Мария говорила очень и очень спокойно, рассказывая о том, как и к каким выводам пришла, и ощущала всё нарастающее чувство тоскливой обречённости, идущее от мужчин, хотя внешне их лица казались практически каменными, даже у всегда яркого и живого Брока. Хела помогла усилить восприятие? Пришедшее чувство одобрения дало понять, что она догадалась верно.

— Таким образом, я пришла к выводу о существовании некоей организации, в которую, уж простите за выбор слова, вляпался Страйк. И я надеюсь лишь на то, что это не одно из тех секретных обществ, откуда выход только в мешке для трупов, — закончила Мария.

— Зря надеешься, — горько усмехнулся Брок, — Александр Пирс — глава американского отделения Гидры.

И хмыкнул, когда Мария явно выматерилась: язык он не узнал, что-то из скандинавских, похоже, зато экспрессии — хоть отбавляй. Затем посмотрела на него острым точно бритва взглядом и приказала:

— Рассказывай всё и подробно. Но прежде… Я правильно понимаю, что вы бы и хотели уйти, но не можете? Только вы вдвоём или вся Альфа?

— Вся Альфа, конечно. Мы бы очень многое отдали, чтобы уйти, — ответил ей Брок, Джек только энергично кивнул, поддерживая друга, — но нет ни единого шанса сделать это. Разве что инсценировать собственную смерть, сбежать в какую-нибудь дыру, залечь на дно и в очень скором времени свихнуться, потому что в каждом прохожем будем видеть ликвидаторов Гидры.   И это не говоря уже о том, что для побега нужны и деньги, и связи… 

— И колоссальное везение, — вздохнув, добавил Джек. — Кроме того, это у меня и Брока родни нет, но кое у кого из наших есть родственники, с которыми они общаются. 

— Как же вы так вляпались? — покачала головой Мария.

— Да, собственно, так и вляпались, — Брок наконец смог слегка выдохнуть: в вопросе Марии звучало скорее сочувствие. Значит, есть шанс, что разговор пройдёт мирно. И — он позволил себе понадеяться — может, она даже сможет им хоть подсказать, как быть? В уме и таланте к аналитике мисс Хилл Брок не сомневался, а им всем отчаянно нужна была помощь кого-то, способного к стратегическому, а не только тактическому мышлению. — Сначала мы  даже и не знали, что фактически выполняем миссии Гидры: задачи ставились в ЩИТе, оборудование, обмундирование,  оружие — всё было оттуда же! И сами миссии… Да, немного более кровавые, чем обычно… ну так мы и в ЩИТе, знаешь ли, не цветочки с печеньками раздаём! Да и цели… террористы,  наркоторговцы… хотя, если честно, я в душе не ебу, какое отношение  наркотики к ЩИТу имеют!

Брок дёрнул щекой и отпил воды из бутылки. Джек, покосившись на злобного точно стая шершней друга продолжил:

— А после одной из миссий Брока и меня, как его заместителя, вызвал лично Пирс. И оказалось, что последние устранённые нами цели вовсе не наркоторговец со своей охраной, а свидетель обвинения по крупному делу федерального масштаба и охраняющие его копы.

— Классическая привязка кровью, просто как по учебнику,   — покачала головой Мария. — Дайте угадаю: когда вас доставили пред светлые очи Пирса, тот сообщил, что теперь вам никуда не деться: компромат — вот он. И что у вас выбор маленький: подписать контракт, уже зная, с кем именно — причём есть у меня подозрение, что оплата там куда щедрее той, что в ЩИТе, я права? — дождавшись кивка Брока, она продолжила: — Вариант два: вы гордо отказываетесь, получаете пулю — и это хорошо, если просто пулю, а то и на эксперименты пустить можно, мы все помним, что Гидра ими занимается ещё со времён недобрых памяти Красного черепа и Золы… а ведь есть ещё и родственники… Их можно убить, но вам это будет уже безразлично, зато можно напакостить по-другому, сделав достоянием гласности тот самый компромат. Кровавые убийцы, ради денег готовые на всё. Чтобы саму вашу память проклинали…

Брок аж передёрнулся:

— Такое впечатление, что ты при этом присутствовала. Чуть ли не дословно процитировала!

— Я же говорю, классика жанра, — невесело усмехнулась Мария. — Выбор без выбора. Я не могу вас винить в том, что вы выбрали жизнь. И, понятно, никому в ЩИТе вы сказать ничего не могли. В жизни не поверю, что Фьюри или тот же Коулсон не знали. Уж они не глупее меня, так что сопоставили бы, и это если не говорить о том, что Фьюри этого и не нужно было. Значит, вы выбрали меня в качестве… кого? Возможного конфидента? И, — она бросила на Джека холодный взгляд, — ради того, чтобы поговорить, не стоило… так стараться. Нет, — она подняла ладонь, — не будем сейчас о личном.

— Извини, но ты не права, — перебил её Брок, — Джеки на тебя давно запал безотносительно ко всему этому. Блядь, не стоит его сравнивать с той же Романофф, неприятно, знаешь ли. Просто… как к тебе подступиться-то? Так что  пусть личное остаётся личным. Уж лучше давай забудем об этом разговоре, постараемся выбраться сами.

Мария вздохнула, потёрла ладонями лицо, одновременно прислушиваясь к словам отчитывающей её за глупость и двойные стандарты — сама-то не лучше! — Хелы, посмотрела на явно расстроенного и какого-то потерянного Джека и вздохнула:

— Извини, Джек. Я не права была. Что-то подумалось… неладное.

— Трудно быть железной леди ЩИТа, да? — неожиданно мягко спросил Брок. 

Мария горько улыбнулась и пожала плечами:

— Особенно после того, как твой непосредственный начальник пожертвовал тобой ради успеха миссии, просто не сообщив полной информации?  Я себя прямо Ковентри почувствовала… вот только цели несопоставимы, да и Фьюри не Черчилль. Ладно, это всё лирика. Брок, выходит, Альфу в Гидру завлекли путем подставы и шантажа. И как, никто не проникся идеями порядка через боль?

Брок вздрогнул, глаза его посветлели почти до волчьей желтизны, кулаки сжались:

— Сам убил бы! — почти прорычал он. — У меня все ребята Гидру ненавидят и мечтают выбраться. 

— А Бета, Гамма, Дельта, Эпсилон? Я ведь права, и они все в Гидре?

— Да. Бета… Саммерс тот ещё ублюдок, ему всё равно, кого убивать, и старый состав Беты такой же. Не представляешь, как мне хотелось согласиться, когда ты заговорила о его отставке!   — искренне воскликнул Брок. — Вот только Пирс бы этого не понял. А насчёт твоего вопроса… идейных нет вообще, или они это хорошо скрывают. Просто наёмники, готовые служить тому, кто больше платит. А лучше сразу двоим…

Брок замолчал, потом сглотнул и признался, подняв глаза на Марию:

— Знаешь, может, я бы и смирился, и мои ребята следом за мной. Жили бы одним днём, выполняя приказы Пирса — в конце концов, он ведь ещё и министр обороны. Просто… у меня тоже образовалось своё личное, из-за которого я ненавижу Гидру до глубины души. Это… Чёрт, как же сложно!

Джек сжал его предплечье и глухо произнёс:

— Я сам расскажу. Три года назад нам дали приказ явиться для особого инструктажа — точнее, приказ дали Броку, а он меня с собой везде таскал. Нам сообщили, что нас приставляют к лучшему оружию Гидры. 

— Приставляют? — Мария нахмурилась. — Джек, ты хочешь сказать… Речь о человеке?

— Да. Вот только мы тогда этого не знали. В Гидре ходили слухи о некоем неуловимом и неостановимом убийце, которого курирует лично Пирс. Киборге. Но мы не знали никого, кто бы встречался с Активом — это его позывной, есть ещё и второй, Зимний Солдат — лично. 

— Как выразился тогда Пирс, — вступил в разговор чуть успокоившийся Брок, прежняя группа поддержки Актива не оправдала его доверия, и теперь он решил поручить это “ценное имущество Гидры”  — цитата, блядь! — нам. И выдал мне инструкцию по эксплуатации! Сука, ненавижу! Мария, это… Пирс привёл нас в лабораторию, и там была криокапсула. Зимний… его размораживают и замораживают, как кусок мяса, “убирают на хранение”. Тогда его как раз разморозили., и я сразу понял: никакой он не киборг. Да, у него вместо левой руки —  от самого плеча — высокотехнологичный протез, которым он владеет совершенно так же, как живой рукой, но… ему было больно… 

— Знаешь, я тогда подумал, что Брок выдумывает, — Джек мрачно ухмыльнулся. — Сложно признать человеком того, кому прописывают роли: вот это — куратор Пирс, ты подчиняешься ему беспрекословно, вот это — командир группы огневой поддержки, на нём тактическое руководство, сопровождение  и техобслуживание. И он стоит перед Броком, пустоглазый, и докладывает о процентах восстановления жизненных функций. 

— Мария, — внимательно слушавшая Хела вмешалась, — мне нужно знать всё, что им известно об этом человеке. Это важно!

 — Брок, Джек, а что вы вообще о нём узнали? Как он появился в Гидре, кто он такой, как корректируют его поведение — а это явно происходит.

— Немногое, — качнул головой Брок. — Кто он, Зимний и сам не знает. Что мне удалось узнать… Его купили в 1992 году у русского отделения Гидры, Левиафана. В своём деле он… совершенство, пожалуй, я не подберу иного слова. Скорость, сила, невероятная реакция — он супер во всём. А поведение…  — он прикрыл глаза, в голосе зазвучала неподдельная боль, — стоит ему хоть немного очеловечиться — и ему стирают память. Они называют это обнулением. Просто прожаривают ему электричеством мозг.

— Так, значит… — прошипела Мария, и Брок вздрогнул от странных ощущений: ясный солнечный свет потускнел, резко стало холоднее… А взгляд Марии вдруг блеснул изумрудной зеленью — и тут же всё исчезло, заставив его выдохнуть. — Что ж, Пирс зря это затеял. Брок, Джек, мне нужен список всех известных  вам агентов Гидры, а также тех, про кого хотя бы слухи ходят. Зимний Солдат… постарайтесь его сфотографировать. Если необходимо, я достану шпионское микрооборудование, связи есть. И очень желательно — взять кровь. Что у него с регенерацией?

— Она превосходна, я такого никогда не видел и не слышал, разве что, — Брок резко замолчал.

— В историях про Капитана Америку? Да, я подозреваю, что у Зимнего какой-то вариант сыворотки суперсолдата. И это не праздное любопытство, поверь. Далее… Я подниму все свои связи, есть люди, мне обязанные, в разных… конторах. И да, очень важно: мне нужны любые упоминания о людях Гидры в АНБ, ЦРУ и ФБР. К сожалению, к президенту мне не пробиться… 

Джек слушал и искренне восхищался: сейчас Мария выглядела, как полководец, раздающий приказы перед битвой.

— Относительно вас и прочих альфовцев. надо будет подготовить документы, согласно которым вы все — шпионы ЩИТа в Гидре под моим непосредственным руководством. Спрятать в сейф, код сообщить всем вам. Это, разумеется, не индульгенция, но лучше, чем ничего. А теперь, Брок, — голос Марии вдруг зазвучал едва ли не нежно, — скажи мне, что будет, если Александр Пирс скоропостижно умрёт? Скажем, по абсолютно естественным причинам — и  наоборот, так, что всем будет ясно: это показательная казнь?

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                 СЛЕДУЮЩАЯ

Иллюстрации от замечательной Рыжей Рыси