Мария поблагодарила Локи и, извинившись, направилась в ванную. Её откровенно мутило от всего услышанного. И если откровения Романофф вполне укладывались в её предположения, то Фьюри и скруллы…

Умывшись ледяной водой, она несколько секунд смотрела на себя в зеркало, после чего тяжело вздохнула: видок у неё был тот ещё. Глаза лихорадочно блестят, лицо осунулось. Тряхнув головой, она отвернулась от зеркала и направилась в кухню. Вкусная еда всё делает проще.

— Что скажешь? — негромко спросила она у Локи, который зашёл на кухню, явно привлечённый донёсшимися до него вкусными запахами. Совсем как котик, про себя усмехнулась Мария, вон как принюхивается.

— Не думал, что ты сама готовишь, — протянул тот, усаживаясь за стол, на который Мария как раз выставляла тарелки.

— Мне действительно не так часто удаётся это делать, но готовка помогает мне упорядочить мысли, — пояснила Мария, снимая со сковороды стейки. — Ну, ещё тренировки на пределе возможностей, но с тех пор, как в моей жизни появилась Хела, тренироваться в полную силу я не могла себе позволить. Потому что в этом случае одноглазый мудак узнал бы о том, что эксперимент, который он считал провалившимся, на самом деле прошёл успешно.

— Эксперимент? — уточнил Локи, вскинув брови. — Ты о пробуждении крови асов?

— Об удачном применении сыворотки суперсолдата, скорее. О том, что она пробуждает древнюю кровь в тех, в ком она есть, никто не в курсе. Так что ты скажешь о Фьюри?  — поинтересовалась Мария, садясь за стол.

— Я думаю, он сумасшедший, — Локи покачал головой, — нет, неверное слово. Одержимый одной идеей настолько, что всё, не укладывающееся в рамки придуманной им теории, отметается в сторону. Я это очень хорошо распознаю, — он помрачнел, и в воздухе повисло неозвученное “сам был таким”.

Мария погладила его по руке, утешая. Она прекрасно поняла контекст.

—Не стоит угрызаться совестью, — мягко произнесла она, — все мы совершаем ошибки. Важно то, какие выводы мы из них делаем. И, в конце концов, скажи честно: ты жалеешь, что сейчас здесь, а не просиживаешь штаны на Золотом троне?

— Ни капельки, — замотал головой Локи.

— Вот видишь! Так что давай поедим, выпьем чаю со вкусностями — скоро привезут тот шоколадный торт, который тебе так понравился, и поговорим.

Локи кивнул, а потом явно внезапно даже для себя прижался лбом к плечу сидящей рядом Марии. Она лишь мягко улыбнулась и поцеловала его в черноволосую макушку. В конце концов, она воспринимала его как любимого, пусть и несколько непутёвого племянника, имеет право! Локи вздрогнул, точно его прошило молнией, и обмяк.

— Ешь, ребёнок, — ласково сказала ему Мария. 

К её удивлению, Локи даже не стал возмущаться подобному обращению, просто принялся за еду, явно наслаждаясь каждым кусочком. Хела грустно вздохнула, и Мария ощутила, как подруга обняла её, безмолвно благодаря.

В гостиной Локи привычно уже занял кресло, и Мария хмыкнула: ну точно кот! Это кресло, кстати, было и её любимым, но людям приходится котикам уступать. Опустившись на диван, она продолжила начатый в кухне разговор:

— Я думаю, насчёт одержимости ты прав. Вот только она как-то плохо сочетается в моём сознании с теми немыслимыми привилегиями, что Фьюри даровал скруллам. Особенно когда я сравниваю его отношение к ним и к тебе, к примеру. В конце концов, почему скруллы, а не крии? Последние куда более человекоподобны.

Локи задумался, явно перебирая что-то в памяти. Сейчас он выглядел серьёзным и сосредоточенным. 

— Я не очень много общался с расами за пределами Иггдрасиля, — начал он, — так что и о крии, и о скруллах знаю больше понаслышке да из книг. Сначала я подумал, что это было ментальное воздействие, но потом вспомнил, что скруллы к нему неспособны. Они в силу особенностей расы легко копируют внешность, голос, привычки, манеру поведения, но вот меня, к примеру, или тебя они не скопируют.

— И мутантов тоже, — подтвердила Хела, и Мария тут же озвучила для Локи её слова. Тот только пожал плечами, признавшись, что о мутантах не знает почти ничего: в те времена, когда асы часто посещали Мидгард, их было мало.

— Хм, тогда получается, что они не могли обработать Фьюри в свою пользу, разве что с использованием техник вроде нашего НЛП, вот только всех агентов высокого ранга учат защищаться от подобного, — продолжила Мария. — А значит, всё это было добровольно. Уму непостижимо! 

Она покачала головой:

— Я-то упомянула скруллов исключительно как страшилку для Пирса, а вот как всё обернулось! И как теперь быть? Проверять каждого работника ЩИТа на цвет крови лично?

— Я читал о том, что для того, чтобы кровь скрулла в трансформации приняла зелёный цвет, должно пройти некоторое время от её забора,  — пробормотал Локи. — Но можно попробовать сейдом. Развеивание иллюзий не подойдёт, Познание Сути слишком тяжёлое, особенно если объектом становится разумный, но можно создать гибрид, надо только кое-что посчитать. О, кстати! Насчёт флеркена… Фьюри действительно держал его в качестве домашнего питомца?

— Действительно, — кивнула Мария, — я сама об этом узнала совсем недавно, Хела рассказала. Оказывается, она с первого взгляда поняла, кем на самом деле является Гуся, но молчала, чтобы не подвергать меня опасности. Честно говоря, я до сих пор в шоке оттого, что милая кошечка оказалась самым что ни на есть хтоническим чудовищем. А при чём тут Гуся?

— Флеркены разумны, — пояснил Локи. — Теперь, когда Фьюри оказался не у дел, она будет искать того, кто сможет обеспечить ей привычный комфорт. Ты — естественный кандидат на эту роль. И то, что у тебя так развито ментальное направление сейда, большой плюс: флеркены общаются образами. А для тебя флеркен будет крайне полезен: если верить тому, что я читал, они с лёгкостью распознают скруллов. Кстати, — он вдруг пакостно усмехнулся, — возможно, именно из-за этих зеленокожих флеркен и принялся изображать домашнего питомца Фьюри: приглядывала за тем, от кого воняло скруллами.

— Естественный детектор скруллов? — протянула Мария, злорадно усмехаясь. — Очень любопытно. Знаешь, мне почему-то кажется, что и мы с тобой сможем отличить скрулла от человека. Если уж Фьюри без своих артефактов ощущался нами как не вполне человек…

— Возможно,  — кивнул Локи, подумав. — Но для этого нам надо отловить хоть одного скрулла. Ну или навестить Фьюри ещё раз и выпотрошить ему мозг, ища уже конкретно информацию о скруллах. Единственное, есть риск, что те, узнав об аресте Фьюри, быстренько сменят тело, и тогда вся его информация окажется бесполезной.

— Согласна, риск есть. Но, с другой стороны, арест Фьюри не афишируется, а отстранение не повод для паники. Ладно, посмотрим, как выйдет быстрее, и используем все возможности, — согласилась Мария, — сегодня меня Хела остановила, потому что я себя не контролировала и могла сжечь одноглазому мозг до того, как узнала необходимую нам информацию. О, кстати! А почему ты так отреагировал на имя того крии, о котором одноглазый говорил, что именно он собирался Землю бомбить? Я о Ронане.

— Ронан Обвинитель работает на Таноса, — мрачно ответил Локи.  — Если Безумный Титан пошлёт его на Землю…

Мария выругалась. Только этого им ещё не хватало! Она устало потёрла висок и призналась: 

— Не хочу сейчас об этом думать. Слишком много всего. И, кстати, ещё остался вопрос с Тессерактом и Скипетром, — она замолчала, прислушиваясь к Хеле, и перевела взгляд на Локи. — Хела предлагает рассказать нам кое-что интересное, ты как, не против?

— Я очень хочу послушать! Но как? — вскинулся Локи. 

Мария улыбнулась: он ей очень нравился таким — ярким, живым, любопытным, стремящимся узнавать новое.

— Вот так, — она взяла его руки в свои и прикрыла глаза.

***

Локи на миг ощутил чувство дезориентации, похожее на то, что было, когда он связывался с Другим, но секундный всплеск паники тут же прошёл: вместо цепи, за которую дёргал его приспешник Таноса, здесь было мягкое и уютное тепло и ощущение приглашения. Он сделал шаг вперёд, и тьма вокруг развеялась, открывая его взору уютную комнату с сидящей в кресле женщиной. Мария, очутившаяся в этом месте рядом с ним, сжала его пальцы и отошла чуть в сторону, тепло улыбнувшись стремительно поднявшейся им навстречу Хеле.

Локи жадно уставился в лицо той, отмечая их несомненное сходство. Те же зелёные глаза, те же чёрные, как сама ночь, длинные волосы, те же черты лица: правильные и одновременно чуть резковатые. Да у них даже движения были похожи! Теперь понятно, почему Один так на него порой смотрел: наверное, было неприятно видеть перед собой мужскую копию преданной им дочери!

Хела на миг застыла, а потом шагнула вперед и сжала Локи в своих объятиях. Он ответно обнял её, чувствуя, как защипало глаза: ни от кого, кроме матушки Фригги и Марии, он не чувствовал вот этого безусловного принятия. 

— Как же я рада наконец обнять тебя, дитя моё, — голос Хелы дрогнул. Она оглянулась на Марию, глаза её блестели, и тихо произнесла: — Спасибо, сестра.

Мария только улыбнулась в ответ, и Локи вдруг с полной ясностью осознал: у него появилась семья. Здесь, в их общем ментальном пространстве, нельзя было лгать или притворяться, и все чувства были предельно искренними. 

— Хела, — начал было он и прервался, поняв, что не знает, как к ней обращаться. Она была его бабушкой, великим воином и магом, и Локи вдруг почувствовал себя странным и нелепым подростком.

— Зови меня по имени, — улыбнулась Хела, отпуская его. — Я не успела узнать собственную дочь, и… надеюсь, ты не обидишься, но воспринимаю тебя как своего ребёнка. 

— Тут не на что обижаться, — ответно улыбнулся ей Локи. И, смутившись, добавил: — Но… я и от матушки Фригги не откажусь. Долгие годы она была единственной, кто искренне дарил мне родственное тепло, хоть у неё и не было особых прав в Золотом дворце.

— Когда Один заточил меня в Хельхейме, только начали ходить слухи о его грядущей свадьбе с царевной ванов Фрейей, — ответила Хела. — Честно говоря, я ей не завидовала. И с царицей Фриггой мне делить нечего. Даже если я смогу освободиться полностью… Асгард меня не интересует. Хотя признаюсь честно: кое-кому из асов я хотела бы  отомстить. Не за себя — за своих людей. — Она вздохнула, тряхнула головой и продолжила: — Но сейчас речь не об этом. Садитесь, и я расскажу вам о Камнях Бесконечности.

Переглянувшись, Локи с Марией уселись в кресла и одинаково заинтересованно уставились на Хелу. “Камни Бесконечности” звучало крайне внушительно…

— То, что я расскажу вам, я вычитала в невероятно древнем, гораздо старше самого Асгарда, трактате, — начала Хела и напевно, словно читая возникающие перед ней строчки, принялась рассказывать: — До того, как зажёгся первый свет, и само время обрело форму, в бесконечной пустоте дремали шесть первозданных сил. Они были не материей, но самой сутью бытия. Когда Великий взрыв разорвал тьму и сотворил ткань мироздания, эти колоссальные силы были скованы и спрессованы. Так появились Камни Бесконечности, что взору разумных предстают в виде драгоценных камней. Но они — не просто драгоценные осколки. Это столпы нашей реальности, каждый из которых держит в узде свою силу. Пространство — открывающее двери в любой чертог вселенной. Реальность — изменчивая, способная обратить явь в иллюзию. Сила — чистая, разрушительная мощь, сокрушающая миры. Разум — искра сознания и мудрости. Время — неумолимый поток, текущий вперёд и вспять. Душа — самая опасная из них, требующая страшной платы за право владения. Камни сии обладают собственной волей. Они искушают слабых духом и сжигают тех, кто пытается обуздать их без должной мудрости. Даже сильнейшие боги и смертные — лишь песчинки перед лицом того, кто решит соединить их вместе…

Локи увидел, как побледнела Мария: казалось, с её лица схлынули все краски. Она схватилась за горло, точно пытаясь сорвать петлю с шеи, и вмиг охрипшим голосом спросила:

— Камни, что были сердцем Тессеракта и Скипетра… Это Камни Бесконечности? 

Хела мрачно кивнула:

— Да. “Он сияет небесной синевой, холодной и глубокой, словно бескрайний океан между звездами, маня обещанием далёких дорог. Для того, кто способен укротить его, во вселенной не существует закрытых дверей”... Так описывался Камень Пространства.

— Тессеракт, — выдохнул Локи. — Или Скипетр?

— Цвет Камня из Скипетра изменился, став жёлтым, стоило ему оказаться на свободе, — тихо сказала Мария. — Я думаю, он — Разум. Я права, Хела?

— Ты мудра, сестра. “Его сияние — золотое, тёплое, как свет далёкого солнца. Но не обманывайся его мягкостью. Этот блеск проникает в самые потаённые уголки чужих мыслей, зажигая искру гениальности или погружая разум во мрак безумия”, — процитировала Хела.

— А значит, Танос собирает Камни Бесконечности, — резюмировала Мария, обмякнув в кресле.