильтров. Оставь мне свой автограф, дружище. Это единственное честное сообщение на моей поверхности. Твоя хозяйка сейчас выложит фото «Волшебный вечер у воды», а под ней, между прочим, парит облако аммиака. Искусство требует жертв.

Из-за кустов выныривает дворник. Тихий человек в оранжевой безрукавке, униформе городских святых и ассенизаторов. Он не смотрит на меня, он смотрит на свои руки и метлу. Подметает опавшие листья - жёлтые, мёртвые ладони деревьев, которые даже сдохнуть нормально не смогли, не оставив после себя ничего, кроме мусора. Сгоняет их в кучу. Прямо к моим ногам. Спасибо, святой человек. Ты устраиваешь мне погребальный костёр. Очень тактично. Сметаешь всё, что навалило за день - окурки, плевки, собачье дерьмо в бумажках - к единственному, кто здесь вообще что-то освещает. Уважаю профессионализм. Я для тебя - просто уличная урна с функцией ночника.

Солнце садится. Я чувствую, как по венам снова пускают ток. Внутри стеклянной колбы просыпается маленькое, горячее солнце. Я - единственный честный свидетель в этом театре лицемерия. Я вижу всё. Каждую трещину в асфальте, каждую слезу, которую прячут в воротник, каждую фальшивую гримасу. Я освещаю темноту, но сам остаюсь в ней невидимкой. Идеальный соглядатай, обречённый на абсолютную немоту.

Я сижу в узкой комнате. Стены давят, кафель отслаивается, пахнет хлоркой и безнадёгой. В руках у меня синий фантик. Сырок «Дружба». Вернее, то, что от него осталось.

Слишком поздно.

Мы привыкли думать, что эта фраза - для эпитафий. Для несбывшихся мечт. Слишком поздно сказать родным, что любишь их. Слишком поздно вернуться в институт. Слишком поздно стать рок-звездой. Слишком поздно влюбиться и создать семью.

Чушь.

Слишком поздно - это физика. Это биология.

Я смотрю на этот синий прямоугольник. Время для сырков «Дружба» - понятие относительное, как теория струн. Они, кажется, вечные. Как египетские пирамиды. Я съел его на автомате, пока листал ленту новостей в телефоне.

Но мой организм - тонкая натура. Он уже понял, что его предали. Внутри что-то щёлкает, переключая тумблер с режима «жизнь» на режим «тотальная эвакуация».

Я перевожу взгляд с обёртки на свои руки. Пальцы слегка подрагивают. Слишком поздно - это не про экзистенциальный кризис. Это про то, что ты сидишь в позе мыслителя, смотришь на свои колени и пытаешься замедлить неизбежное.

Слишком поздно я узнал, что этот сырок был мёртв.

Я отрываю кусок бумаги. Поехали.

Вы уверены, что хотите повторить?

Странный вопрос. Вы ведь уже здесь. Вы уже читаете эти строки, значит, решение принято.

Люди думают, что повторение нужно для исправления. Это удобное заблуждение.

На самом деле мы прокручиваем всё заново, чтобы вернуть вкус.

Та самая песня в наушниках, под которую вы впервые влюбились. Вы ставите трек на репит и ждёте, ждёте ту самую искру, то лёгкое головокружение. Но электричество не бьёт дважды. Вы просто стираете канавки на пластинке, пока песня не начинает звучать как белый шум.

Тот самый глоток обжигающего кофе перед рассветом. Вы пытаетесь воссоздать его, покупаете те же зерна, включаете тот же холодный свет. Но это просто горькая вода. Вы ищете не вкус. Вы ищете то чувство, которое накрыло вас тогда, и обманываете себя лишней ложкой сахара.

Та самая фраза, которую нужно было сказать. Вы прокручиваете её в голове тысячи раз, меняя интонацию. «Я останусь». «Прости меня». В вашем воображении мир каждый раз послушно меняет траекторию. Но это лишь репетиция в пустой комнате. Зрителей нет. Сцена уже сгорела.

Вы ведь уже пытались. Сколько раз? Десять? Сто? Вы помните, как меняли интонацию, как отводили взгляд в другую сторону, как сжимали руки в кулаки, чтобы они не дрожали. Вы подбирали идеальные слова. И каждый раз, в каждой новой итерации, всё становилось только хуже.

Потому что проблема никогда не в действии. Проблема в том, что на повторение обречены именно вы.

Вы - и есть та самая ошибка, которую нельзя исправить. Вы - заевшая пластинка, которая ищет в тишине не ноту, а первое ощущение. Вы прокручиваете это снова и снова не чтобы изменить финал, а чтобы ещё раз - хотя бы на секунду - почувствовать себя живым, как в тот самый первый раз. Это не поиск спасения. Это мазохистская сверка часов, время на которых всегда застыло. Вы пьете свою же ностальгию, пока она не становится ядом.

Смысл есть только в одном: в самом факте повторения. В иллюзии, что у вас всё ещё есть контроль. Вы читаете это, чтобы доказать себе, что свободны в своём выборе - закрыть текст или пойти дальше. Но вы не свободны. Вы уже сделали выбор, просто открыв первую строчку. Глаза устают, правда? Строки начинают двоиться.

Друзья, хочу рассказать вам историю, с которой для меня всё началось.

Иногда Вселенная будто специально подкидывает тебе идею, а следом -шанс её реализовать. Главное -не пропустить это сообщение среди тысяч других.

В тот день я гостил в деревне. С больной рукой в огороде особо не намашешься, поэтому я просто наслаждался свежим воздухом, присматривал за детьми и занимался всем тем, чем обычно занимаются на отдыхе, если вы понимаете, о чём я. Поздно вечером, когда я уже ложился спать, в голове вдруг щёлкнуло.

И появился он -образ, от которого стало немного не по себе. Чёрная фигура в чёрном плаще и не менее чёрной широкополой шляпе. Стоит во внутреннем дворе и ждёт. И самое жуткое в этой картине было то, что если откроешь ей ворота, она зайдёт. И всем, кто находится в доме, конец. Если бы у вас в голове всплыл такой образ перед сном -было бы жутко? Мне -да.

Утром я стал продумывать, о чём будет рассказ. Страшная, атмосферная история, чтобы читателям стало не по себе выходить ночью из дома в деревне. Вечером я вернулся в город и первым делом начал искать площадки, где можно выложить мистический текст. Листал, присматривался... А потом зашёл в ВК. Я состою там в нескольких писательских чатах, но просматриваю их редко. В одном из чатов набралось больше трёх тысяч сообщений. Я зачем-то решил пролистать до самого конца.

И в последнем сообщении была ссылка на конкурс «Наша страна Лавкрафта» от сообщества «Писательство». Я перешёл, прочитал условия, и картинка сложилась. Вчера мне пришла идея, а сегодня -конкурс, где я могу её реализовать. Идеально.

На следующий день я уже принялся за работу.

Знаю, прочитав это, вы можете подумать, что я всё выдумал. Но я скажу так: иногда это просто судьба.

«С полуночи до пяти утра» -это самый первый рассказ, который я вообще написал в жизни. Я отправил его на тот самый конкурс, и он занял 23 место из 100 участников, оказавшись в топе среди сильных, уже состоявшихся авторов. Для дебюта это был оглушительный результат.

Если вы ещё не читали эту историю -сейчас самое время. Текст всегда доступен на Author.Today.

Ссылка на рассказ: https://author.today/work/619000

Приятного (и немного жуткого) чтения!

Я не смотрюсь в зеркало дольше трёх секунд. Не потому, что боюсь увидеть за спиной бледную даму с чёрными волосами. Меня пугает тот, кто стоит по эту сторону отражения. Справа от зеркала, под холодным светом диодной ленты, висит моя фотография. Мне там двадцать лет. Улыбка человека, который ещё не знает, что билет в один конец уже проштампован. Там впереди - бесконечные магистрали, открытые дороги, большие возможности. Я перевожу взгляд обратно. Там - сорок восемь. Там - лицо, которое я не выбирал. Оно собралось само, пока я искал правильные ответы, ждал подходящего момента и боялся ошибиться. Каждая невыкуренная сигарета, каждое «я сделаю это завтра», каждый компромисс, каждая маленькая ложь самому себе легли на него мелкой сеткой у глаз и залегли тяжёлым камнем. Монстр в отражении - это не страшно. Привидение за спиной - ерунда, детские сказки. Страшно - это когда ты смотришь в свои глаза и понимаешь, что время ушло. Страшно видеть, кем ты стал вместо того, кем клялся себе стать. Видеть дороги, которые были открыты, но ты прошёл мимо, выбрав эту - пыльную, глухую, ведущую в тупик. Страшно осознавать, что фотография - это некролог для призрака. А зеркало - это морг для живого. Я не хочу смотреть на себя и понимать: таким, как на фото, мне уже не быть. И тот, кто в зеркале, знает об этом. Он смотрит на меня с моим же лицом, но с абсолютным, выжидающим равнодушием. Он ждёт, когда я наконец признаю его. Я моргаю. Три секунды вышли. Я выключаю свет.

Мой рассказ участвует в конкурсе «Камера-обскура» от сообщества Писательство author.today/u/gr_pisat...

Это история о тёмных комнатах человеческого разума. О том, как система ломает людей, и что происходит, когда «порядок действий» становится единственным способом не сойти с ума.

Я не буду пересказывать сюжет. Скажу лишь, что это история о капитане, который слишком долго стоял на посту, и о том, как «второе дыхание» может оказаться предсмертным хрипом.

Почему я прошу поддержки? Конкурс «Камера-обскура» - это не просто гонка за лайками. Это поиск текстов, которые заставляют читателя чувствовать дискомфорт, заглядывать в бездну и анализировать.

Чем вы можете помочь:

Прочитать. Текст короткий, но плотный. author.today/work/666914

Лайк. Для алгоритмов АТ это важно, чтобы рассказ попал в «Тренды» и его увидело больше людей.

Комментарий. Даже пара слов («Жестко», «Цепляет», «Заставляет задуматься») - это лучшая мотивация для автора.

Ссылка на блог рассказа: https://author.today/post/962674

Спасибо, что вы со мной.

Жанр: психологический мистический триллер. В центре сюжета - старший следователь майор Константинов и его напарник, лейтенант Некрасов. Им предстоит расследовать гибель молодого парня, найденного в квартире в спальном районе. Ключ к разгадке - в тетрадях погибшего и в страницах, которые будят старые раны майора и заставляют вспомнить то, что хотелось бы забыть. Мистика здесь - способ показать внутреннюю борьбу героя, отражение того, что человек прячет даже от самого себя. Книга доступна по ссылке: author.today/work/647353 или www.litres.ru/73529698

«Книга Правды» родилась в тени священного дуба, где предки шепчут сквозь ветер. Её создал волхв Ведаслав, вложив в страницы не только слова, но и отголоски чужих грехов. О ней говорят шёпотом: само название, сорвавшееся с языка, притягивает беду. Стоит лишь коснуться страниц - и тьма внутри пробуждается, прошлое настигает, как проклятие. Книга слышит даже невысказанные признания и показывает правду, которую никто не хочет видеть. Она заставляет снова и снова переживать содеянное, пока не заберёт все жизненные силы до капли. И от того, кто к ней прикоснулся, остаётся лишь тень, скользящая по углам, да обрывки воспоминаний, которые даже ветер не захочет унести.

«Книга Правды» - мрачное славянское фэнтези о цене справедливости и правде, что может стать проклятием. Готовы ли вы прикоснуться к её страницам?

Ссылка на книгу: https://author.today/work/654566

Ссылка на мою страницу: https://author.today/u/angelusmortis27