KonstantinVU 

Где-то я видел карту полушарий, на которой отмечены места, ещё неизвестные человеку, по крайней мере — культурному человеку. Ещё есть в мире такие кусочки, на которые не ступала нога белого. Не говоря уже о северном и южном полярных пространствах, такие неведомые области остались на северо-западе Северной Америки, в центральной части Африки, в центральной части Австралии; целый ряд островов на юге Великого океана, часть Патагонии и верховья Амазонки в Южной Америке.

Передо мною книга американского путешественника Алькота Лэнжа: «В джунглях Амазонии».

Если бы в предисловии не было сказано, что книга носит научный характер, что в ней написано только то, что путешественник видел своими глазами, если бы в книге не было 86 фотографий, снятых им самим на Амазонке, то несомненно получилось бы впечатление, что это одна из фантазий Майн-Рида или Фенимора Купера.

Лэнж рассказывает чудеса.

В ноябре месяце в нашу редакцию пришёл молодой человек, назвавшийся Андреем Гуком, крестьянином Полтавской губернии, и рассказал странную историю.

В окрестностях Петрограда, около дачной местности по Варшавской дороге, стоит заколоченный деревянный дом, принадлежавший вдове полковника А. И. М-ва.

История этого дома загадочна и необычайно странна и связана с днём кануна Нового года. Андрей Гук, посетивший нашу редакцию, служил сторожем при усадьбе покойной М-вой, о которой мы здесь расскажем, передаём с его слов.

Вдова полковника А. И. М-ва восемь лет назад приобрела по Варшавской железной дороге участок земли, на котором выстроила большую двухэтажную дачу, с передним фасадом, выходящим на дорогу, и задним — в сад во двор.

Осенью 1909 года дом был закончен постройкой, и г-жа М-ва переехала в него со своим сыном, молодым человеком, страдавшим манией преследования.

К Рождеству на дачу был нанят сторож Андрей Гук, безрукий, бывший солдат и участник японской войны.

15 января 1919 года Бостон переживал непривычно тёплый зимний день. Термометры показывали плюс четыре по Цельсию — для января в Массачусетсе настоящий подарок судьбы. Рабочие в районе Норт-Энд расстёгивали пуговицы на пальто и жевали свои ланчи, подставляя лица солнцу. Никто из них не подозревал, что через несколько минут на них обрушится одна из самых нелепых и жутких техногенных катастроф XX века. Не вода, не огонь и не ядовитый газ, а гигантская волна липкой, сладкой и смертельно опасной патоки. Со стороны эта история может показаться сюжетом чёрной комедии, но смешного в ней мало. А виной всему, как всегда, — жадность и глупость.

Первопричиной бедствия стал гигантский стальной резервуар компании Purity Distilling. Внутри плескалось почти девять миллионов литров мелассы — густого сиропа, побочного продукта сахарного производства. В те годы патока была стратегическим сырьём: из неё гнали промышленный спирт, который шёл на изготовление взрывчатки. Первая мировая только закончилась, но спрос на спирт оставался высоким. К тому же на горизонте маячил «сухой закон», и производители спешили наварить побольше рома, пока лавочку не прикрыли.

Резервуар строили в спешке. Руководил процессом Артур Джелл — человек, который понимал в строительстве примерно столько же, сколько заяц в геометрии. Он был казначеем и финансистом, и его главной задачей было сэкономить. Джелл сэкономил на всём: на стали, на проверках, на здравом смысле. Стенки бака оказались слишком тонкими, заклёпки — слабыми. Резервуар тёк с первого дня, как дырявое ведро. Местные детишки даже бегали к нему с кружками, чтобы набрать бесплатного сиропа, сочившегося из щелей. Чтобы не позориться, Джелл просто приказал покрасить бак в коричневый цвет — так подтёки стали менее заметны. Гениальное управленческое решение.

12 января 1907 года родился Сергей Павлович Королёв — учёный, конструктор и создатель ракетно-космической отрасли СССР, человек, с которого началась практическая космонавтика. Он вырос в семье учителя, учился в Одессе, Киеве и Москве, где его дипломным проектом руководил Андрей Николаевич Туполев. С юности Королёв был увлечён авиацией, мечтал летать и строить летательные аппараты, а знакомство с трудами Константина Эдуардовича Циолковского навсегда определило его путь к космосу. Уже в начале 1930-х годов в подмосковном поселке Нахабино в небо взлетела первая ракета, ставшая результатом работы Группы изучения реактивного движения под руководством Королёва, положившая начало дороги в космос.

После Великой Отечественной войны Королёв возглавил работы по баллистическим и затем межконтинентальным ракетам, а в середине 1950-х стал главным конструктором ракетно-космической техники. Под его руководством были созданы носители, выведшие на орбиту первый искусственный спутник Земли и первые пилотируемые корабли, аппараты для выхода человека в открытый космос и возвращения на Землю, а также первые межпланетные станции к Луне, Венере, Марсу и Солнцу. Его вклад был отмечен высшими наградами, учреждением именной золотой медали, памятниками и музеями. Личность Королёва и сегодня вызывает живой интерес не только масштабом свершений, но и силой характера: он умел требовать порядка ради свободы мысли, соединять смелость с ответственностью и превращать дерзкие мечты в реальные задачи, а затем — в свершившуюся историю освоения космоса.