***Утро третьего дня***

Едва господин Чжан ушёл на работу, Чжан Цзю и Ван Синь отправлялись на седьмой этаж. Держаться вместе казалось разумным: вдвоём куда проще заглушить подступающий страх.

— Ты пока отвлеки Сяо Юэ, поболтай с ней, разузнай про их отношения с господином Чжаном, — инструктировал спутницу Ван Синь. — Твоя задача — тянуть время. А я тем временем проберусь к ребёнку и осмотрю его.

Чжан Цзю кивнула, но, бросив взгляд на попутчика, тревожно спросила:

— Что с тобой? Опять не спал?

Ван Синь мимоходом глянул в зеркало у лифта и содрогнулся. Его лицо выглядело мертвенно-бледным, а под глазами залегли угольно-чёрные, налитые синевой круги.

Прошлой ночью, очнувшись от липкого кошмара, он так и не смог больше сомкнуть глаз. До самого рассвета он метался по кровати, пока в голове не вызрело окончательное, беспощадное решение.

«Этот ребёнок не должен жить».

В отличие от своего скрытного мужа, Сяо Юэ оказалась девушкой открытой и наивной. Едва гости переступили порог, она тут же усадила их в гостиной и ушла на кухню готовить чай с закусками. Чжан Цзю поспешила за ней — якобы помочь — и невзначай прикрыла за собой дверь.

Ван Синь воспользовался моментом и скользнул в детскую.

Стены здесь были выкрашены в нежно-розовый цвет. У самого окна стояла детская кроватка. Ван Синь подобрался к ней вплолотную и заглянул под полупрозрачный полог.

Младенец — маленькая девочка — посасывала пальчик и смотрела на гостя огромными, не по-детски осмысленными глазами. Ван Синя пробил ледяной пот: этот взгляд в точности повторял взор той жуткой женщины из его ночного кошмара!

Сжав зубы, он стиснул кулаки, наклонился и подхватил младенца на руки...

***

На кухне Чжан Цзю аккуратно выведывала подробности их семейной жизни. Сяо Юэ, совершенно не чуя подвоха, выкладывала всё как на духу.

Как выяснилось, Сяо Юэ была единственным и избалованным ребёнком в богатой семье, а господин Чжан родом из глухой нищей деревни. Единственный из всего своего села, кто сумел выучиться в городе. Разумеется, родители девушки душой и телом протестовали против такого союза, но Сяо Юэ не смущало бедное происхождение избранника.

Они познакомились ещё в университете, и сразу после выпуска господин Чжан уговорил её расписаться.

— Муж обо мне так заботится! — с нежностью говорила Сяо Юэ, помешивая заварку. — Когда мы учились, он каждое утро покупал мне завтраки, а по телефону мы могли болтать часами напролёт. Мне многого не надо — лишь бы человек был добрым. В детстве родители постоянно пропадали на работе, оставляли меня одну. Помню, однажды я сильно заболела, лежала в бреду и свалилась без чувств... Целый день никто не пришёл! Я тогда так мечтала, чтобы рядом был кто-то, кто просто подаст стакан воды или лекарство...

Ради любви к господину Чжану девушка тайком собрала вещи и ушла из родительского дома.

Впоследствии, чтобы свести концы с концами, ей приходилось выманивать у матери с отцом немалые деньги. И всё же, говоря о муже, Сяо Юэ буквально светилась от счастья.

Чжан Цзю слушала её молча, и пазл в её голове постепенно складывался. Значит, вот почему богатая наследница оказалась в этой проклятой, кишащей нечистью развалюхе — всё ради любви.

В душе девушка лишь тяжело вздохнула. Любовь-то любовью, но... действительно ли она счастлива?

Впрочем, вслух Чжан Цзю произнесла совсем другое:

— Как романтично! Вместе ещё со студенческой скамьи... Вы ведь друг у друга первые, да?

Это был лишь ни к чему не обязывающий вопрос, однако улыбка на лице Сяо Юэ мгновенно угасла.

—... Он моя первая любовь, да.

Заметив её смущение и тень сомнения, Чжан Цзю оживилась:

— А он? У него кто-то был до тебя?

Сяо Юэ помешкала. Эта тема давно отравляла ей душу, но поделиться было не с кем. Помявшись, она поддалась порыву:

— У него была девушка там, в деревне. Соседка. В город она не поехала, так и осталась в глуши.

Почуяв ниточку, Чжан Цзю принялась аккуратно подталкивать её к откровенности:

— И что, ваш господин Чжан бросил её, как только перебрался в город? Обычное дело — вырвался на свободу, зачем тянуть за собой деревенское прошлое?

Сяо Юэ тут же вспыхнула, её глаза гневно округлились:

— Нет! Всё было совсем не так! Муж рассказывал, что с той девушкой случился несчастный случай. Их дом сгорел, и она погибла в огне! Он тогда страшно переживал... Он не такой предатель, как ты думаешь!

Чжан Цзю обомлела. Погибла в огне?

В мире хоррор-игры подобная смерть — никогда не случайность!

И тут снаружи, прямо под окнами, раздался тяжёлый, глухой удар.

Звук пришёл снизу. Сяо Юэ тут же метнулась к окну и прилипла к стеклу.

В тот же миг из коридора выскочил Ван Синь. Он со скрежетом распахнул дверь кухни, вцепился в рукав Чжан Цзю и буквально волоком вытащил её из квартиры.

— Эй! Ты чего?! Зачем бежим?! — ахнула ничего не понимающая девушка.

Ван Синь не ответил. Он молча увлекал её за собой к лестничной клетке.

И едва за ними захлопнулась дверь, из квартиры 703 донёсся дикий, раздирающий душу женский крик.

Ван Синь с силой прижал тяжелую противопожарную дверь, тяжело дыша, и лишь после этого обернулся к Чжан Цзю:

— Я сбросил этого ребёнка. Он мёртв.

— Что?!

Чжан Цзю уставилась на него во все глаза. Она-то думала, он просто посмотрит, нет ли у младенца каких-то странностей, а тот взял и выбросил его из окна!

— Ты с ума сошёл?! Зачем?!

Она ещё не знала всей жути, скрывавшейся в этой крохе, а у Ван Синя не было времени на долгие объяснения.

Он не умел бороться с призраками, но раз жуткая девка из лифта появилась аккурат после того, как в доме завелся ребёнок, вывод напрашивался сам собой. Если младенца не уничтожить, сила монстра будет расти с каждым часом, и тогда спасти ключевых персонажей уже не удастся.

Сбросить-то с седьмого этажа он его сбросил, да только сердце у Ван Синя было не на месте. Он кинулся вниз по лестнице, намереваясь лично убедиться, что от твари осталось лишь мокрое место.

Однако когда они выскочили на задний двор, Ван Синь замер как вкопанный. Под окнами седьмого этажа было абсолютно чисто. Ни тела, ни костей, ни единой капли крови.

Земля выглядела так, будто ничего и не падало.

Чжан Цзю, едва поспевавшая за ним, посмотрела на спутника с откровенным сомнением: «У тебя что, совсем крыша поехала?»

Яркое полуденное солнце слепило глаза, вызывая легкую тошноту. Ван Синь стоял посреди двора, чувствуя, как его охватывает липкий, ледяной ужас.

***

— Вы что тут устроили? — раздался голос Линь Шэна.

Заметив суматоху во дворе, он решил проверить, в чём дело. Однако атмосфера здесь царила более чем странная.

Губы Ван Синя дрожали, он не мог вытолкнуть из себя ни слова — казалось, парень был на грани полного нервного срыва. Несмотря на зной, его колотила крупная дрожь.

К счастью, Чжан Цзю сохранила остатки самообладания и вкратце обрисовала ситуацию. Услышав, что Ван Синь выкинул младенца с седьмого этажа, Линь Шэн тоже не на шутку изумился.

— Ты сама это видела?

Чжан Цзю отрицательно качнула головой:

— Он сам мне сказал. Но внизу ничего нет! Я уже сомневаться начала, не померещилось ли ему всё это...

Глядя на невменяемого Ван Синя, Линь Шэн понимал: тот не врал. Вот только куда, чёрт возьми, делся труп?

— Что у вас там вообще произошло?

Чжан Цзю пересказала их разговор с Сяо Юэ. Линь Шэн ненадолго задумался. Очевидно, пока Ван Синь оставался наедине с ребёнком, случилось нечто из ряда вон выходящее. Иначе с чего бы обычно сугубо прагматичный игрок пошёл на столь крайние меры?

— Может, у него просто сдали нервы, — предположила Чжан Цзю. — Тот слепой гадатель ведь предупреждал, что ребёнок принесёт беду. Ван Синь тогда не успел помешать усыновлению, а уровень опасности у Чжана постоянно зашкаливает. Вот бедняга и сорвался под давлением...

От греха подальше они решили прочесать двор вдоль и поперек. Жив ли, мёртв ли — а тело найти надо. Если господин Чжан и Сяо Юэ обнаружат пропажу, они первыми прибегут к охранникам. И как им объяснять? Скажут: «Мы выбросили вашего ребёнка из окна, а он испарился»? Да Чжан их на месте закопает!

За зданием простирался пустырь, заросший сорняками. Это было далеко от окон квартиры 703, но исключать вероятность того, что кто-то спрятал тело здесь, было нельзя.

Обследуя заросли, они наткнулись на свежевскопанный земляной холмик.

Почва была явно свежей, трава поверх ещё не проросла. Линь Шэн и Чжан Цзю переглянулись: оба уловили тошнотворный, сладковатый запах гниения, исходивший именно от этой кучи.

Неужели тело успели прикопать?! Так быстро?!

Был лишь один способ проверить.

Линь Шэн поджал губы. Заставлять девушку выполнять грязную работу было неловко, поэтому он велел Чжан Цзю караулить место, а сам отправился за лопатой.

Сырая земля поддавалась с трудом. Поработав пару минут, Линь Шэн остановился перевести дух. Из-за низкой выносливости персонажа любое физическое усилие давалось с трудом. «Эх, надо бы как-то скомбинировать предмет на постоянное повышение физических характеристик...» — подумал он.

Передохнув, он снова вонзил лопату в землю и ощутил, как лезвие упёрлось во что-то мягкое и упругое.

— Нащупал!

Чжан Цзю до смерти боялась увидеть расплющенный трупик младенца, поэтому не решалась подходить близко. Она лишь присела на корточки неподалёку, внимательно наблюдая. Линь Шэн аккуратно разгреб землю лопатой, и спустя мгновение на поверхности показался клочок белой шерсти.

Под землей лежал явно не ребёнок. Оба облегченно вздохнули. Но хотя это был лишь кончик хвоста, Чжан Цзю показалось, что эта шерсть ей странно знакома. Преодолев страх, она ткнула носком туфли в рыхлую землю.

Комья осыпались, обнажая ужасающую картину. В яме валялось несколько изуродованных кошачьих трупов. Разглядев их поближе, Чжан Цзю издала дикий крик и отшатнулась, с размаху сев в грязь.

— А-а-а-а-а!

Тот самый клочок белой шерсти принадлежал маленькому котёнку, которого она кормила ещё вчера. Вчера он весело терся о её ноги, а сегодня лежал здесь, перерезанный пополам, в окровавленной и измазанной в грязи шкурке.

Рядом вповалку лежали другие кошки. Они явно погибли не своей смертью — на срубах и разрывах ещё не запеклась кровь. Глядя на это кровавое месиво, Линь Шэн почувствовал, как к горлу подступает тошнота.

Каким же живодером нужно быть, чтобы сотворить такое с беззащитными тварями?!

Дзинь!

Сзади раздался резкий металлический звук. Линь Шэн и Чжан Цзю вздрогнули и синхронно обернулись.

За их спинами стоял Чжао Ань. На его лице застыло выражение полного оцепенения, а из обмякших рук на землю выпала миска для кошачьего корма.

Взгляд Чжао Аня прошёл сквозь игроков и упёрлся в разрытую могилу. Увидев изуродованные тельца, он пришёл в такой ужас, что, не произнеся ни слова, развернулся и припустил прочь.

***

Линь Шэн видел Чжао Аня впервые. Чжан Цзю тут же шепнула ему, что раньше видела, как тот подкармливал бродячих котов у подъезда. Из всех жильцов дома только Чжао Ань постоянно возился с ними.

— Неужели... это его рук дело? — Чжан Цзю обсыпало мурашками.

Сумрачная груда трупов выглядела чудовищно: у одних кошек были оторваны головы, от других остались лишь хвосты. Если всё это сделал Чжао Ань, то он законченный психопат!

Особенно жутко ей стало от воспоминания о том, как Чжао Ань звал её к себе в гости «погладить котиков»...

Многие серийные убийцы начинали именно с издевательств над животными. От этой мысли Чжан Цзю обдало ледяным потом — она едва не шагнула в лапы к монстру.

— Если я не ошибаюсь, в этом доме вообще нет нормальных людей, — произнёс Линь Шэн, сбивая грязь с брюк. — Про хозяина бойни и говорить нечего, да и тот слепой гадатель с восьмого этажа вечно трётся возле него, они явно замыслили что-то недоброе.

— А у господина Чжана тоже рыльце в пушку. Судя по тому, что ты узнала от Сяо Юэ, баба из лифта вполне может быть связана с его бывшей.

— Хочешь сказать... этот призрак — его сгоревшая невеста?

Чжан Цзю о такой возможности даже не подумала. Линь Шэн тем временем уверенно закидывал яму землей:

— Это пока лишь догадка. Но неупокоенный дух постоянно останавливает лифт на седьмом этаже. Она явно привязана к квартире 703. И тут как раз выясняется, что бывшая Чжана сгорела при пожаре. Сгорела, озлобилась и вернулась в виде мстительного духа — всё сходится.

Чжан Цзю согласилась с его логикой:

— Да и Чжан этот... По-моему, он вовсе не такой шелковый, каким его видит Сяо Юэ. Может, я и сгущаю краски, но сколько я слышала историй про богатых дурочек, выскочивших за бедняков — ни одна хорошо не кончила.

Девушка недовольно скривилась:

— Кабы муж её реально любил, разве привёл бы в такую клоаку? Да ещё и заставляет её деньги у родителей выманивать! Они ведь нищенствуют! Если этот Чжан уже прикончил одну девушку ради выгоды, он вполне может прикончить и Сяо Юэ ради её наследства!

— Хм, да если он только дернется, я его...

Чжан Цзю осеклась на полуслове. Жизнь господина Чжана была напрямую связана с жизнью Ван Синя! Если она попытается навредить Чжану, Ван Синь костьми ляжет, но помешает ей. И тогда они станут врагами...

Оставалось лишь надеяться, что до этого не дойдёт.

Сровняв холмик с землей, они решили отправиться к Чэнь Ци и разузнать поподробнее про Чжао Аня.

— Выходит... Чжао Ань с высокой вероятностью тоже враг?

Линь Шэн кивнул:

— Держаться от него подальше — самое разумное. И ещё: надо собрать всех вместе. Идёт уже третий день, пора выложить карты на стол и поделиться уликами. Жильцы дома явно связаны между собой, и если мы объединим зацепки, то сможем докопаться до истины.

Чжан Цзю поддержала его идею, но при мысли о некогда выбранных лидерах её пыл угас:

— Да только У Цзыань, как стала капитаном, на нас плевать хотела. Ей вообще до лампочки, выживет кто-то или нет. А Дай И тот ещё бука, слова из него не вытянешь. Эх, я-то сначала радовалась, что попала в команду к опытным игрокам, а они оба оказались эгоистами!

Переговариваясь, они подошли к будке охраны, но внутри никого не оказалось.

— А куда Ван Синь делся?

— Он же только что тут у входа сидел! — Чжан Цзю закрутила головой.

Учитывая его невменяемое состояние, куда он мог умотать за пару минут?

— Давай подождём здесь.

Линь Шэн хотел было предложить дождаться остальных, но неожиданно понял: вокруг повисла противоестественная, абсолютная тишина.

Чжан Цзю долго не отвечала. Она застыла у окна, словно каменное изваяние.

— Чжан Цзю? — окликнул её Линь Шэн.

Девушка не шелохнулась. Её взгляд прикипел к чему-то во дворе, она даже не моргала.

— Чжан Цзю, что с тобой?!

Линь Шэн сделал шаг и заглянул ей в лицо. На Чжан Цзю не было лица — она смотрела во двор с таким ужасом, будто перед ней разверзлись врата ада. Линь Шэн проследил за её взглядом.

Со стороны ворот к дому неторопливо приближались три фигуры. Они о чём-то весело переговаривались. Линь Шэн прищурился, но когда разглядел их лица, кровь в его жилах мгновенно стыла.

К подъезду шествовала семья господина Чжана.

Они подходили всё ближе, и до игроков уже доносился их счастливый смех. Сяо Юэ была всё в том же домашнем халате. Неизвестно, когда она успела выйти, но самым жутким было вовсе не её появление.

Между супругами, вприпрыжку размахивая руками, шла маленькая девочка. На ней были заплетены две задорные косички, а круглые карие глаза лучились радостью. Господин Чжан держал её за ручку и шутливо ворчал:

— Жуйжуй, не балуйся, упадешь!

Линь Шэн онемел.

Как такое возможно?!

Эта девочка... Жуйжуй?!

У Линь Шэна волосы встали дыбом. Чжан Цзю медленно повернула к нему голову, и в её расширившихся от дикого ужаса зрачках читался один и тот же вопрос: «Это ведь не сон?!»

Девчушка смеялась так звонко и беззаботно, но у Линь Шэна от этого смеха мурашки бежали по коже.

Даже если у Ван Синя были галлюцинации и он не выбросил младенца, всё равно это полный бред!

Линь Шэн четко помнил: ещё пару часов назад ребёнок был грудным младенцем, завернутым в пелёнки! Как он мог за какими-то полдня превратиться в пятилетнего ребёнка, который свободно бегает и разговаривает?!

Под двумя парами остекленевших от шока глаз семья господина Чжана поднялась по лестнице, сияя счастливыми улыбками.

Когда их силуэты скрылись в глубине дома, Чжан Цзю бессильно опустилась на корточки, обхватив колени руками. Её колотила мелкая дрожь.

—... Скажи, что это галлюцинация. Пожалуйста...

Линь Шэн сглотнул вязкую слюну и с силой ужалил себя за бедро.

Острая боль немного прояснила туман в голове, и в разуме вспыхнула страшная, догадка:

Этот ребёнок — не человек. На него не распространяются законы природы. Ван Синь атаковал монстра, и теперь монстр вернулся.

— Дело дрянь! Надо срочно найти Ван Синя!

***

К этому моменту мрачные тайны дома начали постепенно выходить наружу. Линь Шэн прочёсывал этаж за этажом, параллельно анализируя имеющиеся сведения и пытаясь выстроить их в логическую цепочку.

Из газет игроки узнали о пяти пропавших девушках. Всем им было около двадцати лет.

Каждый раз после очередного исчезновения бойня начинала работать в сверхурочном режиме. Значит, подвал напрямую связан с убийствами. Возможно, там просто уничтожали улики.

В первый же день хозяин бойни поругался с Чжаном. Позже Дай И подслушал, как мясник и слепой гадатель Дон обсуждали господина Чжана. Мясник хотел избавиться от него, но старик Дон заявил: «Не стоит марать руки, всё решится само».

Линь Шэн предполагал, что старик сделал такой вывод после того, как погадал Сяо Юэ. Девушка слепа в своей любви и, судя по её рассказам, Чжан просто использует её. Его бывшая сгорела на пожаре — пожаре, к которому Чжан мог иметь самое прямое отношение.

И, наконец, этот ребёнок.

Когда его только принесли, он лежал в конверте, но уже тогда смотрел слишком осмысленно. А затем в лифте появилась призрачная женщина в лифте... Ван Синь, заподозрив неладно, выбросил младенца с седьмого этажа, но тела на земле не оказалось.

А спустя всего пару часов ребёнок не просто вернулся целым и невредимым, но и мгновенно повзрослел!

***

Чжан Цзю обнаружила пропавшего Ван Синя на пролёте, ведущем в подвал.

— Ты куда сбежал?! Мы чуть со страху не умерли! Трудно было предупредить?!

После встречи с аномальной девочкой Чжан Цзю была на пределе. Если бы Ван Синь не действовал так самовольно, ничего бы этого не случилось!

Задыхаясь от быстрого бега и гнева, она прижала руку к груди:

— Мы всю прошлую жизнь положили, чтобы найти твои концы! А ты просто удрал! Ну и ну, ни стыда ни совести!

Ван Синь стоял на ступенях спиной к ним. Несмотря на её град упрёков, он даже не шелохнулся.

— Ван Синь... Девочка вернулась, — тихо произнёс Линь Шэн.

Ван Синь мгновенно вздрогнул. Он медленно обернулся, бросил на них странный, пустой взгляд и вдруг со всех ног бросился вниз, скрывшись за поворотом лестничной клетки.

— Стой!

Линь Шэн кинулся следом, Чжан Цзю — за ним.

Спустившись на цокольный этаж, они увидели, как Ван Синь на мгновение замер у входа в подземную бойню, заглянул внутрь и нырнул за тяжёлые пластиковые шторы.

Линь Шэн выставил руку, останавливая рванувшуюся за ним Чжан Цзю:

— Погоди. Что с ним не так?

Девушка тяжело дышала, хватая ртом воздух:

— Не знаю... Вдруг побежал... За нами же ничего не было!

Глядя на покачивающиеся полосы грязного пластика, Линь Шэн чувствовал, как внутри всё сжимается от плохого предчувствия. Зачем Ван Синю понадобилось бежать именно туда? Там что-то есть?

Они осторожно приблизились к дверям. В прошлый раз игроки лишь стояли у входа, не решаясь зайти в сам цех. Линь Шэн помнил тот жуткий гул работающих станков и визг, от которых кровь стыла в жилах.

Он медленно отодвинул край шторы. К счастью, сегодня цех стоял обесточенным, что немного успокоило. Линь Шэн заглянул внутрь.

Бойня представляла собой полуавтоматический конвейер. При работе скот загоняли в узкий коридор, где животные двигались по транспортерной ленте. Забой и спуск крови работники производили вручную.

После этого туши поддевали за задние ноги металлическими крюками и отправляли по подвесным рельсам в следующий цех, где их разделывали на куски.

Чжан Цзю пряталась за спиной Линь Шэна, с опаской оглядывая помещение.

Острые крючья, огромные лезвия, холодный блеск нержавеющей стали... На защитных щитках виднелись бурые, давно запекшиеся брызги крови.

Неужели тех пропавших девушек привозили сюда?! Им ведь было столько же лет, сколько и ей... От этой мысли Чжан Цзю забила крупная дрожь.

— Может... вернемся? — прошептала она.

Линь Шэн и сам склонялся к этому. Своё обещание помочь Ван Синю они выполнили с лихвой: и ребёнка искали, и следом за ним в подвал спустились. Но в игре каждый сам отвечает за свои глупости. Ван Синь сёл в лужу из-за собственной паники, и рисковать жизнями ради него дальше было бессмысленно.

— Я тоже не хочу туда идти. Пошли.

Они развернулись, намереваясь уйти, как вдруг перед ними словно из воздуха возник Ван Синь. Линь Шэн от неожиданности вздрогнул. Ван Синь стоял буквально в метре от них, опустив голову. Его плечи нервно подрагивали, будто он бесшумно плакал.

Чжан Цзю боем боялась вымолвить слово. Глядя на эту неестественную позу, она вдруг с ужасом осознала: перед ними стоял вовсе не Ван Синь...

Парень медленно поднял голову. Лицо его было мертвенно-серым, а белки глаз залила густая кровь. Линь Шэн внезапно почувствовал, как его ноги снова сковал знакомый, тяжелый холод — точно так же, как в лифте при встрече с призрачной женщиной в лифте!

— Я остался внутри... — просипел Ван Синь.

В его глазах мелькнула нечеловеческая злоба. С этими словами он с дикой силой толканул Линь Шэна и Чжан Цзю в грудь, впихивая их внутрь цеха.

Тяжёлая железная дверь с грохотом захлопнулась за их спинами. Оцепенение спало, Линь Шэн подскочил к двери и стал отчаянно рвать ручку, но та даже не шелохнулась.

И в этот самый момент над их головами раздался бесстрастный, ледяной голос Системы:

**[Игрок Ван Синь погиб]**

**[Осталось игроков: 5]**

**[Текущий рейтинг: Господин Чжан > Владелец бойни > Старец Дон > Чжао Ань > Сяо Юэ]**

Чжан Цзю обомлела. Ван Синь... умер?! Только что ведь стоял перед ними!

Линь Шэна обдало морозом. То, что только что толкнуло их в цех... было лишь одержимой оболочкой Ван Синя.

Вокруг царила душная, мёртвая тишина, нарушаемая лишь их рваным дыханием. Всё произошло слишком быстро. Оказавшись в ловушке на проклятой бойне, Чжан Цзю была на грани истерики. Она боялась представить, что будет дальше.

И тут из глубины тёмного цеха донёсся женский плач.

Линь Шэн замер, прекратив колотить в дверь.

Женщина рыдала навзрыд. Её отчаянные, исполненные боли стоны эхом разносились по гулкому помещению. У Линь Шэна мурашки побежали по коже. Выхода не было — оставалось лишь медленно повернуться лицом к опасности.

Вдруг под потолком с треском вспыхнули люминесцентные лампы. Загудели моторы, зазвенели цепи — конвейер ожил.

Плач мгновенно стих. За спиной Линь Шэна никого не оказалось, но от увиденного впереди у него перехватило дыхание.

Сигнал к началу работы был более чем очевиден. Стоять на открытом месте равнялось смерти. Линь Шэн в охапку сгреб Чжан Цзю и утянул её в тень за массивный рабочий стол. Девушка зажала рот обеими руками и замерла.

Из их укрытия вся линия просматривалась как на ладони. На транспортер выскочили визжащие свиньи. В конце узкого загона их уже поджидал рабочий в промасленном фартуке. Раздался треск электрического разряда, животное мгновенно парализовало, и туша грузно рухнула на пол.

Рабочие ловко поддевали ноги скотины крюками, после чего другой человек с широким ножом профессиональным движением вскрывал туше артерию на шее.

Кровь хлестала упругой струёй, стекая в специальные желоба.

Мимо их укрытия то и дело проходили люди в испачканной одежде. Сначала Линь Шэн сжимался в комок и задерживал дыхание, но вскоре до него дошло: рабочие их просто не видят.

Один из мясников нагнулся прямо перед столом, чтобы поднять упавший нож, и даже не взглянул в их сторону.

Вдруг снаружи донеслись чьи-то голоса. Линь Шэн навострил уши и шепнул Чжан Цзю:

— Ты слышишь?..

Чжан Цзю истово закивала, её глаза округлились.

Линь Шэн почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. За дверью раздавались... их собственные голоса!

— Здравствуйте, мы из службы безопасности дома. Нам нужен хозяин бойни. Он у себя?

— Нет-нет, никаких жалоб, у нас просто... плановая проверка противопожарной безопасности.

— Покажите, пожалуйста, график смен.

***

Линь Шэн прочитал в глазах Чжан Цзю немой ужас. Честно говоря, он и сам чувствовал то же самое. За дверью звучали голоса игроков, записанные в первый же день их пребывания здесь!

«Это... иллюзия? Реконструкция прошлого?»

Другого объяснения не было. В тот день они находились в кабинете директора, а сейчас — внутри разделочного цеха. Время не повернуть вспять, значит, они попали в призрачный слепок памяти этого места.

Чтобы окончательно убедиться в своей догадке, Линь Шэн стиснул зубы и вылез из-под стола.

И точно! Снующие туда-сюда рабочие просто проходили сквозь него, не замечая чужака.

Удостоверившись в безопасности, Линь Шэн смело шагнул вдоль конвейера. Ошпаренные туши свиней уже очистили от жгучей жвачки, и мясник с ловкостью хирурга вскрывал брюшину, запускал руку по локоть внутрь и вываливал нутро в лотки.

Чжан Цзю сморщилась. Тяжёлый дух свежей крови и содержимого желудков выбивал слезы. После такого зрелища мясо есть не захочется ещё долго.

И тут взгляд Линь Шэна зацепился за нечто нереальное.

Среди ровного ряда свиных туш на транспортере появилось тело совсем иной формы. Мертвенно-белая кожа, длинные чёрные волосы... Разглядев его, Линь Шэн застыл.

— А Дай И-то оказался прав...

На ленте среди свиных туш лежало обнаженное женское тело. Её конечности были переломаны и вывернуты под неестественными углами. Из глаз, ушей и носа сочилась тёмная кровь, а спутанные волосы залепили лицо.

Рабочий с абсолютно равнодушным лицом накинул металлическую петлю на её лодыжку, словно делал это каждый день. Конвейер дернулся, и подвесной рельс под потолком потащил мёртвую девушку дальше по цеху.

Линь Шэн поднял голову.

Среди мерно плывущих свиных туш подвешенное вниз головой женское тело выглядело диким, кошмарным изъяном. Её руки, словно плети, болтались в воздухе, а с кончиков пальцев на залитый жиром пол кап-кап-капала алая кровь.

Бойня наконец замерла. Тяжёлые ворота со скрипом разошлись, а оглашенный Ван Синь словно сквозь землю провалился. Линь Шэн и Чжан Цзю смешались с толпой отработавших смену рабочих и вышли наружу.

Путь до дежурки прошёл без происшествий, но на обоих не было лиц. Чжан Цзю, всю дорогу крепившаяся из последних сил, больше не могла сдерживаться: сгрёбшись за край стола, она согнулась пополам, и её жестоко вывернуло наизнанку.

— Это ведь была женщина?.. — пролепетала она, утирая губы. — Линь Шэн, скажи, что мне не мерещится.

Линь Шэн промолчал. Разумеется, ей не мерещилось — девушка просто отчаянно цеплялась за отрицание. Пусть они побывали в мороке, Линь Шэн не сомневался: кошмар, развернувшийся перед их глазами в цеху, когда-то случился на самом деле.

— Поначалу я думал, будто в Ван Синя вселилась та призрачная женщина в лифте, — Линь Шэн расстегнул верхнюю пуговицу сорочки и плеснул в лицо ледяной водой из-под крана.

В тот миг, когда появился Ван Синь, Линь Шэн ненадолго потерял контроль над собственным телом, и это знакомое оцепенение сразу напомнило о призраке из лифта.

— Но теперь ясно: это кто-то другой.

Сущность, заточившая их в иллюзии, явно не желала им зла — иначе оба давно бы легли костями. А вот призрачная женщина в лифте пылала лютой ненавистью и при первой же встрече вознамерилась пустить Линь Шэна на распил.

Тварь же, сидевшая в Ван Сине, лишь заставила их стать свидетелями того, как расправились с несчастной женщиной.

— Помнишь, что забормотал Ван Синь перед тем, как затолкнуть нас в цех?

Чжан Цзю нахмурилась, судорожно восстанавливая в памяти детали. Тот ужас отпечатался в её голове намертво:

— Он сказал... «Я заперта внутри».

Теперь пазл сложился. Ван Синем овладел дух. Дух не искал крови игроков — он лишь пытался поведать о зверствах, творившихся на бойне. Судя по той фразе, невидимой пленницей оказалась та самая расчленённая женщина. Скончавшись в муках и не найдя покоя, она жаждала возмездия руками выживших.

Но отчего же сгинул сам Ван Синь?

— Ван Синь начал вести себя странно аккурат после того, как пропало тело младенца, — восстанавливал цепочку событий Линь Шэн. Потеря первого игрока требовала тщательного анализа: нужно было досконально понять причину гибели.

— Тот женский призрак можно сразу сбросить со счетов, — подала голос Чжан Цзю. — К нам она была безразлична, да и Ван Синя укокошить бы не стала.

Они перебирали версии одну за другой, когда порог дежурки переступили Чэнь Ци и У Цзыань.

— С какого перепугу лифт встал? — с порога буркнул Чэнь Ци.

— Вы что, опять на нём кататься собрались? — тут же взвилась Чжан Цзю. — Линь Шэн же русским языком предупреждал, что встретил там неупокоенную!

— Да не собирались мы кататься! — отмахнулась У Цзыань с нескрываемым раздражением. — Просто засекли странность. Впрочем, толку с вас... Забудьте.

Чжан Цзю поперхнулась от такой наглости и закатила глаза.

У Цзыань с Чэнь Ци направились к сломанному подъёмнику. Линь Шэн поднялся и пошёл следом: игнорировать зацепки нельзя. Чжан Цзю хоть и затаила обиду, но упускать важные детали тоже не хотела, а потому увязалась за ними, ворча под нос:

«Ишь, вырядилась... Подумаешь, ветеран! Вот вырасту и посмотрю на тебя свысока!»

Впрочем, подобравшись к кабине, девушка моментально спряталась за широкую спину Линь Шэна.

На цифровом табло горел унылый прочерк.

— Когда он отключился? — спросил Линь Шэн у Чэнь Ци.

— Да с полчаса назад, — Чэнь Ци потыкал пальцем в запавшую кнопку. Разумеется, безрезультатно.

Линь Шэн прижал ухо к прохладному металлу дверей, опасаясь, что внутри мог застрять кто-то из жильцов.

— Ну что там? — прошептала Чжан Цзю.

Линь Шэн приложил палец к губам, прислушиваясь.

— Странно... Будто капает что-то. Чит-чит-чит... Неужто труба протекла?

У Цзыань и Чэнь Ци обменялись переглядами.

— Что там с Ван Синем? — в упор спросила У Цзыань.

Системное оповещение о смерти игрока приходит всем одновременно. Линь Шэн вкратце обрисовал недавние события на бойне. У Цзыань нахмурилась:

— Господин Чжан до сих пор висит на первом месте в списке активности. Хотя висит на волоске, но живой. Иронично: подшефный NPC цел, а игрок отбросил коньки раньше него.

Значит, защита подопечных — далеко не единственный фактор выживания. Неупокоенные духи могут забрать любого, если потерять бдительность.

У Цзыань крутанула рычаг аварийного открытия дверей — ноль реакции.

— Чэнь Ци, тащи лом.

— Чего?! — вытаращился тот. — В смысле «лом»? Ты сошла с ума — дверь взламывать?!

Там же чертовщина водится!

Однако спорить с У Цзыань было бесполезно. Девушка проявила упрямство, и Чэнь Ци, поворчав, покорно отправился на поиски инструмента. Линь Шэн чувствовал смутную тревогу, но мешать не стал: если уж У Цзыань так упёрлась, значит, рассчитывает нарыть что-то стоящее.

Попотеть пришлось знатно, но сцепка поддалась, и створки разъехались. Внутри было пусто.

Из шахты отчётливо доносился мерный стук падающих капель. У Цзыань заглянула внутрь и задрала голову, сканируя каждый сантиметр кабины.

Взгляд её зацепился за аварийный люк в потолке.

— А вот и отгадка.

Чэнь Ци осторожно подобрался ближе:

— Где?

В следующий миг он разглядел тёмно-алые струйки, просачивающиеся сквозь щели потолочного люка, и отшатнулся с проклятием.

Матовое стекло скрывало то, что лежало на крыше кабины, но догадаться было несложно. Пока здоровый мужик Чэнь Ци бледнел и заикался, У Цзыань проявила ледяное спокойствие:

— Поднимемся на второй этаж и вскроем створки там. Сразу станет ясно, чья кровь цедится в шахту.

Повторив процедуру на втором этаже, они заглянули на крышу застрявшей между ярусами кабины. Там ничком лежал не кто иной, как Ван Синь.

— Кровь из рта и носа, оторваны левая рука и нога... — У Цзыань с медицинским бесстрашием осмотрела останки. — Судя по характеру повреждений, его тупо размозжило от удара.

Закончив осмотр, она подняла подбородок и вгляделась в зияющую темноту шахты:

— Как думаете, это тварь с седьмого этажа спустила его с небес на землю?

Чжан Цзю обдало морозом. Значит, Ван Синю не показалось! Он выбросил призрачного младенца из окна седьмого этажа, а мстительный ублюдок вернулся и отплатил той же монетой, сбросив обидчика в глухую шахту...

Закономерный финал.

— Ну и лютая же смерть... — Чжан Цзю обхватила себя за плечи, содрогаясь. Перспектива остаться единственной защитницей квартиры 703 вводила её в ужас.

— Сам виноват, — хмуро бросил Чэнь Ци. — Нечего было сгоряча выбрасывать ребёнка из окна.

— Психика не выдержала, — констатировал Линь Шэн.

— Напомнить хочу, — пробормотала Чжан Цзю, — Ван Синь обмолвился, будто ночью ему снился тот самый младенец. Деталей он не раскрыл, но...

— Думаешь, его сломали во сне? — фыркнул Чэнь Ци. — Ха! Здоровый мужик, а наложил в штаны из-за кошмара?

— Здешние твари способны подчинять чужой разум, — веско возразил Линь Шэн. — Мы с Чжан Цзю только что побывали в мороке. Кто знает, что Ван Синю явилось во сне?

— Да мне тоже всякая дрянь снилась, — отмахнулся Чэнь Ци. — И ничего, живой. Приснилась куча кошек.

— Кошек? — Линь Шэн мгновенно вскинул голову, вспомнив гору кошачьих трупиков, откопанных возле дома. Чутьё подсказывало: тут кроется зацепка. — Расскажи подробнее.

— Да чё рассказывать? — нахмурился Чэнь Ци. — Снилось, будто вокруг меня вьются кошки. Чёрные, белые, трёхцветные... Орали во всё горло, пока я не проснулся.

— И всё?

— И всё.

Линь Шэн нахмурился. Слишком мало данных. Но почему именно кошки? Не псы, не крысы. Сон явно был вещим.

— А у Чжао Аня ты был? — спросил он. — В его квартире есть что-нибудь подозрительное?

— Парнишка живёт один, хата захламлена, кошек — пруд пруди, вонь стоит адская. А так — ничего особенного.

За разговором четвёрка вернулась в пост охраны. На этот раз внутри находился Дай И.

У Цзыань уселась за мониторы. Системные функции обычно позволяли смотреть лишь эфир в реальном времени, но девушка умела обходить ограничения: Линь Шэн заметил, как запись на экране помчалась в обратную сторону на ускоренной перемотке.

Она искала момент, когда Ван Синь заходил в лифт.

В кадре промелькнул силуэт. У Цзыань сбросила скорость.

Запись показала: после того как Линь Шэн с Чжан Цзю ушли искать тело младенца, Ван Синь некоторое время сидел на полу, словно истукан. Затем его тело судорожно дёрнулось. Он поднялся с таким видом, будто очнулся от глубокого сна, вышел в холл и вызвал подъёмник.

Зная о жуткой кончине Ван Синя, смотреть на эти кадры было тошнотворно. Но хуже всего выглядела его походка.

Ван Синь всегда ходил вразвалочку, по-медвежьи. На видео же он двигался странными, подпрыгивающими шажками — точь-в-точь как тот аномальный ребёнок с седьмого этажа.

*Тук-тук-тук.*

Внезапный стук в дверь дежурки заставил всех вздрогнуть.

— Кто там?

Тишина. У Цзыань стояла ближе всех к выходу. Глянув в окошко и никого не обнаружив, она распахнула дверь.

На пороге стояла та самая девочка, удочерённая жильцами с седьмого этажа. Из-за её крошечного роста У Цзыань сначала подумала, что за дверью никого нет.

Игроки онемели. Дело было не только в том, что эта малявка полчаса назад зверски разделалась с Ван Синем, но и в самом её виде.

Со слов Линь Шэна они знали о её аномалии, но увидеть собственными глазами — совсем другое дело. Ещё недавно это было грудное младенчество в пелёнках, а теперь перед ними стояла девчушка, способная бегать, прыгать и изъясняться связными фразами. Скорость её роста пугала до чертиков.

Забавно повязанные хвостики-рожки, ровная чёлка. Заметив У Цзыань, девочка склонила голову набок и ангельски улыбнулась:

— Старшая сестрёнка, ты не видела моих улиток?

У Цзыань опешила, пытаясь сообразить, о настоящих ли моллюсках речь или о какой-то иносказательной жути.

— Что?.. — выдохнула она, беря себя в руки.

Девчушка сощурилась и указала пальчиком внутрь комнаты — аккурат на стул, где любил сидеть покойный Ван Синь:

— Мои улиточки уползли к вам. Они такие прожорливые! Можно я заберу их домой?

Её подчёркнутая вежливость отдавала такой леденящей ненормальностью, что у игроков волосы встали дыбом. Они молча расступились, давая странной гостье дорогу.

Девчушка просеменила к столу, водя глазами по сторонам. Наконец её взгляд замер на выдвижном ящике.

Она выдвинула его и радостно всплеснула руками:

— Нашла-а-а!

Внутренность деревянного ящика сплошь кишела улитками. Раковины сидели впритирку друг к другу, образуя шевелящийся, осклизлый ковёр. У любого трипофоба от такого зрелища разрыв сердца случился бы на месте.

Все ахнули.

Линь Шэн скривился, ощущая, как по коже бежит крупная дрожь. Они сто раз проходили мимо этого стола и понятия не имели, когда и кто успел напихать туда мерзких моллюсков.

— Я их заберу, ладно? — девочка обхватила ящик за края и обернулась с вопросительным видом.

Чэнь Ци, которого мутило от одного вида этой шевелящейся массы, истошно замахал руками:

— Забирай! Да хоть вместе со столом забирай, только сгинь!

Никого уже не удивляло, откуда у маленькой девочки сила выдернуть тяжёлый ящик из массива дуба. Происходящее давно вышло за рамки здравого смысла. Побледневшие игроки молча проследили, как девчушка вприпрыжку уходит прочь.

Едва за ней закрылась дверь, присутствующие разом высыпали на улицу — сидеть в комнате, где мебель кишит неизвестной дрянью, не было никаких сил.

Лишь Дай И остался внутри. Он медленно обошёл комнату, погружённый в раздумья.

Зачем девочке-призраку понадобилось устраивать этот спектакль на глазах у всех? Если бы она хотела убрать игроков, ей незачем было раскрывать карты. Вбросить улиток она могла тайно — а значит, и убить способна сотней иных способов. Так какова её цель? Просто похвастаться питомцами?

Дай И замер подле осиротевшего стола. Что-то тут не сходилось. Наклонившись, он вгляделся в тёмную нишу, откуда вытащили ящик.

Там, в глубокой щели, блестела ещё одна раковина.

***

День четвёртый.

В животе у Чжан Цзю уныло заурчало.

На душе у неё было паршиво: вчерашние картины из бойни стояли перед глазами, а ночной визит девочки с улиточными потрохами окончательно добил аппетит. Желудок требовал топлива, но при мысли о еде накатывала тошнота.

Остальные чувствовали себя не лучше. Все понимали: в играх на выживание истощение равносильно смерти. Но предложи им сейчас сочный стейк — вырвало бы прямо на ковёр. Любой намёк на мясо вызывал стойкое отвращение.

Время обеда снова собрало всех в будке охраны. Четыре пары глаз выжидательно уставились на Линь Шэна.

Тот лишь вздохнул.

За последние дни, благодаря вылазкам Дай И, кулинарная книга Линь Шэна разрослась до размеров ресторанного меню.

— Так... — протянул он. — Как насчёт свежего овощного салата?

При слове «овощной» лица присутствующих заметно прояснились.

— Согласен на всё, — оживился Чэнь Ци.

— Салат — это то, что надо! — подхватила Чжан Цзю.

Даже хмурая У Цзыань подала голос:

— Каждый день радуешь разнообразием. Спасибо за труды.

— Да пустяки, — улыбнулся Линь Шэн и мимоходом взглянул на Дай И.

Тот, похоже, не хотел афишировать, что вместо поиска зацепок занимался провиантом, так что Линь Шэн предпочёл сохранить их маленькую тайну.

Перед игроками материализовались пять глубоких мисок. Сочная зелень и ярко-красные черри выглядели настолько свежо и аппетитно, что тоска моментально отступила.

Чэнь Ци уплетал за обе щёки и управился в считаные минуты. Поглаживая сытый живот, он блаженно зажмурился: когда ещё в «Небесной Завесе» выпадала возможность кушать от пуза, да ещё и такую вкуснотищу?

— Брат, от души! — он покровительственно хлопнул Линь Шэна по плечу. — Вот бы и в следующем инстансе с тобой пересечься!

Чжан Цзю была полностью согласна. В прошлый раз, будучи новичком, она перебивалась с хлеба на воду и чувствовала себя дикарем. Сравнивая с нынешним комфортом, она с двойным удовольствием отправила в рот хрустящий огурец.

— Кстати, — вспомнил Чэнь Ци, — Линь Шэн, ты уже состоишь в гильдии?

— Ещё нет, — качнул головой тот. — Я на Платформе-то был всего один раз.

Чэнь Ци понизил голос, покосившись на доедающую салат У Цзыань:

— Если выберусь отсюда живым, меня официально примут в «Сердце Розы». Тогда я и тебя подтяну!

«Подтяну»? Линь Шэн мысленно хмыкнул. Отчего-то в этом посуле проскользнули нотки вербовки в сетевую пирамиду.

Впрочем, Чэнь Ци говорил искренне. Он действительно проникся благодарностью — да и кто откажется от собственного шеф-повара в команде? Но у Линь Шэна имелись собственные соображения, афишировать которые он не спешил.

Из слов собеседника выходило, что этот инстанс служил для Чэнь Ци вступительным испытанием. Пройдёт — получит заветный билет в гильдию.

Теперь понятно, отчего он так выслуживался перед У Цзыань. Девушка упоминала о слабом здоровье — вот и обзавелась личным адъютантом.

Покончив с трапезой, игроки разошлись по объектам. Линь Шэн уже нацелился на восьмой этаж, когда его окликнул Дай И:

— Глянь-ка, сможешь вписать это в рецепт?

Привычная фраза. За последние дни Линь Шэн привык к странным находкам Дай И, ведь именно благодаря им расширялся кулинарный арсенал.

— Давай зыркнем.

Дай И раскрыл ладонь. На широкой мозолистой ладони сидела... обычная улитка.

Линь Шэн онемел.

— Ты серьёзно?..

Народ ещё от вчерашнего шока не оправился, а этот деляга уже прикидывает, можно ли подать брюхоногое к столу?!

На лице Линь Шэна написалось крайнее отвращение, но Дай И остался непреклонен:

— Пробуй.

Вздохнув, Линь Шэн опустил моллюска на страницу книги. Улитка выпростала длинные рожки и неторопливо поползла, оставляя за собой липкую влажную дорожку.

Одна-то сама по себе выглядела вполне безобидно — совсем не так тошнотворно, как вчерашнее шевелящееся месиво. Линь Шэн даже вспомнил, что эскарго по-бургундски считаются изысканным деликатесом. Впрочем, французы вряд ли думали о восстановлении выносливости в смертельных играх...

Пока он витал в облаках, страница с шелестом перевернулась.

Линь Шэн ожидал увидеть очередной рецепт французской кухни, но текст на листе заставил его замереть:

**[Наименование: Раковина улитки (Особый предмет)]**

**[Описание: Изготовлено из ключевого предмета инстанса «Зловещий доходный дом» — «Улитка Тянь Шицин». Прочный панцирь служит надежным укрытием от любых атак. Спрячьтесь внутри и ни о чём не беспокойтесь.]**

**[Длительность: 1 минута]**

**[Количество использования: Неограниченно]**

Линь Шэн вытаращился на текст. Ещё один особый предмет!

Первым был энергетический напиток с Антарктической полярной станции. Если бы он тогда не рискнул вернуться в лабораторию, упустил бы редчайшую артефакторику.

Значит, в каждом мире спрятаны подобные вещи — главное, суметь их распознать и активировать.

И главное: эту «Раковину» можно активировать сколько угодно раз! Линь Шэн вскинул глаза на Дай И, взволнованно переводя дыхание.

Тот усмехнулся:

— Что за блюдо тебя так вставило?

— Это не блюдо! Это артефакт!

Линь Шэн скрывать ничего не стал: Дай И заслужил полное доверие, да и улитка была его находкой.

Ознакомившись с описанием, Дай И одобрительно хмыкнул:

— А в прошлом мире что ты скрафтил?

Линь Шэн без утайки выложил историю с Антарктической полярной станцией. Услышав, что он за просто так отдал энергетик Ма Ичэню, Дай И перебил его:

— Ты сдурел? Ты хоть представляешь, сколько эта жижа стоит на чёрном рынке?

Линь Шэн помялся. Дай И вёл торговлю на Платформе и ценники знал до медяка.

— И сколько?

— Скажем так: на сотню горшков с кактусами хватит.

Горшок кактуса — две тысячи монет. Сотня — это... двести тысяч?!

Линь Шэн проглотил ком. Дай И покачал головой:

— Жаба задавила?

— Вовсе нет, — качнул головой Линь Шэн.

Вспоминая прошлую игру, он вздохнул:

— Наш расклад отличался от здешнего. Мы, новички, держались вместе... Если не считать Сюй Янли. Погибшая девушка была невестой Ма Ичэня. Он горел местью, и я понимал его чувства. Мы все были зелёными, выжить — и то за счастье. Я хотел дать ему шанс.

Двести тысяч золотых — сумма огромная. Линь Шэн за весь проход получил чуть больше одиннадцати тысяч. Но есть вещи, которые не измеришь монетами.

Жизнь товарища дороже.

— Ладно, проехали, — Линь Шэн переменил тему. — Ты обратил внимание на описание? Написано: «Улитка Тянь Шицин».

Дай И кивнул:

— Тянь Шицин — это та девчушка.

— Именно. И ещё кое-что: помнишь день, когда господин Чжан и Сяо Юэ принесли её из приюта? Мы пересеклись в лифте. Они спорили из-за домашнего имени. Как только прозвучало имя «Тяньтянь», господин Чжан взвился как ужаленный.

Дай И задумчиво погладил бородку:

— Хочешь сказать, Тяньтянь — это и есть Тянь Шицин?

Линь Шэн серьёзно кивнул.

Игра перевалила за экватор, и расследование Линь Шэна принесло новые плоды.

Старик-гадатель из 804-й квартиры, похоже, слёг с тяжелым недугом. Линь Шэн несколько раз под предлогом помощи выносил его бытовой мусор, а сам, забившись в укромный угол и надев перчатки с маской, дотошно перебирал содержимое пакетов.

Не будь вокруг смертельной угрозы, Линь Шэн в жизни не опустился бы до подобного. Прежде ему никогда не приходилось копаться в чужих отбросах. Однако он где-то слышал, что детективы часто выслеживают подозреваемых именно по мусору, выискивая скрытые улики, вот и решил взять метод на вооружение.

Этим малоприятным ремеслом Линь Шэн занимался уже несколько дней. Наконец упорство вознаградилось: небеса сжалились над ним, и в руках оказалась стоящая зацепка!

Линь Шэн щипцами подцепил окровавленный платок и отбросил в сторону — за сегодня ему попалось уже несколько таких же.

«Старик явно неизлечимо болен. Всё зашло настолько далеко, что он харкает кровью».

Глядя на багровые пятна, Линь Шэн невольно проникся тревогой.

Будь его противником нечисть или злые духи, жаждущие людской крови, он хотя бы попытался бы оказать сопротивление. Но болезнь забирает жизни безо всякой логики и пощады. Если назначенный ему NPC загнётся от недуга, развязка окажется слишком уж нелепой и обидной.

Запыхавшись, Линь Шэн поднялся на восьмой этаж, намереваясь напрямую выяснить у старика, чем тот болен.

В жилище старца Дона по-прежнему царил мрак. Лишь тусклое пламя свечей выхватывало из темноты очертания неизвестных идолов, отчего обстановка казалась откровенно жуткой.

Стоило Линь Шэну переступить порог, как в нос ударил спертый, тошнотворный запах гниения.

Старик, вцепившись в дверной косяк, зашелся в тяжелом кашле раньше, чем успел вымолвить хоть слово. Его и без того сгорбленная спина согнулась еще сильнее. От этих сухостойно-хриплых звуков Линь Шэн поморщился; сердце его заныло от беспокойства, словно оказавшись на раскаленной сковороде.

— Старец Дон, как вы себя чувствуете? Чем вы больны?

Старик одарил Линь Шэна мрачным, тяжелым взглядом и лишь спустя долгое время, с трудом переведя дух, проскрипел:

— Я ветхий трухлявый дед. Откуда у меня возьмётся здоровье?

Он вперил мутные глаза в Линь Шэна и, заметив на лице гостя искреннее беспокойство, зловеще произнес:

— Боишься, что я кости здесь сложу?

«Я боюсь не за твои кости, а за свою шкуру», — мысленно огрызнулся Линь Шэн.

Видя, что парень молчит, старик издал сухой смешок:

— А ты забавный малый. Ежели так печешься о моем здравии, не одолжишь ли мне пару-тройку лет собственной жизни?

Линь Шэн опешил. «Чего-чего?! Ты что, шутишь?!»

По сравнению с прошлым разом старик Дон выглядел еще более источенным загробным тленом, да и речи его звучали дико. Любой нормальный человек при болезни идет лечиться, кому вообще придет в голову «одалживать годы жизни»?

От его взгляда по коже Линь Шэна побежали мурашки. Старик вечно напускал на себя жуть, хотя сам дышал на ладан.

— Дедушка, я ведь из благих побуждений. Если больны — пейте лекарства. Если трудно ходить в аптеку, я сам всё принесу. Главное — не запускайте болезнь.

С возрастом многие старики превращаются в ходячие фармацевтические склады. Хоть технологии и увеличили продолжительность жизни, необходимость ежедневно глотать горсти таблеток стала настоящим проклятием для пожилых. Бабушка с дедушкой Линь Шэна были точно такими же — после еды заглатывали лекарств больше, чем съедали пищи. Судя по виду старца Дона, его ситуация ничем не отличалась.

— Давайте-ка взглянем, какие снадобья вы принимаете.

Линь Шэн подхватил стоявший неподалёку подсвечник, чтобы подсветить себе — в этой непроглядной тьме даже названий на коробках не разобрать.

Кто же знал, что простое движение вызовет у старика бурю эмоций.

— Не трогай! Поставь сейчас же!

Прежде двигавшийся с трудом старик Дон вдруг метнулся к нему с прытью испуганного кролика. Линь Шэн вздрогнул от неожиданности. Огонек свечи затрепетал, на мгновение высветив перекошенное от паники лицо старика.

— Осторожно! Поставь на место! Очень плавно!

Увидев, что Линь Шэн аккуратно вернул подсвечник на стол, старик облегченно выдохнул. Он тут же закрыл свечу своим телом, заслоняя её от Линь Шэна, будто опасаясь новой попытки.

— Проваливай отсюда! — хрипло прошипел старик Дон. — Это же моя Лампа продления жизни! Задуешь ее — я из последних сил с собой тебя на тот свет уволоку!

С этими словами старец с неожиданной силой вытолкал Линь Шэна за порог и с треском захлопнул дверь прямо перед его носом.

«Лампа продления жизни?»

Линь Шэн слышал это словосочетание впервые. Будь это в прошлой жизни, он сразу списал бы всё на суеверия и деревенское мракобесие. Однако, повидав призрачную женщину в лифте и неупокоенные души на бойне, не смел делать поспешных выводов.

Старик Дон выглядел догорающим огарком, но все еще упорно цеплялся за жизнь. Вдруг эта свеча действительно способна продлевать дни?

Прежде Линь Шэн помышлял: если старик совсем слежет и откажется от лекарств, можно попытаться напоить его Энергетическим напитком, чтобы тот хоть как-то проскрипел положенные семь дней.

Теперь стало ясно — переживания были излишними.

Жажда жизни в старике Доне зашкаливала: он не только пил снадобья, но и соорудил себе магический артефакт.

Размышляя об Энергетическом напитке, Линь Шэн спускался по лестнице и задавался вопросом:

В основе напитка лежал биологический раствор доктора Хаймана. В прошлом мире Херман с помощью этого препарата вывел чудовищ из-под контроля ученых, что и спровоцировало финальную «Ночь монстров».

Какую же роль в текущем испытании сыграет улитка, из которой изготавливается особый предмет — Раковина улитки?

***

— Допивай молоко и ложись.

Господин Чжан поставил на ночной столик стакан теплого молока. Сяо Юэ с улыбкой кивнула и, сидя в постели, осушила его до дна.

После того медосмотра выяснилось, что Сяо Юэ бесплодна. Однако Господин Чжан не только не упрекнул её, но стал заботиться о ней с еще большим трепетом. Соседи в один голос называли его образцовым мужем.

— Жуйжуй уже спит? — поинтересовалась Сяо Юэ.

— Уснула. Днем ловила улиток в саду под окнами, видать, вымоталась, вот и сморило бедняжку раньше обычного.

Сяо Юэ утерла губы и, заметив на лице мужа тень озабоченности, заботливо спросила:

— Что-то случилось?

Господин Чжан замялся. После долгих расспросов он неуверенно произнес:

— Отец... он так и не сменил гнев на милость?

Улыбка на лице Сяо Юэ погасла. Значит, его гложет именно это.

Глядя на супруга, она почувствовала щемящую жалость. Ее отец с самого начала выступал против их брака. Они надеялись, что штамп в паспорте смягчит его сердце, однако прошло два года, а отец по-прежнему отказывался впускать Чжана на порог даже в Новый год.

— Но у нас ведь есть Жуйжуй. Как ты и говорил, отец увидит, что у нас появилась малышка, и сменит гнев на милость.

Господин Чжан опустил голову и тихо вздохнул:

— Но Жуйжуй ведь... нам не родная.

Сяо Юэ накрыло чувство вины. Не будь она калекой, неспособной выносить ребенка, у них давно рос бы собственный малыш.

— Ничего страшного. Юридически мы ее полновластные родители. Отец поймет, что мы настоящая семья, и осознает, что нам не суждено расстаться.

Встретившись с ее твердым взглядом, Господин Чжан кивнул.

— Кстати, мой знакомый из больницы сегодня обмолвился, что видел твоего отца во время обхода.

Сяо Юэ вздернула бровки:

— Что ты сказал?!

— Похоже, отец слёг в больницу. Давай завтра навестим его вместе и покажем ему Жуйжуй. Как бы то ни было, пожилой человек заболел, и мы, как младшие, обязаны отдать дань уважения. Даже если отец не захочет видеть меня... тебе и внучке он точно обрадуется.

Сяо Юэ сжала ладонь мужа:

— Не говори так. Отец просто чересчур упрям.

Глубокая ночь.

Господин Чжан лежал в постели, и на его губах играла удовлетворенная ухмылка.

На самом деле о госпитализации тестя он узнал еще пару дней назад и тогда же выведал у приятеля подробности:

«У старика проблемы с сердцем, возраст солидный, да еще и гипертония с диабетом. Характер у него, говорят, скверный — вспыхивает по любому поводу. Ты бы поговорил с ним по-хорошему, а то экстренный всплеск эмоций — и всё, готово...»

Получив эти сведения, Господин Чжан не спал всю ночь. Скрыть болезнь от Сяо Юэ насовсем не получилось бы. Тесть никогда не оставлял надежды развести их. Что, если прямо на больничной койке старик потребует от дочери бросить мужа? Послушается ли она его?

Чжан не мог ручаться. Поразмыслив, он решил: им жизненно необходим ребенок.

Приведя Жуйжуй из приюта, он наконец обрел относительное спокойствие.

Лежа в темноте, Господин Чжан смаковал картины завтрашней встречи. Старик при виде удочеренной девочки наверняка изойдется желчью, а там, глядишь, и отколется прямо на месте. Такой исход Чжана более чем устраивал.

Теща — обычная домохозяйка, управляться с бизнесом не умеет. Сяо Юэ — единственная наследница, и в случае смерти отца все состояние перейдет к ней.

Господин Чжан косо взглянул на спящую жену, и уголки его губ поползли вверх.

Его кроткая, послушная суженая...

Ха! Похоже, взлет на вершину жизни не за горами!

Среди ночи сквозь сон Господин Чжан уловил шуршащие, неторопливые шаги за дверью спальни.

Находясь в полудреме, он сперва подумал на воров, но тут же вспомнил: это, должно быть, Жуйжуй.

В доме появился ребенок, и Чжан еще не успел привыкнуть к присутствию третьего человека. Он перевернулся на другой бок, намереваясь провалиться обратно в сон.

«Стоп. Жуйжуй... ходит?»

Господину Чжану показалось, что в этой мысли кроется нечто жуткое и неправильное. Но стоило ему попытаться сосредоточиться, как невидимая сила сдавила разум, повергая мысли в хаотический туман.

Снова шуршание. Словно босые ступни медленно ступают по деревянному паркету. Шаги были неторопливыми, но звук неумолимо приближался.

Морщась от неясного беспокойства, Господин Чжан мельком разомкнул веки.

— А-а!

В спальне царил полумрак, разбавляемый лишь тусклым свечением ночника в углу. Открыв глаза, Чжан обомлел: прямо у постели стояла Жуйжуй и не мигая смотрела на него своими иссиня-черными глазищами.

— Я пришла за тобой.

Господин Чжан нащупал на тумбочке очки и водрузил их на нос:

— Жуйжуй? Ты чего не спишь среди ночи?

Разглядев девочку, он перевел дух. Но с чего это ребенок шарахается по дому в такой час, пугая взрослых? Надо бы заняться ее воспитанием.

— Ты забыл, — произнесла Жуйжуй с жутковатой полуулыбкой.

— Забыл что? — не понял Чжан.

— Мой день рождения.

Девочка стояла перед кроватью, сжимая в руках куклу. Ее тело под цветастой ночной рубашкой заметно вытянулось.

— Когда у тебя день рождения?

Странно. В приюте Чжану божились, что подкидыша нашли прямо у ворот и точной даты никто не знает.

— Пятого июля.

Четкий ответ девочки заставил Господина Чжана замереть. Эта дата пробудила в памяти неприятное воспоминание.

Его охватило раздражение. В году триста шестьдесят пять дней, почему именно этот?!

Он нахмурился и с недовольством бросил взгляд на электронные часы.

Пятое июля закончилось прямо вчера.

— Пятое июля уже прошло. Давай папа завтра устроит тебе праздник и подарит подарок?

Чжан приобнял Жуйжуй и принялся ласково убаюкивать:

— Какой подарок ты хочешь?

Малышка не мигая уставилась на него и вдруг противоестественно усмехнулась.

Она ткнула пальчиком в Чжана:

— Мои улитки проголодались.

Господин Чжан окончательно запутался:

— Что? О чем ты?

Облака затянули лунный диск. В комнате остался лишь слабый желтоватый свет ночника, падавший из-за спины Жуйжуй, отчего ее черты потонули в мрачной тени.

Чжан сладко зевал. Вырванный из сна среди ночи, он валился от усталости и мечтал лишь об одном — уткнуться в подушку. К чему эта детская бессмыслица и капризы?

— Ладно-ладно, — теряя остатки терпения, буркнул Чжан. — Марш в кровать! Все разговоры завтра.

Он откинул одеяло и лично отвёл Жуйжуй в ее детскую.

Укрыв девочку, Чжан продолжал беспрестанно зевать. Малышка же не проявляла ни малейших признаков сна: её огромные глаза смотрели на него упорно и неподвижно.

Внезапно Чжану показалось, будто по комнате пронесся ледяной сквозняк. Он вздрогнул и задрал голову — окно было плотно закрыто.

Странно.

— Спи давай. Доброй ночи.

***

Сяо Юэ проснулась необычайно рано. Господин Чжан еще спал, поэтому она бесшумно поднялась, умылась и отправилась на кухню готовить завтрак.

Сегодня был важный день. Сяо Юэ знала, как тяжело ладят муж и отец. Теперь, когда отец заболел, готовность мужа навестить его растрогала ее до слез. В знак благодарности она решила порадовать супруга особенным завтраком.

Помешивая яичницу на сковороде, Сяо Юэ непрерывно зевала. Ночь выдалась беспокойной: сквозь полусон до нее доносились странные звуки.

Эти звуки ужасно донимали — тонкий, непрерывный шуршащий шорох, длившийся до самого утра. Сяо Юэ потерла глаза и достала из холодильника молоко.

Если попытаться подобрать аналог, это походило на чавканье или хруст. Но так едят не люди — это скорее напоминало орду гусениц, сочной мезгой въедающихся в листву, вгрызающихся кусок за куском.

Выключив плиту и разложив еду по тарелкам, Сяо Юэ поправила волосы, подхватила поднос и направилась в спальню.

— Дорогой, пора вставать!

Электронные часы на тумбочке показывали семь утра. Господин Чжан лежал, уткнувшись лицом в подушку и натянув одеяло с головой.

— Сегодня нельзя валяться в постели, мы ведь собирались к папе!

Сяо Юэ потормошила его за плечо. Странно. Муж никогда не был соней, почему же он не откликается?

— Ну же, просыпайся!

Она сдернула одеяло, похлопала Чжана по щеке и шутливо вознамерилась ущипнуть его за мягкие ткани лица, однако ледяной холод кожа к коже заставил её оцепенеть.

Тело Господина Чжана было окоченевшим. Сяо Юэ отдернула руку, замешкалась на мгновение и повернула его лицо к себе.

Глаза Господина Чжана были широко распахнуты, но жизни в них не было.

— Дорогой?! Что с тобой?! Откликнись!

Сяо Юэ рывком сбросила одеяло полностью. Увиденное заставило её волосы встать дыбом, а кровь — застыть в жилах.

— А-а-а-а-а-а-а-а!!!

Пронзительный женский вопль разорвал тишину квартиры. В панике отхлынув назад, Сяо Юэ опрокинула поднос. Тарелки и стаканы со звоном разлетелись по паркету. Забыв обо всем, она на четвереньках рванулась к выходу, изрезав колени и локти об острые осколки.

Ужас поглотил ее разум.

Под одеялом вместо тела Господина Чжана покоился обглоданный скелет. Ниже шеи всю его плоть покрывали сотни, тысячи копошащихся улиток. Они медленно ползали, открывая крошечные рты на брюшной стороне, въедались в мясо и хрящи, со слышимым, чавкающим «хрусть-хрусть» перемалывая человеческие останки.

***

**[NPC Господин Чжан мёртв]**

**[Наказание ожидает исполнения]**

**[Игрок для наказания: У Цзыань]**

**[Текущий рейтинг: Сяо Юэ > Старец Дон > Владелец бойни > Чжао Ань]**

Ранним утром бесстрастный голос системы вырвал игроков из сна. Линь Шэн протер глаза и переглянулся со спутниками — на лицах у всех читалось лишь глухое недоумение.

Господин Чжан мёртв?

— С чего вдруг?! — громко воскликнула Чжан Цзю. Но внимание её привлек факт не столько смерти NPC, сколько обновленный рейтинг.

За одну ночь Сяо Юэ взлетела на верхнюю строчку, став самым опасным NPC!

Линь Шэн быстро переключил мониторы наблюдения, просматривая комнаты одну за другой.

В 703-й было пусто — ни Сяо Юэ, ни ребенка. Пока игроки ошеломленно переговаривались, внизу послышались истерические шаги: рыдающая Сяо Юэ выскочила на улицу, с криками требуя вызвать полицию.

Узнав ужасающие подробности гибели Господина Чжана, присутствующие ощутили, как мороз пробежал по коже.

Быть заживо съеденным улитками — пытка пострашнее любой казни. Казалось очевидным, что ненависть Тянь Шицин к Господину Чжану была безграничной. Если бы не он стал причиной её гибели, Линь Шэн не смог бы найти иного объяснения такой лютой расправе.

Чжан Цзю стояла сама не своя от тревоги. Сяо Юэ взлетела на первое место, скорее всего, из-за принципа «любви к ближнему» со стороны Тянь Шицин: расправившись с предателем-мужем, призрак наверняка переключится на жену.

Вспомнив, как Ван Синь погиб лишь за попытку напасть на призрачного ребенка, Чжан Цзю паниковала, не зная, за что хвататься.

Пока они обсуждали случившееся, У Цзыань оставалась безучастной. Линь Шэн догадался: она ждет системного оповещения о начале наказания.

Система предупреждала: за смерть каждого NPC капитан службы безопасности получает соответствующий физический урон. Линь Шэн с самого начала сомневался в двусмысленных формулировках игры, не понимая, какова природа этого урона. И вот настал момент узнать правду.

Чжан Цзю увлекла Сяо Юэ в сторону, не давая той вернуться в 703-ю, как вдруг У Цзыань буквально из воздуха извлекла деревянную куклу.

Линь Шэн, непрерывно наблюдавший за ней, понял: У Цзыань получила системный сигнал и решила использовать защитный артефакт.

Деревянный манекен выглядел ветхим, с едва намеченными чертами лица. У Цзыань не стала таиться от остальных — прижав куклу к груди, она зажмурилась в ожидании.

Внезапно манекен в ее руках содрогнулся. У Цзыань ощутимо вздрогнула, вытаращив глаза от мощной отдачи.

На глазах у изумленной публики по деревянной спине артефакта пролегла глубокая, дымящаяся борозда. В воздухе мгновенно разнесся омерзительный запах паленого дерева.

С того ракурса, где стоял Линь Шэн, было отчетливо видно, как изменилось выражение «лица» куклы — прежде прямые черты скособочились, поникнув от страданий. Наказание системы причинило артефакту колоссальный урон.

У Цзыань перевернула куклу, глядя на глубокий обугленный рубец, и облегченно перевела дух.

Благо, у нее имелась Кукла-заменитель. Получи она подобную рану на собственное тело, дело кончилось бы плачевно.

Впрочем, судя по состоянию манекена, тот выдержит от силы еще один удар.

У Цзыань вовсе не выглядела огорченной. Спрятав куклу, она смерила собравшихся спокойным взглядом:

— Всё. Наказание окончено.

Чжан Цзю мысленно ахнула. Какая небрежность! Для этой женщины системное наказание было лишь досадной мелочью.

У Цзыань — вице-глава гильдии «Сердце Розы». Количество артефактов в её арсенале не поддавалось исчислению; парой предметов больше, парой меньше — для неё это вопрос выживания без лишних ссадин.

Но обрушься подобная кара на новичка — тот заплатил бы собственной жизнью.

Разительный контраст отозвался в душе Чжан Цзю глубокой горечью. Выжить в «Небесной Завесе» без покровительства — задача почти невыполнимая.

Теперь она в полной мере осознала, почему Линь Шэн наотрез отказался от поста капитана. При виде обугленного следа на кукле становилось ясно: приняв такой удар на плоть и кровь, человек попросту изошел бы кровью насмерть.

Чжан Цзю перевела взгляд на Линь Шэна. Тот снова о чем-то шептался с Дай И. На душе у девушки становилось всё тоскливее.

Прежде она считала отказ Линь Шэна от капитанства глупостью, а теперь видела, насколько проницательным оказался этот парень.

В отличие от нее самой, которая с самого первого раунда действовала как слепой котенок.

Сяо Юэ с высокой вероятностью станет следующей жертвой. Чжан Цзю сгорала от тревоги, но совершенно не представляла, как защитить подопечную.

Формально у нее было четверо соратников. Но Чэнь Ци и У Цзыань держались вместе, Дай И вечно шушукался с Линь Шэном, и только её, Чжан Цзю, выбросило за борт. Она осталась абсолютно одна!

Перед лицом смертельной опасности Чжан Цзю ощутила себя хрупкой скорлупкой посреди штормящего океана — еще мгновение, и волны поглотят её без остатка.

Ей овладело полное отчаяние. Липкий страх вкупе с глубокой беспомощностью накрыли с головой.

Наконец-то она поняла мотивы Ван Синя. Но повторить его судьбу не желала ни за что на свете.

Глядя на Линь Шэна, Чжан Цзю осознала: пора действовать.

Чжан Цзю поднялась со стула возле монитора наблюдений:

— Линь Шэн, Сяо Юэ направляется на восьмой этаж! Она идет к тому старому гадателю!

Линь Шэн только-только прилег вздремнуть. Перед сном Чжан Цзю обещала присмотреть за экранами, поэтому едва НПС проявила активность, девушка тут же его разбудила.

Что произошло?

Оба кубарем помчались по лестнице на восьмой этаж. Они не смели терять ни секунды, и к моменту, когда добрались до места, дыхание у обоих сбилось.

Линь Шэн опасался, что при встрече с Чжан Цзю Сяо Юэ вспомнит, как та помогла Ван Синю сбросить ребёнка с балкона. Однако женщина не только не затаила обиды, но и уцепилась за Чжан Цзю, словно за спасительный круг.

Вспомнив идиллическую картину их «семейного счастья», Линь Шэн предположил: Тянь Шицин стёрла или переписала воспоминания Сяо Юэ. В её памяти истории со скинутым вниз младенцем попросту не существовало.

Впрочем, вполне логично. Если аномальный ребёнок рос с дикой скоростью прямо на глазах у родителей, он явно как-то воздействовал на их восприятие, иначе господин Чжан давно заподозрил бы неладное.

Чжан Цзю с недоумением воззрилась на подавленную Сяо Юэ:

— Ты чего сюда пришла?

Сяо Юэ бросила взгляд на дверь квартиры 804. Она успела постучать пару раз, и старик Дон уже отворил створку, дожидаясь на пороге.

— Я... хочу кое-что спросить у него. Пойдем со мной, а?

Сяо Юэ вцепилась в руку Чжан Цзю и прижалась к ней всем телом, словно к надежному стволу векового дерева. Это давало хотя бы иллюзию безопасности.

Линь Шэн подозрительно прищурился, глядя на Чжан Цзю. Та явно пребывала в неменьшем замешательстве: когда это они успели стать закадычными подружками?

Потеряв мужа, Сяо Юэ почувствовала себя совершенно беспомощной. Она никогда не отличалась самостоятельностью, вот и ухватилась за Чжан Цзю как за соломинку. По той же причине она пришла к старику Дону — ей требовался хоть кто-то, кто укажет, как жить дальше.

— Старец Дон, я... мой муж умер... — произнесла Сяо Юэ и залилась слезами.

Старик Дон смотрел на её всхлипывания без малейшего сочувствия:

— Экая невидаль. С его-то собачьей судьбой — не сдох бы молодым, так всю жизнь прозябал бы в ничтожестве.

Слова прозвучали чересчур жестоко. Линь Шэн впился взглядом в прорицателя: взгляд у того был ядовитый, без тени жалости. Сяо Юэ, сломленная горем, ждала банального сочувствия — вроде слов о том, что муж теперь смотрит на неё с небес.

Но увы, она обратилась не к тому человеку.

Услышав это, Сяо Юэ обомлела. С чего гадатель так порочит её мужа? В чём тот провинился?

В душе её вскипела обида, однако перед прорицателями она привыкла лебезить, а потому подавила вспышку гнева и тихо возразила:

— Старец Дон, нельзя же так презирать деревенских...

Старик зашелся сиплым, дребезжащим смехом. Линь Шэн на миг испугался, как бы тот не плюнул кровью.

— Глупая девка, я совсем не про то!

Словно прочтя её мысли, старик Дон покачал головой:

— На нём висит чужая жизнь. Я и то сторонился его, а ты...

Глядя на Сяо Юэ, Чжан Цзю ощутила, как внутри закипает досада. Её прежние догадки насчёт господина Чжана полностью подтвердились, и лишь эта дурёха продолжала слепо верить, не замечая, какая гниль таилась в душе её муженька.

О чём тут плакать? Призрак женщины сделала ей одолжение! Муженёк подох — радоваться надо да бежать к родителям, а она сидит тут и сопли размазывает!

— Глухому проповедь не читают, — ухмыльнулся старик. — Судьба у тебя светлая, да только если вызовется дурак чужие грехи на себя принимать, то и небесный гром ударит прямо в него.

Сяо Юэ побледнела от страха:

— Вы... почему вы так говорите?

Чжан Цзю тоже насторожилась. Старый прорицатель явно что-то знал, и она быстро спросила:

— За кого Сяо Юэ принимает удар? Господин Чжан ведь уже мёртв!

Господин Чжан мёртв, Тянь Шицин отомстила. Неужели этого мало?

Старик хихикнул и перевёл взгляд на Сяо Юэ:

— Послушай меня, девка: забудь своего покойного муженька. Избавься от мыслей о нём. Он тебе не пара, от него одна беда. Если я не ошибаюсь в расчётах, твоя настоящая судьба уже на пороге.

***

На удивление, старик Дон обратился к Линь Шэну с просьбой.

Возможно, сыграло роль то, что парень ранее интересовался его здоровьем, и прорицатель решил, что мелким охранником удобно помыкать. Линь Шэн, впрочем, не возражал — он только и искал повода потереться возле ключевых НПС.

Затащив наверх тяжеленный чёрный пакет, который просил донести старик, Линь Шэн поднялся к квартире.

Старик Дон как раз выходил из запертой комнаты. Дверь захлопнулась, скрыв за собой пляшущие языки пламени.

Раздался звонок. Должно быть, пришёл тот самый охранник. Старик медленно прошкандыбал к выходу. Он был невероятно стар, жизнь в нём теплилась на одном честном слове, но если всё пойдёт по плану, через пару дней он полностью исцелится.

Щёлкнул замок. Старик Дон отворил дверь, но на пороге никого не увидел. Вглядевшись в пустой коридор, он внезапно что-то осознал и рванул створку на себя, пытаясь запереться.

Поздно. Чёрная тень юркнула мимо его ног в квартиру. Старик ринулся к стоявшим у двери палкам.

В полумраке прихожей вспыхнули две светящиеся точки, похожие на драгоценные камни. Старик Дон прищурился.

Чёрный кот.

— Тварь проклятая! — прошипел он и взмахнул палкой.

Светящиеся точки мгновенно сместились. Запретного визга не последовало — вместо этого по квартире разнёсся звон бьющегося фарфора...

Линь Шэн издали заметил, что дверь 804-й распахнута настежь, а изнутри доносится грохот. Опасаясь за жизнь НПС, он прибавил шагу.

— Стой!

Раздался яростный крик старика Дона, и деревянная палка со свистом рассекла воздух. Чёрный кот дико взвизгнул — у Линь Шэна аж волосы на голове встали дыбом.

Только тут он понял, что всё это побоище затеялось из-за забежавшего в дом кота.

Получив удар, кот словно зажмурился и исчез из виду. Старик Дон дико оглядывался по сторонам, но тварь как сквозь землю провалилась.

Линь Шэн хотел было взять какой-нибудь светильник, чтобы помочь с поисками, но не знал, какая из ламп является Лампой продления жизни. Задует случайно — и всё.

В итоге оба замерли посреди комнаты, напряжённо всматриваясь в темноту.

В наступившей тишине был слышен лишь их собственный отрывистый шелест дыхания. В тусклом свете колебавшихся свечей проступал лик божества, которому молился старик: то ли с улыбкой, то ли в оскале ярости. Линь Шэна не покидало жуткое чувство, будто за ними кто-то наблюдает.

Казалось, в этой квартире они не одни...

— Там!

Старик Дон резво метнулся в угол и с размаху лягнул «кота».

Раздался глухой «бум» — нога врезалась в дверное полотно.

В ту же секунду с потолка с громким мяуканьем свалились две светящиеся точки. Старик вскинул голову, но острые когти уже впились ему в лицо.

— А-а-а-а-а!..

Дверь, в которую пнул старик, скрипнув, медленно отворилась, и пробившийся свет озарил комнату.

Старик Дон отчаянно отбивался от кота, но Линь Шэну было уже не до него.

За дверью, на полу, смутно мерцали огоньки свечей...

В центре этого пламени восседала идолоподобная статуя. Абсолютно чёрная, с нарисованными алой краской глазами. Глядя на её клыки, когти и свирепую морду, даже не искушённый в мифологии Линь Шэн сразу понял: перед ним истукан какого-то тёмного божества!

Тем временем старик Дон кое-как оторвал кота от своего лица. Впившаяся тварь содрала полосы кожи с мясом, но старик, невзирая на адскую боль, с силой грохнул кота об пол.

Он занёс ногу для смертельного удара, намереваясь раздавить гадину, но замешкался. Кот извернулся, встал на все четыре лапы и молнией метнулся в отворившуюся комнату.

Старик Дон изменился в лице:

— Лампа! Моя лампа!!

При свете свечей Линь Шэн наконец разглядел чёрного кота. Тот ловко скользнул к идолу, обернулся на людей и смерил их ледяным взглядом зеленых глаз.

Прямо перед истуканом стояла лампа. Кот занёс лапу, целясь прямо в огонек, будто не боялся ожога.

Старик Дон кинулся наперерез, но боялся задеть светильник. Кот же действовал стремительно — пара взмахов когтистой лапой, и фитиль уже готов был угаснуть.

Линь Шэна озарило: это не простое животное!

С самого начала у твари была чёткая цель — пробраться сюда и потушить Лампу продления жизни старика Дона!

Хоть причина была неизвестна, Линь Шэн не мог позволить коту добиться своего.

Он бросился в драку. Два человека и кот устроили в комнатке площадью от силы в десять квадратных метров отчаянную скачку.

Боясь зацепить пламя и тем самым укоротить жизнь старику (а заодно подставить и себя), Линь Шэн действовал осторожно. Но кот был слишком шустр, и парню пришлось вытащить игровой предмет — Раковину улитки, накрыв ею Лампу продления жизни.

Увидев, что главное пламя под защитой, старик Дон немного перевёл дух. Однако Линь Шэн знал: предмет действует всего минуту, нужно срочно скрутить кота!

В этот момент в коридоре раздались шаги.

Дай И заметил распахнутую дверь 804-й и доносящийся грохот, а потому решил проверить, что происходит.

Пересекая тёмную гостиную, он подошёл к дверному проёму и замёрз на месте: перед ним двое мужчин, задрав штанины, скакали посреди пляшущих огоньков, то выкидывая ноги вперёд, то отпрыгивая в стороны. Со стороны это до боли напоминало народные танцы с бамбуковыми шестами.

Запыхавшийся старик Дон при этом периодически выдыхал: «Хэ!», «Ха!», отчего зрелище становилось совсем уж комичным.

Дай И не понимал, что за балаган перед ним устроен, но выглядело это весело. Почистив горло, он бросил Линь Шэну:

— Танцуете?

Линь Шэн обернулся и четко уловил мимолетную ухмылку на губах Дай И.

Его мгновенно разобрала злость. Нормально вообще?! Он тут в поте лица кота ловит, а Дай И прохлаждается у дверей и язвит?!

— Хватит забор подпирать! — в сердцах рявкнул Линь Шэн. — Помоги кота поймать!

Будь здесь У Цзыань, она бы обомлела: парень, ты вообще соображаешь, кому приказы раздаёшь?!

Линь Шэн высказался не подумав — в такой обстановке было не до церемоний.

Дай И собирался и дальше наблюдать за их «плясками», но в следующую секунду его взгляд зацепился за чёрного кота в углу, и глаза похолодели.

Движение было молниеносным. Линь Шэн ощутил лишь порыв ветра у лица — что-то с тихим свистом рассекло воздух.

Кот дико взвизгнул: из его задней лапы брызнула кровь.

Старик Дон тут же коршуном налетел на тварь:

— Попался, гад?!

В глазах старика вспыхнула ярость, но из уважения к темному идолу он не стал устраивать расправу в святилище.

Схватив кота, он прошёл на кухню, выхватил из подставки кухонный нож и с оглушительным «поварским» ударом отсекающим движением отделил голову твари.

Тишина вернулась. Огонек свечи выпрямился, и в этот момент действие Раковины улитки закончилось.

Утерев пот со лба, Линь Шэн обессиленно вытянулся на полу.

***

Расправившись с котом, старик Дон без зазрения совести выставил гостей за дверь. Линь Шэн, впрочем, привык к скотскому нраву местных НПС — игрокам в любом случае приходилось защищать их шкуры из-за системных правил.

Убедившись, что прорицатель пока вне опасности, Линь Шэн вместе с Дай И направился вниз по лестнице.

— Спасибо за помощь. Ты в него метательным ножом запустил?

— Угу.

— Странный кот. Он явно знал про Лампу продления жизни и намеренно пытался её потушить.

— Мы с Чжан Цзю нашли под окнами кучу кошачьих трупов. Сначала думали на Чжао Аня, но теперь ясно, что старикан подозрительнее.

Дай И неожиданно продолжил тему:

— На этом коте висел неупокоенный дух. Видно, при жизни перешёл дорогу нашему прорицателю. И ещё... Если меня не подводит нюх, та вонь в его комнате — это запах лампы на трупном жире.

Линь Шэн аж оторопел:

— Лампа на трупном жире?! Из настоящих покойников?!

Его подступило тошнотой. Вспомнив, что он собственными руками трогал эти светильники, Линь Шэн скривился от отвращения.

— Трупное масло используют для призыва нечисти, — пояснил Дай И. — Впрочем, можешь не благодарить. Я поднимался на восьмой этаж, чтобы посмотреть в глаза старику, а тут ты подвернулся. Заодно и свои сомнения разрешил.

— В смысле?

Линь Шэн помнил, что роль Дай И — хозяин бойни. С чего бы ему интересоваться стариком Доном?

Они как раз спустились на седьмой этаж, где обитали Сяо Юэ и ребёнок-призрак. Дай И приоткрыл противопожарную дверь и заглянул внутрь. Тихо. Никаких аномалий.

Захлопнув дверь, он продолжил спуск:

— Труп с конвейера рассказал нам правду об исчезновениях, но мне кажется, картинка неполная. Зачем хозяину бойни убивать людей? Ему в этом доме ничто не угрожает, так почему в рейтинге опасности он болтается посередине? Какая угроза над ним висит?

Дай И размеренно излагал свои мысли:

— Я давно заметил у него в глазах серо-зелёную прожилку. Думал, это связано с пропавшими людьми, но поиски в этом направлении ничего не дали. Хотя в одном ты был прав.

— В чём? — переспросил Линь Шэн.

Дай И сделал паузу:

— Связи между жильцами слишком запутанные. Нам нужно обмениваться информацией, иначе мы так и будем блуждать в трёх соснах.

***

Вернувшись в будку охраны, Линь Шэн с удивлением обнаружил там Сяо Юэ.

Рядом сидела Чжан Цзю с видом человека, которого довели до белого каления. Завидев входящих, она едва не кинулась им навстречу — наконец-то прибыло подкрепление!

— Помогите, а? Сяо Юэ грозится суицидом.

Линь Шэн обомлел:

— Чего-чего?

Из угла тут же донеслось заливистое всхлипывание:

— Я жить больше не хочу... Отпустите меня к господину Чжану...

Глядя на этот концерт, Линь Шэн всерьёз захотел дать дёру — с подобными истеричками он обращаться не умел. Чжан Цзю, судя по всему, исчерпала весь запас красноречия, а Дай И вообще был сухим молчуном. Ждать от него утешений для вдовы — всё равно что надеяться на падение метеорита.

Поразмыслив, Линь Шэн решил перевести тему:

— А где Жуйжуй?

Лучше бы он молчал. Услышав имя девочки, Сяо Юэ поперхнулась слезой, после чего зарыдала с новой силой:

— Ой, не могу-у-у! Это всё эта Жуйжуй! Вы знаете, что я увидела, когда пришла домой?! Она перерыла вещи моего мужа и сжгла их дотла! У-у-у-у... Как так можно?! У меня даже памяти о нём не осталось...

Чжан Цзю мысленно хмыкнула: скажи спасибо, что она тебя саму не спалила!

Что делать с Жуйжуй, Сяо Юэ явно не знала. Чжан Цзю не хотела отправлять дурёху обратно к девчонке-призраку, а потому предложила той переждать в будке охраны.

На удивление, Сяо Юэ согласилась моментально. Поплакав ещё немного и не дождавшись сочувствия, она капризно поджала губы:

— А сколько вас тут обычно сидит? Мне так тяжело... хочется побыть в одиночестве.

Чжан Цзю едва не поперхнулась: то есть мы тебя приютили, а теперь должны убираться?!

Тут уж до неё дошло окончательно: Сяо Юэ вовсе не собиралась сводить счёты с жизнью. Ей просто требовалось, чтобы вокруг неё плясали и сюсюкали, как это делал покойный муж. Вот только никто из троих игроков на роль сиделки не метил.

Линь Шэн быстро сориентировался:

— Нам с Дай И нужно отлучиться на бойню. Не будем мешать.

Он и сам мечтал сбежать. Слезы Сяо Юэ текли неудержимым потоком, и Линь Шэн скорее согласился бы идти в самое пекло, чем слушать эти причитания.

Чжан Цзю виновато посмотрела на мужчин. Её и саму уже тошнило от этой драмы. Господин Чжан был мразью, но его женушка тоже хороша — взрослая баба, а корчит из себя кисейную барышню. Неудивительно, что пронырливый муженёк выбрал именно такую жертву.

— А... можно мне с вами? — замялась Чжан Цзю.

Помещение охраны считалось безопасной зоной для игроков, да и Сяо Юэ здесь ничего не угрожало. Будь у Жуйжуй намерение прикончить «мать», она сделала бы это ещё во время сожжения вещей.

Линь Шэн взглянул на Дай И. Тот молча кивнул.

Когда троица удалилась, Сяо Юэ ещё немного поплакала для проформы, затем достала телефон, открыла привычную соцсеть и набрала сообщение.

**[Мне так тяжело... Я осталась совсем одна. Хочу умереть.]**

Аккаунт был полупустым, подписчиков почти нет, так что знакомые эти бредни увидят вряд ли. Однако спустя пару минут экран смартфона вспыхнул.

Сяо Юэ глянула на дисплей — пришло личное сообщение от незнакомца.

**[Что у тебя стряслось? Я тоже хочу покончить с собой. Поговорим?]**

***

Троица спустилась на цокольный этаж. На этот раз Дай И проигнорировал цеховую линию и сразу направился к кабинету управляющего.

Шли молча. Чжан Цзю впервые подумала, что с таким молчуном, как Дай И, работать весьма комфортно. По сравнению с избалованной Сяо Юэ его угрюмость казалась благом.

На подземном ярусе царила гробовая тишина, нарушаемая лишь шагами. Дверь кабинета оказалась заперта, но для Дай И это не стало препятствием.

Извлекая из кармана кусок проволоки, он поковырялся в скважине, пару раз повернул её — и замковые сувальды поддались с мягким щелчком.

Линь Шэн уже видел этот фокус, а вот Чжан Цзю наблюдала за взломом впервые. Судя по её вытаращенным глазам, она была поражена, но отдадим ей должное — девушка умела держать себя в руках и не издала ни звука.

Кабинет пустовал. Очевидно, Дай И изучил график хозяина бойни и точно знал, когда сюда можно соваться.

Они прошмыгнули внутрь, не включая свет. С ночным зрением у Линь Шэна были проблемы, в чём он уже убедился на восьмом этаже, так что стоит запереть дверь — и он тут же слепнет.

Дай И чувствовал себя не лучше: он замер у входа, ожидая, пока глаза привыкнут к тьме. Чжан Цзю, видя их неподвижность, озадаченно спросила:

— Вы чего встали?

Линь Шэн смущенно пробормотал:

—... Я ничего не вижу.

Дай И сипло кашлянул и выдал:

— Ищи пока. Проверь ящики, особенно снизу — нет ли тайников. Я подключусь, когда глаза привыкнут.

Чжан Цзю без лишних вопросов принялась за обыск. Действовала она методично, скрупулезно и быстро. В тишине раздавался лишь шорох передвигаемых предметов. Линь Шэн стоял столбом, стараясь не путаться под ногами.

Дай И хоть и уверял, что вот-вот присоединится, продолжал смирно стоять рядом с Линь Шэном.

— У тебя тоже куриная слепота? — тихо уточнил Линь Шэн.

Дай И предпочёл притвориться ветошью.

«Хорошо, что Чжан Цзю с нами, — подумал Линь Шэн. — Будь мы вдвоём, пришлось бы включать свет, а это риск провалить вылазку».

Шорохи внезапно прекратились.

Дай И тут же подал голос:

— Нашла что-нибудь?

В ответ — тишина, но в темноте вспыхнул прямоугольник света, озаривший лицо Чжан Цзю.

Поскольку источник располагался снизу, подбородком вверх, смотрелась она весьма жутко.

—... Телефон? — переспросил Линь Шэн.

—... Тут их куча, — растерянно ответила Чжан Цзю.

Дай И шагнул на свет. Девушка с восхищением уставилась на него:

— Действительно лежали в тайном двойном дне ящика! Как ты догадался?

Дай И скупо буркнул что-то неопределённое. На лице его промелькнуло удовлетворение: позор с куриной слепотой удалось хоть как-то замять.

Он взял смартфоны из рук Чжан Цзю. Всех находок оказалось четыре штуки. Линь Шэн взял один из них и зажал кнопку питания. Дисплей ожил.

К счастью, паролей на устройствах не стояло — Линь Шэн просто смахнул шторку блокировки.

Заряд аккумулятора дышал на ладан. Парень принялся просматривать мессенджеры, SMS и журнал вызовов. Дай И рядом занимался тем же.

Судя по обоям с розовой сакурой, прежней владелицей была девушка. Если вспомнить дело о пяти пропавших женщинах, эти гаджеты, скорее всего, принадлежали жертвам.

Переписка ничего подозрительного не дала: обычные разговоры с родителями и подругами, никакого бойфренда. Версию с убийством на почве ревности можно отбрасывать.

Он зашел в журнал звонков.

— Странно...

— Что там? — присмотрелась Чжан Цзю.

— Эта девчонка постоянно кому-то звонила. Сейчас ведь почти никто не пользуется обычной связью, кроме доставки, а тут сотни вызовов на один и тот же номер.

Дай И подал голос:

— На моём аппарате то же самое.

Линь Шэн навострил уши: дело нечисто!

Сложив четыре телефона рядом, они сличили журналы.

И обомлели: самый частый номер во всех четырёх трубках совпадал до последней цифры!

Переглянувшись, они поняли: этот номер — ключевая улика. Если хозяин бойни убивал и утилизировал тела, то владелец этого номера был его сообщником!

— Попробуем... позвонить? — с опаской спросила Чжан Цзю.

Ей было жутко: на том конце провода мог сидеть серийный убийца. Но Дай И действовал без колебаний — если тянуть время, телефоны разрядятся.

Выбрав гаджет с самым высоким процентом батареи, он нажал на вызов.

Линь Шэн и Чжан Цзю затаили дыхание. Кто ответит?

В динамике царила тишина, а затем раздались длинные гудки.

Соединение пошло.

И вдруг прямо за дверью кабинета разразился звонкий, отчетливый мелодичный перезвон чужого телефона.

За дверью раздался мелодичный звонок. Линь Шэн перевёл взгляд на телефон перед собой и нервно сглотнул.

Владелец мобильника стоял снаружи. И, судя по всему, уже давно.

Сердце ухнуло в пятки, а кожу на голове стянуло от леденящего ужаса. Их проникновение давно раскрыли. Что теперь делать?

Пока Линь Шэн гадал, справятся ли они с человеком за дверью, Дай И сорвался с места. В три широких шага он преодолел расстояние до выхода и настежь распахнул дверь кабинета!

Линь Шэн и Чжан Цзю опешили.

Вот так просто?! Без лишних раздумий?!

Снаружи мелькнула тень. Дай И рванул следом, оглашая коридор рявком:

— Стоять!

Мрачный хоррор на глазах превратился в стремительную погоню. Линь Шэн даже поразился такой напористости. Впрочем, неизвестный за дверью струсил ещё сильнее — удрать он попытался со всей прытью.

«Отличный шанс!» — сообразил Линь Шэн. Схватив убийцу, они наконец поймут, что за чертовщина творится в этом здании. Он тут же бросился на помощь.

Нагнали беглеца лишь у самого выхода на первом этаже.

Дай И всем весом обрушился на него, сбив с ног, а Линь Шэн тут же сориентировался и заломил ему руки. Послышалось яростное пыхтение, но после короткой и жестокой борьбы задержанный обмяк.

Линь Шэн вгляделся в его лицо — Чжао Ань!

Дай И выудил из его кармана телефон. На экране всё ещё светился пропущенный вызов — сомневаться не приходилось, поймали кого нужно.

— Так это ты? — ахнула подбежавшая Чжан Цзю.

Значит, её подозрения не были паранойей: Чжао Ань действительно оказался гнилым человеком.

Дай И приступил к допросу:

— Ты замешан в исчезновениях? Говори, что ты с ними сделал!

Шум в коридоре привлёк внимание Чэнь Ци и У Цзыань — оба выскочили из дежурки. Увидев, что Дай И и Линь Шэн прижали к полу его NPC, Чэнь Ци тут же сдвинул брови:

— Вы что вытворяете?

Чжао Ань, заметив «защитника», мгновенно сориентировался. Вспомнив наказ Чэнь Ци прибегать к нему при любой угрозе, он заорал дурным голосом:

— Спасите! Помогите! Они хотят меня убить!

Вопли Чжао Аня визгом резали слух, и Чэнь Ци поддался панике:

— Что ты несёшь?! Зачем им тебя убивать?

И хотя причин для вражды не было, перед глазами стояла однозначная картина: Дай И и Линь Шэн силою удерживают человека. Чэнь Ци мгновенно проникся недоверием к обоим.

— Сначала отпустите его, — потребовал он.

— Чэнь Ци, послушай, — попытался объяснить Линь Шэн, — мы просто хотим задать ему пару вопросов...

— Я сказал, отпустите! — в голосе Чэнь Ци звенящей угрозой проскользнули металлические нотки.

«Вопросы?! С каких пор для расспросов валят на пол и скручивают?!»

— Нельзя, — отрезал Дай И, не ослабляя хватки. — Освободится — сбежит.

Видя, что тот не намеревается подчиняться, Чэнь Ци окончательно потерял самообладание. Если с Чжао Анем что-то случится, его собственному испытанию конец! По тому, как осторожно вела себя У Цзыань с Дай И, Чэнь Ци понимал: перед ним крайне опасный игрок. И осознание, что этот монстр сейчас держит в кулаке его жизнь, наводило дикий ужас.

Страх, перевалив за предел, обернулся слепой яростью. Не ведая истинной подоплёки и дрожа за собственную шкуру, Чэнь Ци сбросил все тормоза. Он накинулся на Линь Шэна, сшибая его в сторону, а затем вцепился в Дай И:

— Отпусти его!

Завязалась свалка. Всё произошло настолько стремительно, что Чжан Цзю даже не успела вмешаться. Вокруг мелькали кулаки, подступиться было невозможно, и ей оставалось лишь отчаянно кричать, пытаясь вразумить Чэнь Ци.

У Цзыань лишь холодно наблюдала со стороны. Трое мужчин сцепились в глухой узел, сковав движения друг друга.

И в этой суматохе прижатый было Чжао Ань улучил мгновение. Подмяв под себя ноги, он шатко поднялся. Линь Шэн попытался вцепиться ему в штанину, но Чэнь Ци мёртвой хваткой впился ему в бедро.

Секундное промедление — и Чжао Ань дал дёру.

— Не дай ему уйти! Он же убийца! — крикнул Линь Шэн, но Чэнь Ци даже не шелохнулся.

— Мать вашу, да тут каждый второй — подозреваемый! — выплюнул тот. — Я знаю, что вы в сговоре! Решили меня сливать?! Только попробуйте — я ваших NPC к чертям перережу!

Хрупкое доверие между игроками рухнуло окончательно.

Глядя вслед удравшему Чжао Аню, Дай И поморщился от глухого раздражения. Этот идиот Чэнь Ци, судя по всему, попался на удочку У Цзыань — иначе с чего бы ему исходить такой желчью в их адрес? Теперь, когда Чжао Ань скрылся, продолжать драку не имело никакого смысла. Мужчины разом разжали хватки.

И всё же Дай И, чьё лицо потемнело от гнева, не выдержал. Рывком цапнув Чэнь Ци за запястье, он сходу заломил ему руку за спину, ткнув лицом в пол.

— А-а-а, больно! — заверещал Чэнь Ци, тщетно пытаясь ослабить хватку. Сустав хрустнул — похоже, плечо выскочило из сумки.

Лишь теперь У Цзыань неторопливо подошла ближе:

— Дай И, беглец упущен. Отпусти Чэнь Ци.

Дай И смерил её ледяным взглядом, глухо усмехнулся и с силой толкнул Чэнь Ци лицом в пол.

— Твоими стараниями, — ровно произнёс он, отряхивая рукава.

У Цзыань и бровью не повела:

— Но ты ведь получил нужную информацию, не так ли? Из этого здания Чжао Ань всё равно никуда не денется. А если и сбежит — это проблемы Чэнь Ци, не твои.

Линь Шэн кое-как поднялся с пола, потирая бок. Рёбра ноющей болью отозвались на пропущенный удар. Даже с его ангельским терпением удержаться от мысленного ругательства было трудно.

До чего же мерзко! Ещё вчера тот с готовностью уплетал его еду и рассыпался в любезностях, надеясь встретиться в следующих инстансах, а сегодня кричит о расправе над NPC! Линь Шэн с трудом подавил закипающую злобу.

Союз распался, так и не сформировавшись. Впрочем, Дай И окончательно убедился: Чжао Ань — ключевая фигура в деле об исчезновениях.

— И что нам теперь делать с Чжао Анем? — спросила Чжан Цзю.

Дай И качнул головой:

— Выбить из него признание не вышло, но в этом больше нет нужды. Чжао Ань — один из убийц. Чэнь Ци повезло: его персонаж очутился в роли охотника, а не жертвы. Наша задача проще: не дать сгинуть следующей цели.

— И кто ею станет?

Линь Шэн посмотрел на Чжан Цзю. Та осеклась на полуслове — до неё дошло само собой.

Верхнюю строчку в списке потенциальных жертв сейчас занимала Сяо Юэ.

***

Сяо Юэ вернулась в квартиру 703.

После того как тело господина Чжана увезли, она наглухо заперла спальню, но от одного воспоминания о пережитом ужасе у неё до сих пор мороз шёл по коже. Оставшись в одиночестве среди пустой гостиной, она спрятала лицо в ладонях и тихо зарыдала. Предсказатель оказался прав: этот ребёнок принесёт ей лишь несчастья.

Взгляд упал на остывшую плиту, и на душе стало ещё тоскливее. Чтобы хоть как-то отвлечься от гнетущей тишины, Сяо Юэ заварила лапшу быстрого приготовления и включила телевизор.

«Может, вернуться к родителям?» — мелькнула мысль, но Сяо Юэ тут же отбросила её. Из-за господина Чжана они сильно поругались, и она ушла, хлопнув дверью. Вернись она сейчас — снова начнутся упрёки, нравоучения и слёзы.

Нет уж, лучше пока остаться здесь.

Ведущий какого-то развлекательного шоу весело щебетал с экрана. Сяо Юэ полулежала на диване, поджав ноги и плотнее кутаясь в плед, но зябкий холод никак не проходил. От одиночества? Девушка прикрыла глаза рукой, почувствовав, как опять щиплет нос.

Кому ей вылить душу? Кому она вообще нужна?

От безысходности она взяла телефон и открыла мессенджер. Тот незнакомец, с которым они так ладно поговорили в прошлый раз... Сяо Юэ с любопытством перешла на его страницу. В профиле числилось: «Мужчина, 25 лет». А в строке местоположения — надо же! — стоял её родной город!

Бывают же совпадения!

После короткого колебания в душе затеплилась надежда. Может, это сама судьба?

Заметив её в сети, собеседник тут же прислал приветственный смайлик. Сяо Юэ улыбнулась и откликнулась.

В тишине ночи раздавалось только тихое постукивание пальцев по экрану. Укрывшись с головой, Сяо Юэ выплескивала незнакомцу всё накопившееся горькое прошлое. Слёзы текли ручьём, впитываясь в подушку. Ей невероятно повезло: мужчина оказался сочувствующим и чутким. Он не просто внимательно слушал, но и находил самые тёплые, нужные слова, от которых на сердце становилось легче.

Незаметно стрелки часов перевалили за два ночи. Мужчина поинтересовался, не устала ли она, и ласково посоветовал ложиться спать. Но Сяо Юэ, упоённая обретением родственной души, не чувствовала ни капли усталости.

Поняв её настрой, собеседник написал:

**[Печатать слишком долго. Созвонимся?]**

Сяо Юэ задумалась. Опухшие от слёз глаза действительно горели, да и говорить голосом куда удобнее.

**[Давай.]**

Она скинула номер. Спустя пару мгновений телефон зазвонил. Осознав, что сейчас впервые услышит его, Сяо Юэ затаила дыхание и тихо выдохнула в трубку:

— Алло...

— Почему ты не спишь в такую рань?

Сяо Юэ замерла. Голос в динамике оказался невероятно приятным — чистым, бархатистым, струящимся точно прохладный ручей. Сердце девушки пропустило удар.

— Сяо Юэ?

От этого мягкого, обволакивающего тона она смущённо уткнулась лицом в подушку, ощущая, как горят кончики ушей.

И душой чуток, и голосом прекрасен... Бывают ли вообще такие люди?

Они проговорили до самого рассвета, пока край неба на востоке не окрасился нежной белизною, но расставаться всё равно не хотелось.

— Я тебя не задерживаю? — робко спросила Сяо Юэ. — Тебе ведь сегодня на работу?

В ответ прозвучал тихий бархатный смешок, от которого вдоль шеи побежали мурашки:

— Всё в порядке. У меня сегодня выходной, буду дома.

— Ох, как замечательно... Ты тоже один живёшь?

— Да.

Сяо Юэ кивнула своим мыслям. Так и есть. Не окажись он в такой же тоскливой пустоте, разве смогли бы они отыскать столько точек соприкосновения? Оттого эта спонтанная связь казалась ей особенно драгоценной.

В памяти всплыли слова предсказателя: «Если я не ошибаюсь, суженый уже на пороге...»

Впрочем, за окном совсем рассвело, пора прощаться. Сяо Юэ только собралась положить трубку, как мужчина произнёс:

— Неужели уже всё? Так не хочется расставаться... Где ты живёшь? Может, встретимся?

***

Линь Шэн заметил суматоху на мониторах видеонаблюдения.

На шестом этаже, судя по кадрам, Чжан Цзю сцепилась с Сяо Юэ. Помянув, что Сяо Юэ возглавляет список потенциальных жертв, Линь Шэн понятливо чертыхнулся и помчался наверх.

— Отпусти меня!

Едва выскочив из пролёта, Линь Шэн услышал отчаянный визг Сяо Юэ. Чжан Цзю обмотала её запястье ремешком от сумочки и упорно волокла к лестнице. Сяо Юэ билась из последних сил, но пересилить соперницу не могла.

Заметив Линь Шэна, Чжан Цзю облегчённо выдохнула:

— Быстрей, помоги удержать!

Против двоих у девушки шансов не осталось. Линь Шэн с заломанной рукой отвёл её на лестничную площадку, где Сяо Юэ тут же залилась слезами.

Утерев пот со лба, Чжан Цзю рякнула:

— Чего ревёшь?! Я тебе жизнь только что спасла, дура!

— Что стряслось? — не понял Линь Шэн.

— Эта идиотка собралась к Чжао Аню!

— К Чжао Аню? Когда они успели сойтись?

Чжан Цзю закатила глаза:

— Да буквально на днях! Теперь-то я поняла, как этот урод заманивал бедолаг!

Она быстро пересказала то, что успела выудить из Сяо Юэ. Оказалось, Чжао Ань подцеплял в сети склонных к суициду девушек, предлагая «уйти вместе». Елеем в ушах и сладкими речами он доводил доверчивых дурёх до кондиции, после чего те покорно приплелись в квартиру 605. Что происходило за закрытыми дверями — неизвестно, но итог был один: из 605-й путь лежал прямо на бойню.

— Тебя обвели вокруг пальца! — Чжан Цзю тряхнула Сяо Юэ за плечи. — По этой схеме он сгубил уже пятерых! Их телефоны до сих пор там, я покажу тебе переписки!

Но та лишь мотала головой, упрямо не желая верить. У Чжан Цзю едва венка на лбу не лопнула от злости: вкус на мужчин у этой девицы был просто катастрофическим.

В коридоре едва слышно щёлкнул дверной замок.

Линь Шэн мгновенно насторожился: Чжао Ань! Заслышав голоса, крыса снова пытается дать дёру!

Находившаяся на взводе Чжан Цзю закатала рукава и сходу рванула на шум. Она давно раскусила этого слизняка: пакостить способен только из-за угла, а при прямой угрозе делает ноги.

Линь Шэн, волоча за собой Сяо Юэ, поспешил следом. Однако Чжао Ань умудрялся испаряться с невероятной прытью. Снова упустив гада, Чжан Цзю аж сплюнула от досады. Повернувшись к виновнице переполоха, она зло процедила:

— Пока своими глазами не увидишь — не поверишь?! Ладно, идём! Я покажу тебе, с кем ты собралась «уходить»!

Квартира 605 оказалась отперта. Чжан Цзю толкнула дверь и заглянула внутрь, но в тот же миг прямо сверху на неё свалился угольно-чёрный кот! Выпустив когти, тварь полоснула девушку по тыльной стороне ладони, оставив три кровавые полосы.

— Ши-и-и... — поморщилась Чжан Цзю.

С такими агрессивными котами ей сталкиваться ещё не приходилось. Приземлившись, зверь даже не думал убегать — встал на пороге дыбом и злобно зашипел, скаля клыки.

Вот чёрт...

Линь Шэн нахмурился. Тот кот, что удрал к старику Дону, погиб. У этого же на груди белело пятнышко — совсем другой зверь.

Не успели они опомниться, как из темноты коридора вынырнули ещё несколько силуэтов. Чжан Цзю тревожно переглянулась с Линь Шэном. Чёрная тварь по боевому духу превосходила самого Чжао Аня, да и её сородичи выглядели не менее свирепо.

— Это не обычные домашние коты, — оценил обстановку Линь Шэн.

Чжан Цзю была с ним полностью согласна. Избалованные питомцы от испуга забиваются под диван, а эти подступали с хищным прищуром. Кто бы мог подумать, что обычное вороньё... то есть кошачье племя заставит её поджимать хвост! Она медленно отступила назад, шаря взглядом по стенам в поисках хоть какой-нибудь палки.

Звери явно охраняли проход. Встретить заслон из кошек после бегства хозяина квартиры — абсурд, но драка, похоже, неизбежна.

Чжан Цзю сжала кулаки, готовая отбиваться ногами, как вдруг Линь Шэн с невероятным спокойствием извлёк откуда-то баночку кошачьего консервированного корма и медленно присел на корточки.

«Что?!»

Она уже привыкла к кулинарным фокусам Линь Шэна, но чтобы таскать в карманах ещё и кошачий корм?! Вот уж действительно — повар до мозга костей!

На самом деле, из набранных Дай И просроченных продуктов Линь Шэн скрафтил предмет — Приманку. Собрать кошек вместе заставило подозрение: их количество точно соответствовало числу сгинувших девушек. Вероятнее всего, перед ними были неупокоенные души, обращённые в звериный облик.

Едва Линь Шэн достал консервы, кошачьи носы задергались. Звери замерли, жадно втягивая воздух, но позиции не сдали. Линь Шэн плавно потянул за кольцо и откупорил жестянку.

По коридору густой волной разлился сногсшибательный аромат. Чжан Цзю и Сяо Юэ невольно сглотнули.

— Чем это так вкусно пахнет?!

Запах был поистине дурманящим. Глаза кошек вспыхнули голодным блеском. Забыв обо всём, они двинулись на источник. Линь Шэн размахнулся и закрутил баночку по полу. Консерва с шумом улетела далеко вглубь коридора, и вся стая, сбивая друг друга, кинулась в погоню.

«Сейчас!»

Троица мгновенно юркнула в квартиру 605. Чжан Цзю захлопнула дверь и припала к глазку. Увидев, как звери намертво сцепились вокруг баночки, вырывая куски, девушка перевела дух и обернулась к Линь Шэну:

— Что за фирма? У меня кот вечно нос воротит, а тут прямо уплетают...

— Это не корм, — перебил её Линь Шэн. — Это Приманка.

— А-а...

Чжан Цзю прикусила язык. Очередной особый предмет, вроде Куклы-заменителя у У Цзыань. Она с завистью вздохнула: «Вот ведь повезло человеку! Оба новички, а у него склад полезных артефактов!»

Жилище Чжао Аня выглядело бедновато. Помимо необходимой мебели, на каждом шагу попадались кошачьи лотки. Линь Шэн принимался обшаривать углы. Чжан Цзю активно подключилась к обыску — ей терпелось вытащить на свет железные улики, чтобы выбить дурь из головы Сяо Юэ.

Однако пострадавшая тут же подала голос:

— Вы не имеете права! Это незаконное проникновение!

Чжан Цзю фыркнула:

— Так звони в полицию! Пусть приедут и заберут меня! Поверь, в обезьяннике сейчас куда безопаснее, чем в этой проклятой конуре!

— Ты...

Пока Сяо Юэ пенилась у рта, защищая «чуткого и доброго» Чжао Аня и обзывая Чжан Цзю сумасшедшей, Линь Шэн молча исследовал кухню. Чжан Цзю уже едва сдерживалась, чтобы не съездить глупой девице по физиономии.

Линь Шэн потянул на себя дверцу холодильника. Зрачки его сузились, тело окаменело. В то же мгновение он захлопнул дверцу обратно.

Пройдя через закалку «Небесной Завесы», Линь Шэн уже отучился вопить от ужаса. Справившись с невольным тошнотворным подступом, он взял Сяо Юэ за плечо, подвёл к холодильнику и с каменным лицом настежь распахнул дверцу.

— А-а-а-а-а-а!!!

Едва глянув на содержимое полок, Сяо Юэ зашлась в истошном визге, закатила глаза и брякнулась на пол без чувств.

Чжан Цзю в недоумении уставилась на упавшую девушку, затем — на Линь Шэна.

— Что там такое?

Линь Шэн сокрушённо вздохнул:

— Ты уверена, что хочешь знать?

Девушка осеклась. Вспомнив всё, что происходило до этого, она сглотнула подступивший к горлу ком.

— Отрезанная голова одной из пропавших, — спокойно пояснил Линь Шэн.

Чжан Цзю передёрнуло. Даже не видя зрелища лично, по реакции Сяо Юэ можно было судить о степени кошмара. «Ну теперь-то дура очухается...» — подумала Чжан Цзю, с искренним уважением посмотрев на Линь Шэна. Тихий повар оказался парнем не промах.

Пока Сяо Юэ валялась в обмороке, они продолжали осмотр. На полке в шкафу выстроилась шеренга стеклянных банок с жутким содержимым: заколка для волос, израсходованная помада, обрезки кошачьих когтей и даже накладная ресница с остатками клея, выдранная у одной из жертв.

— Больной урод... — скривилась Чжан Цзю.

Чжао Ань был не просто маньяком, но и страдал извращённым коллекционированием трофеев. Линь Шэн провёл пальцами по полке и под последней, пока ещё пустой банкой увидел наклеенный стикер.

Он отлепил бумажку. На ней чётким почерком было выведено:

**[Телефон Сяо Юэ]**