Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, Верховный чародей Визенгамота, кавалер ордена Мерлина первой степени, президент Международной конфедерации магов достал голову из думосбора и, спрятав тот взмахом руки, вернулся в кресло. Новые вводные надо обдумать…

Да, просмотрев воспоминания, он уверился: то, чего он опасался, впервые увидев вернувшегося из Тайной Комнаты Гарри, не случилось. Крестраж Тома не овладел им, и Гарри вернулся собой, разве что повзрослевшим и лишённым этого омерзительного паразита. То, как он рассказывал о своей смерти… такое не подделать, да и Минерва подтвердила, и что у маглов действительно есть такое понятие, как клиническая смерть, и что даже самые обычные маглы после такого могут приобрести удивительные таланты. Надо же, маглы, не знающие о волшебстве, фактически нашли способ убрать крестраж из живого носителя без его смерти!

Нет, конечно, крестраж бы мог понарассказывать и не такое, вот только Том точно не стал бы называть маглов “обычными людьми” и уважительно отзываться об их законах и правилах, да и знать о таком, как эти самые сталкеры, никак не мог. Да и эмоции Гарри были предельно искренними…

Уизли… его просчёт. Права была Минерва, говоря, что Молли нельзя доверять ничего важного! Это надо же, заявить такое! Воистину, это высокомерие чистокровных ничем не перешибёшь. Привыкли считать себя лучше только в силу рождения, а не потому, что работали над собой! Эх, Молли-Молли… Нет чтобы повиниться перед мальчишкой, посыпать голову пеплом: мол, проглядела я дочурку, не увидела, когда в душе свила гнездо тьма… глядишь, и прокатило бы! Но нет, ей нужно было броситься защищать эту мелкую паршивку, из-за которой чуть Хогвартс не закрыли! И, если говорить откровенно… Гарри, наконец высказавшему всё, что он думает о воспитании Джиневры, он, Альбус, искренне сочувствует. Глупая, наглая и даже внешне неприятная девчонка, избравшая тебя своей целью… Пожалуй, сам он её в возрасте Гарри точно проклял бы за такое. Нет, ничего серьёзного или наносящего ущерб финансам, дабы не нарываться на разборки с родичами: так, прыщи по всему лицу, метеоризм или там недержание… В общем, нет чтобы поблагодарить Гарри за терпение и благородство… Эх, да что теперь говорить!

Да ещё Рональд, который окончательно уничтожил всякую возможность примирения между Поттером и Уизли! Вот кто заставлял Альбуса жалеть о том, что в погоне за популярностью он когда-то отменил телесные наказания! Да, он очень удачно добился того, чтобы Гарри поступил на Гриффиндор и насмерть рассорился с мелким Малфоем, но… 

Положение изгоя, неприкасаемого — совсем не то, чего Альбус хотел для Гарри. Рональд же втягивал Поттера не только в драки со слизеринцами — он с пренебрежением высказывался обо всех факультетах, кроме Гриффиндора, порождая в рейвенкловцах и хаффлпаффцах ответную нелюбовь, и это Альбуса не устраивало совершенно. Тем более что и на Гриффиндоре Поттер из-за своего друга симпатиями не пользовался. Его просто старались не трогать, но уж точно не стали бы защищать: пример со слухами про Наследника Слизерина показателен.

Мда, надо подумать, кем заменить Рональда. Вот только кого? Не сказать, что у него был хоть сколько-то приличный выбор… Или не стоит? Конечно, есть ещё мисс Грейнджер… Альбус покачал головой: женщинам он не доверял совершенно, даже лучшие из них способны с лёгкостью всё испортить. А уж эта маленькая мисс Я-знаю-всё, с её любовью поучать всех, кто под руку подвернулся, да с учётом того, что на самом деле она ничего не знает о магическом мире… Как скоро она скажет что-то, способное оттолкнуть от себя поумневшего Гарри? Альбус полагал, что очень скоро.

Нет, подвести Гарри нового, правильного друга у него не получится. После такого разочарования — он вспомнил, как тот плакал, тихо и безутешно, и понимающе вздохнул — мальчик будет гораздо внимательнее к тем, кто претендует на его дружбу.

К тому же… теперь, когда крестраж не угнетает магическую систему Гарри, он, пожалуй, сможет стать немного сильнее и уж точно — здоровее. Вон, зрение исправилось, и теперь Поппи не будет донимать его требованиями обратиться в Мунго, чтобы вылечить Поттера! Не мог же он сказать медведьме, что это бесполезно. Ну и ещё один плюс: того отторжения, что испытывали по отношению к Гарри маглы, сквибы и слабые маги теперь тоже не будет.

Одно хорошо, теперь не надо будет выстраивать интригу так, чтобы подвести Гарри к идее пожертвовать собой ради магического мира. Всё же лучше быть наставником вождя и героя, как Мерлин у Артура, чем героя-мученика. Последнее… будем честны: вполне можно истолковать превратно.

Альбус не считал себя злодеем, и от понимания, что доверяющий ему ребёнок будет вынужден пожертвовать собой, ему было не по себе. А так… да, безусловно, есть минусы: теперь между Гарри и Томом нет связи, и будет невозможно предугадывать дальнейшие действия  бывшего ученика. С другой… он до сих пор прекрасно справлялся с этим самостоятельно, разве нет? И дальше справится!

Тогда, в восемьдесят первом, дела у ордена Феникса шли плачевно. У Тома были аристократы, у аристократов — деньги и влияние на Министерство, а у самого Альбуса лишь идеи да горстка преданных сторонников. Решение пожертвовать Поттерами ради победы в войне далось ему нелегко… но такова участь полководца: принимать сложные решения, бросая солдат в безнадёжный бой и жертвуя ими. В доме Поттеров была подготовлена ловушка, которая должна была сработать после убийства всех троих. Кто же знал, что душа Тома станет столь неустойчива, что жертва Лили запустит очередной раскол души, ставший для Тома роковым!

Разумеется, Альбус знал о крестражах Тома, вот только не догадывался, что тот успел наделать их столько. И, разумеется, он сразу же понял, что Гарри Поттер стал носителем крестража. Вот когда он пожалел, что не первым попал в дом в Годриковой Впадине! Пришлось на ходу перекраивать планы с учётом выжившего Гарри и начинки в нём…

Естественно, ни о какой материнской защите, о которой твердил сам Альбус соратникам, и речи не шло. Да, её можно было наложить на ребёнка, но это был сложный ритуал, о которых упёртая маглокровка и слушать бы не стала. Почему не сработала Авада от Тома, он мог только предполагать: возможно, крестраж неуязвим на стадии создания; возможно, то, что жертва для его создания стала добровольной; возможно, сработала ловушка… Ну или всё сработало в сочетании, создавая легенду о пережившем Аваду ребёнке.

Конечно, всё было бы гораздо  проще, имей он возможность воспитать Гарри в семье одного из своих сторонников-магов. Вот только пребывание Поттера в магическом мире с высокой вероятностью кончилось бы тем, что к одиннадцати от самого Гарри ничего бы не осталось. Единственный способ, каким он мог дожить до поступления в Хогвартс, будучи живым крестражем и оставаясь при этом собой  — пребывание в обезмагиченном пространстве, так что выбор был невелик. Да, Дурсли были не самыми приятными людьми, и это ещё мягко сказано, плюс влияние крестража заставляло их ещё хуже относиться к Поттеру… И всё же тот остался жив, почти здоров и самим собой — в первую же ночь в Хогвартсе Альбус проверил Гарри и выяснил, что всё получилось так, как он и надеялся: крестраж как бы закапсулировался, оттягивая на себя самые крохи магии. В ту ночь он поставил собственное ограждение, не позволяющее крестражу захватить разум носителя, очень сильно ограничив поток магии к нему. До того, как Гарри стал учеником Школы, проделать это  было попросту невозможно, так что Альбус считал, что сделал правильный выбор, выбрав меньшее из двух зол. Возможно, был и другой выход, но добраться до библиотек тёмных родов, где вполне могли храниться столь необходимые ему сведения, ему не удалось.

Вздохнув, он тяжело поднялся: всё же возраст давал о себе знать. Увы, прожить столько, сколько Диппет, ему не светит: и происхождение подкачало, и дуэль с Геллертом сильно подкосила… Нет, надо отдохнуть, а завтра уже заняться строительством новых планов. И кстати, стоит объявить об отмене экзаменов для всех курсов, кроме пятого и седьмого, особенно учитывая жертв василиска. Ни к чему привлекать излишнее внимание студентами, которые не смогут перейти на следующий курс.

Альбус взмахнул палочкой, погружая кабинет в полутьму, и направился в спальню. Всё завтра!

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                 СЛЕДУЮЩАЯ