Дочитав столь нелепый репортаж, Пэй Ань с треском заблокировал виртуальный экран.

До чего же лицеглазые мерзавцы! Находить подобные оправдания собственной трусости, когда враг стоит у порога, — отвратительно до тошноты.

Статья транслировалась прямо из Главного информационного бюро Центрального скопления. В ней во всех красках расписывалось официальное заявление председателя имперского парламента относительно создания космическими пиратами собственного «государства».

* «Империя всегда придерживалась принципов мира и не желала кровопролития, — с пафосом вещал политикан. — В ответ на действия так называемой Империи Свободы парламент, после всестороннего обсуждения, принял решение придерживаться стратегии "сочетания военных действий и переговоров"».*

«Сочетания действий и переговоров»! Да пошёл ты к чёрту вместе со своими переговорами!

Когда этот слюнявый чинуша в официальном эфире величает банду отъявленных рецидивистов «стороной Империи Свободы», он уже проиграл эту войну. Пираты сами окрестили себя «Империей Свободы», а спикер Империи Райт послушно повторяет за ними на всю галактику! Он вообще на чьей стороне?

А уж это его «воевать и вести переговоры»... Переводя на человеческий язык — обычный саботаж и страх перед реальным боем.

О чём вообще говорить с космическими тварями? С ними разговор один: всыпать так, чтобы кости затрещали. Только сломав им хребет, можно уничтожить их спесь и вернуть собственное достоинство!

На деле же такая политика означала лишь одно: если военные огребут от пиратов, всё всегда можно списать на «дипломатическую гибкость» и «служение высшим интересам».

«Высшим интересам», надо же!

Пэй Ань едва сдерживал ярость. Будь он сейчас на Главной звезде, лично открутил бы этому спикеру голову. Да и не ему одному — тот ведь не сам по себе кукарекает, за его спиной стоит целая свора политических трупов.

От одной мысли о них закипала кровь.

— Где сейчас группа Сье Юя? — Пэй Ань сделал глоток ледяной воды, заталкивая гнев поглубже, и переключил внимание на текущую операцию.

— Подходят к цели, — отозвался Клод. За последнее время парень заметно возмужал и теперь уверенно чувствовал себя на мостике «Степного Пожара». — Контакт через один стандартный час.

Сегодня по плану стоял удар по группировке пиратов в системе Комо. Из всех десяти оккупированных секторов именно Комо граничила с подконтрольными Империи территориями, а система Цзяле стала их передовой базой. После серии пространственных прыжков в Цзяле стянулись внушительные силы.

С момента пиратского манифеста прошло двое суток. Обществу здесь нужен был мощный импульс, а ничто не поднимает дух так, как вид визжащего от боли и умывающегося кровью врага.

Сье Юй повёл армаду прямо в Комо, а Пэй Ань остался в Цзяле — разворачивать передовой штаб.

Даже если спикер Империи готов лобызать пиратов в десна, военные намеревались сбить спесь с зажравшихся разбойников.

Разрабатывая план атаки, Пэй Ань без тени сомнения выгреб из арсеналов «Созвездия» сокрушительный боекомплект, велев Сье Юю щедро угостить мятежников.

— Этот бой решит, верят ли граждане в армию, — отрезал Пэй Ань, и в его голосе звенел металл. — Нам нужна безупречная, разгромная победа. Мы обязаны доказать: армия умеет воевать!

А чтобы доказать это, требовался непрерывный поток огня и стали. Люди должны увидеть: у флота есть и зубы, и когти, чтобы защитить миры за своей спиной.

Пэй Ань подогнал больше тысячи тяжелых снарядов вместе с катерами ракетного прикрытия.

Генералы Хань Цзиншань и Салоян опешили от такого размаха, но расспрашивать, откуда у Пэй Аня столько смертоносных игрушек, не стали. Какая разница, если эти штуки смешают пиратов с космической пылью?

Пэй Ань лично участвовал в проектировании катеров серии «Синтянь». Изначально они задумывались как сверхманёвренные мобильные огневые платформы. По сути, «Синтянь» не умел ничего, кроме как палить во все стволы. Но делал он это виртуозно: нёс колоссальный боезапас, выпускал шквал ракет и на предельной скорости уходил из-под ответного удара. Ни один стандартный крейсер не мог с ним сравниться.

Целью Сье Юя была ударная группировка мятежников, нацелившаяся на Цзяле. В своём пафосном манифесте пираты бахвалились захватить Цзяле за месяц. Перекрыть им кислород было вопросом не просто стратегии, а выживания.

Раздавив эти заносчивые планы, они вернут людям веру. Простой народ ведь не задумывается, сколько лет пираты ковали своё железо в тени и сколько предателей им помогало. Люди видят лишь обнаглевших тварей, которых армия обязана уничтожить. Они не понимают, что многолетняя опухоль раковой системы выросла из обычных разбойников в хорошо организованную Армию мятежников.

Они не исчезали. Они просто ждали часа.

Сье Юй вёл десять «Синтяней». Катер вмещал по две сотни ракет — две тысячи смертоносных зарядов на всю эскадру! Избыточно? Расточительно для мелкой стычки? Возможно. Но психологический эффект стоил каждой потраченной монеты.

Войдя в Комо, Сье Юй рассредоточил катера. Стоит выследить цель — и один залп превратит мятежников в раскалённые обломки.

Армада мятежников шла плотным строем, формируя единый защитный контур. Настоящий подарок! Зачем рассеивать ракеты, если враг сам сбился в стадо?

— Командующий, зафиксирован вектор движения противника! — доложил оператор.

— Вести цель. Не спускать глаз.

Техника Республики всё же превосходила кустарные разработки мятежников. Враг даже не подозревал, что уже висит на прицеле.

На главном проекторе полз жирный красный маркер, оставляя алый хвост траектории.

— «Синтянь-1» цель захватил.

— «Синтянь-2» цель захватил.

Два головных катера уже легли на боевой курс, стволы ракетных шахт распахнулись.

Сье Юй стоял у консоли управления, хладнокровно считывая показатели с десятка экранов. Генералы Хань Цзиншань и Салоян лишь переглянулись — при таком командующем им оставалось только наблюдательскую роль играть. Его концентрация поражала: держал под контролем всю огромную эскадру, не упуская ни единой мелочи. Недаром в Первой военной академии его звали лучшим выпускником факультета тактики за всю историю.

— «Синтянь-3» цель зафиксировал.

— «Синтянь-4» цель зафиксировал.

Мятежники входили в зону полного поражения. Экипажи замерли.

— Запустить разведывательные дроны, — с едва заметной дерзкой ухмылкой приказал Сье Юй. — Снимайте во всех деталях, как эти крысы будут улепётывать. Мне нужны сочные кадры для первых полос.

Раз мятежники пытаются раскачать империю через пропаганду, им ответят тем же оружием. Посмотрим, чья информационная дубина тяжелее.

Когда «Синтянь-9» и «Синтянь-10» подтвердили захват, Сье Юй коротко отдал команду:

— Огонь!

Десять катеров взяли вражеский флот в полукольцо. Тьму космоса прорезали сотни огненных росчерков. Залп за залпом ракеты устремились к цели, превращая броню вражеских крейсеров в пылающий ад.

Пэй Ань улыбнулся, глядя на телеметрию. «Синтяни» несли не обычные боеголовки. Каждая ракета комплектовалась особым зарядом «Сияние Бога Огня». Высокоэнергетическая плазма при детонации порождала неистовое пламя, которое невозможно потушить в вакууме — оно выжигало металл и энергию щитов за считаные секунды.

Огонь — древний символ очищения и божественной кары. В этой бойне он пришёлся как нельзя кстати. «Сияние Бога Огня» должно было стать главным козырем Пэй Аня в информационной войне.

«Синтяни», отстреляв боекомплект, мгновенно совершили отход, не подставляясь под ответные залпы. И тут же в прорыв рванули основные силы.

Сье Юй переоценил противника: мятежники отправили не цельный корпус, а лишь огрызок из нескольких кораблей. Двадцать тяжелых крейсеров Республики просто размазали их по обшивке. Никакого благородства — врага нужно добивать.

Дроны-разведчики фиксировали этот разгром со всех ракурсов.

— Командующий, враг выбросил белый флаг! Запрашивают капитуляцию!

Естественно, никакого тряпичного флага в космосе не было — пришёл открытый кодированный сигнал.

Сье Юй с каменным лицом склонил голову к плечу:

— А? Что ты сказал? Не слышу, помехи на линии!

А затем чеканным, ледяным голосом отдал приказ эскадре:

— Огонь на поражение. Никого не оставлять в живых.

Капитуляцию они приняли заглаза! Вот когда вся их «Империя Свободы» приползёт на коленях — тогда Сье Юй, так и быть, уделит пару минут их капитуляции. А пока — выжечь дотла.

Разгромив остатки флота, Сье Юй отдал приказ собрать всё уцелевшее вражеское снаряжение и задумчиво замер у карты.

Судя по ареалу активности, силы пиратов простирались гораздо дальше десяти секторов. Но почему они так поспешно объявили о создании государства? Это не было похоже на выверенный стратегический ход. Напротив — на отчаянный жест.

За последние месяцы армия нанесла им чувствительные удары. Находись мятежники и дальше в тени, их силы растаяли бы сами собой. Чтобы удержать разваливающуюся банду, лидеры восстания пошли на авантюру: захватили десять систем, обнулили ресурсы и объявили «государство». Это давало им подкормку для истощённых войск и одновременно сеяло панику в Империи Райт, провоцируя внутренние грызни.

Если его расчёт верен, у мятежников попросту нет резервов для крупных наступлений. Им нужно удерживать захваченное и подавлять бунты местного населения. Достаточно встать глухой стеной в Цзяле — и их хвастливое обещание «взять систему за месяц» превратится в жалкий анекдот.

Сье Юй поделился соображениями с Хань Цзиншанем и Салояном. Опытные генералы безоговорочно поддержали его выводы.

— Надо немедленно запрашивать Главный штаб, пусть перебрасывают подкрепления, — сгоряча предложил Хань Цзиншань.

— Вопрос в том, что сейчас творится на Главной звезде, — мрачно заметил Салоян. — Поддержат ли нас император и парламент? Они там, в верхах, пороха не нюхали. Как бы не всадили нож в спину.

Сье Юй покачал головой. В столице хватало генералов, удерживавших баланс сил, так что непоправимой глупости высшие чины совершить не должны. Хотя... идиотизм верхушки порой превосходил любые ожидания.

Вернувшись в Цзяле, Пэй Ань созвал группу офицеров и с головой ушёл в обработку снимков и видеозаписей с дронов.

— Нам нужны самые сочные кадры, — наставлял он.

— Есть критерии? — подал голос кто-то из специалистов.

— Критерий один: флот должен выглядеть не просто мощно, а сногсшибательно. Поняли?

— Поняли! — хором ответили военные и принялись за работу.

Одними снимками сыт не будешь — требовалось мощное слово. Связавшись со Сье Юем, Пэй Ань изложил задумку:

— Нам нужен талантливый журналист, способный описать эту победу так, чтобы у читателей дух перехватило. Я хочу дать объявление о найме военного корреспондента от лица Третьей армейской группы.

Сье Юй одобрил затею без лишних слов:

— Пиши текст, я подпишу.

Резюме посыпались сотнями. Пэй Ань лично отсматривал заявки, пока его взгляд не зацепился за одно имя — госпожа Тан Юньчжэнь. Жительница системы Цзяле, опытный публицист, писавшая и серьёзную литературу, и злободневные статьи для крупнейших газет сектора. А главное — она могла прибыть в штаб за считаные часы.

Пока за госпожой Тан отправляли катер, Пэй Ань размышлял о тылах.

База «Хайянь», затерянная в глуши, превратилась в гигантский военно-промышленный комбинат. Заводы работали круглосуточно, штампуя оружие и боеприпасы. К тому же разведка отжала у Империи две забытые планеты с богатыми смешанными ресурсами — идеальный источник сырья для затяжной войны. Пока ресурсы текут рекой, армия может ни в чём себе не отказывать.

Тан Юньчжэнь прибыла на флагман «Степной Пожар», временно исполнявший роль передового штаба, и с порога рванула в бой.

Пэй Ань обрисовал задачу:

— Мы должны прославить подвиг наших солдат и показать народу, что мятежники — смертны. Используйте яркие, метафоричные образы. Пусть это выглядит как божья кара!

Тан Юньчжэнь не подкачала. Из-под её пера вышла статья с разгромным заголовком:

**[Ворьё дерзает вещать о государстве — но канет в огненную геенну за свои грехи!]**

На главной фотографии с дрона красовался вражеский флагман, охваченный ослепительным пламенем «Сияния Бога Огня». Смотрелось так, будто само провидение испепелило предателей.

***

Вернувшись с передовой, Сье Юй обсудил с Пэй Анем очередную дурость спикера парламента и связался со столицей. По усиленному каналу связи удалось пробиться к его отцу, командующему Сье Ао. Видео немного зависало, но суть передавалась чётко.

— Отец, нападающие силы мятежников в Цзяле полностью уничтожены, — доложил Сье Юй. — Пэй Ань уже разворачивает информационную кампанию. Что слышно в столице?

Сье Ао, сменивший парадный мундир на полевую форму, устало ухмыльнулся:

— Министр финансов из кожи вон лезет, выколачивая средства на войну, а мы собираем новые корпуса. Да вот только уродцы из парламента вознамерились вести с мятежниками переговоры! Уже и делегацию снарядили, идиоты...

Пэй Ань, стоявший рядом, подал голос:

— Чтобы добраться до мятежников, их переговорщикам придётся пересечь нашу зону контроля. Мы просто задержим дипломатов, и переговоры сорвутся сами собой.

Зачем вести диалог с предателями? Народы Лайта не давали на это согласия!

Сье Ао на экране просиял:

— Это же Пэй Ань? Ох, какой сообразительный малый!

Пэй Ань шагнул ближе к проектору и вежливо поклонился:

— Здравствуйте, командующий Сье.

Сье Ао едва не поперхнулся:

— Какой я тебе «командующий»! К чему эта официозность? Называй меня просто...

Экран дёрнулся, и в кадр с яростным криком ввалилась физиономия командующего Гу Юанъяна:

— Старый Лис! Ты опять успел поговорить с Пэй Анем без меня?!

Картинка намертво зависла.

Пэй Ань и Сье Юй переглянулись.

И эти люди вершат судьбы галактики?..

Как только Тан Юньчжэнь завершила работу над резонансной статьёй под заголовком «Разбойничья свора тщетно мнит себя государством: их грехи сгорят в очищающем пламени», Пэй Ань распорядился немедленно отправить материал в печать. Чтобы придать заявлению максимальный размах, штабы всех армейских корпусов продублировали его через свои официальные каналы — те самые, где новости не появлялись, кажется, целую вечность.

Замысел сработал без промаха. Текст подхватили независимые журналисты, известные медиа и лидеры общественного мнения. В считаные часы статья штормом пронеслась по всей Империи Райт.

Статья была пропитана праведным гневом и суровой правдой, а дополняла её тщательно смонтированная видеохроника. Редакторы отсекли всё лишнее, оставив лишь самые чёткие, бьющие по нервам кадры. В сочетании с динамичным, поднимающим дух саундтреком видео мгновенно зажгло сердца людей.

Волна патриотизма накрыла планеты: тысячи добровольцев устремились в рекрутские пункты, граждане собирали гуманитарные грузы. Но, столкнувшись с жестокой реальностью, люди обомлели — правительство просто не предусмотрело никаких механизмов для приёма помощи или записи в армию.

Если власти не желали опираться на свой народ, кто-то должен был выйти и объяснить причину. Однако Главная звезда хранила гробовое молчание. Со времени давнего выступления спикера парламента, пообещавшего отправить на передовую дипломатическую миссию, в верхах не прозвучало ни слова.

Столичная тишина казалась неестественной и пугающей. А в стоячей воде, как известно, даже малейший всплеск вызывает бурю.

Когда с фронта пришло известие о второй крупной победе над мятежниками, народное терпение окончательно лопнуло.

Почему армия проливает кровь в тяжёлых боях, пока столица делает вид, будто ничего не происходит? Разве солдаты сражаются не по приказу государства? Почему правительство молчит, а сводки с брифингов больше похожи на заупокойную службу?

Глухой ропот вылился в открытый протест. В Главном галактическом скоплении начались забастовки. Студенты срывали занятия, рабочие покидали цеха. Многотысячные толпы окружили здание Парламента, сгрудились у резиденции Императора, заблокировали правительственные кварталы и Главный штаб.

Старый маршал, руководивший Главным штабом, не стал отгораживаться от людей и лично вышел к демонстрантам.

— Граждане, прошу вас о сохранении спокойствия, — произнёс он твёрдо. — Военное командование в экстренном порядке разрабатывает стратегическую операцию. Поверьте армии: мы удержим врага на рубежах и вернём каждый квадратный метр нашей земли.

Маршал ручался только за свои войска. За действия высшей администрации или чиновников он не проронил ни слова.

Толпа у здания штаба постепенно рассосалась, перетекая к более «горячим» точкам — к Парламенту и Императорскому дворцу.

В этот момент инициативу перехватил министр финансов. Подготовившись заранее, он выступил с трибуны у своего ведомства, призвав граждан поддержать бойцов, и объявил об открытии всенационального сбора средств и ресурсов для передовой.

Это выступление стало искрой в пороховой бочке. Военные и казначейство действуют — так почему молчат парламентарии и правящий дом?

Здание Парламента оказалось в плотной осаде. Без применения силы выгнать протестующих было невозможно, а насильственный разгон окончательно сорвал бы резьбу. Запертые внутри законодатели с тоской вспоминали коллег, которые ещё во время прошлого экстренного заседания в сердцах грохнули дверью и ушли.

Один из тех молодых депутатов тогда не стеснялся в выражениях. Смерив высокомерным взглядом собравшихся — включая самого председателя — он бросил в лицо коллегам:

— У нормальных людей головной мозг состоит из серого и белого вещества. А у вас, господа, черепная коробка забита дерьмом.

Молодой парламентарий, осознав, что бессмысленно спорить с кучкой шкурников, заботящихся лишь о собственной наживе, собрал личные сбережения и на частном челноке рванул прямо на фронт. Вместе с ним правительственные кабинеты покинули ещё с десяток верных долгу депутатов.

Тогда над ушедшими открыто насмехались. Теперь же, сидя в блокаде без нормальной еды и воды, застрявшие в Парламенте чиновники кусали локти.

Пока разъярённая толпа днём и ночью дежурила у стен Дворца, к публике наконец соизволил выйти представитель династии. Молодой принц, облачённый в изысканный, сшитый на заказ мундир, предстал перед миллионами телезрителей. Его речь должна была успокоить массы, но вызвала лишь шквал исступлённого гнева.

Его Высочество начал с того, что обвинил... командующих на передовой. Дескать, те посмели задержать дипломатическую миссию, отправленную из столицы для переговоров с мятежниками, и сорвали мирный процесс.

— Подобные действия — прямой удар по миру! — с пафосом вещал принц. — Империя всегда была и остаётся миролюбивой державой. Мы продолжим искать компромисс с представителями Империи Свободы! Прежде чем воевать снаружи, нужно навести порядок внутри. Угрозу для страны представляют не восставшие, а зарвавшиеся генералы, превышающие свои полномочия. Мы приказываем им немедленно сложить оружие и прибыть в столицу, иначе они будут объявлены изменниками родины!

Ответом стал оглушительный взрыв народного гнева. Независимые СМИ разнесли речь принца в пух и прах, смешав августейшую фамилию с грязью. Все ждали реакции Парламента, но тот сидел тише воды, ниже травы.

Когда запись трансляции дошла до передовой, Сье Юй на очередном военном совете без купюр вывел её на главный экран.

Офицеры чуть не сорвали голоса от возмущения. Проливать кровь в окопах — и быть объявленными «угрозой государству»? Объявить защитников родины предателями?!

— На поддержку столицы рассчитывать больше не приходится, — хмуро констатировал генерал-майор Хань Цзиншань. — Без ресурсов и снабжения из центра вести затяжную войну будет невероятно трудно.

Мятежники захватили десять галактических систем и прочно там закрепились. Армия не могла применять тяжелое оружие массового поражения по населённым планетам — там оставались миллионы мирных граждан, которых нужно было защитить. Враг рассчитывал укрыться за живым щитом и затянуть конфликт. Чем дольше длится война, тем сильнее истощаются армейские ресурсы и тем больше времени получают мятежники на развитие своих территорий.

— Если столица не желает нас поддерживать, значит, обойдёмся без неё, — спокойно произнёс Пэй Ань.

Единственный присутствующий без генеральских погон, он держался абсолютно уверенно, встречая взгляды высшего офицерского состава.

— Нам нужно опираться не на кучку чиновников, а на народ. Историю творят люди. На нашей стороне миллионы граждан — неужели мы проиграем эту войну?

Он поднялся к интерактивному экрану, вывел символику Императорской гвардии и перечеркнул её жирным красным крестом.

— Господа. Мы сражаемся за свой народ, а не за сгнивший правящий дом. И нам пора сменить название наших войск.

Сье Юй поднял руку первым. Вторым выступающим стал генерал-майор Гу Фань, едва успевший прибыть на передовую. Наследники Первого и Третьего легионов задали тон — и вскоре руку поднял каждый из присутствующих.

— У вас есть конкретное предложение, господин Пэй? — поинтересовался господин Чи Сун, тот самый бывший депутат, сбежавший из Парламента.

Пэй Ань кивнул и вывел на экран новое наименование: **Независимая армия Райт**.

— В этом названии два смысла, — пояснил он. — Во-первых, эта армия больше не подчиняется указаниям из центра и действует самостоятельно, ставя перед собой лишь одну цель — разгром врага. Во-вторых, после победы мы не вернёмся к прежней системе. Это имя останется с нами навсегда.

Войска не могли бесконечно висеть в открытом космосе — это истощало топливные ресурсы. Пэй Ань обратился к администрации ближайшей к линии фронта системы Цзяле с прошением о выделении планеты под тыловую базу и командный центр.

Губернатор Цзяле оказался человеком здравомыслящим. Он не только выделил нужные территории, но и объявил всеобщую мобилизацию ресурсов. За короткий срок жители системы собрали внушительный объём продовольствия и медикаментов. Более того, администратор без колебаний передал под единое руководство армейского командования местную полицию и отряды планетарной самообороны.

Пэй Ань лично побывал в расположении этой силовой структуры. В отличие от струсившего руководства системы Лошуй, бросившего гражданских на произвол судьбы, бойцы Цзяле рвались на передовую, готовые защищать родной дом до последнего патрона.

Пэй Ань готовил официальное провозглашение Независимой армии, новое знамя и манифест. Символика правящего дома уже не имела смысла.

Пэй Ань взял на себя не только инженерную работу — выросши из главного конструктора 258-го корпуса до технического руководителя всего фронта, — но и предоставил колоссальные личные средства и ресурсы для финансирования армии. Его глубоко уважали, поэтому единогласно избрали секретарём административного управления Независимой армии.

Никто на передовой не задавался вопросом, откуда у человека, пережившего потерю ребёнка на Анмо, взялись такие связи, запасы и деньги. Перед лицом катастрофы подобные мелочи никого не волновали.

На знамени, предложенном Пэй Анем, ярко-алое полотнище символизировало кровь миллионов невинных жертв Лошуй, погибших пассажиров гражданских челноков и героев подземного сопротивления. В центре горел золотом распустившийся цветок хлопкового дерева.

— Знамя Цветка Хлопкового Дерева, — произнёс Пэй Ань. — Цветок героев. Потому что наша армия — это армия героев.

Затем последовал текст манифеста — «Обращение к соотечественникам всей страны». Пэй Ань и Тан Юньчжэнь выверяли каждую строчку сутки напролёт.

* «С тех пор как человечество шагнуло в космическую эру, высшей целью нашего вида оставались выживание и процветание. Однако нашлись силы, вознамерившиеся растоптать этот фундаментальный закон. На протяжении десятилетий мятежники сеяли хаос, разрушая мирную жизнь. Их преступлениям нет числа... Ныне враг захватил десять галактических систем, провозгласил так называемое государство и учиняет кровавые расправы над мирным населением. Подобная тирания должна быть уничтожена!»*

Пэй Ань детально перечислил зверства пиратов и мятежников: работорговлю, пыточные лагеря, использование запрещённого биологического и химического оружия.

* «Эту войну развязали преступники. Но отныне каждый гражданин — независимо от происхождения, пола и возраста — должен встать на защиту Отечества. В этот роковой час мы обязаны проявить несломимую волю и сплотиться ради спасения народа и единства страны!»*

Манифест и весть о создании Независимой армии Райт мгновенно облетели галактику. Реакция была колоссальной. На фоне бездарных и трусливых действий Парламента и Дворца Независимая армия выглядела единственной реальной силой.

Вскоре состоялась большая пресс-конференция, где Пэй Ань выступал в качестве секретаря административного управления вместе с командующим Сье Юем и его заместителем Гу Фанем.

Журналистка из издания «Цзяле Рибао» задала вопрос:

— Уважаемый господин секретарь, позвольте узнать: на чём строится ваша уверенность в победе?

Пэй Ань держался просто и собранно. На его ладонях просматривались мозоли — следы долгой работы с техникой и металлом.

— Главная опора нашей армии — это сотни миллионов граждан за нашей спиной, — ответил Пэй Ань. — После публикации Обращения мы получили тысячи сообщений со всей страны. Жители системы Цзяле уже отправили нам тонны консервов, сушёных овощей и медикаментов.

Он поднялся и глубоко поклонился объективам:

— От лица всех офицеров и солдат Независимой армии я приношу вам глубочайшую благодарность.

Журналисты аплодировали.

— Господин Пэй, разрешите ещё один вопрос, — продолжила корреспондент. — Чем вы занимались до войны?

— В Независимой армии я совмещаю должность секретаря с работой главного технического специалиста. Моя специализация — разработка и модернизация перспективного вооружения.

Это заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы. Наличие собственного гениального конструктора означало, что Независимая армия получит самое передовое оружие.

— Господин секретарь, какими разработками вы сейчас располагаете?

— Наши проекты охватывают флагманы, истребители, ракетные комплексы. Однако подробности составляют военную тайну, — улыбнулся Пэй Ань.

Он понимал: теперь он выходит из тени. Его лицо — почти неотличимое от лица Пэй Жуюя — увидят все. И друзья, и враги. Включая главу дома Мондри — Кловиса Мондри, соучастника предательства на корабле «Богиня Света».

Но Пэй Ань больше не боялся шторма.

На вопрос о наборе рекрутов Сье Юй ответил:

— Мы открываем двери для всех: нам нужны не только пилоты и пехотинцы, но и инженеры, врачи, связисты. Победу коют не только те, кто держит в руках оружие.

— А я, в свою очередь, гарантирую, — с улыбкой добавил Пэй Ань, — что жалование каждому специалисту будет выплачиваться в срок и без задержек.

Известие о пресс-конференции Независимой армии Райт, состоявшейся в галактике Цзяле, молниеносно разнеслось по всей Империи Райт, включая десять галактик, захваченных мятежниками. Видеозапись выступления вместе с многочисленными публикациями в прессе вызвала настоящий шторм на оккупированных территориях. На волне общего подъёма вспыхнули массовые акции протеста, и сотни патриотов пополнили ряды Сопротивления.

Кадры с конференции вселили мощный дух и в гражданское население Империи Райт. По всей стране начался сбор средств и ресурсов: бесчисленные организации и простые жители отправляли на передовую гуманитарные и военные грузы. Благодаря этой колоссальной поддержке оборонительный рубеж, изначально развёрнутый в галактике Цзяле, быстро разросся из отдельных опорных пунктов в сплошную укреплённую линию, надежно отрезав мятежников от безопасных секторов.

События развивались в благоприятном ключе, вот только Сье Юя и Гу Фаня, открыто выступивших перед журналистами, верхушка на Главной звезде немедленно объявила предателями. Нашлись даже дерзкие чиновники, дерзнувшие от имени государства учинить допрос Сье Ао и Гу Юанъяна.

Сье Ао на все упрёки отвечал коротко:

— Вот и идите сами отвоевывать у мятежников десять галактик.

Гу Юанъян поступал точно так же: срезал визитёров той же самой фразой и больше не вступал в пустые разговоры.

Подобное поведение генералов вывело императора из себя. Он вызвал обоих во дворец, намереваясь устроить публичный разнос: мол, их сыновья, официальные офицеры империи, мало того что проигнорировали приказы и действуют на своё усмотрение, так ещё и сколотили какую-то «Независимую армию».

Кончилась эта аудиенция тем, что Сье Ао и Гу Юанъян попросту отлупили государя.

Сье Ао засучил рукава, обнажив крепкие мускулистые предплечья, и упёр руки в бока:

— Я проявлял терпимость только из уважения к твоему отцу! Ты правда решил, будто я тебя боюсь?

Гу Юанъян тоже не отличался кротким нравом. Он за шиворот швырнул императора на диван, сжав кулак на его расшитом воротнике:

— В своё время я был сам по себе, и если бы не приглашение твоего отца, ни за что не стал бы командующим Первым армейским объединением. Но запомни: ты — не твой отец.

Прежний правитель был мудрым и решительным человеком. Не получи он фатальных ранений во время войны, приведших к преждевременной кончине, под его рукой давным-давно прижали бы спесивую старую аристократию. И не пришлось бы государству наблюдать, как нынешний монарх превратился в послушную марионетку в чужих руках.

— Да как вы смеете поднимать руку на государя?! Это же бунт! — в истерике закричал император.

Оба генерала лишь равнодушно переглянулись. Кое-кто за годы сытой жизни забыл, какими трудами создавалась Империя Райт. Старое поколение, прошедшее сквозь огонь и хаос, ещё не выжило из ума, чтобы позволить всяким ничтожествам творить произвол.

Если бы не забота о сохранности государства и не желание защитить мирных граждан от ужасов войны, при таком никчёмном императоре они давно бы подняли восстание.

Впрочем, среди молодёжи нашлись те, кто оказался куда решительнее: они действовали смело и без колебаний.

Выступление Пэй Аня на пресс-конференции в качестве секретаря секретариата Независимой армии означало, что его фигура неизбежно привлечёт внимание семьи Мондри. И не только их — активизируются все, кто так или иначе был связан с трагедией на корабле «Богиня Света».

Разумеется, Пэй Ань никого не боялся. Мало того что его окружали проверенные соратники и личные люди Сье Юя, которым можно было довериться на все сто процентов, так ещё и добраться до него было задачей не из лёгких. За исключением узкого круга, никто не догадывался, насколько он опасен в бою. И если кто-то решит подобраться с дурными намерениями — что ж, сам виноват.

Спустя несколько дней после конференции Пэй Ань встретился со своими друзьями, которых не видел несколько месяцев: Ли Чэнжуем, Сяо Сюэ и Янь Юэ. Сложившееся положение позволило наконец собрать вместе его основную команду.

— А почему Сысы не приехала? — спросил Пэй Ань, обняв Сяо Сюэ.

— Сысы отправилась прямо на завод — контролировать технологическую линию по производству энергоблоков, — Сяо Сюэ ласково погладила Пэй Аня по щеке. После тяжелейших испытаний на планете Анмо он заметно исхудал.

— Тогда я сперва устрою вас в жилом блоке. Насчёт приветственного банкета не обессудьте — сейчас слишком много дел, организуем его чуть позже.

Пэй Ань провёл соратников во временный жилой сектор, где располагался сам вместе со Сье Юем, а также высшие офицеры и ключевые специалисты.

Качество жизни в галактике Цзяле оставляло желать лучшего из-за суровых условий на местных планетах, однако к прибывшим здесь относились с искренним теплом. Местные жители то и дело носили домашнее угощение бойцам, вернувшимся с передовой, и атмосфера в городке царила самая душевная.

Ли Чэнжуй привез с собой Джошуа. Супруги заняли одну квартиру, а Сяо Сюэ с Янь Юэ поселились в соседней.

Ли Чэнжуй с улыбкой качнул головой:

— Ещё пару месяцев назад я надеялся, что Сяо Сюэ и Старик Янь вернутся на DS009 и заберут часть моих дел, дабы я хоть немного перевёл дух. Кто ж знал, что вместо этого мы все вместе досрочно покинем галактику Молань!

Джошуа с лёгким смешком пощекотал ладонь мужа, и Ли Чэнжуй тут же крепко сжал его пальцы в своих.

— Вы пока устраивайтесь, а завтра я созову короткое совещание и представлю вас штабу, — проговорил Пэй Ань и, попрощавшись, поспешил к себе. Стоило ему ненадолго отлучиться, как персональный коммуникатор начал непрерывно подавать сигналы.

Вернувшись во временный кабинет, Пэй Ань застал там Сье Юя и Гу Фаня.

— Что стряслось? Зачем такая срочность?

Сье Юй и Гу Фань не стали бы беспокоить его по пустякам. Если уж они оба решили дождаться его, дело явно серьёзное.

Сье Юй молча вывел на большой экран видеозапись:

— Взгляни сам.

Пэй Ань сел, откинулся на спинку кресла и кивнул. Сье Юй запустил воспроизведение.

На кадрах высокий мужчина с серыми кудрями, облачённый в тёмно-коричневый военный китель, зачитывал с листа официальное обращение.

— Это единственный пока публичный представитель высшего руководства мятежников, их старший генерал и главнокомандующий — Шелли Джойс, — пояснил Сье Юй.

Пэй Ань с легким презрением хмыкнул:

— Мундиры у них под стать их методам — убожество, на которое тошно смотреть.

Гу Фань весело похлопал в ладоши:

— Золотые слова, полностью поддерживаю!

Объективно говоря, форма мятежников не выглядела совсем уж отвратительно, однако из-за репутации повстанцев ни у кого не возникало желания восхищаться их дизайном.

На экране Шелли Джойс между тем вещал с показным пафосом:

— «Империя Свободы, без сомнения, станет великой державой! Все граждане на её землях обретут подлинную, высочайшую свободу духа! В ознаменование этого исторического события Его Величество Император принял решение: ровно через тридцать дней в столице Империи Свободы, на планете Золотого Листа, состоится торжественная церемония провозглашения государства!»

Лицо Пэй Аня постепенно становилось мрачным. Он с раздражением расстёгнул верхнюю пуговицу рубашки:

— Они планировали захватить галактику Цзяле, но мы перекрыли им ход, выиграли несколько стычек и выстроили прочную линию обороны. Объявляя о создании государства именно сейчас, они пытаются нанести психологический удар и подорвать боевой дух наших войск и населения.

Приходилось признать: ход был мерзким, но чертовски эффективным. Сколько бы успешных боёв ни провела армия на передовой, факт оставался фактом — десять галактик всё ещё находились под пятой врага.

— Мы не можем позволить им спокойно провести эту церемонию, — решительно отрезал Пэй Ань. — Немедленно собираем общий совет.

Он тут же отправил сообщение Ли Чэнжую и остальным. Изначально предполагалось дать им отдохнуть до завтра, но обстоятельства не терпели отлагательств.

Спустя полчаса все ключевые фигуры собрались в главном конференц-зале, оснащённом самым современным оборудованием.

Пэй Ань поднялся на трибуну, сохраняя внешнее спокойствие:

— Прошу прощения за столь срочный вызов, но дело не терпит промедления.

Он продемонстрировал присутствующим видеозапись. По мере просмотра лица офицеров темнели, а один из горячих командиров не сдержался и со всей силы грохнул кулаком по столу:

— Наглые бандиты!

— Да кто они вообще такие, чтобы государство провозглашать?!

Пэй Ань поднял ладонь, призывая к порядку, и зал мгновенно утих.

— Замысел мятежников прост — сломить нашу решимость. Мы не имеем права дать им восторжествовать. Нам необходимо обсудить, как лучше всего сорвать их замысел.

Разумеется, самым заманчивым вариантом было бы разгромить врага, вернуть десять галактик и уничтожить гидру в зародыше. Однако реальность продиктовала свои условия: совершить подобное в одночасье было невозможно.

— Секретарь Пэй, давайте дадим им генеральное сражение! — горячился один из офицеров. — Отвоюем пару планет, чтобы сбить с них спесь!

— Не выйдет, — сразу вмешался Гу Фань. — Мятежники — не регулярная армия. Прижатые к стене, они начнут прикрываться мирными жителями. Если мы не сможем ликвидировать их мгновенно и операция затянется, пострадает местное население.

Именно это обстоятельство сковывало их по рукам и ногам. И именно отношение к мирным гражданам отличало Независимую армию от беспринципных бунтовщиков.

— Считаю, нам нужно заслать диверсионную группу на планету Золотого Листа и устроить саботаж прямо во время торжества, — взяла слово подполковник Ли Сюэлань. — Если нам удастся сорвать церемонию и превратить её в фарс на глазах у всех, это станет сильнейшим ударом по авторитету врага и небывало воодушевит наши силы.

Пэй Ань едва заметно кивнул. Идея подполковника звучала здраво.

— Замысел хорош, подполковник Ли, — подал голос другой офицер. — Но чтобы добраться до планеты Золотого Листа, людям придётся пересечь несколько вражеских галактик и как-то миновать кордоны. Это же почти невыполнимая задача!

Ли Сюэлань ответила с абсолютной уверенностью:

— Какова бы ни была сложность, мы обязаны попытаться. У того, кто пробует, есть шанс на успех. У того, кто сложил руки, шансов нет вовсе.

— Проникновение возможно, — подала голос Сяо Сюэ, поднимаясь со своего места. Поскольку она только прибыла и ещё не успела получить пропуск, многие присутствующие с любопытством взглянули на незнакомку.

Пэй Ань воспользовался паузой, чтобы представить соратников:

— Коллеги, познакомьтесь. Это Сяо Сюэ, главный специалист по системам управления военных кораблей. Справа от неё — Янь Юэ, эксперт по космической навигации. Слева — Ли Чэнжуй, ведущий разработчик в области информационных технологий и связи.

В зале собрались опытные командиры и руководители, и им не потребовалось много времени, чтобы оценить важность прибывших специалистов. Глаза у военных буквально загорелись: квалифицированные технари ценятся на фронте на вес золота.

— Сяо Сюэ, продолжай, — предложил Пэй Ань.

Девушка кивнула:

— Главная опасность при проникновении на оккупированную территорию — риск обнаружения. Однако общеизвестно, что любые современные системы слежения фиксируют только стабильные траектории движения объектов. Проще говоря, если корабль возникнет из ниоткуда, локаторы не успеют среагировать заранее.

Гу Фань слегка подался к Сье Юю и тихо шепнул:

— Ты что-нибудь понял?

Сье Юй отрицательно качнул головой. Говорившие перед ними специалисты были детьми тех самых выдающихся учёных с корабля «Богиня Света». Годы исследований уцелевших лабораторных архивов сделали их инженерную подготовку поистине уникальной.

Сяо Сюэ между тем продолжила:

— Мы сконструировали малый корабль, способный выдерживать непрерывную серию сверхдальних гиперпространственных прыжков. В процессе совершения прыжка он остается полностью невидимым для локаторов. Мы можем совершить прыжок прямо отсюда к планете Золотого Листа.

В зале поднялся шум. Непрерывная серия прыжков до сих пор считалась прерогативой тяжелых флагманов, а тут подобную технологию реализовали на малом судне!

Один из офицеров поднял руку, точно ученик на уроке:

— Госпожа Сяо, у меня вопрос. Допустим, во время прыжка корабль невидим. А что происходит после выхода из гиперпространства?

Сяо Сюэ улыбнулась:

— Об этом лучше расскажет мой коллега.

Она села, передавая слово Ли Чэнжую.

— На этом судне установлен разработанный мною маскировочный модуль нового поколения, — проговорил Ли Чэнжуй, и в его голосе прозвучала гордость за своё творение. — В отличие от стандартных аналогов, наш модуль не просто глушит сигналы, а генерирует ложный электронный отклик. Он способен имитировать естественные космические излучения и фоновые помехи. Если не подлетать к сканерам врага вплотную, корабль сочтут обычным астероидом или мусором. К слову, в галактику Цзяле мы прибыли именно на нём. Испытания прошли идеально.

Присутствующие ошеломленно переглянулись.

Однако самым важным было другое: обладая подобной технологией, они могли построить второй, третий такой корабль... и со временем сформировать целую невидимую эскадру!

Ли Сюэлань улыбнулась:

— Что ж, выходит, у нас есть реальный шанс проникнуть на планету Золотого Листа и сорвать их праздник.

Пэй Ань полностью поддержал этот замысел. Ли Сюэлань, выходец из разведки Первого армейского объединения и воспитанница Гу Юанъяна, подготовила немало первоклассных специалистов. На её счету числились десятки успешных операций по перехвату ценнейших данных, и Пэй Ань ничуть не сомневался, что под её руководством диверсия пройдет безупречно.

— Помимо тайной операции на планете Золотого Листа, необходимы и решительные действия на фронте, — добавил Сье Юй. — Наш успех в бою вкупе с крахом их торжества нанесут врагу сокрушительный удар и наглядно продемонстрируют нашу силу.

Пусть мятежники не думают, будто их безнаказанность вечна. Нарушивший закон и мораль обречён на поражение.

Обсуждение деталей затянулось до самого вечера. После жарких споров совет выработал черновики двух планов — диверсионного и наступательного. Каждая деталь требовала филигранной точности: ошибка могла стоить жизни десяткам людей и перечеркнуть все усилия армии.

Когда заседание закончилось, военные буквально обступили Ли Чэнжуя и его коллег. Хотя гости устали с дороги, перспектива пообщаться с единомышленниками их только порадовала, и вся компания отправилась в столовую — совместить ужин с обсуждением научных проблем.

Убедившись, что друзья быстро нашли общий язык с офицерами, Пэй Ань тихо покинул штаб.

Как секретарь Независимой армии, он пользовался определенным комфортом: им со Сье Юем отвели небольшую двухкомнатную квартиру с кухней. Вернувшись домой в сумерках, Сье Юй первым делом надел фартук и взялся за приготовление ужина.

На нём был тот самый фартук, подарок Пэй Аня, украшенный забавным рисунком белого щенка и ветки мейхуа.

— Сье Юй, — Пэй Ань бесшумно прошёл на кухню, обнял альфу со спины и уткнулся лицом в его широкую, надёжную спину.

— Что с тобой? — Сье Юй вымыл руки, повернулся и бережно привлёк Пэй Аня к себе. Тот охотно прижался к его груди.

— Я хочу отправиться на планету Золотого Листа, — тихо проговорил Пэй Ань.

Для руководителя его уровня, да ещё и открыто показавшего лицо на пресс-конференции, разумнее всего было оставаться в безопасном штабе. Проникновение в логово врага сопрягалось с колоссальным риском: узнай мятежники его личность, они бросят все силы на его поимку.

Однако Сье Юй не стал возражать. Он лишь сильнее сжал объятия:

— Хорошо. Я пойду с тобой.

Оставить Пэй Аня одного он бы не смог ни при каких обстоятельствах. Но он понимал мотивы своего омеги и был готов поддержать его в любой решительной задумке.

Судьба Пэй Аня была полна боли. Потеряв родных и друзей в прошлом мире, а затем — боевых товарищей при гибели, он переродился, обрёл названного отца в лице Пэй Жуюя, но из-за интриг Кловиса Мондри вновь остался один. А когда у них со Сье Юем должен был появиться ребёнок, эта хрупкая жизнь угасла, так и не успев начаться — и снова по вине мятежников.

Для Пэй Аня борьба с повстанцами стала личным долгом, которому он отдавал все силы.

Но при всей своей несокрушимости он оставался живым человеком из плоти и крови. Ему тоже бывало больно, и ему тоже требовалось выплеснуть накопившуюся тяжесть.

Он смог подавить терзавшую его скорбь по утерянному дитяти, выстоять перед объективами камер и твёрдым голосом призвать народ к борьбе. Но за этим железным фасадом скрывалась запекшаяся рана.

«Мне всё ещё часто снится отец... — шепнул Пэй Ань, крепче прижимаясь к альфе. — Снится, как он печёт то самое печенье, которое у меня вечно подгорало. И наш малыш снится... Во сне он так похож на нас с тобой. Особенно глазами — точь-в-точь твои...»

Сье Юй медленно, успокаивающе гладил его по спине.

Ему и самому было тяжело. В тот самый день, когда он узнал о существовании их ребёнка, он потерял его. Ярость рвала его изнутри, хотелось запереться в тренировочном зале и крушить всё подряд, выплёскивая первобытный гнев своего альфы. Но он не мог позволить себе слабость. Если бы он поддался эмоциям, кто поддержал бы Пэй Аня?

Ради своего омеги Сье Юй глушил собственную боль, заталкивая её в самые дальние уголки души. Он обязан был оставаться опорой.

Повстанцы укрепляли свои позиции годами. Даже потеряв инициативу в последних боях, они сумели отхватить десять галактик Империи, провозгласили там своё квазигосударство и превратили миллионы людей в бесправных слуг.

Императорский двор и совет давно утратили былую твердость. Нынешний правитель мнил себя защитником интересов высшего света и попустительствовал произволу старой аристократии. Слабый монарх и беспомощный парламент оказались не способны дать отпор врагу.

В этот критический момент кто-то должен был взять ответственность на себя.

И Пэй Ань сделал это — вопреки истощению и душевной боли.

Он сжал волю в кулак, прибыл на передовую и принял на себя гигантский груз. Перед объединением войск в Независимую армию он прямо сказал Сье Юю и Гу Фаню:

«Вы оба — наследники командующих армейскими объединениями. Если кто-то из вас встанет во главе объединённых сил, остальные генералы заподозрят вас в попытке захватить единоличную власть».

Пэй Ань стал той самой компромиссной фигурой, которая устраивала всех. С одной стороны, он мог обеспечить армию ресурсами, финансами и кадрами через свои связи. С другой — не являлся кадровым военным, что снимало опасения среди высшего офицерства.

Он взял на себя эту тяжелейшую роль, понимая: в случае успехов слава достанется армии, а в случае поражения весь шквал критики обрушится на секретаря. И всё же он не стал прятаться за чужими спинами, предпочтя встретить шторм лицом к лицу.

Однако груз ответственности давил на него слишком сильно. Пэй Ань катастрофически исхудал, и никакие заботы Сье Юя, пытавшегося откормить его домашней едой, не помогали — нервное напряжение сжигало все силы.

Ему требовалась разрядка.

И пусть его решение отправиться в самое логово врага выглядело безумием, Сье Юй намеревался пройти этот путь вместе с ним. Он был способен защитить своего омегу, хотя прекрасно знал: по уровню духовной силы Пэй Ань превосходил большинство бойцов и уж точно не являлся беспомощным цветком.

К поездке на планету Золотого Листа они готовились втайне. Ключевую роль в маскировке сыграли разработки Ли Чэнжуя.

— Пэй Ань, даже при самых благоприятных раскладах вас не будет пару-тройку дней. Ты придумал, как объяснить своё отсутствие? — с тревогой спросил Ли Чэнжуй, передавая другу две крошечные пластинки размером с ноготь.

Пэй Ань принял чипы и сразу закрепил один за своим ухом, а второй установил Сье Юю:

— Придумал. Объявлю, что у меня начался период эструса.

По расчётам, его природный цикл как раз выпадал на эти дни.

Ли Чэнжуй нахмурился:

— Отправляться в логово врага во время эструса? Ты совсем с ума сошёл?

Омега в состоянии эструса на территории, где не действуют законы и мораль — мишень для любого альфы.

Пэй Ань успокаивающе коснулся едва заметной пластинки за ухом:

— Сье Юй будет рядом, ничего не случится. К тому же я возьму с собой мощные ингибиторы.

Понимая, что отговорить друга не удастся, Ли Чэнжуй лишь тяжело вздохнул:

— Эти чипы плотно фиксируются на коже и снимаются только по цифровому сигналу. Они слегка изменили ваши черты лица и скорректируют тембр голоса. Но учтите: устройство одноразовое, заряд рассчитан ровно на десять суток.

Этого времени для поездки хватало с избытком.

— Наш отход подготовлен, пора выдвигаться, — Сье Юй пожал руку Ли Чэнжую.

— Берегите себя. И возвращайтесь скорее, — напутствовал их инженер.

Для успешного проникновения одной лишь электронной маскировки было недостаточно. Опытный разведчик мог распознать человека по выправке и конституции тела.

Чтобы исключить подобный риск, Пэй Ань заранее заказал через сеть аристократический женский наряд.

Климат на планете Золотого Листа отличался от местного — там царила глубокая осень. Пэй Ань переоделся в изысканный ансамбль: белоснежную блузу и длинную юбку с пышным подолом, доходившим до самых лодыжек. Под широкими складками ткани можно было спрятать солидный арсенал. На плечи он накинул элегантную пелерину, дополнив образ длинными завитыми локонами и аккуратным макияжем. Брови пришлось значительно подкорректировать, придав им изящную форму полумесяца.

В сочетании с работой чипа, изменившего голос, Пэй Ань превратился в типичную изнеженную аристократку.

Сье Юй из-за своего высокого роста и выправки альфы не мог прикинуться женщиной. Ему подобрали образ светского щеголя: элегантный костюм, шляпа-цилиндр и дорогая трость-стилет в руке.

Вместе они выглядели как типичная знатная пара.

Из высшего руководства о деталях операции знал только Гу Фань — без его содействия прикрыть отбытие секретаря было немыслимо.

Малый корабль вылетел в составе группы военных судов, отправлявшихся на патрулирование. В нужном секторе он совершил незаметный гиперпространственный прыжок и отделился от группы, взяв курс на планету Золотого Листа.

Агенты Сопротивления заранее изучили графики дежурств и схемы работы сканеров мятежников, подготовив посадочную площадку в частном космопорту.

Этот космопорт принадлежал влиятельному местному уроженцу, пользовавшемуся непререкаемым авторитетом среди горожан. Желая сохранить лояльность населения, мятежники не досматривали его владения.

Выйдя из прыжка на подлёте к планете, малый корабль задействовал маскировочный модуль Ли Чэнжуя и проскользнул мимо внешних радаров. В момент посадки подкупленный оператор на короткое время отключил камеры слежения, подставив в сеть заготовленную видеозапись.

Судно благополучно приземлилось.

С этого момента группы действовали автономно, не зная задач друг друга и не выходя на связь без крайней необходимости.

Пэй Ань взял на себя задачу, расположенную ближе всего к площади Гинкго, где намечалось торжество. Его целью был флагшток, предназначенный для подъёма знамени мятежников.

Сорвать подъём флага на глазах у тысяч людей означало нанести врагу тяжелейшее моральное поражение.

Для прикрытия Пэй Ань и Сье Юй использовали документы знатной пары из далёкого сектора — настоящих дворян агенты Сопротивления уже переправили в безопасное место.

Планета Золотого Листа славилась своими огромными рощами гинкго, чья листва к осени окрашивала всё вокруг в ярко-золотой цвет. Лучшим отелем города считался «Гинкго», расположенный прямо у центральной площади. Именно туда мятежники заселяли приглашённых гостей из знати — разумеется, под неусыпным надзором патрулей.

Пэй Ань, крепко держа Сье Юя под руку, робко жался к его плечу и с испугом шептал:

— Дорогой, мне так страшно...

Сье Юй едва не споткнулся от этого «дорогой» — в обычной жизни они не употребляли подобных нежностей. Однако он мгновенно взялся за роль и прижал «супругу» к себе:

— Не бойся, милая.

При этом он сам изображал крайнюю нервозность, суетливо сглатывая слюну.

Стоявшие у входа охранники-мятежники провожали их презрительными взглядами: ещё один трусливый дворянчик пытается храбриться перед бабой.

Администратор из числа местных, с трудом скрывавший отвращение к оккупантам, оформил документы и с поклоном вручил ключ-карту:

— Ваши апартаменты номер 8808, сударь. Приятного отдыха.

Сье Юй дрожащими пальцами забрал карту и поспешил к лифту.

В коридорах восьмого этажа через каждые десять метров стояли вооружённые патрульные. Сье Юй мельком оценил их осанку — с точки зрения регулярной армии, держать строй они совершенно не умели.

Пэй Ань продолжал изображать испуганную птичку, пряча лицо за воротником пелерины:

— Почему их здесь так много...

Сье Юй быстро подвёл «жену» к номеру 8808, приложил карту и затолкнул её внутрь, поспешно заперев дверь на засов.

Оказавшись в комнате, они не стали расслабляться. Пэй Ань приподнял пышную юбку, достал из закреплённого на thigh чехла портативный глушитель и активировал его.

Убедившись, что прибор работает, оба сбросили маски испуганных обывателей и спокойно прошли к дивану.

Сье Юй отправился в ванную вымыть стаканы, а Пэй Ань извлёк из потайных карманов миниатюрный зонд-сканер. Маленькое устройство умело передвигаться по любым поверхностям и забираться в самые узкие щели.

Пэй Ань наладил сканер, приоткрыл окно и закрепил прибор на внешней стене — модуль маскировки мгновенно сделал его невидимым для чужих радаров.

Из окна открывался идеальный обзор на площадь Гинкго и высокий флагшток. Мятежники не отличались оригинальностью: их эмблема представляла собой скрещённые клинок и меч под чешуйчатым черепом — настоящая пиратская символика.

Сье Юй вернулся из ванной, поставил стаканы и подошёл к окну. Обняв Пэй Аня со спины, он шепнул ему на ухо:

— Засёк слежку?

Пэй Ань едва заметно кивнул, обернулся и накрыл его губы своими.

Если мятежникам так нравится наблюдать — пусть смотрят.

Они целовались долго и страстно. Затем Сье Юй бросил короткий взгляд в сторону скрытого поста наблюдения и легко подхватил Пэй Аня на руки. Голосовой командой он заставил умное окно закрыться и затянуть проём плотными светонепроницаемыми шторами.

Опустив Пэй Аня на широкую кровать, Сье Юй налил в стакан чистой воды из запечатанной бутылки и подал ему.

Пэй Ань сделал несколько глотков и коснулся шеи:

— Сье Юй... похоже, мой эструс начинается прямо сейчас.

Если бы не опасная обстановка, роскошный номер отеля «Гинкго» идеально подошел бы для того, чтобы провести здесь страстные дни эструса.

— Позже я сделаю тебе временную метку, — Сье Юй опустился рядом и прижал его к груди. — А пока ни о чём не думай. Представь, что это самый обычный день, и ты просто просишь феромоны у своего альфы.

Знакомый, освежающий аромат морозного инея мягко заполнил пространство, сплетаясь с тонким, сладковатым благоуханием распускающейся мейхуа.

Пэй Ань смежил веки и с глубоким вздохом расслабился в руках Сье Юя, впитывая родное тепло.

Он принял решение: когда они вернутся с планеты Золотого Листа, они проведут ритуал полного запечатления.

Теперь они были связаны навсегда.

Изобразив на лице крайнюю степень нервозности, Сье Юй осторожно приоткрыл дверь номера. Вскользь бросив испуганный взгляд на стоящих на часах мятежников, он торопливо схватил с подноса сервисного робота несколько тюбиков с питательным гелем и тут же с громким треском захлопнул дверь.

Как только замок щёлкнул, снаружи донеслись издевательские смешки мятежников.

— То-то он едва не нагадил от страха! У него же омега в разгаре течки!

— И как только этот трусливый альфа отхватил себе такую красотку?

По коридору снова раскатился хохот.

— Да стоит альфе выплеснуть феромоны — и любая омега сама в руки упадёт!

— Эх, повезло вам, альфам... Нам, бетам, о таком только мечтать.

Шумоизоляция в отеле «Гинкго» была безупречной, поэтому до находившихся в номере не долетало ни звука из этой хамоватой перепалки. Оба спокойно вскрыли по упаковке питательной смеси.

В воздухе густо переплетались ароматы феромонов, хотя одежда на Пэй Ане и Сье Юе была лишь слегка взъерошена, оставаясь полностью надетой.

— Теперь мятежники уверены, что постояльцы из восьми тысяч восьмого номера заперты внутри из-за неожиданно начавшейся течки и пропустят торжество, — произнёс Сье Юй, быстро покончив с гелем и отправив пустой тюбик в утиль.

Чуть ранее они со Сье Юем обменялись феромонами, пропитав ими одежду, после чего Сье Юй связался с администрацией: сообщил, что у его омеги начался гон, и попросил доставить питание прямо в номер. Сье Юй сыграл роль заботливого, но трусливого альфы безукоризненно. Отель немедленно отправил робота-доставщика, снабжённого скрытым сканером гормонального фона. Стоило двери приоткрыться, как датчики зафиксировали шлейф омега-феромонов, подтвердив: находящийся внутри действительно переживает пик течки.

Поскольку течка Пэй Аня была настоящей, проверка прошла идеально. В условиях тотальной слежки мятежников малейшая фальшь стоила бы им жизни.

— Микрозонд успешно проложил маршрут и доставил первую бомбу C1 к подножию флагштока на площади Гинкго, — сверяясь с показаниями на виртуальном дисплее, тихо проговорил Пэй Ань. На его губах мелькнула тень удовлетворённой улыбки.

Сье Юй тем временем ловко собирал оставшиеся модули. Одной бомбы C1 было бы явно недостаточно: их замысел требовал серии мощных взрывов в ключевых точках площади. Кроме того, сразу после подрыва им предстояло заглушить все вражеские сканеры и незаметно покинуть отель.

Один за другим из номера вылетали крошечные дроны-разведчики, несущие модернизированные заряды C1, обладавшие ещё большей разрушительной силой.

Пэй Ань сидел на кровати, пышные полы его платья живописно раскинулись по покрывалу, а пальцы непрерывно порхали по сенсорной панели. Пальцы же Сье Юя с филигранной точностью подгоняли деталь к детали, словно оживляя бесчувственный металл.

Пока оба были поглощены работой, густой флёр альфа-феромонов непрестанно окутывал омегу, умиротворяя и снимая остроту физиологического шторма. Находясь в самом сердце вражеской территории, да ещё и в состоянии течки, Пэй Ань благодаря этой незримой поддержке не ощущал ни паники, ни недомогания.

Взбудораженная железа на затылке Пэй Аня пульсировала, непрерывно источая сладковатый аромат сливы.

Наконец, когда на планету Цзинье опустились сумерки, укутавшие площадь, сплошь засаженную деревьями гинкго, оба одновременно закончили приготовления.

— Сье Юй, — Пэй Ань с тихим вздохом размял затекшую шею.

Сье Юй поднялся с дивана, подошёл к кровати и, опустившись на одно колено, мягко обнял юношу, привлекая к своему теплому телу. Его пальцы едва ощутимо скользнули по пылающей железе на затылке Пэй Аня, отчего тот невольно вздрогнул и крепче вцепился в китель альфы.

Склонившись, Сье Юй прижался губами к чувствительной коже, источавшей дурманящий запах. Его горячее дыхание и прохладный поцелуй принесли мгновенное облегчение.

На ресницах Пэй Аня заблестели капли влаги, а тело обдало новой волной жара.

— Ан-Ан, — прошептал Сье Юй ему на ухо, — я хочу, чтобы в будущем каждый твой период течки проходил так, как у обычных омег: в абсолютном покое, без тревог, без рисков и без необходимости что-либо делать.

У Пэй Аня перехватило дыхание, и слеза скатилась по щеке.

Сье Юй опустил голову ниже и, чуть разомкнув губы, вонзил зубы в набухшую железу.

— Сье... Юй... — выдохнул Пэй Ань, добела сжав пальцы на его одежде, пока мощный поток феромонов захлёстывал его разум.

Их первая совместная течка случилась, когда они ещё даже не были возлюбленными: тогда из-за ловушки врагов ингибиторы не сработали, и Сье Юю пришлось сделать временную метку, после чего Пэй Ань, пересиливая себя, сразу вернулся к работе. Вторая течка — прямо сейчас, в логове врага, где биологическое состояние стало лишь прикрытием для диверсии.

Никаких долгих ласк, никакого безмятежного уединения — лишь бесконечная гонка, риски и исполнение долга. Возможно, в следующий раз Сье Юй окажется на передовой, а Пэй Аню придётся глушить приступы медикаментами на ходу.

Избрав путь борьбы, они лишили себя права на простую, спокойную жизнь.

Когда временное мечение завершилось, Пэй Ань бессильно откинулся на грудь Сье Юя, медленно приходя в себя. Он поднял руку и провёл пальцами по подбородку альфы, ощутив лёгкую колкую щетину.

— А тебе пошла бы борода, Сье Юй. Выглядел бы эдаким брутальным мужиком.

Сье Юй перехватил его ладонь и нежно прикоснулся губами к костяшкам:

— Исключено. Щетина будет колоть тебя, когда я стану тебя целовать.

Пэй Ань тепло улыбнулся, и его глаза превратились в изящные полумесяцы.

***

Время неумолимо приближалось к полуночи. В двенадцать часов по местному времени оба поднялись с кровати и подошли к окну.

За стеклом открывался вид на площадь Гинкго. Прежде она славилась своими грандиозными световыми шоу, привлекавшими туристов со всех уголков галактики. Однако мятежники изуродовали её своими аляповатыми конструкциями и военными объектами, исказив естественную красоту места.

— Ужасно жаль, что такую красоту придётся взорвать, — тихо произнёс Пэй Ань.

— Ничего, — отозвался Сье Юй. — Вот вернём планету Цзинье — и восстановим всё до последнего брусчатого камня. Точь-в-точь как было.

Хоть шрамы войны всё равно навсегда останутся в сердцах людей.

— Всё решится в ближайшие часы. Удастся ли нам сбить спесь с мятежников и поднять дух наших войск — зависит от этого удара, — Пэй Ань прикинул время в галактике Цзяле: там операция уже наверняка началась.

Технологически мятежники уступали Независимой армии. Когда весть об освобождении галактики Комо докатится до Цзинье, а сама площадь взлетит на воздух, торжество превратится в фарс. Этот двойной удар надолго выбьет врага из колеи и даст армии время набрать силу.

— Может, приляжешь ненадолго? — спросил Сье Юй, затворяя окно и подхватывая Пэй Аня на руки.

— Только с тобой, — Пэй Ань похлопал по свободному краю матраса.

Сье Юй сбросил обувь, забрался под одеяло, прижал юношу к себе и голосовой командой погасил свет. Впитав родной запах альфы, Пэй Ань мгновенно погрузился в сон.

***

Отдохнуть удалось совсем немного. В шесть утра в дверь снова со всей дурью забарабанили. Сье Юй, накинув банный халат и насухо вытирая влажные волосы полотенцем, открыл дверь с видом человека, совмещающего крайнее раздражение с привычным страхом.

На пороге стоял тот же служащий. Едва дверь приоткрылась, он принялся бесстыдно высматривать подробности и тут же заметил брошенные на пол использованные средства защиты и мокрые следы у кровати.

— Чем могу помочь? — с нескрываемой поспешностью спросил Сье Юй, порываясь вернуться в комнату.

Из глубины номера раздался томный, изнеможённый стон Пэй Аня:

— Милый...

— Я лишь хотел узнать, не требуется ли вам помощь, — с ухмылкой проговорил мятежник. — Но вижу, у вас всё в порядке.

Феромоны в комнате стояли столь плотные, что сомнений не оставалось: ночь выдалась бурной.

— Н-нет, спасибо, ничего не нужно, — Сье Юй сделал шаг назад, заслоняя собой проход. — Если вопросов больше нет, прошу вас уйти. Нам с омегой... некогда.

— Разумеется, — бросил мятежник и, окончательно убедившись, что гость действительно переживает гон, удалился.

На самом деле Пэй Ань был полностью одет, всё снаряжение надёжно спрятано под пышным подолом, а «послебодрящий душ» Сье Юя — не более чем инсценировка. Они просто поспали.

Приглашённые гости начали собираться в ресторане отеля к семи утра, а после завтрака их на спецтранспорте повезли на площадь. Торжественная церемония провозглашения государства должна была стартовать ровно в девять.

Мятежники даже организовали прямую трансляцию — они настолько уверовали в собственную безнаказанность, что не боялись провокаций. Впрочем, из-за огромных расстояний сигнал через усилители доходил только до ближайших захваченных систем. Враг стремился сломить волю к сопротивлению на оккупированных территориях, но этот шаг лишь приблизил их крах.

Выпив по тюбику питательной смеси, Пэй Ань встал у окна, не сводя глаз с площади. Десять микрозондов с зарядами C1 расположились вокруг центрального флагштока. Параллельно с ними другие группы готовили подрывы административных зданий и узлов связи.

В поле зрения появился главный президиум.

— Тот, что рядом с Шелли Джойсом... надо полагать, и есть новоявленный «император» Империи Свободы, — с ледяным презрением заметил Сье Юй. — На монарха он похож меньше всего.

Да уж. Даже самый нелюбимый правитель не удостаивается столь жидких и фальшивых аплодисментов. Появление этого марионеточного государя встретили гробовым молчанием, и лишь проплаченная массовка создавала хоть какую-то видимость ликования. Впрочем, «император» в роскошной мантии шествовал к трибуне с приклеенной улыбкой, активнейше махая рукой пустоте.

— Какая фальшь, — усмехнулся Пэй Ань. — Играет даже хуже меня.

Марионетка заняла центральное место. Настоящие кукловоды — Шелли Джойс и высший командный состав — расселись рядом. Зазвучала пафосная, тошнотворная речь Джойса. Гости слушали без малейшего энтузиазма; Пэй Ань даже разглядел в оптику, как один из присутствующих откровенно играет на портативном устройстве в головоломку.

Наконец, отговорив тошнотворный спич, Джойс объявил о начале церемонии поднятия флага.

Для этой цели выстроили почётный караул из высоких, статных альф. Впрочем, без должной строевой подготовки смотрелись они жалко.

— На праздниках в Империи Райт почётный караул чеканит шаг так, словно это один человек, размноженный копированием, — без злобы, а просто констатируя факт, высказался Сье Юй. — А эти... двигаются хуже наших первокурсников.

Для мятежников главной была огневая выучка и физическая сила, а на строевую дисциплину и выправку они плевать хотели. В итоге даже в парадных мундирах они выглядели как разряженные пираты.

Четверо солдат внесли полотнище Империи Свободы и закрепили его на тросе.

— Поднять государственный флаг! Исполнить гимн! — провозгласил «император».

Гимн именно «исполняли» в записи, поскольку петь его никто не умел и не хотел.

Загремела музыка, и полотнище поползло вверх.

Едва флаг достиг середины флагштока, Пэй Ань активировал детонатор.

***

Грянул оглушительный взрыв.

Ударная волна смела флагшток, словно сухую спичку. Государственный символ мятежников рухнул прямо в грязь и гарь. Десять зарядов C1 превратили трибуну и площадку перед ней в адское месиво. Часть почётного караула погибла мгновенно, остальных тяжело ранило шрапнелью.

Пока паникующий Джойс пытался прикрыть марионеточного правителя и организовать оцепление, Пэй Ань и Сье Юй выпрыгнули из окна восьмого этажа. Используя индивидуальные тросовые зацепы и тормозные ранцы, они плавно опустились на землю и мгновенно затерялись в начавшейся кутерьме.

В ту же минуту по всей планете Цзинье один за другим гремели взрывы. Полыхали административные корпуса, рушились вышки связи, а диверсионные группы под шумок уходили из зоны операции.

***

В это же время в галактике Комо на каждой освобождённой планете бойцы Независимой армии срывали знамёна мятежников. Где не доставали руками — сбивали выстрелами. На улицах ещё не рассеялся пороховой дым прошедших боёв, но лица людей сияли от счастья. Солдаты ликовали, давая салюты в воздух прямо из автоматов.

Бои выдались жесточайшими. Космический флот, привыкший к сражениям в вакууме, высадился на сушу и дал блестящие наземные бои.

У Лики на коротко остриженной голове белела свежая повязка — ей чиркнуло по черепу рикошетом. Сантиметром ниже — и мозги были бы снаружи. Е Сюцзэ снял очки, и без линз его взгляд казался остро заточенным клинком. У Линь Беянь не замолкала рация: «Все объекты под контролем! Враг отступает!»

Чтобы добиться этой победы, они бросили в бой сотни тысяч солдат, армады кораблей и истребителей.

Ли Чэнжуй, следивший за ходом операции с мостика флагмана, закричал в селектор:

— Собирайте всё имущество! Даже вражеское! Нам нужна каждая гильза, мы обязаны экономить!

Мысль о том, во сколько обошлась эта победа, заставляла его седеть. База «Хайянь», главный военный завод, была опустошена до последнего болта.

В этот момент из частного космопорта Цзинье выскочил малый катер с диверсантами и, выйдя на орбиту, сразу ушёл в гиперпрыжок, взяв курс на галактику Цзяле.

Жители Комо, часами сидевшие в укрытиях под грохот канонады, наконец услышали крики победы.

— Мы... мы свободны? — не веря своим ушам, спросил кто-то из гражданских.

— Да! Свет вернулся в Комо! Празднуйте!

И в этот миг сквозь тучи пробился золотистый утренний луч.

***

Вернувшись в галактику Цзяле, Пэй Ань и Сье Юй первым делом направились в спальню. Временная метка ещё держалась, но в этот великий день они жаждали провести полный, окончательный ритуал мечения, скрепив свои судьбы навечно.

Тем временем Гу Фань, временно исполнявший обязанности главнокомандующего гражданским сектором, едва не задыхался под завалами бумаг.

— Гу Чжихуэй, почему вы один разгребаете всё это? Где секретарь Пэй? Где командующий Сье? — с сочувствием спросил один из офицеров.

Гу Фань мрачно буркнул:

— У секретаря Пэй гон. Командующий Сье исполняет супружеский долг.

Быть холостяком — настоящее проклятие.

Впрочем, уединение долго не продлилось. Весть о разгроме мятежников в Комо и сорванной церемонии на Цзинье взорвала информационное пространство. Толпа генералов и чиновников примчалась прямо к дому Пэй Аня и Сье Юя.

Дверь отворилась. На пороге стоял полуголый Сье Юй с полотенцем на плече. На его мускулистой груди и плечах отчётливо краснели свежие царапины, а из комнаты веяло таким густым, удушающим ароматом феромонов, что визитёры едва не лишились чувств.

— Вы не могли бы зайти позже? — с нажимом проговорил Сье Юй, скрестив руки на груди. — Мы слегка заняты.

Толпа моментально сделала шаг назад:

— Простите за беспокойство! Уже уходим!

В спальне Пэй Ань тут же накинулся на Сье Юя, с жадностью кусая его в губы и шею.

— Ты у кого научился так кусаться, Ан-Ан? У кошки? — выдохнул Сье Юй, касаясь прокушенной губы.

— Ничуть, — прошептал Пэй Ань, обвивая его шею. — Я кусаю только тебя.

Дикий прилив феромонов окончательно захлестнул их. Процесс окончательного мечения обычно занимает несколько дней, но долг требовал присутствия. Они стали, пожалуй, первой парой в истории, отправившейся на работу сразу из постели после полного мечения.

На пресс-конференции, созванной новым управлением информации под руководством Тан Юньчжэнь, Пэй Ань, несмотря на ломоту в пояснице, держался безупречно.

***

В президиуме восседал весь цвет Независимой армии: Пэй Ань, Сье Юй, Гу Фань, Линь Беянь, Ли Чэнжуй и Сяо Сюэ.

Репортёр из издания «Гуйюнь» подал голос:

— Господин секретарь, правда ли, что Комо полностью освобождена, а церемония мятежников сорвана именно вашими силами?

— Абсолютная правда, — поднеся микрофон ближе, ответил Пэй Ань. — С момента объявления их так называемого «праздника» Независимая армия целый месяц готовила эту двойную операцию. И оба удара достигли цели.

— А что вы намерены делать с тысячами пленных мятежников? Убьёте их?

Пэй Ань сохранял невозмутимую улыбку, сразу распознав провокационный подтекст.

— Наш метод в отношении пленных — не месть, а перевоспитание, — спокойно отрезал он. — Вы слишком заходите в крайности, любезный.

Журналист попытался надавить, но Сье Юй одарил его таким ледяным взглядом, что тот осёкся:

— Военная тайна. Не задавайте вопросов, на которые не имеете права получать ответы.

Пэй Ань лишь мягко подытожил:

— Когда пыль уляжется, общественность узнает обо всём в мельчайших деталях.

***

Тем временем на Главной звезде герцог Кловис Мондри в бешенстве разбил дорогой коммуникатор о паркет. Его новая любовница в ужасе зажала рот.

— Пэй Жуюй... — прорычал Кловис.

Неужели сын этого проклятого инженера жив? Неужели он знает правду о катастрофе «Богини Света»? Если эта тайна всплывёт, его герцогскому титулу конец!

Но тут же Кловис расхохотался: если бы юнец знал правду, он бы уже явился мстить! А раз он молчит — значит, не ведает! И этот парень, ставший главой Независимой армии — его родной сын!

Кловис тут же перевёл Независимой армии щедрое пожертвование в сто миллионов и опубликовал в сети заявление: «Секретарь Ань Мондри — мой единственный сын, и я горжусь им!»

В это же время на одной из планет Центрального скопления пожилой мужчина у телевизора заливался слезами.

— Жена... посмотри... этот Пэй Ань... он же вылитый наш Жуюй!

Госпожа Пэй, только вернувшаяся с благотворительного вечера, обняла мужа, рыдая навзрыд:

— Я видела! Это наш Ан-Ан! Наш внук!

Не задумываясь ни на секунду, супруги Пэй бросились бронировать билеты на ближайший рейс в галактику Цзяле.

***

Пэй Ань ещё не знал о шумихе. На военном совете офицеры упомянули стомиллионный перевод от Мондри.

— Кто это вообще такой? Не знаю такого и знать не хочу, — сухо отмахнулся Пэй Ань. — Не имейте дел с Мондри.

Лика поддержала:

— Сто миллионов для их клана — тьфу, мелочь! Обычные торговцы больше пожертвовали. Нечего связываться с этой дрянью.

Вскоре секретарша доложила: прибыла пожилая чета по фамилии Пэй, пожертвовавшая армии несколько сотен миллионов, и умоляет о встрече.

Пэй Ань понял: это дедушка и бабушка оригинального владельца тела. Не имея его воспоминаний, он опасался этой встречи, но из уважения к памяти Пэй Жуюя не мог отказать.

Сье Юй пошёл с ним в кабинет.

— Я не могу признать их официально, Сье Юй, — тихо сказал Пэй Ань, теребя пуговицу на кителе альфы. — Если мятежники узнают, что они моя семья, их жизнь окажется под угрозой.

— Ты поступаешь правильно, — Сье Юй поцеловал его в лоб. — Я рядом.

Дверь отворилась. В кабинет вошли пожилые супруги. Едва увидев юношу, госпожа Пэй со слезами шагнула вперёд:

— Ан-Ан... Я твоя бабушка!

Пэй Ань с трудом выдавил вежливую, чужую улыбку:

— Здравствуйте, госпожа Пэй.

Затем перевёл взгляд на старика:

— Здравствуйте, господин Пэй.

Слова прозвучали подобно громовому удару среди ясного неба, расколов надежды стариков вдребезги.

Обошлось без трогательного воссоединения, слез и пылких объятий, которые супруги Пэй сотни раз проигрывали в мыслях во время долгого перелета. Ни один из этих сценариев так и не воплотился в жизнь.

Госпожа Пэй непрерывно плакала. Она никак не могла понять, почему родной внук отталкивает их, почему смотрит словно на чужих людей.

— Ань-ань, я же твоя бабушка! Неужели ты ничего не помнишь? В детстве ты так любил рисовать со мной... Смотри, я даже привезла твои детские рисунки!

Пэй Ань действительно ничего не помнил. Тот ребенок, которому принадлежали эти теплые, светлые воспоминания, погиб больше десяти лет назад, не оставив после себя даже тени прошлого.

Если он и признал искренне Пэй Жуюй своим отцом, то лишь потому, что в их коротких встречах тот относился к нему как к родному сыну — и, главное, как к самостоятельной личности, а не просто как к оболочке своего погибшего ребенка. Пэй Жуюй интересовался его вкусами, готовил то, что нравилось именно ему, и прямо говорил: они с прежним Пэй Анем — абсолютно разные люди.

Пэй Ань вырос в закрытом научном городке. Его окружение сплошь состояло из ученых, поэтому он с малых лет впитывал знания, легко перескакивал через классы, поступил в Оборонный университет, а затем в Научно-исследовательский институт. Прежний же Пэй Ань не унаследовал выдающегося интеллекта отца; из-за слабого здоровья он учился дома с репетиторами, и успехи его в науках были весьма скромными. Зато у парня имелся редкий художественный талант. Если бы не злой рок, он наверняка стал бы живописцем или художником-комиксистом.

Они были совершенно разными — тогдашний мальчик и нынешний мужчина, занимающий его тело.

Именно поэтому Пэй Ань не мог отозваться на чужие воспоминания. Смотря, как госпожа Пэй достает из пожелтевшего бумажного конверта старые рисунки, он не ощущал ни капли родственного тепла.

Но главное — он не имел права признать их своей семьей под именем «Пэй Аня». И уж тем более не мог сказать этим убитым горем людям: ваш внук ушел из жизни еще раньше, чем ваш сын.

— Госпожа Пэй, не нужно ничего доставать, — произнес Пэй Ань. Он стоял прямо и уверенно, совершенно не похожий на того болезненного, хрупкого юношу. — У Пэй Аня нет родных. И не может быть. Прошу вас, поймите меня.

С этими словами он медленно и глубоко поклонился пожилой паре.

Супруги Пэй замерли. В руках госпожи Пэй остался небольшой листок бумаги — пожелтевший от времени, но аккуратно сохраненный сквозь два десятка лет.

Казалось, в то же мгновение старое горе окончательно согнуло их плечи.

Господин Пэй обнял плачущую жену и смахнул слезу. Он всё понял. Пэй Ань — секретарь Независимой армии. Любой, кто связан с ним, подвергается смертельной опасности. Его положение слишком специфично. Ему не просто нельзя иметь дело с ними — ему категорически запрещено связывать свое имя с семьей Мондри.

— Мы были очень рады встретиться с вами, господин секретарь, — с трудом выговаривая каждое слово, произнес господин Пэй. — Наша семья желает передать всё свое состояние на нужды Независимой армии, чтобы поддержать вас в борьбе с врагом.

— Господин Пэй, госпожа Пэй, я искренне благодарен вам за поддержку, — качнул головой Пэй Ань. — Однако в таких огромных средствах нет необходимости. Нам помогают многие. Будьте уверены: победа будет за нами.

Он не мог принять эту жертву. Супруги Пэй предлагали деньги ради своего внука, а он, как секретарь Независимой армии, обязан был оставаться беспристрастным ко всем благотворителям.

Господин Пэй тяжело вздохнул. Похоже, в тот миг, когда Пэй Ань отказался признать родство, его решение разграничить личное и общественное стало окончательным.

— В таком случае, господин секретарь, можем ли мы остаться в галактике Цзяле? — тихо попросила госпожа Пэй. — Мы бы хотели жить здесь.

Хотя они не имели возможности обнять внука, возможность находиться неподалеку оставалась для них единственным утешением.

— Разумеется, — ответил Пэй Ань. — На территории, свободной от оккупации, граждане нашего государства пользуются полной свободой передвижения. Вы можете жить там, где пожелаете.

Свой бизнес чета Пэй давно доверила наемным управляющим. Никаких больших амбиций у них не осталось: лишь бы компания работала стабильно, акционеры вовремя получали дивиденды, а сотрудники — зарплату и бонусы. В остальном же они были совершенно одни в этом мире, и место жительства для них значения не имело.

***

Сье Юй видел, каких сил Пэй Аню стоило сохранять внешнее хладнокровие. Едва за пожилой парой закрылась дверь кабинета, он тут же притянул Пэй Аня к себе и сжал в объятиях.

В воздух пролилась едва уловимая нотка успокаивающих феромонов.

— Ань-ань, если тебе тяжело — поплачь. Хочешь сорвать на мне злость — срывай.

У Пэй Аня щипало в глазах. Он долго сдерживал слезы, и теперь, когда сухая боль стала невыносимой, просто зажмурился.

— Сье Юй... Я чувствую вину перед отцом. И перед тем, прежним Пэй Анем. Отец подарил мне первое тепло в этом чужом мире, научил его законам, помог скрыть мою настоящую личность и защитил ценой жизни, когда погиб корабль «Богиня Света». А тот юноша отдал мне свое тело, подарив шанс на вторую жизнь. А я... я даже не могу от их имени обнять родных.

Он понимал головой, что отстраненность — единственный верный шаг как для безопасности четы Пэй, так и для общего дела. И всё же в глубине души точила мысль: не проклянут ли его за это Пэй Жуюй и настоящий Пэй Ань?

— Ты поступил правильно, — мягко проговорил Сье Юй, поглаживая его по спине. — К тому же вы ведь не чужие люди, правда? Теперь они хотя бы знают, что их внук жив. Представь, каково бы им было узнать, что настоящий Пэй Ань давно погиб во время жестоких экспериментов с препаратами? Это убило бы их. Так что не корите себя, ладно?

Не признав родства открыто, Пэй Ань всё же сделал всё возможное, чтобы обеспечить супругам комфортную жизнь.

Многие высшие офицеры привозили с собой семьи. Проживание родичей непосредственно на военных объектах исключалось, поэтому администратор галактики Цзяле выделил под эти нужды отдельный жилой квартал. Прежде он носил название жилой комплекс Вэньхэ, но застройщики, желая угодить военным, переименовали его в жилой комплекс «Независимый дом». Небольшие трехэтажные коттеджи на две семьи вполне подходили офицерам по цене: жалованье у них было высоким, да и большинство из них происходили из зажиточных семейств, способных оплатить дорогое обучение в военных академиях.

Поскольку в городке поселились близкие командного состава, уровень безопасности объекта мгновенно подняли до военного. Помимо скрытых и явных систем сканирования, территория круглосуточно патрулировалась вооруженными бойцами. По степени защищенности «Независимый дом» уступал разве что самой штаб-квартире армии.

Тем более что охранный периметр этого комплекса Пэй Ань лично спроектировал в свободное время, а Ли Чэнжуй и Сяо Сюэ помогли с отладкой. Найти брешь в такой защите было не под силу ни одному диверсанту.

Впрочем, когда Пэй Ань узнал о переименовании жилого комплекса Вэньхэ в жилой комплекс «Независимый дом», он лишь молча приложил ладонь к лицу. Излишний патриотизм застройщиков выбывал из колеи.

Поселив супругов Пэй в жилой комплекс «Независимый дом» и приставив к ним надежных людей из числа личной охраны, Пэй Ань взял себя в руки. Сентиментальность требовалось отложить: ситуация в галактике Комо требовала кучи административных решений. Он ежедневно проводил совещания с утра до ночи, так что самым «отдыхающим» подразделением в армии, как ни странно, оказались сами боевые части.

Чтобы не сойти с ума от объема бумаг, Пэй Ань привлекал Сье Юя к административной работе. На публике тот оставался командующим Сье, а в кабинете превращался в личного секретаря. Своего альфу можно и подзагрузить — трудовой кодекс на семейные отношения не распространяется.

После очередной многочасовой встречки у Пэй Аня ломило плечи. Он с тихим вздохом подзвал «секретаря Сье», требуя качественного массажа.

Пальцы Сье Юя продвигались по зажатым мышцам с идеальным нажимом. Пэй Ань расслабился, зарывшись лицом в мягкую подушку кресла.

— Полевее... Да-да, вот здесь. Понажимистее. О-х-х, каков кайф...

Сье Юй усмехнулся:

— Доволен ли уважаемый гость мастерством массажиста Сье? Если да, не забудьте поставить пять звезд.

— Доволен, крайне доволен, — промычал Пэй Ань. — А у массажиста Сье можно приобрести абонемент?

— Абонемент массажиста Сье выписывается в единственном экземпляре, — охотно подхватил игру Сье Юй. — Он пожизненный и возврату не подлежит. Оформив его, гость больше не сможет пользоваться услугами других мастеров. Подтверждаете заказ?

— Оформляй!

Оба тихо рассмеялись. Пэй Ань хохотал так, что плечи тряслись, хотя сам не мог бы объяснить, что именно его так развеселило.

Он запрокинул голову, потянул Сье Юя за воротник вниз и подался навстречу. Они обменялись долгим, нежным поцелуем.

— Сье Юй, я хочу сегодня на ужин свинину «хуншао».

Смена роли: массажист Сье уходит на покой, на сцену выходит шеф-повар Сье.

— К свинине надобно еще пару овощных блюд. Чего желает душа? — Сье Юй мысленно проверил содержимое холодильника. — Как насчет картофельной соломки с соусом и тушеной капусты?

— Идеально!

Пэй Ань поднялся, быстро навел порядок на и без того чистом столе и взял Сье Юя за руку, собираясь домой.

Но стоит им распахнуть дверь, как они едва не сбили занесенную для стука массивную руку.

За дверью стоял бородатый мужчина зрелых лет — администратор галактики Цзяле, господин Аригуд. Человек, оказавший Независимой армии неоценимую поддержку.

Пэй Аня посетило дурное предчувствие. Прощай, спокойный домашний ужин.

— Господин Аригуд? Что случилось? Вы могли просто связаться со мной по терминалу, зачем было идти лично? — Пэй Ань отступил, приглашая гостя в кабинет.

Сье Юй мгновенно вошел в роль секретаря и пошел заваривать чай.

Аригуд выглядел сумрачнее тучи:

— Господин секретарь, уверяю, я бы не стал беспокоить вас по пустякам. Но дело такое... По связи о подобном не говорят.

Пэй Ань подтянулся:

— Слушаю вас.

— С Главной звезды в Цзяле направляется официальная «Делегация сочувствия». А вместе с ней — «Боевая наблюдательная группа».

Прямого контакта между столицей и Независимой армией не было. Вся гражданская администрация находилась в руках Пэй Аня, а на Главной звезде обнаружили, что никто из подчиненных секретаря не выходит с ними на связь. Связаться с военными через Генеральный штаб тоже не вышло: Сье Ао и Гу Юанъян сидели в столице монолитом, игнорируя подачки верхов. Те же армейские части, которые подчинялись императорскому дому и совету, находились в натянутых отношениях с группировкой Сье Юя.

В итоге столице не оставалось ничего другого, кроме как выходить на администратора Цзяле.

Аригуд сам пребывал в шоке. Никаких согласований с ним не проводили: прислали ультимативное уведомление, а сама делегация уже вылетела с Главной звезды и со дня на день будет на месте.

С момента начала войны Аригуд привык работать с Независимой армией. И Пэй Ань, и Сье Юй, и даже вечно отлынивающий от бумаг Гу Фань в вопросах дела проявляли абсолютную собранность и профессионализм. Аригуд уже успел забыть, каково это — иметь дело со столичными паркетными протирателями штанов. И вот теперь эти бесполезные рты едут к нему.

Когда шла война — их видно не было. А едва пахнуло миром — мчат красоваться. Перед кем?!

Аригуд внутри буквально закипал от гнева.

Пэй Ань вздохнул. Предчувствие его не подвело: романтический ужин накрылся медным тазом.

— Кто возглавляет эту кавалькаду? — спросил Сье Юй. Он вырос в столице и с детства знал всю верхушку высшего света.

Аригуд развел руками:

— Седьмой принц. Остин Дэвис.

— Кто?! — переспросил Сье Юй, резко повысив голос.

Пэй Ань удивленно взглянул на него. Сье Юй качнул головой, давая понять, что объяснит всё позже, когда Аригуд уйдет.

— Седьмой принц, — повторил Аригуд. — Командующий Сье, вы ведь пересекались с ним в столице? Что он за человек? Тяжело с ним будет?

Что он за человек?

Дрянь он, а не человек.

— Когда они прибывают? — игнорируя вопрос о характере принца, спросил Сье Юй.

Аригуд подсчитал:

— От силы дня через три.

Судя по срокам, на Главной звезде засуетились сразу после того, как до них дошли новости о двух масштабных победах Независимой армии. Наскоро согласовали состав и отправили этот так называемый «визит сочувствия» вместе с нелепой «наблюдательной группой».

Расчет прозрачен: недовольство народных масс короной и парламентом росло с каждым днем, а успехи Независимой армии окончательно подорвали авторитет власти. Если не продемонстрировать хоть какую-то заботу на камеру, народ просто взбунтуется. Забастовки рабочих уже приносили аристократам огромные убытки. Вот и пришлось изображать бурную деятельность, прикрываясь красивыми лозунгами.

А «наблюдательная группа» — и вовсе цирк. Когда надо было проливать кровь, этих господ на передовой не наблюдалось. Теперь же, когда армия замерла на отдых, а в галактике Комо вовсю идет восстановление, они решили приехать «понаблюдать».

Некоторые люди удивительно устроены: чужие жизни для них — мусор, но собственной шкурой они дорожат превыше всего на свете.

— Трех дней нам вполне хватит, — сурово произнес Сье Юй. — Хотят приехать? Пусть приезжают. Господин Аригуд, возьмите их зубы на себя. Главное — ни под каким видом не подпускайте их к оперативному штабу без моего и секретаря личного разрешения.

Аригуд сразу понял подтекст: столичных гостей собираются не просто мариновать, а жестко проучить.

— Хорошо. Выработайте план, а я исполню всё в точности.

Какими бы талантами ни обладал Аригуд на административном поприще, в искусстве аппаратной интриги и тонкого вредительства ему было далеко до этой парочки.

Когда Аригуд ушел в сопровождении Лики, вызванной проводить гостя по штабу, Пэй Ань повернулся к Сье Юю:

— Рассказывай. Что у вас произошло с этим Остином Дэвисом?

— Помнишь, я рассказывал тебе про девушку-капитана из моего прежнего отряда, которая погибла из-за подлости одного из принцев? — В глазах Сье Юя блеснула холодная, яростная сталь. — Этот принц — Остин Дэвис.

Человек, который ради собственных шкурных интересов подставил имперских солдат под залпы космических пиратов.

Сье Юй горько ухмыльнулся:

— Раньше я оглядывался на законы, связывал себе руки и не находил в себе сил отомстить за подчиненную. Но теперь Остин сам лезет мне в руки. И поверь, пощады ему не будет.

Пэй Ань обнял его за талию:

— Что бы ты ни задумал, я с тобой.

Сье Юй закрыл глаза, перевел дыхание, а когда открыл их снова, взгляд его восстановил прежнюю мягкость, хоть глубоко внутри всё еще тлел опасный огонь.

— Они ведь привезли «наблюдательную группу»? На войне всякое бывает. Снаряды летящие, пули слепые. Если кто-то погибнет — винить будет некого.

На Главной звезде были уверены, что боев сейчас нет, и принц просто проедется перед объективами, толкнет пару речей и вернется героем. Настоящей войны эти паркетные генералы отродясь не видали.

— Галактика Цанхай ближе всего к линии соприкосновения с мятежниками, — добавил Сье Юй. — Вот туда я их и повезу. Пусть посмотрят, как выглядит реальный фронт.

На поле боя Сье Юй был абсолютным хозяином. Стоило высокопоставленным дворянам оказаться в зоне боевых действий, как они превращались в марионеток в его руках.

— Думаю, делегация потребует общего сбора офицеров, чтобы толкнуть речь и повысить свой рейтинг, — протянул Пэй Ань. — Отказывать не будем. Пусть собирают. Вот только состав присутствующих определяем мы.

Он намеревался согнать на эту встречу сотни журналистов — благо в Цзяле их сейчас пруд пруди. А потом натравит на столичных гостей командиров подразделений, которые при включенных камерах начнут вопить о нищете, нехватке денег, оружия и медикаментов.

Пэй Ань был уверен: ради сохранения лица принцу придется раскошелиться прямо в эфире. А если откажет — что ж, завтра все новости галактики будут пестрить соответствующими заголовками.

Пэй Ань никогда не верил в добродетель всепрощения. С врагами нужно работать предельно жестко.

***

Заказав скромный ужин прямо в кабинет, Пэй Ань и Сье Юй продолжили составлять план теплого приема для столичных визитеров.

Пока им было известно лишь имя главы делегации. Чтобы узнать остальной состав, Сье Юй отправил запрос отцу — адмиралу Сье Ао.

По совпадению, Сье Ао как раз сам искал с ним связи по тому же вопросу.

Поскольку видеосвязь через межгалактическую сеть сильно зависала, отец и сын переписывались текстом.

Как выяснилось, идея с делегацией была полностью пролоббирована Остином Дэвисом и семьей Мондри втайне от Генерального штаба. Мондри тоже отправляли своих представителей. Сье Ао отдельно предупредил Пэй Аня быть осторожнее.

В столице за высшим эшелоном следили очень строго, но аристократы всё равно нашли лазейку. Они загрузились на корабль без пышных проводов и прессы, вышли в космос и только спустя несколько дней информация всплыла через бывшего министра финансов.

К слову, теперь уже действительно бывшего.

Бедолагу-министра, помогавшего Независимой армии собирать пожертвования, императорский двор в конце концов со скандалом отправил в отставку, заменив его полностью ручным чиновником.

Впрочем, уволенный министр ничуть не жалел и продолжал вести агитацию в пользу армейцев уже как частное лицо. Убить его власти не смели: слишком очевидным был бы мотив, ведь официально его отправили на пенсию «по возрасту и состоянию здоровья».

«Чтоб их посудина в воздухе взорвалась!» — не удержался от крепкого словца Сье Ао в переписке.

В этот момент Юй Синчжоу подошел и просто забрал у адмирала чашку с кофе, передав ее адъютанту:

— Вылей. И больше ему не заваривать.

Адъютант молча испарился с чашкой.

— Эй! Мой кофе! — возмутился Сье Ао.

Юй Синчжоу швырнул в него диванной подушкой:

— Ты на себя в зеркало давно смотрел? Круги под глазами как у панды. Ты жить вообще собираешься?

Сье Ао невольно потрогал веки:

— Что, правда всё так плохо?

— Я по-твоему врать стану?! — вспылил Юй Синчжоу.

Адмирал моментально сбавил тон:

— Ну прости, прости... Я же знаю, что ты переживаешь.

Юй Синчжоу вздохнул, усаживаясь рядом:

— Я понимаю твои чувства. Но ты должен верить в сына и его людей. Они уже взрослые. Ты не можешь решать за них всё подряд. Ты не спал нормальным сном уже пару недель. Слушай меня: сегодня ты ложишься и спишь. Никаких новостей и отчетов.

Сье Ао взял мужа за руку и тяжело вздохнул:

— У меня просто душа болит... Мы строили это государство своими руками всего несколько десятков лет назад. И во что его превратили эти твари?! Старый Дэвис, наверное, в гробу перевернулся от художеств своего сынка!

Он отдал молодость и кровь этой стране, и видеть ее увядание было для него пыткой.

Юй Синчжоу тихо спросил:

— Старик Сье... Как ты думаешь, когда мятежники будут разгромлены, Независимая армия вернется под крыло Империи?

Сье Ао посуровел:

— Нет. Пропасть между армией, короной и парламентом слишком глубока. Ее не заделать.

— Раз нельзя починить — значит, нужно сломать и построить заново, — отрезал Юй Синчжоу. В отличие от мужа, он не был связан ностальгической памятью с прошлым режимом. — Пройдет время, и наш сын сделает то, что не удалось нам. Его путь будет иным. Отпусти их, Старик Сье.

Сье Ао и Гу Юанъян долго закрывали молодежь своими грудями в столице. Но Независимая армия должна была научиться стоять на ногах самостоятельно — без подпорок и прикрытия.

— Дай им свободу, — мягко добавил Юй Синчжоу. — Как говорится: клинок затачивается в трудах, а мейхуа благоухает лишь после лютых морозов.

Сье Ао молчал, переваривая его слова. В конце концов ему пришлось признать: муж прав. Пора передавать штурвал.

***

В далекой галактике Цзяле Сье Юй внезапно громко чихнул.

— В армии ведь полным-полно народу. Выделить пару сотен человек — проблема, что ли?

— Армия? — Аригуд изобразил крайнее изумление. — Так это вы у военных спросите! Я-то всего лишь гражданский администратор. Откуда мне знать, как там у них в войсках всё устроено?

*Сье Юй: «Меня не притягивайте, я как раз планирую, как вас сдать с потрохами».*

Не только у Остина, у всей делегации лица были кислыми. Они-то рассчитывали прибыть во всём блеске: ступить на красную дорожку под объективы телекамер, пройти вдоль стройных шеренг почётного караула, утопая в цветах и улыбаясь прессе во все тридцать два зуба.

А получили фигу с маслом!

Ни прессы, ни караула, а встречающий их чиновник и вовсе заявился в каком-то поношенном пиджаке!

— Ваше высочество, может, я сначала провожу вас в отель? — предложил Аригуд.

— Нет необходимости, — отрезал Остин. — Мы сразу направимся в расположение войск. Государственные дела не ждут.

Аригуд усердно закивал и сделал приглашающий жест:

— Как вам будет угодно. В таком случае прошу на корабль!

Остин опешил:

— Вы что, не соизволите нас сопроводить?

Кабы они могли долететь сами, на кой черт им вообще сдался этот пересадочный узел?

— Я? — Аригуд в замешательстве почесал затылок. — Ваше высочество, не изволите ли шутить? Военный объект! Как я могу туда сунуться? А ну как автоматическая система обороны разнесёт меня в пух и прах? Кому я потом жаловаться буду?

Ишь, возомнил о себе! Думает, раз на Главной звезде ходил павлином, так и здесь все ниц падут? Да здесь любой спесь с вас сшибёт в два счёта!

Остин чувствовал себя так, будто проглотил ежа. Было тошно, чертовски тошно. Их корабль без разрешения и близко не подберётся к военной базе — оборонительный периметр разнесёт его на куски. А этот ушлый чинуша корчит из себя дурачка. Ситуация складывалась глупейшая.

— Свяжитесь с армейским командованием, — процедил Остин Дэвис, мысленно кроя Аригуда последними словами. Неспособный идиотина! За столько дней до прилёта знал о визите делегации и даже не удосужился согласовать протокол с Независимой армией! За такую халатность его надо с треском выгнать из администрации решениями Совета!

На самом деле Аригуд всё согласовал. Вот только согласовал не то, как встречают гостей, а то, как их получше обуть.

— Ах, ну конечно! — «осенило» Аригуда. — Высокопоставленным гостям не гоже лично заниматься подобной рутиной. Я всё сделаю!

Остин едва сдержался, чтобы не выйти из себя окончательно. По остаткам его аристократической выдержки был нанесён сокрушительный удар.

— Я свяжусь с секретариатом штаба Независимой армии. Как только поступит ответ, сразу же доложу вашему высочеству, — угодливо произнёс чиновник.

Остин глубоко вдохнул, пытаясь вернуть самообладание:

— Сначала отвези нас в отель.

Ждать, пока эти военные соизволят ответить? Да он скорее поседеет! Ждать ответных депеш в здании космопорта седьмой принц не намеревался.

Аригуд, продолжая поддакивать, за спиной принца сочувственно закатил глаза. Тоже мне, великий деятель!

Против местных законов и заправил никакой заезжий сиятельный индюк не попрёт. По сравнению с Пэй Анем и Сье Юем эти столичные штучки выглядели мелкими сошками.

В итоге делегацию всё же препроводили в пятизвёздочную гостиницу. Местные номера стоили сумасшедших денег, и мысль о том, что оплачивать этот разгул придётся из бюджета галактики Цзяле, заставляла сердце Аригуда обливаться кровью.

Он вытащил коммуникатор и набрал сообщение Пэй Аню:

«Сделай милость, выжми из этих индюков всё до последнего кредита! Они заселились в самый дорогой отель, у меня сердце кровью обливается!»

Пэй Ань ответил лаконично:

«Не переживай».

На этот раз он намеревался ободрать столичных гостей как липку. Пусть даже перед ним стадо железных тарпанов — он выбьет из них парочку металлических подков на нужды революции.

Аригуд продолжил вести переписку:

«Секретарь Пэй, когда планируешь их принять?»

Пэй Ань философски заметил:

«Уважаемые гости проделали долгий путь и наверняка устали. Пусть сперва как следует отдохнут и наберутся сил».

Главное — чтобы они от нервного истощения не сыграли в ящик прямо на приёме, а то ещё придётся за свой счёт их трупы отправлять на Главную звезду.

Список членов делегации Сье Ао прислал заранее. Помимо возглавлявшего группу седьмого принца Остина, остальные прибыли из старинных аристократических родов Империи Райт — например, семьи Мондри или клана Джулианны. Одним словом, все они были сказочно, невероятно богаты.

Для Пэй Аня эти визитёры являли собой лишь ходячие банкоматы, прибывшие прямиком из столицы. Новая линия по производству вооружения сама себя не построит, да и после тяжелейших боёв в галактике Комо армейские запасы подлежали срочному пополнению. Благодаря этим щедрым гостям Пэй Ань рассчитывал в кратчайшие сроки закрыть финансовые бреши.

Деньги в текущих реалиях оставались главной задачей.

Хотя от гражданских поступало немало пожертвований, содержание огромной армии требовало колоссальных средств. Одно только пропитание солдат ежедневно выливалось в астрономические суммы. С той самой минуты, как Пэй Ань занял пост секретаря Независимой армии, он зарёкся держать бойцов на одной лишь питательной пасте, рискуя их жизнями на передовой. Поэтому сбережения, накопленные им через организацию Созвездие, таяли с пугающей скоростью. Оказавшись на грани финансового истощения, он пустил в ход крайнее средство — извлёк несколько камней Звёздного Огня, изготовил из них элитные украшения и пустил с молотка, выручив пару сотен миллионов.

Народные пожертвования Пэй Ань принципиально не пускал на бытовые нужды войск: эти средства уходили исключительно на закупку вооружения, медицину и восстановление пострадавшей галактики Комо.

Разбойничьи шайки повстанцев за месяцы оккупации дочиста разграбили галактику Комо, вывезя бесчисленные богатства своему главарю. За исключением тех, кто пошёл на сотрудничество с оккупантами, большинство местных состоятельных граждан лишились практически всего имущества.

Всего за несколько месяцев прямой и косвенный ущерб галактики Комо превысил сотню миллиардов кредитов.

При том что всё население Империи Райт едва насчитывало двадцать миллиардов душ.

Когда-то и Пэй Ань относился к богатству с равнодушным презрением. Теперь же он завидовал мифическим драконам из древних преданий, славившимся своей феноменальной способностью копить сокровища.

Жизнь заставит — ещё не так раскорячишься.

И в том, что войска оказались в столь плачевном положении, виноваты были императорский двор и Совет, проявлявшие преступное бездействие до тех пор, пока угроза не коснулась их собственных шкур.

Раз уж делегация так рвалась сюда — что ж, сами напросились.

Завершив диалог с Аригудом, Пэй Ань с мягкой улыбкой обратился к собравшимся офицерам:

— А теперь повторим главную тему сегодняшнего совещания: как вежливо и со вкусом вытрясти из гостей деньги.

Гу Фань трижды цокнул языком и толкнул локтём Сье Юя:

— А твой Пэй Ань — тот ещё фрукт.

Сье Юй гордо вздёрнул подбородок:

— Спасибо за комплимент.

— Тьфу на тебя! — фыркнул Гу Фань. — Поглядите на него, сияет, как медный таз!

Сье Юй лишь усмехнулся. В умении хвастаться своей второй половинкой он пошёл аккурат в отца.

***

Тем временем в отеле Остин от зашкаливающего раздражения мерил шагами роскошный номер. Собирая эту делегацию, он рассчитывал лишь нарисовать себе красивую анкету и завоевать симпатии электората. Ради этого он включил в состав представителей влиятельнейших семей. И что они получили по прибытии в галактику Цзяле? Прямое оскорбление его высочества!

Кто такой Сье Юй? Всего лишь сын командующего! А у него, Остина, отец — сам Император Райт! Как какой-то генерал-майоришка смеет так с ним обращаться?!

А этот так называемый секретарь штаба Независимой армии? Смехотворно! В Империи нет такой должности! Обычный простолюдин без роду и племени, а чтобы просто связаться с ним, нужно пробиваться через бюрократическую препону секретариата?!

Чем больше Остин об этом думал, тем сильнее закипал. В конце концов, потеряв остатки контроля, он принялся крушить изысканные вазы и статуэтки.

Знай Аригуд о таком варварстве, он немедленно распорядился бы вынести из номера принца всё вплоть до дверных ручек! За разбитый декор опять же придётся платить из бюджета Цзяле!

Впрочем, сколько бы Остин ни крушил мебель, делу это не помогало. На них просто забили. Даже Аригуд, сдав гостей на руки администрации отеля, немедленно испарился.

Помимо беснующегося принца, в соседних номерах изощрённо ругались столичные аристократы. Джулианна кропила бранью стены так, что от изысканной светской дамы в ней не осталось и следа.

Во всей этой компании лишь один человек сохранял ледяное спокойствие — Канфу Мондри.

У него была особая миссия от главы рода. Кловис Мондри перед отлётом напутствовал его: секретарь Независимой армии Пэй Ань на самом деле является законным отпрыском дома Мондри, юным господином Анем. Мальчик проявляет упрямство и не желает признавать отца, поэтому Канфу обязан вернуть заблудшую овцу в лоно семьи.

«Стоит ему вернуться в семью Мондри, и все богатства, власть и статус родного дома будут принадлежать ему», — убеждённо говорил Кловис.

Канфу считал юного господина ужасно несмышленым. Глава рода публично признал его в сети, а тот смеет открещиваться от семьи! Вот что бывает с теми, кто воспитывался на задворках галактики без надлежащего дворянского воспитания и в дурном обществе.

Впрочем, для Канфу главное оставалось неизменным: слава и величие дома Мондри принадлежат юному господину Аню по праву рождения.

Жаль только, Канфу не додумывался задаться простым вопросом: разве у секретаря Независимой армии, держащего в руках нити управления огромными ресурсами, мало власти?

А что до богатства... Так для того столичные дворяне и прилетели, чтобы пополнить его казну.

***

Аригуд, подлечив израненную чиновничью душу парой фужеров газировки и воздушным суфле в уютном баре, ближе к ночи вразвалочку приплёлся в отель.

— Ваше высочество! Из секретариата пришло подтверждение: вас готовы принять! За вами уже выслали сопровождение. Изволите выдвигаться?

На борту корабля тоже можно прекрасно поспать. Аригуд искренне полагал, что раз гости провели в перелёте столько дней, ещё одна ночь на борту их не убьёт!

А когда они прибудут в командный центр... Что ж, корабль станет для них самым комфортабельным местом пребывания. На военной базе под парусными небесами никакой роскоши не предусмотрено.

Встречать делегацию отправили Е Сюцзэ. С виду этот офицер казался совершенно безобидным, но владел редким даром доводить людей до белого каления.

Улыбаясь во весь рот, Е Сюцзэ заманил изнурённых гостей обратно на их же корабль, а сам взошёл на борт сопровождающего корвета.

— Веди катер вполшага, — приказал он пилоту. — Растяни маршрут часов на восемь. Пусть наши сиятельные гости немного проветрятся в открытом космосе.

За восемь часов корабль как раз выйдет к командному центру к первому лучу местной звезды, когда база только начнёт пробуждаться. До тех пор нечего тревожить сон защитников отечества. А после прибытия господам всё равно придётся подождать: оба сокомандующих чрезвычайно заняты, а уж про секретаря и говорить нечего — у того дел по горло.

Е Сюцзэ сладко потянулся, устроился в кресле и зажмурился. Восемь часов беспробудного сна — поистине царский подарок!

Пока Е Сюцзэ сладко спал, члены делегации сходили с ума от неизвестности. Поскольку на их корабле никто не знал точного времени прибытия, все ждали посадки с минуты на минуту и в итоге прободрствовали всю ночь.

К моменту швартовки знатные господа, привыкшие спать не менее восьми часов в сутки, напоминали вялые кочаны капусты.

Е Сюцзэ же выплыл из каюты свежий, как майская роза.

Столичные гости мысленно проклинали Аригуда — ведь это он вытащил их из уютного отеля среди ночи!

Е Сюцзэ повёл шкандыбающую процессию к выходу из космопорта. Для военного расстояние в два километра от причала до административного корпуса — пара пустяков. Но для измождённых дворян, особенно для дам вроде Джулианны, отстукивавших шаг на шпильках, этот путь превратился в сущий ад.

— Почему за нами не прислали транспорт?! — вспылила Джулианна, застыв на месте. — Я больше ни шагу не сделаю!

Е Сюцзэ обернулся и вежливо улыбнулся:

— Прошу прощения, сударыня. Это военный порт, предназначенный для швартовки флагманов. Движение гражданского автотранспорта по лётному полю строго запрещено. Машины ждут вас на парковке за периметром. Прошу следовать за мной.

И, повернувшись, хладнокровно продолжил путь. Преодолеть несчастные два километра пешком для них проблема? А ещё пытаются тягаться с генеральным штабом!

Когда дворяне добрались до парковки и увидели вместо роскошных лимузинов обычный армейский автобус, способный вместить сразу всю их кавалькаду, наступил окончательный коллапс.

Е Сюцзэ застыл у открытой двери, приглашающе вскинув руку:

— Господа, прошу в салон.

Даже у Остина сдали нервы:

— Вы что, намеренно издеваетесь над нами?!

Е Сюцзэ с наигранным изумлением вскинул брови:

— С чего вы взяли, ваше высочество?

— Вы предлагаете нам ехать на ЭТОМ?!

— А что не так с автобусом? — хлопал глазами Е Сюцзэ. — Абсолютно новый, исправный.

— Мы — официальная делегация Империи! Ваша встреча — это прямой саботаж и оскорбление! — рявкнул принц.

Е Сюцзэ изогнул губы в едва заметной усмешке. О да, ваше высочество, вас именно что ни во что не ставят. С каких это пор павлинье перо стало императорским указом?

Однако внешне офицер сохранил полную серьёзность:

— Ваше высочество, смею напомнить: вы находитесь на передовой, а не на Главной звезде.

Остин застыл.

— Здесь нет правительственных кортежей, — спокойно продолжал Е Сюцзэ. — Только армейская техника. Этот автобус — самое мягкое средство передвижения, которое мы смогли отыскать. Если вас не устраивает салон, я могу затребовать грузовые пикапы с открытым кузовом.

База строилась на скорую руку. Пэй Ань свято верил, что средства нужно вкладывать исключительно в боеспособность, поэтому бетоном залили только взлётную полосу. За пределами порта тянулась грунтовка, где колёса техники поднимали тучи пыли.

Остин захлебнулся собственным гневом, проглотил возражения и с пунцовым лицом взобрался в автобус.

Глядя на принца, остальные аристократы были вынуждены проглотить спесь и последовали за ним. Перспектива трястись в кузове грузовика в брендовых шмотках не улыбалась никому.

Единственным, кто сохранил невозмутимость, оказался Канфу Мондри. Обладая отличной физической формой, он выглядел бодрячком на фоне завядших столичных хлыщей. Вот только в его голове крутилась одна-единственная мысль: «Неудивительно, что наш юный господин выглядит таким оборванцем... Вы только взгляните, в каких диких условиях ему приходится существовать!»

(Пэй Ань, владеющий несколькими ресурсными планетами: «???»

Аригуд, обеспечивающий Пэй Аня всем лучшим: «???»)

Автобус, подрагивая на ухабах, отвёз гостей к командному центру. Впрочем, встречающих снова не было — кто станет отвлекаться от утренней помывки и завтрака ради столичных визитёров?

Чтобы окончательно не сорвать операцию по заманиванию делегации в галактику Цанхай, Е Сюцзэ отвёл их в гарнизонную столовую.

Дворяне, привыкшие к изысканной кухне элитных пансионов и личным шеф-поварам, с отвращением разглядывали скудный ассортимент.

Е Сюцзэ, не обращая внимания на их брезгливые мины, набрал себе поднос и искренне удивился:

— Что же вы застыли? Набирайте еду.

Джулианна, привыкшая к фарфоровым сервизам и изящной подаче, даже не притронулась к металлическим подносам.

— Вы предлагаете нам ЕСТЬ ЭТО? — скривился Остин.

— А что не так с едой? — вмешался один из солдат за соседним столом. — До вступления в Независимую армию рядовой состав в регулярных войсках Империи трижды в день давился синтетической питательной пастой!

Он с благодарностью вспомнил секретаря Пэй Аня, который лично выбивал средства на нормальный рацион для бойцов, не затрагивая при этом военный бюджет.

Остин напыжился:

— Из какого ты подразделения? Назови номер, я лично разберусь с твоим командованием!

Солдат посмотрел на принца как на душевнобольного:

— Да во всей Империи так кормят! С кем ты разбираться собрался, чудик?

Сосед толкнул его локтем:

— Забей, пошли. Нечего с этими ряжеными лясы точить, работать пора.

Солдат дожевал сочный жареный пирожок с мясом и поднялся из-за стола.

Остин с трудом выдавил:

— Он... не врёт?

Е Сюцзэ равнодушно пожал плечами:

— А смысл ему врать?

Имперская армия терпела не из-за хорошей жизни, а потому что находилась в подчинении командующих легионами.

— Берите подносы, господа, — сухо добавил Е Сюцзэ. — Не задерживайте очередь.

А про себя подумал: «Ешьте молча, пока солдаты не решили намять вам бока за ваши разряженные физиономии. Умереть вы должны на поле боя, а не от зуботычин в столовой — лишние хлопоты нам ни к чему».