Александр Эфрой

— ВК и Дзен выходят в версии 16+ (без натуралистики).

— На Boosty — полные версии, возможны сцены 18+.

— Читка совпадает с площадкой: в ВК — 16+, на Boosty — полная.

Легкий отблеск новых и хорошо заточенных хирургических инструментов уже давно не заставлял его щуриться. Выложенные на белоснежной и стерильной ткани они смотрелись идеально для любого профессионального хирурга. Он любил чистоту, всегда соблюдал правила медицины. Аккуратно потянувшись за скальпелем, едва шелохнувшись при диком крике пациента, он как ни в чем не бывало продолжил операцию. Человек, находившийся сегодня на его столе, возможно, даже не был болен, хотя не будем так строго судить хирурга, все же возможно, что он ему все-таки чем-то и помог. Но эта история не про этого беднягу пациента.

Владимир родился в маленьком селении во Владимирской области и никогда не жил полной жизнью. Отец пил, мать гуляла, оттого скандалы, ссоры в семье и масса проблем. Тогда еще ребенок с трудом переносил родительскую ругань. Бывало, в лесу удавалось поймать лису или еще какое животное, и это приносило небольшое удовлетворение. Сначала он просто рассматривал извивающееся под его упругими пальцами окровавленное тельце зверька, затем уже стал устраивать маленькие «госпиталя», укрывая их вместо крыши лапником ели.

Сложно поверить, но этот маленький ад для животных в лесу никто и никогда так и не нашел. И все только потому, что Вовка казался всем тихим и нормальным парнем, таким же, как и все ребята вокруг. И никто не усомнился в его честности, когда в школе пропадали учителя, и он всегда помогал следствию и показывал пальцем на местных алкоголиков, которые даже не могли придумать себе алиби. И только сейчас многие из тех, кто рос вместе с ним, начали понимать, что именно они помогли родиться тому, кто сейчас стоял в белом халате над ними и аккуратно разрезал их маленькими полосочками. Кровь струйкой стекала из ран, обнажая внутренности жертвы. Крики до изнеможения лишь ускоряли их смерть.

Новогодние праздники только закончились, и хорошее настроение сменилось рабочим. Теперь все ждали первых выходных, чтобы отдохнуть и вздохнуть с облегчением.

Она шла не спеша по тротуару, составляя планы на ближайшие дни. Это были те самые выходные, которых все ждали. Несмотря на большое количество новогодних праздников, личных дел всех не переделаешь и всегда найдется, чем заняться в своё свободное время. Снег вокруг, кружась, медленно падал на землю, покрывая её тонким слоем. Было не очень холодно, и прогулка казалась от этого еще приятнее.

Поскользнувшись, Оксана рухнула на землю, крепко ударившись затылком. Она очнулась в маленьком помещении — над головой виднелось окошко. Видимо, прошло несколько часов, потому что на улице уже было темно и желтый свет фонаря освещал небольшую часть этой комнаты. Она поднялась, скривившись от боли, ощупала рукой затылок. Немного крови и, похоже, небольшая рана, но на ощупь точно не определить. Заглянув под разложенные одеяла, на которых она сидела, обнаружила несколько ящиков, составленных вместе, служивших для неё лежаком.

Возле окошка была дверь, очевидно, на улицу. С противоположной стороны — ничем не загороженный дверной проём, ведущий в соседнее помещение. Там медленно перемещались чьи-то тени, тусклый свет немного подрагивал, будто горела лучина. Оксана встала и, медленно подойдя, заглянула в проём.

Сразу было и не разобрать: в полумраке посреди комнаты двое мужчин в оранжевых жилетах склонились над чьим-то неподвижным телом. С уверенностью сказать было сложно, но скорее всего, это была девушка. Одежда была разодрана, испачкана в крови. На полу также было много крови, кровавые отпечатки ботинок были всюду.

– Я столько времени провел на этой работе, ― говорил заплетающимся языком мужчина, ― да мне ноги должны целовать за то, сколько я для них сделал.

– Конечно, как я вас понимаю, ― бармен слегка наигранно покачал головой.

Наступила ночь, а мужчина все сетовал на несправедливость судьбы и на алчных служащих различных ветвей власти.

– ... всё с нуля. Никто мне не помогал, и тут такое, ― донесся до бармена очередной возглас посетителя.

– Не переживайте вы так, все будет хорошо. Хотя сейчас всем тяжело, но как-то держатся и живут, ― успокаивающим тоном высказался молодой человек.

Ему (бармену) было около тридцати лет, семьи еще не было, с девушкой он недавно расстался. Эта работа у него была не первая и, как он надеялся, не последняя. Предыдущее место работы было куда прибыльнее, но, к сожалению, там ничего не вышло. Подвыпивший же гость в этом уютном ночном кафе был бывшим директором одной из многочисленных городских фирм. Фирму постигла участь такая же, как и многие другие в кризисные времена, еще и не сумел договориться с нужными людьми. В общем, сейчас ему казалось, что жизнь катится под откос.

Андрей налил мужчине еще рюмку и громко заявил, что эта порция за счет заведения, в котором, к слову говоря, уже практически никого не осталось. Была середина недели, и многие посетители, пропустив рюмочку-другую, спешили домой.

Короткие толстые пальцы ловко бегали по клавиатуре, набирая очередную статью. Пухлые губы, перепачканные жирной курицей, лежавшей тут же возле ноутбука, проговаривали зарождавшиеся в голове мысли. В комнате было достаточно темно, и лишь тусклый свет, исходивший от экрана, едва освещал лицо блогера. Кругом были разбросаны разные вещи: тут вперемешку валялись и верхняя одежда, и старая изношенная обувь. В воздухе соединялись запахи всего этого разнообразия, порождая образ зловонной кучи мусора. Сам блогер источал не менее неприятные ароматы, дополняя и без того жуткую картину.

Сегодня его статья была обращена к конкретному человеку, которого он даже толком не знал, но, тем не менее, очень хотел сыграть на его горе, получив при этом известность, славу и восхищение окружающих. Историю, прочитанную на личной странице несчастной девушки в социальной сети, он смог исковеркать так, что печальный рассказ, требующий сострадания, превратился в историю лжи и порока.

Прошла неделя, и во тьме собственной квартиры снова полный человек что-то печатает на своем любимом ноутбуке. Он снова кривит рот в безобразной улыбке и изредка потирает пухлые руки. Но на краю города обиженная и отчаявшаяся девушка, героиня перевернутой с ног на голову истории, принялась за дело.

Полумрак и свечи, слегка дымящиеся пучки трав, белый голубь... Минуту спустя девушка с легкостью срубила острым ножом голову птице, окрасив белоснежные перья в бордовый цвет. Бормоча слова на странном языке, она погрузилась в транс. К концу церемонии вокруг было все испачкано кровью, лицо девушки и тело были покрыты ее мелкими каплями. Обессиленная, девушка упала в центр нарисованной посреди помещения звезды.