Igor (Игорь) 

Денисова пещера на Алтае уже давно считается одним из самых необычных археологических и палеогенетических памятников Евразии. Именно здесь обнаружили свидетельства существования денисовцев — древней группы людей, известной науке практически только благодаря нескольким фрагментам костей и сохранившейся в них ДНК. Теперь выяснилось, что пещера хранила ещё одну неожиданную тайну: среди множества мелких и на первый взгляд совершенно неинформативных костных обломков оказался генетический след ранее неизвестного крупного млекопитающего.

Анализ древней ДНК из костных фрагментов, найденных в Южной Сибири, позволил обнаружить ранее неизвестный вид полорогих. Животное было родственником современных яков, однако сотни тысяч лет развивалось по самостоятельной эволюционной линии. Генетические данные охватывают период примерно в 200 тысяч лет и показывают, как изменения климата влияли на численность и генетическое разнообразие этой популяции. Результаты исследования опубликованы в журнале Current Biology.

Открытие сделали исследователи Центра палеогенетики в Стокгольме совместно с учёными Калифорнийского университета в Санта-Крусе и Венского университета. Они изучили древнюю ДНК из костных фрагментов, найденных в Денисовой пещере и других местах Южной Сибири. Всего исследователи получили 20 древних геномов.

Большинство этих костей невозможно было определить по внешнему виду: фрагменты оказались слишком мелкими и лишёнными признаков, позволяющих установить вид животного. Однако ДНК показала, что они принадлежали неизвестной ранее линии полорогих. Сравнение геномов с данными по другим представителям семейства позволило установить её близкое родство с современными яками.

В пещерах Габона живет изолированная популяция тупорылых крокодилов, которые охотятся на летучих мышей среди скоплений гуано. Ученые впервые засняли их охотничье поведение и обнаружили признаки адаптации к необычной подземной среде.

Тупорылые крокодилы (Osteolaemus tetraspis) из пещер Абанда в Габоне охотятся на летучих мышей. Ученым впервые удалось заснять это поведение — раньше рептилии прекращали охоту, когда в пещерах появлялись люди. Полученные кадры позволяют лучше понять образ жизни необычной изолированной популяции, которая приспособилась проводить значительную часть жизни в полной темноте.

Тупорылые крокодилы — самые маленькие представители семейства настоящих крокодилов: взрослые особи обычно не превышают полутора метров в длину. Они распространены в Западной и Центральной Африке и обычно держатся лесных водоемов, болот и заболоченных участков тропического леса. Пещерная популяция из Габона ведет себя иначе. Животные обитают в системе пещер Абанда, где среди скоплений гуано летучих мышей находят пищу и укрытие.

Эти крокодилы были обнаружены в пещерах в 2008 году, а первые подробные исследования начались вскоре после этого. Исследователи установили, что рацион рептилий включает летучих мышей и насекомых, однако непосредственно наблюдать охоту не удавалось. В присутствии человека крокодилы вели себя иначе, чем обычно, и не демонстрировали естественных способов добычи пищи. Поэтому ученые использовали дистанционные камеры.

На полученных кадрах крокодилы подстерегают летучих мышей и внезапно атакуют их. Это первое непосредственное наблюдение такого поведения у данной популяции. По словам эколога Мэтта Ширли, который изучает пещерных крокодилов около 15 лет, раньше исследователям оставалось только предполагать, каким образом рептилии добывают рукокрылых.

Закон Долбера или Закон Амоса Долбера — эмпирический закон, который устанавливает взаимосвязь между температурой воздуха со скоростью стрекотания сверчков и позволяет определить температуру воздуха, если она находится между 5°C и 30°C. Он был сформулирован Амосом Долбером и опубликован в 1897 году в статье под названием «Сверчок как термометр». 

В основе этого явления лежит простая физиология. Стрекотание сверчка возникает благодаря быстрым движениям крыльев, которыми насекомое трёт одну поверхность о другую. Скорость этих движений зависит от температуры окружающей среды: чем теплее, тем быстрее протекают физиологические процессы и тем чаще самец способен издавать звуки. При понижении температуры стрекотание замедляется.
 Для стеблевого сверчка Oecanthus fultoni существует приближённое правило: если посчитать количество стрекотаний за 15 секунд, вычесть 40, разделить результат на 4 и прибавить 50, получится температура в градусах Фаренгейта. Например, 75 стрекотаний за 15 секунд соответствуют примерно 59 °F, то есть около 15 °C.
 Зависимость выражается следующей формулой, которая позволяет оценить температуру T°F в градусах Фаренгейта по количеству щебетаний в минуту N:

Ученые проследили за старением 209 домашних кошек в течение семи лет и обнаружили, что с возрастом животные редко ограничиваются одной проблемой со здоровьем. Почти все кошки за время наблюдений приобрели хотя бы одно заболевание или клиническое отклонение, а 84 процента столкнулись сразу с несколькими. Средняя продолжительность жизни животных в исследовании составила 15,2 года.

 Исследование проводилось в рамках Cat Prospective Ageing and Welfare Study — долгосрочного проекта, начатого в 2017 году. Большинство кошек включили в него в возрасте от семи до десяти лет и затем осматривали каждые шесть месяцев. За время наблюдений ветеринары провели 1241 обследование, а медианная продолжительность наблюдения составила 4,4 года.
 Чаще всего у стареющих кошек обнаруживали стоматологические заболевания — они встречались у 84 процентов животных. Почти столь же распространены были отклонения при ортопедическом обследовании: их выявили у 82 процентов кошек. У 59 процентов прослушивались сердечные шумы. При этом наличие шума не обязательно означало заболевание сердца: авторы отмечают, что без эхокардиографии определить его причину невозможно.
 Всего лишь девять кошек из 209 за весь период наблюдений не имели ни одного зарегистрированного заболевания или клинического отклонения. У 175 животных, то есть у 84 процентов всей группы, со временем возникли как минимум две проблемы со здоровьем. Исследователи называют это мультиморбидностью — одновременным присутствием нескольких хронических состояний, каждое из которых может влиять на качество жизни.
 С возрастом число таких проблем увеличивалось. Среди них были хроническая болезнь почек, гипертиреоз, гипертония, сахарный диабет, новообразования, заболевания зубов, сердечные шумы и нарушения опорно-двигательного аппарата. Некоторые состояния также оказывались связаны между собой: например, ортопедические нарушения чаще встречались у кошек с сердечными шумами, гипертонией и потерей мышечной массы.
 Особое внимание исследователи уделили изменениям мышечной массы. Даже легкая потеря мышц в среднем возрасте была связана примерно с двукратным увеличением риска смерти в последующие годы. В окончательной статистической модели коэффициент риска составил 2,01. Авторы считают этот результат важным для профилактики старения: оценивать не только массу тела, но и состояние мышц стоит задолго до глубокой старости.
 Еще один фактор, связанный с продолжительностью жизни, — породистость. В исследовании у породистых кошек риск смерти был примерно в 2,6 раза выше, чем у беспородных. При этом исследование было наблюдательным, поэтому оно показывает статистическую связь, а не доказывает, что сама принадлежность к породе является причиной сокращения жизни.
 За время исследования умерли 59 кошек. Наиболее частой причиной смерти оказались новообразования — они были связаны с 31 процентом летальных исходов. Далее следовали сердечно-сосудистые заболевания, эндокринные и почечные нарушения. Медианная продолжительность жизни кошек составила 15,2 года; к этому возрасту, согласно расчетам авторов, оставались живы около 53 процентов животных из исследуемой группы.
 Исследователи отмечают, что полученные результаты хорошо показывают специфику старения кошек: оно редко сводится к появлению одного заболевания. По мере увеличения возраста у животного накапливаются разные хронические состояния, которые могут взаимодействовать друг с другом. Поэтому профилактическое наблюдение имеет смысл начинать не тогда, когда кошка уже стала старой, а с ее среднего возраста — примерно с семи лет. Регулярная оценка зубов, суставов, сердца, давления, массы тела и особенно мышечной массы может помочь раньше заметить изменения, сопровождающие старение.

Летучие мыши, вероятно, появились в Европе около 55–60 миллионов лет назад, а их способность ориентироваться с помощью гортанной эхолокации могла возникнуть еще до появления общего предка современных летучих мышей. К таким выводам пришли авторы исследования, сопоставив данные 103 геномов с особенностями строения современных и ископаемых видов.

Летучие мыши (Chiroptera) представляют собой одну из наиболее своеобразных групп млекопитающих. Это единственные млекопитающие, освоившие активный машущий полет. Многие из них используют эхолокацию, а представители разных линий заметно различаются по размерам, строению, образу жизни и питанию. Несмотря на более чем 1500 видов (каждый пятый вид млекопитающих!), их эволюционная история долгое время оставалась не вполне ясными. Ископаемых остатков древних летучих мышей сравнительно мало, а генетические исследования давали противоречивые результаты.
 Чтобы уточнить родственные связи, ученые получили 42 новых хромосомных сборки геномов и объединили их с уже опубликованными данными. В итоге исследование охватило 103 вида, представляющих все 21 современное семейство летучих мышей. 
 Полученное эволюционное дерево несколько изменило представления о родстве отдельных групп. В частности, мадагаскарские присосконогие нетопыри, или Myzopodidae, оказались наиболее ранней ветвью внутри Vespertilionoidea. Сестринской по отношению к этой группе стала линия Emballonuroidea. При этом традиционное объединение всех эхолоцирующих летучих мышей в одну группу не подтвердилось: способность к эхолокации возникала и распространялась в эволюции сложнее, чем предполагалось прежде.
 Геномные данные позволили также восстановить предполагаемый кариотип общего предка летучих мышей. По расчетам исследователей, у него было 26 хромосом. В дальнейшем изменения числа хромосом происходили главным образом благодаря их слияниям. Такой механизм оказался характерен для подавляющего большинства изученных геномов.
 Но одной генетики для восстановления ранней истории летучих мышей оказалось недостаточно. Исследователи объединили молекулярные данные с палеонтологическими и изучили 699 морфологических признаков у 65 видов, включая 44 вымерших. Такой подход позволил одновременно учитывать особенности современных животных и строение древних форм, известных только по ископаемым остаткам.
 Результат оказался неожиданным: наиболее вероятной родиной первых летучих мышей исследователи считают Европу. Их общий предок, согласно реконструкции, жил в позднем палеоцене. Оттуда ранние летучие мыши начали расселяться в другие части света. Впоследствии представители разных линий достигли Африки, Азии, Австралии и Америки.
 Особый интерес представляет история эхолокации. Ископаемая летучая мышь Vielasia, относящаяся к одной из наиболее древних ветвей стволовых летучих мышей, оказалась особенно важной для реконструкции этой истории. Ее положение на эволюционном дереве согласуется с предположением, что гортанная эхолокация появилась еще до формирования общего предка современных летучих мышей. Иными словами, способность издавать ультразвуковые сигналы и ориентироваться по их отражению могла быть очень древним приобретением группы.
 Не менее интересны данные о питании. Ископаемая Aegyptonycteris оказалась наиболее ранним известным представителем летучих мышей, для которого предполагается всеядность. Это указывает на то, что переход от насекомоядного рациона к смешанному или растительному происходил уже на ранних этапах эволюции и, по-видимому, неоднократно в разных эволюционных линиях.
 Объединение геномных и палеонтологических данных позволило существенно уточнить и временную шкалу эволюции. Исследователи связывают формирование основных современных линий с началом эоцена, после чего летучие мыши быстро расселились по различным континентам. Таким образом, их современное разнообразие складывалось не в результате одного постепенного распространения, а благодаря раннему разделению линий, перемещениям между континентами и неоднократному освоению новых пищевых ресурсов.
 Новая реконструкция показывает, насколько важным для изучения древней эволюции оказывается совместное использование геномов и ископаемых остатков. Одни только генетические данные не всегда позволяют надежно определить положение давно вымерших групп, а одни окаменелости редко дают достаточно информации о родстве современных животных. Их объединение позволяет увидеть историю летучих мышей как единую последовательность событий — от появления первых летающих форм до последующего расселения и формирования огромного современного разнообразия.

В раковине наземного моллюска Figuladra bayensis сохранились химические «отпечатки» интенсивных ливней, вызванных тропическими циклонами, которые несколько лет назад обрушились на восточную Австралию. Учёные соотнесли отдельные зоны роста раковины с конкретными погодными событиями и предположили, что по древним раковинам можно реконструировать экстремальные осадки и циклоны тех периодов, когда инструментальные метеорологические наблюдения ещё не велись. Исследование опубликовано в Sage journals.

Раковина большой улитки Figuladra bayensis оказалась своеобразным архивом климата. По ее химическому составу исследователи смогли восстановить почти пять лет жизни животного и связать изменения в раковине с сезонными условиями и экстремальными дождями, вызванными тропическими циклонами. Работа показывает, что раковины наземных улиток могут использоваться для реконструкции прошлого климата восточной Австралии.
 Раковина растет постепенно: улитка добавляет новый карбонат кальция к краю устья, поэтому в ней последовательно сохраняется информация об условиях окружающей среды. Особенно полезны стабильные изотопы кислорода и углерода. Содержание кислорода-18 зависит от температуры, испарения и изотопного состава воды. Поскольку наземные улитки получают воду главным образом из осадков, изменения состава дождевой воды могут отражаться в раковине. Углерод-13 связан прежде всего с источниками углерода, поступающего в организм с пищей, и поэтому позволяет судить о характере растительности и некоторых физиологических изменениях.
 Исследователи изучили раковину F. bayensis, найденную в сентябре 2018 года в национальном парке Коулстоун-Лейкс примерно в 230 километрах к северу от Брисбена. Они отобрали около 200 образцов карбоната вдоль 234-миллиметровой линии роста, а еще восемь образцов использовали для радиоуглеродного датирования. Это позволило связать изменения изотопного состава с определенными периодами жизни улитки.
 Радиоуглеродные данные показали, что животное прожило около 4,5 года. Раковина росла неравномерно: средняя скорость составляла около 70 миллиметров в год, а максимальная достигала 144 миллиметров. Особенно быстро она росла после крупных дождей и циклонов, тогда как с середины 2015 года до начала 2017 года рост был наиболее медленным.
 Особенно хорошо в раковине сохранилась запись кислорода-18. Его содержание колебалось циклически, причем крупнейшие изменения достигали примерно 6 промилле. Обычные сезонные колебания были слабее — менее 2 промилле. Два наиболее заметных падения совпали по времени с сильными дождями, связанными с экс-тропическим циклоном «Марсия» в 2015 году и тропическим циклоном «Дебби» в 2017-м.
 Причина такой связи заключается в свойствах изотопного состава осадков. Во время сильных дождей в окружающую среду поступает вода с относительно низким содержанием кислорода-18. Улитка использует эту воду, и ее химический состав отражается в формирующемся карбонате. После окончания влажного периода содержание кислорода-18 постепенно повышается по мере высыхания окружающей среды.
 При этом раковина записывала не только региональный климат. Такая чувствительность связана с особенностями Коулстоун-Лейкс. Озёра находятся более чем на 150 метров выше окружающей местности и получают воду практически исключительно из осадков. После продолжительных сухих периодов вода постепенно уходит в грунт, а дно покрывается травой. Сильные циклоны, напротив, способны быстро наполнить озёра и резко изменить влажность и растительность вокруг них.
 Углерод-13 рассказывал несколько другую историю. Его среднее содержание составляло около −9 промилле, что согласуется с питанием полуразложившимся растительным материалом типа C3. Большинство колебаний были небольшими и имели циклический характер. Однако во время периода, связанного с циклоном «Марсия», произошел резкий сдвиг примерно на 4 промилле. Авторы предполагают, что он мог быть связан с физиологическими изменениями, например размножением в теплых и влажных условиях. После «Дебби» подобного изменения не обнаружили.
 Радиоуглеродный анализ показал также, что органический материал, использованный при формировании раковины, имел средний возраст около десяти календарных лет. Исследователи связывают это с использованием старого органического вещества из растительного опада и почвы. Данные при этом не указывают на существенное включение в раковину старого карбонатного материала из почвы или обломков других раковин.
 Последние месяцы жизни улитки тоже удалось приблизительно восстановить. Она, вероятно, появилась в начале влажного сезона и погибла примерно 19 августа 2018 года, в конце сухой зимы, после более чем месяца без дождей. Незадолго до этого температура опускалась до −1,7 градуса Цельсия — самого низкого значения, зарегистрированного на соответствующих метеостанциях с 2003 года. Авторы предполагают, что сочетание холода, низкой влажности и нехватки воды могло способствовать гибели животного.
 Таким образом, одна раковина сохранила последовательную геохимическую запись примерно четырех с половиной лет жизни улитки. В ней оказались различимы сезонные изменения, периоды ускоренного и замедленного роста, следы крупных дождевых событий и возможные физиологические изменения.
 Исследователи считают Figuladra bayensis перспективным архивом палеоклимата юго-востока Квинсленда. Если раковины этого и близких видов удастся обнаружить в древних озерных и почвенных отложениях, их изотопный анализ может помочь восстанавливать изменения влажности и растительности и выявлять эпизоды экстремальных осадков. Восточная Австралия известна примерно 800 видами наземных улиток, поэтому подобные находки потенциально могут превратить обычные раковины в сеть природных климатических архивов.
 Результаты показывают, что раковины наземных улиток могут служить природными архивами не только общего состояния климата, но и отдельных экстремальных событий. Минеральная раковина сохраняется значительно дольше мягких тканей животного, поэтому такие находки в более древних слоях осадков потенциально способны продлить историю наблюдений за циклонами далеко за пределы современных метеорологических записей. Пока вывод основан на одной современной раковине Figuladra bayensis из конкретного района Австралии. Для реконструкции древних циклонов потребуется проверить метод на большем количестве особей и выяснить, насколько одинаково погодные сигналы сохраняются в раковинах разных возрастов, мест обитания и видов.

Южноамериканские кошки — небольшие хищники рода Leopardus, обитающие в Южной и Центральной Америке. Внешне многие из них очень похожи: это сравнительно мелкие кошки с пятнистой шерстью, приспособленные к жизни в лесах и горных экосистемах. Из-за этого границы между видами долгое время оставались не вполне ясными. Теперь исследование геномов современных и музейных образцов показало, что группа южноамериканских кошек устроена значительно сложнее, чем предполагала прежняя классификация.

 В исследовании, опубликованном в Current Biology, ученые использовали полногеномные данные, митохондриальные геномы, морфологические признаки и материалы музейных коллекций. Всего анализ включал 40 образцов, для которых удалось получить данные полных геномов, а общее число изученных экземпляров с учетом образцов, представленных только митохондриальной ДНК и морфологическими данными, достигло 45.
 
Особенно важную роль сыграли музейные образцы. Для некоторых популяций получить свежие биологические материалы практически невозможно, поэтому исследователи извлекали ДНК из сохранившихся в коллекциях экземпляров. Такой подход называют музеомикой — использованием музейных образцов для геномных исследований. В данном случае она позволила сравнить современные популяции с представителями тех групп, для которых живые животные практически недоступны.
 
Ученые обнаружили шесть глубоко разделившихся генетических линий южноамериканских кошек. При этом в рамках принятой авторами консервативной таксономической схемы они соответствуют пяти видам: южной тигровой кошке (Leopardus guttulus), онцилле (L. tigrinus), восточной тигровой кошке (L. emiliae), облачной тигровой кошке (L. pardinoides) и ранее неизвестному виду из Боливийских Юнгас — Leopardus tilcayo. Шестая линия, обнаруженная в Перуанских Юнгас, признана новым подвидом Leopardus tigrinus antisuyo.
 
Новый вид Leopardus tilcayo происходит из горных лесов Боливии. Типовой экземпляр был найден неподалеку от Арапаты в департаменте Ла-Пас, на высоте около 1570 метров. Местное название животного — "тилькайо" — и стало основой видового имени.
 

Как говорил старина Портос: "Я дерусь, потому что я дерусь" однако как оказывается склонность к дракам свойственна не только людям. У попугаев-монахов пол почти никак не влияет на то, кто начинает драку, становится ее целью и занимает высокое положение в социальной иерархии. К такому выводу пришли исследователи Университета Цинциннати и Университета Дьюка, изучившие агрессивные взаимодействия в группах этих птиц. Результаты работы опубликованы в Integrative and Comparative Biology. 

Попугаи-монахи (Myiopsitta monachus) относятся к видам, у которых самцов и самок практически невозможно различить по внешнему виду. Именно эта особенность и подтолкнула исследователей проверить, насколько пол вообще связан с поведением птиц. Под руководством Юйчэнь Чэнь ученые проанализировали социальные взаимодействия попугаев, обращая особое внимание на агрессию, положение отдельных птиц в группе и формирование иерархии.
 
Оказалось, что заметных различий между самцами и самками практически нет. Птицы обоих полов примерно одинаково часто вступают в конфликты, становятся объектами агрессии и оказываются на разных ступенях социальной лестницы. В группах исследователей примерно поровну встречались самцы и самки, занимавшие самое высокое положение.
 
При этом слово «драка» в данном случае звучит драматичнее, чем происходящее на самом деле. Попугаи-монахи действительно много конфликтуют, однако большинство столкновений представляет собой короткие стычки и крайне редко заканчивается травмами. Обычная причина конфликта может быть вполне прозаической: одна птица пытается занять насест, который уже использует другая.
 
Такие небольшие разборки, вероятно, играют важную роль в социальной жизни стаи. Постоянно взаимодействуя друг с другом, птицы выясняют относительное положение соседей и постепенно формируют устойчивую иерархию. Незначительные конфликты позволяют поддерживать эту структуру, не доводя дело до действительно опасных столкновений.

В тайском национальном парке ботаники нашли новый вид растения Thismia daemona, получивший название за черный цветок с похожими на рога выростами. Но гораздо необычнее его внешности образ жизни: у растения нет хлорофилла, поэтому оно не фотосинтезирует и большую часть жизни скрывается среди опавших листьев. Необходимые органические вещества тисмия получает через подземные связи с грибами. Пока ученым известна всего одна популяция — менее 50 растений на площади меньше футбольного поля.

В августе 2026 года в научном журнале PhytoKeys появилось описание необычного растения, найденного годом ранее в национальном парке Тхонг Пха Пхум на западе Таиланда. Исследователи из Университета Чулалонгкорн и Университета принца Сонгкла дали ему имя Thismia daemona. В переводе на русский его уже называют «дьявольским цветком» — и, кажется, вполне заслуженно.

 Thismia daemona — небольшое растение, которое большую часть жизни проводит под землёй. На поверхности оно появляется лишь на короткое время, чтобы отцвести и дать плоды. Но когда это происходит, зрелище действительно впечатляет. Лепестки цветка окрашены преимущественно в чёрный, а у основания покрыты яркими красно-оранжевыми пятнами. Их сравнивают со «светящимися глазами» демона. Три верхние части образуют подобие шапки или митры, из которой выступают три длинных тонких отростка, похожих на рога. Именно этот облик и подсказал видовое название — демонический (daemona).
 Главная биологическая особенность «дьявольского цветка» — полное отсутствие хлорофилла. Он не способен к фотосинтезу и не нуждается в солнечном свете для получения энергии. Вместо этого растение использует стратегию микогетеротрофии: оно паразитирует на подземной сети грибов, получая от них углерод и питательные вещества. По сути, Thismia daemona «ворует» еду у грибов, которые, в свою очередь, добывают её из других растений. Такая тройная связь делает вид крайне зависимым от здоровой лесной экосистемы.
 Открытие стало сюрпризом для учёных. Представители рода Thismia обычно встречаются во влажных низинных тропических лесах. Однако Thismia daemona была найдена в горном вечнозелёном лесу на высоте около 930–1000 метров над уровнем моря — в необычно сухом и сезонном местообитании. Кроме того, вид относится к секции *Geomitra*, представители которой ранее были известны только на полуострове Малакка, островах Борнео и Суматра. Находка в Таиланде значительно расширяет ареал этой группы на север. Теперь в стране насчитывается шестнадцать видов Thismia.