Стив выругался про себя и сделал шаг в сторону, прячась в тени. Достав из нагрудного кармана презентованную мадам Боунс тетрадь и стилус, которые всюду таскал с собой, как и прочие свои сокровища — мантию-невидимку и Карту Мародёров, он быстро набросал несколько слов, успев спрятать улики как раз вовремя, буквально за несколько мгновений до того, как взгляд директора обратился на него.
 
Дамблдор велел гриффиндорцам немедленно вернуться в Большой зал. Примерно через полчаса к ним присоединились ученики других факультетов, выглядевшие недовольными и растерянными. 
 
— Почему мы должны терпеть неудобства из-за того, что у грифов что-то случилось? — капризный тон Малфоя заставил Стива хмыкнуть. Впрочем, стоило Снейпу грозно глянуть на слизеринца, как тот тут же отступил назад, за спины Крэбба и Гойла, что-то бормоча себе под нос.
 
Стив почувствовал, что на него кто-то смотрит, и незаметно покосился на Сьюзен Боунс: именно её взгляд он ощущал почти физически. Во взгляде хаффлпаффки был вопрос, и Стив едва заметно кивнул.
 
— Студенты, есть сведения, что Сириус Блэк проник в Хогвартс, — объявил Дамблдор, игнорируя вскрики, чьи-то всхлипы и шепотки. — Мы тщательно обыщем весь замок, — продолжил он, в то время как Макгонагалл и Флитвик запирали все входы в Большой зал. — Боюсь, всем вам эту ночь безопасности ради придётся провести здесь. Старосты факультетов будут по очереди охранять дверь в холл. За главных остаются старосты школы, обо всех происшествиях немедленно сообщать мне. — Директор повернулся к старостам школы: рослому семикурснику с Рейвенкло и его напарнице, пухленькой шатенке с Хаффлпаффа, которые переглянулись и молча кивнули.  — С донесениями посылайте привидений. 
 
Дамблдор немного подумал и добавил: — Да, вам ещё вот что нужно.
 
Он взмахнул волшебной палочкой, длинные столы, взлетев, выстроились у стен, взмахнул снова, и весь пол устлали толстые фиолетовые спальные мешки.
 
— Спокойной ночи, — пожелал директор и повернулся к двери, но дойти до неё он не успел: перед ним возникла сияющая фигура сокола, который голосом Амелии Боунс произнёс:
 
— Директор Дамблдор, именем Министерства магии откройте ворота Хогвартса!
 
***
 
Амелия поставила подпись под очередным документом и отложила перо в сторону, в который раз порадовавшись, что её положение позволяет принимать решения, не оглядываясь на министра. Фадж с его трусостью и стремлением усидеть на двух лошадях одновременно раздражал безмерно!
 
Бросив взгляд на стопку газет, она хмыкнула: Аврорат в частности и ДМП в общем бдительные граждане буквально забросали сообщениями о том, что видели Сириуса Блэка. Если послушать британских магов, то у Блэка сам Мордред должен быть мальчиком на побегушках, что уж о Неназываемом говорить! Никого, похоже, не волновал тот факт, что Блэк был по сути мальчишкой, когда попал в Азкабан — всего-то двадцать один год…
 
Вновь пришедшая в голову мысль о том, что Поттер знает о Блэке что-то, о чём не говорилось в досье, не давала Амелии покоя. Или не знает, а догадывается? Впрочем, даже краткого общения с Гарри хватило, чтобы понять, что тот не станет раскрывать все карты даже союзнице. 
 
Ладно, пора домой. Завтра будет сложный день: придётся заявиться в Хогвартс и забрать оттуда Люпина. Ждать нельзя, скоро полнолуние, а она обещала Поттеру. Ох, стоит только представить, что устроит Дамблдор, и сразу подступает мигрень! Амелия даже думала о том, чтобы привлечь кого-то из членов Попечительского Совета Хогвартса, но решила, что не стоит.  В конце концов, Люпин нарушил закон: он не был зарегистрирован в реестре оборотней Великобритании, и если полгода назад ему при обнаружении грозили лишь внесение в этот самый реестр и сравнительно небольшой штраф, то после принятия полгода назад Закона против оборотней, разработанного Долорес Амбридж, его судьба может быть куда хуже. Хотя Амелия не собиралась доводить дело до Азкабана: в конце концов, никому из учеников оборотень не навредил, так что ей будет достаточно просто убрать его от детей.
 
Тихий звон заставил её вскинуться и уставиться на тетрадь, парную к той, что она отдала Поттеру. Та слегка осветилась, и свет был красным, что говорило о том, что послание было срочным.
 
Помянув Мордреда и Моргану, Амелия схватила тетрадь и уставилась на светящуюся красным надпись: “Сириус Блэк проник в Хогвартс”. Что?!
 
Стремительно поднявшись, она схватила подготовленный портключ и направилась к двери, вспоминая, кто из авроров сегодня на дежурстве. Кажется, звезда Долиша? Что ж, неплохой выбор: среди них нет ни одного поклонника Дамблдора.
 
Уже через пять минут шестеро магов возникли перед воротами Хогвартса. Амелия с ненавистью посмотрела на парящих в небе дементоров и вызвала Патронуса, надиктовав ему послание.
 
Ждать пришлось недолго: через несколько минут врата распахнулись, и профессор Макгонагалл, взглянув на незваных гостей, сухо поздоровалась и спросила:
 
— Чему мы обязаны столь неожиданным визитом?
 
Амелия только молча прошла мимо, смерив Минерву ледяным взглядом.  Декана Гриффиндора она невзлюбила ещё в бытность ученицей Хогвартса, а уж когда та стала безобразно попустительствовать Мародёрам, о чём рассказывал ей Эдгар, неприязнь только усилилась. А после истории младшего Поттера — и подавно. 
 
Макгонагалл аж задохнулась от негодования: заместитель директора Хогвартса явно не привыкла к подобному игнорированию.
 
— Куда мы? — уточнил вполголоса Долиш.
 
— Большой зал, — негромко ответила Амелия. Сейчас, когда она находилась так близко от племянницы, магический маячок, который Сью носила не снимая, чётко показывал, где та находится.
 
***
Стив отвернулся, пряча довольную улыбку, когда двери Большого зала распахнулись, как от пинка великана. Лицо Дамблдора при этом надо было видеть! Да, господин директор, больше вам не удастся творить в Хогвартсе всё что хочешь! Ну а что Стив, как Защитник Хогвартса, поспособствовал эффектному появлению гостей… это такие пустяки, право слово!
 
Вошедшая  в сопровождении облаченных в форменные мантии авроров мадам Боунс казалась воплощённой Немезидой, только крыльев и меча не хватало. Сейчас, в строгой мантии и с моноклем в глазу — Стив прищурился: явно артефакт — она казалась куда старше той Амелии Боунс, что принимала его в своём доме. Обведя взглядом Большой зал с рядами спальных мешков, растерянных студентов, она на мгновение встретилась со Стивом взглядом и, повернувшись к директору, очень чётко и громко — Стив даже решил, что не обошлось без Соноруса, спросила:
 
— Что. Здесь. Происходит?
 
— Амелия, де… — под яростным взглядом директора ДМП директор поперхнулся привычным “девочка моя” и продолжил: — Амелия, это внутреннее дело Хогвартса и…
 
— Внутреннее, значит… интересно, и что это за внутреннее дело, заставившее вас собрать детей в Большом зале? Сьюзен, — мягко позвала она племянницу и, когда та подошла, спросила: — Сьюзен, почему вас сюда привели?
 
— Директор Дамблдор объявил, что в замок проник Сириус Блэк и нас собрали здесь ради безопасности, — ответила та, избегая смотреть на директора.
 
— Интересно, с каких пор поиск беглого преступника превратился во внутреннее дело Хогвартса? — с сарказмом уточнила Боунс. — Видимо, с тех самых, когда директор Хогвартса и председатель Визенгамота нарушает законы, нанимая на работу того, кто не имеет права не то что работать с детьми, а вообще де-факто является нелегалом. А может, вы его и наняли ради того, чтобы он послужил приманкой для Блэка? Или он, того хуже, является его сообщником?
 
Стив с мрачным удовлетворением взглянул на побледневшего Люпина, стоявшего неподалёку. Нет, ни он, ни мадам Боунс не верили в то, что оборотень является союзником Блэка, но припугнуть его ради достоверности и весомости обвинений это не мешало. Всё, чего они хотели добиться — убрать Люпина из Хогвартса.
 
— Хм, Амелия, может, мы пройдём в мой кабинет? Не стоит детям слышать некоторые вещи, — примирительно заметил директор.
 
Мадам Боунс окинула его тяжёлым взглядом и медленно кивнула. 
 
— Минерва, — обратился директор к подошедшей Макгонагалл, выглядевшей так, словно её в кошачьем обличье сначала вымыли, а потом отвезли к ветеринару на полный осмотр, — позаботься о детях. Северус, Ремус, вы со мной.
 
Стив проследил, как закрылись двери Большого зала и, получив резкую команду Макгонагалл, принялся укладываться — сначала, впрочем, продемонстрировав чистокровным — и не только — однокурсникам, как пользоваться спальным мешком. 
 
— Хорошо, что Блэк явился сегодня, — покосившись на Макгонагалл, пробормотал Дин Томас. — Если бы не праздник, мы были бы в башне во время нападения.
 
— Это-то и странно, — тихо ответил ему Стив. — Он же и сам учился в Хогвартсе, должен был знать, что в Хэллоуин студенты возвращаются в общежитие куда позже, чем обычно.
 
— Может, утратил представление о времени? В конце концов, он же в бегах, — ответил ему Симус. — Интересно, как он вообще в замок попал? Аппарировал?
 
— В Хогвартс нельзя аппарировать, — закатив глаза, вмешалась в их разговор Грейнджер, — читайте “Историю Хогвартса”!
 
Симус только фыркнул в её сторону, еле слышно пробормотав себе под нос: “зануда”.
 
— Тише, — шикнул на них подошедший Макгрегор, — хватит болтать.
 
Наконец все улеглись, свечи погасли, шепотки постепенно стихли — переполненные впечатлениями дети и подростки один за другим погружались в сон, и скоро зал заполнило тихое сопение и похрапывание. Стив огляделся по сторонам и, убедившись, что соседи мирно спят, а старосты находятся довольно далеко от него, осторожно достал и активировал Карту Мародёров. Если Блэк ещё в замке, то Карта его покажет. Хотя вряд ли он мог быть настолько глуп…
 
Стив и сам не знал, что толкнуло его проверить общежитие Гриффиндора, но увиденное заставило его ошеломлённо замереть. И сейчас он непонимающе пялился на имя, которое было ему очень хорошо знакомо и которое никак не могло оказаться на карте: Питер Петтигрю.
 
Стив выдохнул, деактивировал карту и спрятал её, размышляя. Могла ли Карта ошибаться? Такую возможность отрицать он не мог: в конце концов, её создатели были всего лишь студентами. Однако до сих пор этого не происходило, а значит что? Значит, воспользуемся бритвой Оккама. 
 
А ведь это могло всё объяснить, пришло ему в голову. Если предположить, что Блэк не убивал Петтигрю… что это значит? Только одно: последний инсценировал свою смерть. Но кто будет этим заниматься, если твоя совесть чиста, и вдобавок твоя сторона только что одержала победу? Правильно, никто. А вот если ты пытался подставить кого-то, и если этого кого-то вместо тебя упекли в Азкабан… Да, вот в этом случае всё складывалось! Мстить за подобное… Блэк в своём праве. 
 
Но как Петтигрю мог оказаться в Башне Гриффиндора? Нет, там есть закрытые комнаты, но прятаться в Хогвартсе, где множество любопытных и сующих нос во все щели студентов? Взять хотя бы покойных близнецов Уизли…
 
Пришедшая в голову мысль заставила его замереть и снова достать Карту. Петтигрю обнаружился всё там же: в спальне мальчиков третьего курса. В их спальне! Точнее, рядом с кроватью Рона. 
 
“Я идиот”, — самокритично признал Стив. Хотел же посмотреть на Коросту магическим зрением! Хотя… с того разговора в Большом зале крыса Рона ни разу не попадалась ему на глаза — кстати, прошерстив память, доставшуюся ему от Гарри, Стив отметил, что и тот видел Коросту исключительно тогда, когда её носил с собой Рон. Мда… То ли он чересчур хорошо думал о Мародёрах, когда решил, что им хватило ума не калечить себя, становясь анимагами слишком рано, то ли они стали ими позже, но как раз анимагия могла объяснить вообще всё! 
 
Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, он прикрыл глаза, складывая мысленный пазл. Если крыса Рона — считающийся мёртвым Питер Петтигрю, значит, Блэк как минимум невиновен в предательстве Поттеров и убийстве самого Петтигрю. Впрочем, предательство доверившихся тебе людей уголовным преступлением в любом случае не являлось, да и за простое участие в рядах Пожирателей Смерти наказание не полагалось. Ведь тогда пришлось бы пересажать не только сторонников Волдеморта, но и членов Ордена Феникса: обе организации были равно незаконны. Оснований предъявлять Блэку обвинение по соучастию в убийстве Поттеров тоже, как выяснилось, не было — особенности той пародии на Уголовный кодекс, что была принята в Магической Британии. Так что Сириусу Блэку вменили в вину убийство Петтигрю, убийство двенадцати маглов и нарушение Статута Секретности: он и не пытался скрыть то, что является волшебником. Во всяком случае, именно так сообщила Стиву Амелия Боунс, поднявшая дело Сириуса Блэка.
 
Забавно, что при проведении следствия никого не удивило, что от Петтигрю остался только палец. Словно там был не взрыв газа, а бушевало Адское пламя! Стив попытался вспомнить, всё ли в порядке у крысы Рона с пальцами, и вздохнул, поняв, что не может что-либо утверждать с уверенностью: и Гарри, и он на самом деле терпеть не могли  крыс и старались как можно меньше иметь дело с Коростой. Хотя, если честно, до этого года и сам Рон не обращал на своего питомца внимание. Стив бы не удивился, узнав, что крыса периодически выбиралась из клетки и шлялась по Хогвартсу. 
 
И что ему делать? На самом деле вариантов немного: сообщить мадам Боунс — но это означало засветить себя как её информатора,  или как минимум дать понять, что информатор в Хоге у директора ДМП есть, и он гриффиндорец; использовать мантию-невидимку и попытаться пробраться в башню, что будет сложно, учитывая ситуацию… хотя есть и ещё один вариант! Стив огляделся по сторонам и едва слышно прошептал:
 
— Лисси!
 
Через секунду он почувствовал, что его руки коснулись невидимые пальцы. Довольно улыбнувшись, он едва слышно принялся отдавать приказания. 
 
Когда домовушка исчезла, он поворочался, устраиваясь поудобнее, и прикрыл глаза. Завтра — точнее, уже сегодня — будет весело!

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                    СЛЕДУЮЩАЯ