На улице было мрачно и холодно. После слякоти подморозило, и пешеходы старались идти медленно — тротуарная плитка покрылась тонким слоем ледяной глазури, при одном взгляде на которую хотелось лишь одного: побыстрее оказаться дома. Несущий с собой мелкий колючий снег ветер лишь добавлял неприятных ощущений.
Она шла очень осторожно, в который раз думая, что всё-таки стоило плюнуть на внешний вид и купить ледоступы. Впрочем, до остановки было уже рукой подать, а там десять минут на троллейбусе, пройти через  сквер, благо по газонам можно было топать без страха упасть, и она дома! А там —  ужин, тёплый плед и наконец-то дописанный новый фанфик одного из любимых авторов.
До остановки оставалось буквально пара метров, когда она увидела, как мелкий, лет восьми, мальчишка, поскользнувшись, падает на дорогу, прямо под колеса автомобиля очередного возомнившего себя Шумахером придурка. Ускорившись, она поймала мелкого за полу куртки и толкнула его от дороги, но законы физики неумолимы: её  отшвырнуло прямо под колеса автомобиля. Последнее, о чем она успела подумать —  что так и не узнает, чем кончилось дело в той истории…
***
Было темно и тихо. Мысли текли лениво и тягуче, тело же не ощущалось вовсе. Она не знала, сколько прошло времени прежде, чем тьма начала рассеиваться, но постепенно из темноты начали проступать сначала смутные тени неясной формы, а потом и очертания предметов. Только с какого-то странного ракурса, точно она смотрела на них сверху. И непонятно, чем смотрела: попытавшись закрыть глаза, она продолжала видеть всё без каких либо изменений. И только после множества попыток с каким-то странным спокойствием осознала, что, похоже, теперь она призрак.
Странным было то, что место, в котором она очутилась, было ей знакомым и одновременно — абсолютно, кромешно чужим. Она даже возмутилась: разве призраки не должны появляться в местах, к которым были привязаны в жизни? А здесь она точно ни разу не была!
Комната, в которой она оказалась, была очень большой, едва ли не больше, чем вся её квартира, и при этом   — ужасно неуютной. Лепнина на стенах и потолке, позолота, гобеленовые обои, тяжёлые даже на вид шторы из вишневого с золотыми узорами бархата… всего было чересчур, словно в домах нуворишей, которые каждой деталью кричат: смотрите, сколько у меня денег! Я могу купить вас всех!
Трюмо, туалетный столик, кресло.. и стоящая на возвышении  весьма основательная, явно из дорогого натурального дерева кровать, на которой кто-то лежал. Похоже, это был кто-то больной, так как рядом размещались приборы, похожие на те, что можно увидеть в сериалах про врачей. Правда, они показались ей несколько несовременными, но что она знает про то, как все эти штуки выглядят в реальности?
Приблизиться к кровати она не сумела: казалось, какая-то сила категорически не желала этого. Всё же она какой-то неправильный призрак! Попытка… вылететь? выплыть? просочиться? в коридор к успеху не привела. Вернее, сделать это вполне удалось, вот только за пределами комнаты она словно начала терять разум и, хвала неведомо кому, достаточно быстро это осознала. Так что она вернулась в комнату и продолжила её изучать. Подумав, впрочем, что если так будет продолжаться долго — то к дьяволу такую не-жизнь!
Через некоторое время в комнату вошла женщина в больничной униформе и принялась возиться с больной — судя по всему, это всё-таки была женщина. Смена подгузника, обтирание, капельница, проверка показаний приборов…
Закончив свою работу, сиделка ушла, вновь оставив её в одиночестве. Впрочем, ненадолго: через час с небольшим в комнату вошли, опасливо озираясь, двое.
Мальчик и девочка, лет двенадцати на вид, очень похожие друг на друга  — скорее всего, близнецы. Красивые, с интересом заметила она: худенькие — не кормили их, что ли? — грациозные, с тонкими и правильными чертами лица. Большеглазые, с удивительно яркими серыми глазами. Довольно тёмные шатены, мальчик коротко подстрижен, у девочки длинные волосы заплетены в тугую косу, ни одной волосинки наружу. Одеты они были, на её вкус, довольно странно для своего возраста: слишком официально. Идеально выглаженные классические  брюки и застегнутая на все пуговицы рубашка на мальчика, строгое, ниже колен синее платье на девочке… Это ей что-то напомнило, но она так и не смогла до конца понять, что именно.
А ещё мальчик казался ей знакомым, и это было как минимум странно. Вряд ли бы она забыла встречу с настолько красивым ребёнком, да и не была она в этом месте ни разу! Впрочем, эти размышления тут же прервались, стоило девочке что-то сказать. Вернее, то, что та заговорила,  она поняла лишь по движению губ — звука не было, и это её неожиданно взбесило.
Сконцентрировавшись на одной мысли — услышать, понять — она даже не сразу поняла, что появившийся странный звук и есть речь. Просто очень замедленная и от этого совершенно непонятная. Она продолжала концентрироваться, и в какой-то момент наступил прорыв: голоса зазвучали так, как положено природой. Мельком отметив преимущество своего положения  —  дети говорили на незнакомом ей ранее языке, но она его свободно понимала, более того, для осознания непривычности ей пришлось напрячься  — она приготовилась слушать.
— … умрёт?
— Отец женится во второй раз, — лицо мальчика исказила горькая усмешка, — на этот раз по собственному желанию. И у нас не останется даже той защиты, что давала мать. Может, тебя и не тронут, а я… — он покачал головой. Лицо его стало совсем не детским, выражение мрачной обречённости прибавило лет.
— Дядя Уильям? — предположила девочка.
— Он, конечно, попробует, но получится ли… Мишель, ты же понимаешь, что если ему это будет выгодно — он бросит нас на растерзание?
— Не хуже тебя, Джек, — мрачно ответила ему сестра.
В этот момент в дверь вошла сиделка и, почтительно склонив перед детьми голову, произнесла:
— Доброе утро, Ваши Высочества.
— Доброе утро, Магда, — ответил Джек. — Как состояние Её Величества?
Дальнейший разговор прошел мимо её сознания. Близнецы принц Джек и принцесса Мишель с дядей Уильямом, знакомо-незнакомое место и внешность мальчика. Теперь она поняла, почему сразу не поняла, кого он ей напоминает: Себастиан Стэн, сыгравший взрослого Джека, в этом возрасте не был настолько похож на фарфоровую статуэтку. Неужели та мысль, что пришла ей в голову за секунду до смерти, так повлияла? И она действительно оказалась   в Гильбоа и наблюдала кусочек жизни венценосного семейства Бенджамин? Ведь именно по Королям и был тот фанфик, что она собиралась читать.
Её размышления прервал писк приборов и вскрик Мишель. А потом её словно перекрутили, вывернули наизнанку и швырнули куда-то. И всё затопила страшная, ослепляющая боль….

Иллюстрации авторства замечательной Рыси Рыжей

                                                                                                         СЛЕДУЮЩАЯ