— Ой... я это... просто хотела горячей воды набрать... Я лучше потом зайду!

За матовым стеклом кухонной двери мгновенно вильнула и испарилась тень.

Сун Таян озадаченно почесал затылок. Вот ведь попал: мало того что с сестрой толком не поговорил, так ещё и её одноклассницу, похоже, до смерти перепугал.

Не успел он сообразить, как загладить неловкость, как девичья ладонь мёртвой хваткой вцепилась ему в запястье.

— Брат?! — Сун Циньрань уставилась на него по-настоящему ошарашенными глазами.

Таян тяжело вздохнул и, перехватив её за локоть, подтолкнул к выходу:

— Пошли. Поговорим в кабинете.

***

В кабинете Таян опустился в кресло, пока Циньрань мерила комнату шагами. Сдвинув брови и плотно сжав губы, она изо всех сил пыталась переварить свалившуюся на неё новость.

Вдруг она резко развернулась и с размаху облокотилась о письменный стол.

— Это Пипи, да?!

Таян даже растерялся от такой прыти:

— Чего?

— Вы с ним доигрывались в фанатский пейринг?! — уверенно заявила сестра.

Только тут он вспомнил, что на самом старте ДэшРаш агентство действительно продвигало их с Пипи как фан-пару.

— Нет, не он! — замахал руками Таян.

Циньрань тут же переключилась:

— Тогда Юто! Я давно подозревала, что этот тип какой-то подозрительно манерный. Это он тебя совратил?!

— Да не из нашей группы! Вообще не из идолов!

— Твои соседи по комнате? Лю Тун? Чжоу Мин?

Таян вскочил, обрывая её безудержный полёт фантазии:

— Да стой ты! Ни тот, ни другой! Хватит гадать. Ты его не знаешь... Точнее как: имя ты точно слышала, но вживую никогда не видела.

Циньрань прищурилась, с нескрываемым подозрением разглядывая брата. Таян судорожно сглотнул, опустил взгляд и тихо, почти шёпотом произнёс:

— Это... Суй Е.

— ЧЕ-Е-ГО?!

Таян, заранее ожидавший подобного взрыва, успел зажать уши руками.

Циньрань отскочила от стола и принялась скакать на месте, визжа во весь голос:

— А-а-а-а! Суй Е?! Тот самый Суй Е?!

— Тише ты! — Таян подскочил к ней и встряхнул за плечи. — Не ори! Сяо Цинь в гостиной!

На лице сестры перемешались шок, растерянность и дикий, неописуемый восторг.

— Суй Е?! Тот самый знаменитый фотограф?!

— А то ты других Суй Е знаешь...

Циньрань сначала зажала рот ладонями, потом схватилась за голову, а затем и вовсе закрыла лицо руками.

— Да как так-то?! Когда вы вообще успели сойтись?! Почему я ни сном ни духом?!

Таян решил, что пора прояснить детали. Например, то, что они вообще-то ещё официально не встречаются, а ещё...

— Ну... вообще-то я и Новый год в этом году встречал у него дома, — смущённо пробормотал он.

— Офигеть!

— Да сядь ты нормально, давай всё спокойно расскажу. — Таян усадил её обратно в кресло.

Но едва Циньрань коснулась сиденья, как тут же подскочила, точно ужаленная.

— Ах вот оно что! Я же говорила, что в том уличном видео между вами какая-то странная химия! Значит, мне не показалось, и это была не просто фанатская фантазия!

— В смысле?

— Так вы уже тогда мутили?! — захлёбывалась от восторга сестра. — Это он за тобой ухлёстывал, да?

Таян только покачал головой, поражаясь её богатому воображению:

— Да брось, ты чего. Он тогда вообще натуралом был.

— Чего-о?!

— Мы сначала просто подружились. Потом выяснилось, что учимся в одном университете, вот и стали общаться чаще... Наверное, я первый в него влюбился. Хотя пару дней назад он мне признался... Но мы пока официально не встречаемся.

Циньрань окончательно запуталась:

— Что за каша у вас там происходит?

Таян и сам понимал, что объяснить всё доходчиво едва ли получится: их чувства зарождались постепенно, без пылких признаний по расписанию и чётких дат. Одно он знал точно — сам влип уже давно, а Суй Е, похоже, просто медленно, шаг за шагом, открывал для него своё сердце.

В итоге Таян выложил сестре всю историю с момента их первой встречи — правда, разумно умолчал о том эпизоде, где ему пришлось выходить на «охоту» в женском платье.

Циньрань слушала с открытым ртом. Выражение её лица менялось от изумления к живому любопытству, а затем к полному осознанию.

— Ну и судьба у вас, — наконец выдохнула она. — Будто сама небесная канцелярия вас сводила!

Таян довольствовался лёгким смущённым смешком, а потом посмотрел на неё совсем серьёзно:

— Ты ведь не против, правда? — Он крепко сжал её плечи. — Циньрань, мне очень нужна твоя поддержка.

Сестра вздохнула и снисходительно отмахнулась:

— Да ну тебя, я естественно на твоей стороне! Просто до меня никак не дойдёт: когда ты успел стать геем? С чего вдруг тебя на парней потянуло?

Таян помедлил с ответом.

— Честно говоря, сам не знаю. Другие парни меня вообще не привлекают. Мне нужен только он.

Циньрань поморщилась, будто от зубной боли, и преувеличенно потёрла плечи:

— Ой, всё, прекрати, меня аж передернуло от этой романтики!

Впрочем, секундой позже она уже сгорала от любопытства, требуя показать фотографии. Таян порылся в телефоне и с удивлением обнаружил, что у него нет ни одного нормального снимка Суй Е крупным планом. В итоге пришлось достать из закромов две детские фотографии, которые он в своё время тихо сбедокурил из альбома самого Суй Е.

Циньрань смерила брата скептическим взглядом — мол, что по этим детским мордашкам поймёшь? — но, присмотревшись, задумчиво признала:

— Ну, черты лица изначально породистые.

Таян гордо вздернул подбородок:

— Он вообще невероятно красивый.

Поболтав ещё немного, Циньрань внезапно затронула самый неласковый и сугубо практический вопрос. Веселье с её лица как рукой сняло.

— А с родителями что делать будете?

При этих словах Таян заметно помрачнел:

— Как только вернутся в страну, я сразу найду подходящий момент и всё им расскажу.

— Ты хочешь совершить каминг-аут?! — обомлела сестра.

Ей казалось, что однополые отношения и без того сопряжены с оглушительным давлением общества, так что, пока всё окончательно не утряслось, куда разумнее держать всё в тайне.

Но Таян лишь твердо кивнул:

— Конечно. Я не стану заставлять Суй Е прятаться по углам, словно мы делаем что-то постыдное. Даже если родители нас не примут, они должны знать: этот человек — мой выбор, и я его люблю.

Они ещё долго проговорили по душам, прежде чем выйти из кабинета.

За ужином витала лёгкая неловкость. Сяо Цинь посматривала на Таяна с явным, хоть и тщательно скрываемым замешательством, однако деликатно молчала. Так что инцидент посчитали исчерпанным.

Вот только Таян не ожидал, что сестра всё ещё горит идеей затащить его на вечеринку. Более того — теперь она требовала, чтобы он пришёл не один, а с Суй Е.

Циньрань запрыгнула на подоконник в его комнате и лукаво прищурилась:

— Я просто обязана взглянуть на свою зловредную «невестку»!

От такого обращения Таян чуть не поперхнулся.

— Давай в другой раз, а? — смеясь, отмахивался он.

Но сестра тут же включила режим обиженной капризули:

— Брат, ну мне же скоро обратно в Австралию лететь! Он тебя уже со своими близкими познакомил, почему бы и тебе не представить его семье?

Слова «представить семье» невольно отозвались тёплой волной где-то в груди. Посмотрев на искреннее любопытство в глазах сестры, Таян сдался:

— Ладно. Я спрошу у него.

***

За два дня до возвращения Суй Е в Хайши, во время привычного ночного созвона, Таян осторожно завёл речь о предстоящей тусовке:

— Я всё рассказал сестре. Она хочет с тобой познакомиться.

На том конце провода на мгновение воцарилась тишина.

— М-м?

Таян перевернулся на другой бок, обнимая одеяло, и вместо долгих объяснений шутливо пригрозил:

— Ну так что, придёшь или струсил?

Спустя пару секунд из динамика донёсся мягкий смешок:

— Приду.

***

В день вечеринки Циньрань сняла загородную виллу — решила таким образом компенсировать тот факт, что сам Новый год ей пришлось встречать вдали от дома. Она наприглашала кучу друзей и одноклассников, вознамерившись устроить шумный разгуляй.

Таян тоже позвал пару ребят из своей группы, включая Пипи и Юто.

Когда они подъехали к коттеджу, на телефон Таяна пришло сообщение от Суй Е: тот писал, что находится буквально в одном перекрёстке от них. Отправив остальных внутрь, Таян остался ждать у входа.

Удивлённых Пипи и Юто, порывавшихся расспросить, кого это он высматривает, Циньрань сообразительно выставила за дверь, утащив в дом под предлогом помощи с распаковкой коробок.

За городом царила тишина. На землю спустились сумерки, и лишь тусклые желтоватые пятна фонарей прорезали мрак. Таян стоял у ворот совершенно один. Ночной ветер едва слышно шелестел листвой в соседнем лесу, приятно покалывая прохладой щёки. Он потёр зябнущие ладони, поглубже укутал лицо в шарф и, оставшись лишь с открытыми глазами, с нетерпением вглядывался в поворот дороги.

Вскоре во тьме блеснул яркий свет фар. Таян просиял — он сразу узнал авто Суй Е — и сбежал по ступеням, торопливо устремившись навстречу.

Машина плавно замерла у тротуара. Дверь со стороны водителя распахнулась, и на асфальт шагнул Суй Е. Строгое тёмное пальто делало его и без того статную фигуру ещё более высокой и подтянутой.

В груди Таяна вспыхнуло безудержное желание с разбегу броситься ему на шею, но он сдержал порыв, вовремя притормозив. Глаза его сияли от счастья, словно он вот-вот начнёт вилять невидимым хвостом.

— Ты чего тут на холоде стоишь? — Тепло улыбнулся Суй Е и тут же озабоченно нахмурился, взяв его за пальцы. — Замёрз?

Таян хотел привычно отмахнуться, мол, ерунда, но, встретив его обеспокоенный взгляд, сразу капризно поджал губы:

— Ещё как замёрз! Я тут тебя полвека жду, ноги уже отваливаются...

Суй Е снисходительно хмыкнул и, шагнув ближе, коротко прижал его к себе, на мгновение заключив в объятия. Не успел Таян толком опомниться — сердце заколотилось где-то в горле, а руки сами потянулись ответить, — как Суй Е уже отстранился.

— Пойдём в дом.

Таян кивнул, ощутив лёгкий укол разочарования, хотя под шарфом щекам стало лишь ещё жарче.

***

Стоило им переступить порог виллы, как раздались громкие хлопки — «Бам! Бам!». На них ярким дождём посыпались разноцветные конфетти и серпантин.

Таян от неожиданности вжал голову в плечи. Смахивая с волос блестящие ленты, он ошарашенно уставился перед собой.

Возглавляемая Циньрань компания выстроилась в две шеренги, сжимая в руках хлопушки.

— Добро пожаловать! — заголосила сестра, но, стоило ей толком разглядеть лицо стоящего рядом с братом гостя, как она выпалила: — Офигеть!

Пипи тоже разинул рот:

— Ого! Это же Сэм!

Юто рядом глубокомысленно поправил:

— Теперь правильно говорить: Суй Е-sama.

— Чего-чего?!

В этот момент Циньрань неожиданно во всё горло затянула Марш Мендельсона:

— Та-та-та-дам! Та-та-та-дам!

Таян вспыхнул до корней волос и замахнулся на неё ногой. Циньрань картинно заверещала и сделала вид, что спасается бегством.

Таян торопливо оглянулся, с опаской проверяя реакцию Суй Е. Но тот абсолютно невозмутимо стряхивал со своего пальто блёстки. Почувствовав на себе взгляд, он мимолётно посмотрел на Таяна, и уголки его губ тронула едва заметная улыбка.

***

Вскоре собрались все гости, и вечеринка закружилась вовсю. Тут-то Таян и заметил странность: Суй Е проявлял к его сестре какое-то подозрительно пристальное внимание и даже любезность.

— Если захочешь сделать фотосессию или снять видео, обращайся, — предложил Суй Е. — Сделаю всё бесплатно.

У Циньрань даже глаза засияли:

— Правда?! Серьёзно, без записи за полгода и очереди?!

— Без, — с мягким смешком заверил Суй Е. — Как освободишься, просто напиши мне, я подстрою график.

Сестра едва не запрыгала от восторга и тут же потянулась за телефоном. Суй Е заранее открыл свой QR-код в WeChat:

— На связи.

Таян, наблюдая, как легко его сестра продалась с потрохами за пару снимков, едва удержался от ироничной ухмылки.

Спустя некоторое время снова раздалась трель дверного звонка. Циньрань помчалась открывать, на ходу крича:

— Это Сяо Цинь со своей знакомой! Встречаем!

Все поднялись с мест. Рядом с Сяо Цинь стояла молодая женщина чуть старше их — с аккуратным каре до плеч, выглядевшая весьма элегантно и уверенно. На руках она держала небольшую шоколадную собачку, которая вовсю вращала пуговками глаз, изучая новую обстановку.

Таян присмотрелся ближе и обомлел: пёс был той же породы, что и Суйбянь, только шерсть у него оказалась чуть темнее.

Как выяснилось, гостью звали сестра Тао — она жила по соседству с Сяо Цинь.

Женщина непринуждённо поздоровалась со всеми, но, скользнув взглядом по присутствующим, неожиданно замерла. На её лице вспыхнула искренняя радость:

— Ой! Суй Е?! Ты откуда здесь?

Все обернулись. Суй Е сделал пару шагов вперёд, вежливо отвечая:

— Сестра Таоцзы, давно не виделись.

По гостиной прокатился тихий шепоток. Таян перевёл взгляд с Суй Е на статную, ухоженную женщину, и в груди у него почему-то нехорошо сжалось.

— Вот так встреча, — улыбнулась Таоцзы. — А как там Саньсань поживает?

— Прекрасно, аппетит отличный, спит крепко, — улыбнулся в ответ Суй Е. — Кстати, его теперь зовут Суйбянь.

Только тут до Таяна дошло: похоже, они познакомились именно благодаря собакам. Полегчало, конечно, но, смотря на то, как непринуждённо и тепло Суй Е общается с этой красивой женщиной, на душе всё равно оставался какой-то осадок.

После обмена любезностями все стали проходить дальше в зал. Таян плёлся самым последним, когда его пальцев вдруг коснулась чужая ладонь. Он повернулся и увидел Суй Е, который слегка наклонился к самому его уху:

— Тот пёсик у неё на руках — это мамочка нашего Суйбяня.

Таян удивлённо хлопнул ресницами.

Суй Е, глядя на него с затаённой улыбкой, добавил:

— Сестра Тао давно замужем. У неё ребёнок уже в детский сад ходит.

Сообразив, к чему эти подробности, Таян мгновенно вспыхнул от смущения. Напустив на себя наигранно-равнодушный вид, он буркнул:

— Ну и ладно. Я вообще-то и не спрашивал.

Суй Е слегка потянул его за руку, нежно поглаживая ладонь:

— А я просто забочусь, чтобы один ревнивый мальчик не накручивал себя...

Пойманный с поличным, Таян покраснел до самых кончиков ушей. Вырвав руку, он сморщил нос:

— Ничего я не ревную!

***

Народ рассредоточился по гостиной: кто-то уплетал закуски, кто-то резался в настолки, отовсюду доносился смех. Но Таяну было не до веселья. Чуть ранее Суй Е предупредил его, что хочет перекинуться парой слов с Таоцзы и скоро вернётся.

Таян прекрасно понимал — это обычные приличия, старые знакомые просто поддерживают разговор. Глупо и совершенно нелогично обижаться на ровном месте.

Но почему тогда на душе так муторно?

Он забился в самый дальний угол дивана, уткнувшись подбородком в мягкую подушку, и уныло уставился в одну точку.

Рядом неожиданно просел матрас — Пипи бесцеремонно уселся под бок и закинул руку ему на плечо:

— Слушай, а ведь они вместе смотрятся прямо-таки идеально. Реально гармоничная парочка.

Эти слова больно задели и без того натянутую струну внутри. Таян против воли перевёл взгляд.

Чуть отдаль стоял Суй Е, слегка наклонившись, и со сдержанной улыбкой фотографировал собачку на руках у Таоцзы. Та смотрела на питомца и что-то тихо комментировала, иногда поднимая глаза на Суй Е.

В свете люстры оба выглядели безупречно: один — статный и уверенный, другая — элегантная и утончённая. Из их непринуждённого разговора так и веяло зрелостью, присущей людям одного круга.

Сердце уколола острая, колючая досада. Таян поспешно отвёл глаза и уставился в пол. Пальцы с некоторой злостью принялись вычерчивать невидимые кресты на подушке, а губы сами собой упрямо сжались.

Ар-р-р, до чего же бесит!

Разговор не продлился и пяти минут, как Суй Е уже направлялся к нему. Но ревность в душе Сун Таяна успела настояться, разбухнуть и вспучиться до таких пределов, что он и сам от себя подобного не ожидал.

Взвалив на себя лежавший рядом плед, он накрылся с головой и зажмурился, делая вид, что беспробудно спит.

До слуха донеслись шаги. Суй Е вполголоса обменялся парой фраз с Пипи, и тот уступил ему место. Диван мягко просел рядом, и сердце Таяна ухнуло куда-то в пропасть.

— А вот и я, — тихо, почти шёпотом пробормотал Суй Е.

Край пледа приподнялся, пропустив прохладный сквозняк. В следующую секунду тыльную сторону ладони обдало теплом — Суй Е накрыл своими пальцами его сжатую в кулак руку.

Таян замер, едва не забыв, как дышать. Сердце будто сжала невидимая ладонь — горячо и до судорог сладко. Он глубже уткнулся подбородком в плед, сглотнул подкативший к горлу ком и промолчал.

Подушечки пальцев Суй Е медленно скользили по его коже, поглаживая — не то успокаивая, не то откровенно дразня.

— Я тут щёлкнул Цуйди пару раз. Хочу потом Суйбяню показать. Глянешь?

Сун Таяну безумно хотелось буркнуть, что ему до лампочки, но резать с плеча казалось детским садом и глупой мелочностью.

В итоге он распахнул глаза, с ленивой небрежностью выпрямился и ровным, подчеркнуто равнодушным тоном произнес:

— Посмотрю.

Но не успел Суй Е разблокировать экран, как к ним подошла какая-то девушка.

Таян мгновенно выпростал руку из-под пледа.

— Брат Суй Е, а правда, что ты фотограф? Можно мне как-нибудь напроситься к тебе на съёмку?

Взгляд у неё горел таким недвусмысленным огнём, что фотосессия тут явно была делом десятым.

Искра раздражения, которую Сун Таян только-только затолкнул поглубже, вспыхнула с новой силой и превратилась в настоящий пожар.

Он встал, сбросил плед на диван и сухо, с ледяной интонацией отрезал:

— Пойду воды попью.

Суй Е окликнул его вслед, но Таян даже глазом не моргнул и ушёл не оборачиваясь.

Дальше он намеренно затерялся среди гостей: вместе с Сун Циньрань накрывал на стол, раскладывал приборы, суетился.

Суй Е подходил к нему дважды. Один раз принёс кусочек торта, второй — спросил, не нужна ли помощь. Было видно: хочет поговорить наедине, но вокруг постоянно сновали люди.

Таян и сам не понимал, отчего его так штормит. Вроде бы и не хотел задираться, а из рта сплошь вылетал яд да желчь. Слово за слово — и оба раза они расходились ни с чем.

Среди собравшихся Суй Е был лицом новым и привлекал слишком много внимания. То и дело к нему подсаживались девчонки, заводили беседу, а самые бойкие и вовсе наглели, выпрашивая контакты в WeChat.

Таяна воротило от собственной мелочности: Суй Е ведь держался с безупречной вежливостью, сохранял дистанцию и мягко отклонял любые подкаты. Но даже это выводило из себя.

И самое паршивое — Суй Е пока не был его парнем. Он даже права не имел подойти и заявить на него свои права.

Чуть позже Пипи, заметив, что Таян слоняется без дела, уволок его к телевизору рубиться в приставку.

В кармане вибрировал телефон. В короткой паузе между раундами Таян мазнул взглядом по экрану:

**[Суй Е: Ну обрати на меня внимание]**

**[Суй Е: /грустный_щенок.jpg]**

Сердце сжалось в комок. Таян резко обернулся. Суй Е сидел неподалёку за обеденным столом, положив голову на скрещённые руки, и из этого импровизированного укрытия уставился на него печальными, тёмными как ночь глазами.

Этот взгляд сметал любые барьеры. Таян тут же выронил геймпад.

— Эй, ты чего?! Раунд же ещё не кончился! — запричитал Пипи, одной рукой пытаясь удерживать геймпад, а другой вцепившись ему в плечо.

— Всё, я пас, — Таян уже поднимался.

— Да бойся ты Бога, мы же продуем! — Пипи налетел на него всем весом, насильно заталкивая геймпад обратно в ладони и лихорадочно тыкая его пальцами по кнопкам.

Прижатый к полу Таян пытался спихнуть с себя эту тушу. И тут неожиданно яркая вспышка слепанула глаза, сопровождаемая щелчком затвора.

Таян косо повернул голову: рядом стояла девушка с телефоном в руках.

— Ой! Извините! Совсем забыла вспышку выключить! — виновато пискнула она.

Подбежавшая на шум Сун Циньрань расхохоталась:

— Ты чего это их щёлкаешь?

Девушка смущённо прикусила язык:

— Да просто… выглядят ну очень мило вместе!

Кто-то из знающих тему девчонок подхватил:

— А ты не знала? У них же реальный пейринг есть! Называется «Питя»!

Циньрань мгновенно осеклась, улыбка слетела с её лица, а голос стал сухим и строгим:

— Чёшь ты мелешь, завязывай!

Таян инстинктивно бросил взгляд на Суй Е — тот сидел, уткнувшись в экран смартфона.

В тот же миг телефон у бедра ощутимо задрожал.

**[Суй Е: Сун Таян, подошёл сюда]**

**[Суй Е похлопал «тебя»]**

**[Суй Е похлопал «тебя»]**

**[Суй Е: Иди сюда]**

На экране загорелась надпись Game Over. Таян с силой спихнул с себя Пипи и вскочил с ковра.

Но тот, войдя во вкус, сгрёб его за ногу и завопил на весь зал:

— Э-э-э! Ты куда от мужа намылился?!

Девочки вокруг тут же заговорщически захихикали и заулюлюкали.

Таян аж вытаращился от такой наглости:

— Ты совсем!..

Юто плотно плюхнулся между ними и подобрал геймпад:

— Ладно, я с тобой сыграю.

— Да ты ж рак беспонтовый! — скривился Пипи.

Юто молча въехал ему ногой в бок, и через секунду оба уже катались по полу, тузя друг друга.

Воспользовавшись суматохой, Таян вырвался. Быстро огляделся — Суй Е за столом уже не было. Сердце ухнуло вниз. Он лихорадочно пробежал взглядом по гостиной и наконец заприметил его в дальнем углу на диване.

Суй Е держал на руках собаку, Цуйди, и молча гладил её по шерсти.

Таян облегчённо выдохнул, сделал шаг, другой и подошёл ближе. Мгновение поколебавшись, он опустился на диван рядом с ним.

Но Суй Е даже головы не поднял. Лицо его оставалось непроницаемым и упрямым, взгляд блуждал по собачьей холке — будто рядом никого и не было.

Таяну стало тоскливо. Суй Е никогда так себя не вёл. Раньше, как бы Таян ни капризничал, именно Суй Е первым шёл на уступки и сглаживал углы.

Таян осторожно протянул руку, зажал двумя пальцами край его рукава и слегка потянул.

Никакой реакции.

И только сейчас до Сун Таяна наконец дошло. Они же оба, как двое малолетних дураков, устроили здесь парад глупой, мелочной ревности.

Да, в основе лежал страх потерять, забота и чувства, но на выходе получались лишь обиды, тоска и разъедающая досада.

Какая же дичь! Сидят тут, взращивают собственную неуверенность, дуются по углам и мучают друг друга. А главное — почему? Откуда эта вечная тревога?

Да потому что они — никто друг другу. Не пара.

Пусть сердца давно стучат в один такт, пусть оба насквозь чувствуют эту невидимую нить и взаимную тягу, но без официального статуса их отношения — как судно без якоря. Любая случайная волна способна унести его в открытое море.

Каждый из них думает, что не имеет права требовать, предъявлять претензии или качать права. Они даже стыдятся собственного эгоизма и попыток сжать пальцы на чужой жизни, считая это недостойным.

Вот только собственнический инстинкт — штука дикая, если вырвется, уже не затолкнёшь обратно.

Без простого и чёткого «мы вместе» сотни слов так и останутся застрявшими в горле, эмоции придётся заталкивать поглубже, а страхи пережёвывать в одиночку.

Флирт и недосказанность — это, конечно, пьянит и заводит, но на деле эта романтическая иллюзия хрупка как хрусталь.

В голове у Таяна словно щёлкнул тумблер. С него хватит. Он резко протянул руку, сжал запястье Суй Е и рывком поднял его с дивана.

Раньше ему нравилось играться в эту неопределённость, кайфовать от щекочущего нервы притяжения. Но теперь эта подвешенная невесомость вызывала лишь тошноту.

Он хотел иметь законные права. Хотел требовать своё без оглядки.

Таян потащил Суй Е за собой прямо через кучки болтающих гостей. Суй Е не произнёс ни слова, молча и послушно следуя за ним.

— Циньрань, на втором этаже есть свободная комната?

Сун Циньрань обернулась, опустила взгляд на их сцепленные руки и сообразительно хлопнула в ладони:

— А-а! На втором справа, в самом конце коридора, есть кабинет. Там тихо. Давайте-давайте, дуйте туда! Только не забудьте потом спуститься на общее фото!

Таян коротко кивнул и, больше не теряя времени, увлёк Суй Е вверх по лестнице.

Они один за другим шагнули в небольшую библиотеку. Таян захлопнул дверь, повернул защёлку засова и пощёлкал выключателем на стене.

Люстра под потолком даже не мигнула.

В ту же секунду за его спиной раздался мягкий щелчок — Суй Е включил старую стеклянную лампу на письменном столе.

Тусклый жёлтый свет выхватил из мрака лишь небольшой пятачок вокруг стола, но этого вполне хватило, чтобы рассмотреть выражения лиц друг друга.

Таян чётко разглядел беспросветную, тяжёлую тень, залёгшую в складке между бровями Суй Е.

Их силуэты длинными тенями растянулись по книжным шкафам. Суй Е сделал шаг навстречу, не поднимая глаз, и с тихой растерянностью спросил:

— Ты всё ещё злишься? Я… сделал что-то не так?

От этих слов у Таяна сжалось сердце. Суй Е сейчас был похож на огромного пса, который до смерти боится, что его бросят хозяева. Хотелось мгновенно шагнуть вперёд и сгрести его в охапку.

Но Таян одёрнул себя: не время для нежностей. Сначала надо всё расставить по местам.

Переведя дыхание, он произнёс:

— Ты ни в чём не виноват. Это всё я… Единственный твой косяк — то, что ты тянешь резину и не предлагаешь мне встречаться.

Честно говоря, никакого плана у Таяна не было. Вся эта сцена держалась на чистом импульсе: вывалить всё, что давило на грудь, высказать свои чувства и наконец поставить жирную точку.

— Суй Е, — продолжал он. — Я обещал дать ответ после Нового года, помнишь? Не знаю, что в твоём понимании «после Нового года» — неужели надо ждать до праздника фонарей?

Он сделал паузу.

— Так вот. Я скажу тебе сейчас.

Голос его слегка дрожал, но выговаривал он слова с максимальной серьёзностью:

— Суй Е, слушай внимательно. Я больше не хочу с тобой…

— Нет!

Не дав ему договорить, Суй Е рванулся вперёд и мёртвой хваткой сжал его в объятиях.

Таян ахнул — от неожиданности и от того, как сокрушительно сдавило грудную клетку, перекрыв кислород.

— Ты сейчас на эмоциях, нельзя принимать решения в гневе! — зашептал Суй Е ему прямо в ухо, сбиваясь от паники. — Подумай ещё, ладно? Вот остынешь немножко — и тогда скажешь.

Уткнувшись носом в плечо Суй Е, Таян пытался переварить происходящее через туман в голове, но смысл фразы до него дошёл быстро.

Погодите… Он что, не так всё понял?!

— М-м-м!.. — Таян дёрнулся, пытаясь высвободить голову и объясниться, но его лишь сильнее прижали к себе.

Суй Е накрыл ладонью его затылок, намертво зафиксировав лицо на своём плече — чтобы тот даже не шевельнулся, чтобы не смог вырваться.

— Мы же целовались, — вьющимся шёпотом запричитал Суй Е. — И в первую ночь нового года ты сам меня поцеловал. Шестнадцать раз! Ты же меня любишь!

Таян вытаращил глаза.

Стоп, чего?!

Суй Е тяжело, судорожно выдохнул, обжигая его шею горячим воздухом:

— Подумай ещё раз, прошу тебя… Подумай хорошенько…

В его голосе звучала такая отчаянная беспомощность и паника, каких Таян не слышал ни разу в жизни. Он буквально молил.

Заставив себя собраться с мыслями, Таян приподнял руку и слабо постучал пальцами по напряжённой спине Суй Е:

— Кхм… Ты… отпусти потише, а? Кости же трещат…

Суй Е на мгновение застыл, ослабил хватку, но тут же съехал ладонями вниз и мёртвой хваткой сжал кисти Таяна — словно тот мог испариться прямо в воздухе.

— Всё, я беру свои слова назад, — уставился он на него. — Никаких «потом». Давай встречаться прямо сейчас. Прямо с этой секунды, ладно?

Таяна поразило, до какой степени этот человек может потерять контроль и уйти в панику. Раньше он, наверное, посчитал бы это забавным и даже с неким сладким злорадством насладился бы чужой слабостью.

Но сейчас внутри всё сжималось от острой, тупой боли.

Ему было невыносимо видеть Суй Е таким жалким и растерянным. Сердце изнывало от жалости.

— Да я вообще-то хотел сказать… — опять попытался Таян.

Но Суй Е перебил его на полуслове, не дав вставить и пары фраз:

— Это я во всём виноват! Не надо было разводить эти глупости с ухаживаниями, надо было сразу… Я просто слишком много заморачивался, пропусти мимо ушей…

Всё. Предел.

Таян сгрёб его в охапку за воротник, рванул на себя и сочным, громким поцелуем прямо в губы наконец заставил его заткнуться.

А затем, залившись краской до самых ушей, зажмурился и на весь кабинет гаркнул:

— Да дашь ты мне договорить или нет?! Задолбал уже, честное слово!

Сун Таян разомкнул веки, досадливо выдохнул и принялся мерять комнату быстрыми шагами. Сделав пару кругов, он вновь замер прямо перед Суй Е.

Впившись в него взглядом, он выпалил на одном дыхании:

— Я до этого сказал, что не хочу, но я имел в виду другое! Я не хочу больше этой невнятной неопределенности между нами! А ты меня перебивал! Даже договорить не дал!

— Так вот, теперь говорю заново! Ты! Мне! Нравишься! Я хочу, чтобы ты стал моим парнем! Понятно тебе?!

Высказавшись на одном выдохе, Таян почувствовал, как с души словно камень упал. Он не спускал глаз с Суй Е, и пусть лицо того оставалось невозмутимым, грудь вздымалась всё чаще, а дыхание сбилось и стало рваным.

Сглотнув спертый ком в горле, Таян попытался совладать с собственным бушующим сердцем и продолжил:

— Ты даже не представляешь, как я сегодня бесился! Видел, как ты разговариваешь с другими девчонками, как они на тебя смотрят — с таким обожанием! — как стоят рядом... Меня прямо изнутри всё сжигало от злости!

Он обиженно поджал губы:

— А у меня даже права не было злиться! Вот будь мы настоящей парой, я бы вышел и открыто заявил им всем: «Он мой!»

С этими словами он сделал шаг вперед и сжал опущенную руку Суй Е, переплетая их пальцы. Практически в то же мгновение Суй Е ответил на этот жест с неожиданной, почти отчаянной силой.

— Суй Е, — голос Таяна смягчился, переходя на тихий, размеренный полушепот. — Ты просил меня всё хорошенько обдумать. Я понимаю. Понимаю, что всё ещё незрелый, что в поступках и мыслях похож на ребенка, что смотрю на всё слишком просто... Но я могу научиться! Научусь планировать будущее, научусь понимать твои мысли и страхи.

Он слегка качнул их сцепленные кисти и совсем тихо добавил:

— В крайнем случае... ты ведь сам меня научишь, правда? Я не такой уж безнадежный.

В тусклом желтоватом свете глаза Суй Е показались влажными и слегка покрасневшими. Напряженно качнув головой, он произнес глухим, прерывающимся голосом:

— Нет... Ты замечательный. Это я во всём виноват.

Таян закусил губу. Ему хотелось услышать совсем не эти слова. Он вдруг осознал: Суй Е, всегда казавшийся всемогущим и способным решить любую проблему, на самом деле напоминал осторожную раковину. Свои настоящие чувства и уязвимость он прятал глубоко под прочным панцирем, никого туда не подпуская.

Едва Таян опустил голову, как Суй Е порывисто шагнул вперед, сгреб его в охапку и прижал к себе.

— Я люблю тебя, Таян.

Он сжимал его так безудержно, будто пытался вплавить в собственное тело, словно обрел нечто невероятно ценное, давным-давно утерянное. Уткнувшись подбородком в чужое плечо, Таян почувствовал лёгкую боль от этой хватки, но и не думал отстраняться — напротив, он обнял Суй Е изо всех сил.

Они обнимались уже не раз, но прежде никогда это объятие не приносило такого прочного, умиротворяющего чувства безопасности. Вся тревога испарилась, бьющееся в груди сердце наконец обрело приют и покой.

Спустя какое-то время Таян чуть отстранился и поднял взгляд. Суй Е смотрел на него сверху вниз — они стояли совсем рядом, дыхание смешивалось.

Мягкий, рассеянный свет в комнате обволакивал их полупрозрачной вуалью. Заметив, как Суй Е плавно наклоняется к нему, Таян почувствовал, как сердце уходит в пляс, и инстинктивно прикрыл глаза.

Поцелуй тёплым касанием опустился на его лоб.

Разомкнув веки, Таян встретился с ним взглядом. В глазах каждого отражались разрумянившиеся щеки и нежность, которую больше не нужно было прятать.

Душу захлестнула чистая радость. Не считая всех прошлых случайностей и сегодняшних откровений, этот поцелуй стал первым — первым настоящим поцелуем с тех пор, как они стали парой.

Таяна подмывало податься вперед за продолжением, но в самый трогательный и уютный момент из его кармана раздалась громкая трель звонка.

Вытащив телефон и мазнув взглядом по экрану, Таян тут же сбросил вызов:

— Циньрань. Наверное, зовёт сделать общее фото.

Суй Е лишь тихо отозвался, но руки с его талии не убрал. Во взгляде читалось нежелание расставаться и тысячи несказанных слов.

Таяну и самому хотелось побыть вдвоём ещё хоть немного, но разозлённая сестра была страшна в гневе, да и внизу собралась вся компания.

Он ласково похлопал Суй Е по тыльной стороне ладони. Тот неохотно разжал объятия. Но стоило Таяну повернуться к двери и щелкнуть замком, как Суй Е снова прижался к нему со спины, уткнувшись лицом в шею и жадно вдыхая родной запах.

Таяна захлестнула небывалая сладость, удержать улыбку на губах стало просто невозможно.

Раньше ему казалось, что эта сжигающая неопределенность — самый сок, но теперь он осознал: настоящие отношения лучше в сотни, в тысячи раз!

Погладив его по пальцам, он мягко, словно успокаивая капризного ребенка, прошептал:

— Ну всё-всё... Не будем заставлять всех ждать.

Лишь тогда Суй Е с явной неохотой отпустил его.

Они вместе спустились по лестнице, держась за руки, однако перед самым выходом в гостиную синхронно разжали пальцы.

Сун Циньрань мгновенно засекла их и замахала руками:

— Давайте-давайте! Собираемся для общей фотографии!

Все со смехом и шумом столпились у камина, украшенного новогодними гирляндами. Таян с Суй Е скромно встали в самом дальнем углу заднего ряда.

Их опущенные кисти случайно соприкоснулись, и Суй Е мгновенно перехватил его пальцы. Таян не стал вырываться, а лишь незаметно переступил с ноги на ногу, прижимаясь плечом ещё плотнее.

Вдруг совсем рядом раздался сдавленный писк. Таян обернулся и успел увидеть, как Сяо Цинь, зажав рот руками и вытаращив округлившиеся глаза, бросилась наутек.

Таян переглянулся с Суй Е. Тот едва заметно отвернулся, но в уголках его губ заиграла довольная улыбка. А пальцы под одеждой так и остались сплетенными.

После снимка компания разбилась на группы по интересам. Суй Е и Таян, предпочтя держаться подальше от шумного длинного стола, устроились в уютном уголке и разложили ханафуду.

Правда, игра не клеилась с самого начала. Стоило Таяну потянуться за картой, как рука Суй Е якобы случайно касалась его тыльной стороны ладони. А когда Таян выигрывал, Суй Е со смехом перехватывал его запястье, заявляя, что карты с дефектом, и наклонялся почти вплоть до щеки, чтобы «проверить».

От такого внимания у Таяна всё внутри переворачивалось, и азарт быстро сошел на нет. В итоге они бросили расклад и просто сидели, держась за руки под столом и лениво рассматривая узоры на рубашках карт.

Чуть позже возле большого стола развернулась баталия в «Монополию». Градус веселья зашкаливал, взрываясь взрывами хохота и криков. Понаблюдав за ними со стороны, Таян тихо спросил:

— Пойдём глянем?

Суй Е кивнул, они поднялись и пристроились на самых дальних местах.

Однако Суй Е и тут не успокоился. Его мизинец скользнул по ковру к мизинцу Таяна, сплёлся с ним, а затем сантиметр за сантиметром накрыл всю его ладонь.

Таян не удержался от улыбки и незаметно подвинулся ближе, привалившись плечом к чужому боку.

На длинном столе как раз закончился раунд. Победивший Пипи радостно вскинул голову и окинул взглядом комнату. Заметив сидевшего сзади Таяна, он огласил гостиную громким воплем:

— Ого! Моя легендарная женушка соизволила почтить нас своим присутствием?!

Раздались смешки, и все перевели взгляды на них.

Таян досадно поморщился:

— Чего разорался-то?

Юто тут же подхватил, качая головой и передергивая интонацию:

— «Чего разорался-то?»

Сун Циньрань залилась смехом и пискляво передразнила:

— «Чего разорался-то?»

Все снова заходились от хохота, как вдруг сквозь этот шум прорезался низкий, бархатный голос:

— И вправду, чего разорался?

В комнате на несколько секунд воцарилась звенящая тишина. Все как один уставились на Суй Е. У Таяна подкосились ноги, спина вытянулась в струну. Он осторожно косился на соседа, но тот сидел с совершенно невозмутимым видом, будто вовсе не он только что это сказал.

Таян уткнулся взглядом в пол, ощущая, как его пальцы в чужой ладони сжались с ещё большей силой.

Вскоре Таян отчетливо уловил, что атмосфера в коттедже неуловимо изменилась.

Ни одна девушка больше не предпринимала попыток заговорить с Суй Е. Вместо этого они то и дело бросали на них со стороны хихикающие, многозначительные взгляды.

Таян похлопал ресницами. Похоже, ему как свежеиспеченному парню даже не пришлось прилагать усилий, чтобы "обозначить свои права".

К полуночи шум постепенно улегся, многие начали поклевывать носом. Суй Е нагнулся к уху Таяна:

— В какой комнате ты спишь?

В обращенных на него глазах плясали крошечные искорки, обжигавшие самое сердце.

Кожа покрылась мурашками. Покраснев, Таян с предвкушением выпалил:

— Я хочу с тобой! Сейчас пойду узнаю!

Однако ожидания разбились о суровую реальность: вся их огромная орава оказалась размещена в одном-единственном помещении.

Сун Циньрань ради «душевной атмосферы» заранее попросила персонал переоборудовать самый большой зал на втором этаже, уставив его двухъярусными кроватями. Получилась натуральная студенческая общага.

Ссылаясь на эти железяки, Таян потерял дар речи и с трудом процедил сквозь зубы:

—... Ну ты и затейница, Сун Циньрань.

Циньрань даже не уловила яда в его голосе и радостно подпрыгнула:

— Ну каково?! Прямо как в детском лагере! Ву-ху-у!

Таян одарил её абсолютно сухой, лишенной жизни улыбкой.

Впрочем, когда все умылись и разбрелись по своим винтажным койкам, дух общинности действительно дал о себе знать.

Из-за непривычной обстановки сон как рукой сняло. Парни и девушки валялись на матрасах, с удовольствием переговариваясь и шутя; смех не умолкал.

Таяну тоже стало весело. Уткнувшись подбородком в подушку, он с интересом слушал чужие сплетни и время от времени прыскал со смеху.

Но взгляд его то и дело возвращался к соседней койке в изголовье. Там под одеялом неподвижно лежал Суй Е, и было непонятно, спит он или нет.

В этот момент кто-то подал идею:

— А давайте страшилки рассказывать!

Идею встретили бурным одобрением. Вскоре в комнате погасили верхний свет и бра, и навалившаяся темнота мгновенно создала нужную, жупотную атмосферу.

— У-у-у, жуть!

— Жара пошла!

— Эй, кто мне башку трогает?!

Таян посмеивался и юркнул поглубже под одеяло.

Внезапно матрас ощутимо прогнулся, и кто-то коснулся его лодыжки.

— Ой!

С нижнего яруса раздался подшучивающий голос:

— Сяо Янь, ну ты и массовка! Ещё даже рассказывать не начали, а ты уже орёшь!

Таян неловко хихикнул, но в ту же секунду понял: кто-то протискивается к нему под одеяло.

Тем временем рассказчик уже начал пониженным тоном:

—... Мужик набрался храбрости и рванул одеяло! А там — баба! Красивая, но рожа белая как бумага...

Таян осторожно приподнял край ткани и в непроглядной тьме уставился на непрошеного гостя. Смущенный и ошарашенный, он прошипел шепотом:

— Ты чего творишь?!

Человек под одеялом молчал, медленно ползя всё выше.

—... И от неё холодом веет, как от трупа!

Узкая односпальная койка совсем не располагала к двоим. Когда Суй Е взобрался полностью, они оказались зажаты буквально в обнимку. Таяну пришлось вжаться в стенку. Тело Суй Е было горячим, а дыхание обжигало шею и мочку уха.

Попытавшись втянуть голову в плечи, Таян снова прошептал:

— Что ты делаешь?

Суй Е лишь крепче сжал его в объятиях. Таян нервно вцепился в его предплечье, не смея даже шелохнуться, чтобы их не засекли.

Рассказчик тем временем гнусаво протянул:

— «Хлюп-хлюп... Как же я голодна-а-а... Я так долго терпела-а-а...»

Суй Е уткнулся носом в его шею и глухо выдохнул:

— Хочу спать с тобой.

Таяна разобрал смех. Кто бы мог подумать, что в отношениях Суй Е окажется такой липучкой? Это было так мило, что сердце просто таяло.

Прижавшись к нему в ответ, он шепнул:

— Нас же срисуют...

Они лежали, сцепившись телами. Таяна лихорадило от страха: если кто-то заметит шевеление на верхней полке и сдернет одеяло, их застукают на месте!

Но вместе с тем от этой опасности по коже бежали сладкие мурашки. Переполненный эмоциями, он сжал руки на плечах Суй Е ещё сильнее.

Таян буквально врастал в чужое тело. От Суй Е пахло тем же гелем для душа, но смешанным с его собственным, естественным запахом кожи, который пьянил лучше любого вина.

Прильнув ближе, Таян втянул этот аромат и наконец озвучил мысль, что давно вертелась на языке:

— Как же от тебя вкусно пахнет...

Дыхание Суй Е мгновенно тяжелело, а удары сердца стали частыми и глухими. Услышав этот бешеный ритм, Таян прижался ухом к его груди.

Во тьме горячая ладонь накрыла его щеку. Суй Е накренился ниже, губами почти касаясь его уха.

Хриплым, низким шепотом он произнес:

— Я пьян.

Таян смутился:

— Чего?..

— Когда человек пьян, ему же всё прощают, правда?

— Что—

Договорить он не успел: чужие губы накрыли его рот, и Таян окончательно потерял связь с реальностью.

Не будь его рот так плотно перекрыт, он наверняка вскрикнул бы от неожиданности.

Губы Суй Е обжигали, но были неимоверно мягкими — точь-и-точь как карамельный пудинг, который они ели вечером. Словно подпаленная горелкой хрустящая корочка сахара, лакомство таяло во рту, оставляя густую, опьяняющую сладость.

Этот поцелуй был непохож на их прежние невинные касания. В нём чувствовалась затягивающая, властная страсть.

Суй Е впился в его нижнюю губу, жадно втягивая её. Таян задыхался, только сейчас в полной мере осознав, насколько сдержан был его партнер в прошлый раз.

Их дыхание становилось всё более рваным, но оба изо всех сил старались не издать лишнего звука. Таян сходил с ума от страха быть услышанным, однако тело помимо воли тянулось навстречу.

Он бессильно уткнулся ладонями в плечи Суй Е.

А рядом продолжал завывать рассказчик:

—... Сине-черный язык той твари свисал до самого пола, а острые клыки царапали кожу до крови...

— А-а-а-а!!

— Мать твою, отвали! Орать тихо можешь?!

Всё происходящее казалось диким сюром. В этой комнате, на узком матрасе верхнего яруса, они отдавались безумной, запретной ласке, риск попасться с которой зашкаливал.

Мысли вылетели из головы Таяна, а все чувства замкнулись на этом неистовом касании губ.

От нехватки воздуха голова пошла кругом. Он невольно приоткрыл губы — и даже не подозревал, каким роковым призывом это стало для Суй Е.

Влажный, горячий язык скользнул внутрь, принеся с собой свежий мятный вкус. Таян ошарашенно распахнул глаза.

Сквозь туман в голове пробилась дикая мысль:

«Какое еще "пьян"?! От него же ни грамма алкоголем не несет!»

Но не успел он возмутиться, как дурман снова захлестнул его. Таян поддался этому искушению и неумело ответил на поцелуй.

Напор сменился глубоким, чувственным исследованием, заставлявшим землю уходить из-под ног.

— Мгм... — когда Суй Е чуть приподнял его подбородок, из горла Таяна случайно вырвался сдавленный стон.

— Это что за звук? — насторожился кто-то снизу.

Таян сгорел от стыда и поспешно толкнул Суй Е в грудь. Отвернувшись, он принял следующий поцелуй уже в щеку.

Снизу откликнулся веселый голос:

— Да это я ролик в Тиктоке листал.

— Выключи! Всю атмосферу портишь!

Таян перевел дух, но Суй Е и не думал останавливаться.

Он ластился к его щеке и виску, обжигая дыханием. Таяну было щекотно; он слегка постучал пальцами по чужому плечу, моля о передышке.

Таян понимал: этот вечер останется с ним навсегда.

Теперь каждую ночь, едва закрыв глаза, он будет наяву чувствовать эти горячие губы и переживать то головокружительное удушье.

— Помните, Таки рассказывал жесть какую-то? — подал голос Пипи. — На том тимбилдинге мы потом всю ночь уснуть не могли!

Кто-то позвал:

— Да ну? Таки! Сяо Янь!

Ответа не последовало.

— Заснул, походу.

— Серьёзно? При таком оре? Ну у него и богатырский сон!

— Пипи, а ты сам помнишь ту историю?

Однако «заснувший» Сяо Янь вовсю лупил глазами во тьме, лежа в объятиях мужчины и жадно ловя ртом воздух.

Попытавшись поменять положение, он согнул колено — и случайно уткнулся во что-то твердое.

От осознания едва не сорвался крик.

— Суть помню, но пересказать не смогу, — смеялся Пипи. — Эй, Юто, ты помнишь?

— Давно забыл, — буркнул Юто.

— Врёшь! — заржал Пипи. — Ты тогда визжал громче всех и вцепился в Таки! «Ой, мне страшно-страшно!» — манерная ты рожа!

— Заткнись, сука!

Раздался глухой «бум», и Пипи заорал:

— Эй! Кто в меня подушкой швырнул?!

Кровать заходила ходуном. Таян даже охнуть не успел, как в этом хаосе его губы вновь оказались захвачены.

Внизу разгорелась шуточная драка между Пипи и Юто. Остальные со смехом начали «разнимать» их, щелкая фонариками на телефонах.

В вспышках лучей, разрывавших тьму, Таян увидел глаза Суй Е: в них плескалась влажная, неодолимая страсть и жажда владения.

Свет становился всё ярче, Таяна охватила паника, но Суй Е словно вошел во вкус. Фиксируя его затылок ладонью, он впивался всё неистовее, отчего в тишине раздавалось неприлично влажное причмокивание.

— Ладно вам, детский сад! Наверху Сяо Яня разбудите! — одернул кто-то драчунов.

В этот момент яркий луч фонаря резко вильнул в сторону их койки.

Сун Циньрань заорала:

— Твою мать!

Луч мгновенно погас, и Циньрань панически выпалила:

— Выключайте! Выключайте скорее! Давайте дальше страшилки травить, быстро-быстро!

Лишь когда суматоха улеглась, Суй Е сбавил напор.

Насытившись, он удовлетворенно растянулся рядом, обвил руками талию Таяна и уложил голову ему на плечо, превратившись в самого кроткого человека на свете.

На этом воспоминания Таяна обрывались. Он даже подозревал, что попросту отключился от длительного зацеловывания и гипоксии.

***

Так или иначе, когда он открыл глаза, сквозь щели в шторах пробивалось яркое утреннее солнце.

Рядом никого не было. Таян глянул на соседнее место — там тоже пустовала аккуратно заправленная постель.

Бесшумно слезая на пол, он заметил, что большинство всё еще дрыхнет: видимо, полуночные посиделки затянулись до самых зорь.

Накинув пуховик, он покинул спальню и обошел дом, но Суй Е нигде не было. Таян уже достал телефон, когда у входа хлопнула дверь.

Он тут же выбежал в прихожую.

Суй Е сидел на корточках, тщательно протирая лапы Цуйди влажной салфеткой. Услышав шаги, он поднял голову, и его лицо озарила светлая, мягкая улыбка.

— Доброе утро.

Держался он настолько спокойно и сдержанно, будто ночные безумства под одеялом были лишь сном.

Но при виде него у Таяна всё равно потеплело на душе. Улыбнувшись, он отозвался:

— Утречко.

Суй Е отстегнул поводок, и собачонка с радостным тявканьем унеслась в глубину дома.

— Гулять выходил? — спросил Таян.

— Угу, — Суй Е поднялся и повесил куртку. — Проснулся, вижу — она скучает. Некоторые собаки привыкли делать делишки только на улице. Сестра Тао еще спала, вот я и вывел её на круг.

Таян протяжно «угукнул» и развалился на диване. Не сводя с Суй Е глаз, он с легкой завистью вздохнул:

— Как же ты заботишься о зверушках.

Поменяв воду в миске Цуйди, Суй Е подошел к нему. Он ласково взъерошил торчащие после сна вихры Таяна, а затем тыльной стороной ладони погладил его по щеке. Голос его был полон нежности:

— А о тебе я плохо забочусь?

Таян смотрел на него сияющими глазами, не в силах поверить в происходящее.

Они действительно вместе. Суй Е — его парень.

Пожав губы, Таян почувствовал непреодолимое желание поцеловать его. Слегка откашлявшись, он смущенно расплылся в улыбке, вытянул ноги и манерно затянул:

— Какое же у меня всё-таки низкое облико морале...

Суй Е присел рядом:

— О чём ты?

Таян надулся:

— Никакой дисциплины! Действующий идол — и завел тайный роман!

Суй Е тихо рассмеялся. Наклонившись, он мягко обхватил пальцами его подбородок.

Глядя на приближающееся лицо, Таян покорно сомкнул веки.

Но долгожданного глубокого поцелуя не последовало. Когда Таян недоуменно разлепил глаза, его тут же мимолетно чмокнули в губы.

Из уст Суй Е вырвался ехидный смешок.

— Закрыл глазки и ждёшь? — Суй Е щёлкнул его по кончику носа. — У нашего Таки-тяна действительно никакой айдол-этики.

Едва Суй Е поднялся, как Сун Таян, с пылающими до красноты ушами, вскочил и с наигранной злостью бросился на него. Тот лишь широко раскрыл объятия и крепко, надежно прижал юношу к себе.

— Сам... пришёл... в руки.

Таяну казалось, что после признания Суй Е стал дразнить его с ещё большим азартом. Хотелось воспротивиться, воспрепятствовать этой подначке, но объятия любимого человека были настолько тёплыми и уютными, что вырываться не поднималась рука. Напротив, хотелось уткнуться носом ему в грудь и замереть.

Они всё ещё со смехом шутливо боролись, когда со стороны лестницы донёсся сонный голос Пити:

— Утречко.

Таян вздрогнул и мгновенно отскочил от Суй Е, словно укололся.

Питя потирал глаза, толком не проснувшись:

— А? Вы чего тут обнимаетесь?

Таян, забегав взглядом по сторонам, неопределённо пробормотал:

— Да я просто проверял, смогу ли поднять господина Суй Е...

И, не дожидаясь ответа, прошмыгнул мимо него к лестнице, буквально сбежав на второй этаж.

В комнатах уже началось шевеление. Таян схватил чистую одежду, переоделся в соседней комнате и направился в ванную.

Открыв дверь, он увидел Сун Циньрань: та стояла перед зеркалом с закрытыми глазами и на автомате, словно лунатик, орудовала зубной щёткой.

Заметив его отражение, она пробормотала:

— Утро...

— Угу, — Таян выдавил пасту на щётку и встал рядом. Легонько прокашлялся: — В общем... мы с Суй Е встречаемся.

— Кхм! Кха-кха-кха!..

Таян тут же принялся хлопать её по спине.

Циньрань подняла голову и уставилась на него с немым укором:

— И ты ещё так спокойно об этом говоришь! Вы двое вчера меня чуть до инфаркта не довели! — Она стиснула зубы. — Ну вы и устроители спецэффектов!

Таян немного смутился, но не удержался и доволененько хмыкнул.

Сестра мгновенно оживилась:

— И как всё прошло? Ну? Где это случилось? В той маленькой библиотеке?

— Домой приедем — расскажу.

Циньрань отвесила ему лёгкий пинок, Таян шутливо отбился локтем.

Закончив умываться, Циньрань вытерла лицо полотенцем и вдруг выдала:

— И что, мне теперь идти с невесткой знакомиться?

Таян на пару секунд опешил, а потом расплылся в счастливой улыбке:

— А давай! Иди-иди!

Выйдя из ванной в самом прекрасном расположении духа, он прошлся по гостиной и в конце концов обнаружил Суй Е на кухне. Тот стоял спиной к двери и неспешно наливал в стакан воду.

Таян ступал бесшумно. Подойдя ближе, он с налёта напрыгнул на Суй Е сзади и обнял за плечи.

Суй Е, казалось, ожидал этого маневра: ничуть не удивившись, он с улыбкой повернулся и органично привлек юношу к себе.

— Циньрань только что заходила, — проговорил он спустя мгновение.

Таян уткнулся лицом ему в грудь, сдерживая смех:

— Угу.

— Знаешь, как она меня назвала?

Таян решил подразнить его и, подняв голову, невинно похлопал ресницами:

— Как?

Суй Е сжал его мягкую щеку:

— Твоя идея?

— Вовсе нет! — тут же запротестовал Таян. — Она сама так решила!

— О-о... Значит, ты в курсе.

Таян со смехом схватил его за руку и сделал вид, будто собирается цапнуть за запястье, оскалив маленькие клычки, словно раззадоренный щёнок. Суй Е лишь ласково взъерошил ему волосы.

Пока они шутливо возились, в дверях кто-то покашлял.

Таян мгновенно выскользнул из объятий и обернулся. В дверях кухни стояла Циньрань и вовсю строила ему рожи. А со стороны лестницы уже доносился гвалт — остальные участники компании шумной оравой спускались вниз.

Влюблённые быстро привели в порядок одежду и вышли из кухни.

За завтраком все выглядели вялыми и беспрестанно зевали: сказывалась бурная ночь. Покончив с едой, ребята стали собирать вещи, готовые разъехаться по домам.

Собираясь уходить, Таян совершенно естественным образом шагнул вслед за Суй Е.

Питя окликнул его сзади:

— Таки, а ты чего, не с нами?

Таян запнулся, осознав ситуацию:

— А... Я поеду с господином Суй Е.

Питя мгновенно включил актера и с трагическим выражением лица завопил на весь дом:

— А-а-а! Таки-и-и! Ты нас броса-а-аешь!.. М-м-м!..

Стоявший рядом Юто ловко зажал ему рот ладонью.

Сун Циньрань с глубоким презрением смерила Питю взглядом:

— Вечно от тебя одни крики!

Питя лишь недовольно мычал из-под чужой ладони, вращая глазами.

Распрощавшись со всеми, Таян сел в машину Суй Е.

— А твой согруппник довольно сообразителен, — с улыбкой заметил Суй Е, заводя двигатель.

Таян сразу понял, о ком речь — уж точно не о Пити. Повернув голову, он с наигранным недовольством уточнил:

— О как. Смышлёнее меня, что ли?

Суй Е тихо хмыкнул и безжалостно вынес вердикт:

— Ну, ты-то у нас скорее недотёпа.

Таян мгновенно вспыхнул и снова подался вперёд, намереваясь его укусить. На этот раз Суй Е проявил редкую отзывчивость: спокойно закатав рукав, он подставил юноше прямо к губам свое предплечье:

— На, кусай сюда.

Видя такую готовность, Таян потерял всякий азарт. Он откинулся на сиденье и обиженно поджал губы.

Автомобиль выехал с парковки. Лишь когда они оказались на шоссе, Таян сообразил, что пейзаж за окном какой-то незнакомый.

— А мы куда?

Суй Е, не отрывая взгляда от дороги, бросил на него короткий боковой взгляд:

— Не поздно ли ты спохватился?

Таян всмотрелся в дорожные указатели и узнал направление, ведущее к дому Суй Е.

— Ничего себе! Мы только-только начали встречаться, а ты уже тащишь меня к себе домой!

— А разве отвозить собственного парня к себе — это «тащить»?

Таян ничего на это не ответил, лишь достал телефон и отправил Сун Циньрань сообщение, предупредив, что поедет к Суй Е.

Ответ прилетел незамедлительно:

【Ты хоть ночью-то вернёшься?】

От этой строчки у Таяна запылали щёки. Он с силой впечатал пальцами в экран:

【ЕСТЕСТВЕННО!!!】

Отложив телефон, он услышал вопрос Суй Е:

— И как ты всё объяснил сестре?

Таян поднял глаза:

— Да просто сказал, что мы теперь вместе.

— А до этого?

Таян вспомнил их разговор в библиотеке, попытался сформулировать мысли и подытожил:

— Она была в полном шоке. А когда узнала, что это ты, вообще отказалась верить. Даже заподозрила, что ты ухаживал за мной ещё тогда, когда мы снимали то видео.

— Ну, в чём-то она права, — ровным тоном произнес Суй Е.

Поняв, что тот снова его дразнит, Таян шутливо отмахнулся:

— Ну да, ну да! То и дело меня изводил — прекрасные ухаживания, ничего не скажешь!

Суй Е лишь улыбнулся и не стал спорить.

Когда они добрались до места и дверь квартиры закрылась, Суй Е тут же прижал Таяна к шкафчику в прихожей и накрыл его губы поцелуем.

На самом деле Таян и сам с трудом сдерживал порывы с самого утра, но не ожидал, что Суй Е окажется настолько нетерпеливым.

Занялось пламя. Суй Е крепко удерживал его за затылок, а Таян, не сдержавшись, обвился руками вокруг его шеи.

Здесь не было посторонних глаз. Затканные плотными шторами окна погружали прихожую в уютный полумрак — идеальную атмосферу для вспыхнувшей страсти. В тишине раздавалось лишь учащенное дыхание да тихий, едва различимый шелест поцелуев.

Вертевшийся у их ног пёс Суйбянь тревожно скулил, тыкаясь мордочкой в штанины и пытаясь привлечь к себе внимание, но хозяева, полностью погруженные друг в друга, его попросту не замечали.

Прошло немало времени, прежде чем они со сбившимся дыханием неохотно отстранились. Грудь Таяна высоко вздымалась, а взгляд оставался затуманенным.

— Все, кто начинают встречаться, так сходят с ума? — прошептал он осевшим голосом.

Они ведь даже разуться не успели, сумки из рук не выпустили — и сразу целоваться у порога?

Суй Е подушечкой пальца стёр влажный след с его губ:

— Не знаю. Я ведь тоже делаю это в первый раз.

Таяну захотелось подразнить его. Опершись подбородком о его плечо, он чуть отстранился и лукаво прищурился:

— А по тебе и не скажешь. Держишься как опытный искуситель. Признавайся, соврал, что ни с кем не встречался?

— Вовсе нет, — безропотно возразил Суй Е.

Таян не спешил разжимать руки на его шее, перебирая пальцами короткие волоски на затылке:

— Ты вчера поцеловал меня при всех... Разве у кого-то, кто влюбился впервые, хватит на такое наглости?

В глубине глаз Суй Е затеплилась ласковая улыбка.

— А кто сказал, что всё дело в наглости? — тихо отозвался он.

— А в чём тогда?

Суй Е наклонился ближе, почти к самому его уху:

— Я слишком долго сдерживался. Разве мне нельзя? — Он взглянул в широко распахнутые глаза Таяна и неторопливо добавил: — Мы наконец-то вместе. Естественно, мне хочется тебя целовать. А если у тебя нет такого порыва, значит, твои чувства не так уж и сильны.

Таян посчитал это чистейшей софистикой: он просто ещё не привык к подобным проявлениям страсти!

Впрочем, ему в голову внезапно пришла другая мысль:

— Кстати... А когда ты понял, что я тебе нравлюсь?

Суй Е всматривался в его лицо долго и пристально, а затем улыбнулся:

— Угадай.

Таян выпрямился, нагнулся, поднял крутившегося у ног Суйбяня и, с псом на руках шагая в гостиную, с улыбкой произнес:

— Ставлю на ту аниме-выставку!

На лице Суй Е отразилось лёгкое, исполненное иронии смирение.

Таян усадил пса на диван и с оживлением хлопнул по подушке рядом с собой — судя по всему, он намеривался обсудить эту тему с чувством, с толком, с расстановкой.

Когда Суй Е присел рядом, юноша развернулся к нему всем корпусом. Его глаза сияли:

— Ну дай хоть подсказку! Это произошло раньше, чем я думаю, или позже?

— Раньше.

Таян изумлённо округлил глаза, а затем его губы изгибались в догадке:

— Неужели после поездки в деревню Цзиньдэ? Мы разъехались, ты скучал, тебе было непривычно — и тогда ты понял? — Сказав это, он смущённо почесал нос. — Просто со мной всё было именно так.

Суй Е уже собирался раскрыть карту, но, услышав это признание, мгновенно передумал:

— Как «так»?

Вспомнив тогдашние переживания, Таян невольно поморщился от стыда за собственную беспомощность:

— Ой, ты бы знал, как я мучился! Какая это была катастрофа! Я вдруг осознал, что мне нравится мужчина! Мой мир буквально рушился на глазах!

Суй Е откинулся на спинку дивана:

— И поэтому ты стал меня избегать.

Таян поджал губы и с улыбкой кивнул.

Суй Е хотел расспросить его подробнее, но Таян, погрузившись в воспоминания, продолжал сам:

— Хотя, если оглянуться назад и всё хорошенько взвесить... Кажется, ты пал мне в душу куда раньше.

Он уперся затылком в мягкую спинку дивана. Они лежали вполоборота друг к другу, так близко, что в зрачках партнера можно было отчётливо разглядеть собственное отражение.

— В деревне Цзиньдэ я постоянно искал тебя подсознательно. Мне непременно хотелось быть рядом. Тогда я списывал всё на то, что у меня не ладятся отношения с соседями по комнате, а ты ко мне так добр... Думал, это обычная привязанность. И только потом, когда осознал свои чувства, до меня дошло: всё это с самого начала выходило далеко за рамки простой дружбы.

Суй Е молча слушал. Не сдержавшись, он поднял руку и ласково коснулся тёплой щеки Таяна, медленно поглаживая нежную кожу.

Таян прильнул к его ладони, словно кот, которому чешут за ушком. Его веки прикрылись, а голос стал совсем мягким:

— Может, всё началось, когда ты угостил меня мороженым. Или когда мы дурачились на кровати... А может, в тот самый миг, когда я вышел из машины и увидел, как ты идёшь мне навстречу. Наверное, именно тогда во мне и зародилось нечто большее, чем просто приятельская симпатия.

Атмосфера была наполнена невероятным теплом. Человек, который был ему дороже всего на свете, находился прямо перед ним — смотрел с безграничной нежностью и тихим голосом признавался в самых сокровенных чувствах.

Эта искренняя, ничем не прикрытая исповедь звучит удивительно трепетно.

Суй Е смотрел на него не отрываясь. В глубине его души, словно в заброшенном, пустынном саду, распустился нежный цветок. Он пустил корни, подставил лепестки теплому ветру и, ласково покачиваясь, мгновенно преобразил, озарил весь его серый, одинокий мир.

Не в силах противостоять порыву, Суй Е подался вперёд и запечатлел на губах, только что произнёсших эти трепетные слова, нежный, глубокий и бесконечно трепетный поцелуй.

А затем произнёс — так же искренне, вкладывая в каждое слово всю душу:

— Я так сильно тебя люблю.

Таяну показалось, будто его сердце затопило концентрированным счастьем, словно его погрузили в тёплые воды целебного источника, источавшего абсолютный покой.

Он прижался щекой к ладони Суй Е и, взглянув на него влажными, сияющими глазами, с улыбкой отозвался:

— Суй Е... Я тоже тебя безумно, безумно люблю.

От этого взаимного признания у Таяна сладко защемило в груди. Он не удержался и тихонько хихикнул, блеснув двумя очаровательными клычками.

Впрочем, о первоначальной теме он так и не забыл:

— Так всё-таки... Когда ты в меня влюбился?

Суй Е ответил без единой секунды раздумий, почти на выдохе:

— С первого взгляда.

Лицо Сун Таяна мгновенно изменилось, и он без лишнего замаха, но ощутимо стукнул спутника по плечу:

— Да будь ты серьёзен! Отвечай нормально!

Суй Е состряпал невиннейшую мину — хоть к ране прикладывай — и даже слегка обиженно протянул:

— Я предельно серьёзен.

Сун Таян скривился:

— Ах вот как! Значит, тебе приглянулась моя женская версия? Так, что ли?

С этими словами он уткнулся головой ему в грудь, навалившись всем телом.

Суй Е обнял его, прижав к себе, и мягко пояснил:

— Вовсе нет. Я про тот самый первый раз, когда стоял у сцены и смотрел на твоё выступление.

Таян ни капли не поверил этой байке. Откуда только берётся эта чушь про любовь с первого взгляда? Тем более между двумя парнями. Они-то сближались постепенно: чувства созревали шаг за шагом, капля за каплей, из каждодневного общения и незаметной привязанности.

Суй Е с лёгкой досадой сжал его щёки пальцами:

— Ну почему ты мне никогда не веришь?

— Я не настолько наивен, — буркнул Сун Таян. — Ты просто зубы мне заговариваешь сладкими речами. Ты ведь не был геем, с чего бы тебе влюбляться в парня с первого взгляда?

Суй Е пристально посмотрел на него:

— А кто тебе сказал, что я не гей?

Таян отмахнулся и неопределённо кивнул:

— Ну сейчас-то понятно. Теперь мы оба такие.

Суй Е запрокинул голову и вздохнул:

— Поразительный ты человек...

Сун Таян решил больше не пытать его. «Ну и партизан, — подумал он. — Наверняка влюбился позже меня и теперь боится расстроить, вот и сочинил эту романтичную ахинею».

Издав шутливый вопль, Таян взобрался на Суй Е сверху, делая вид, будто душит его. Они со смехом покатились по дивану, устраивая шуточную возню, а крутившийся рядом пёс Суйбянь радостно залаял и принялся подпрыгивать вокруг них.

В конце концов Сун Таян великодушно решил проехать эту тему. Какая разница? Главное — они вместе, они любят друг друга, и этого более чем достаточно.

За ужином Суй Е неожиданно обронил, что хочет познакомить его со своим другом. Таян, разумеется, охотно согласился и тут же стал расспрашивать, о ком идёт речь.

Суй Е на мгновение задумался:

— Хм... Вообще-то, вы в каком-то смысле уже пересекались. Он постоянный гость на концертах подземных идолов. В школе мы сидели за одной партой на курсах, а после университета он открыл магазин фишек и фигурок. Отаку со стажем.

Сун Таян, не переставая уплетать рис, весь превратился в слух.

Суй Е усмехнулся:

— Если подумать, его вполне можно назвать нашим сватом.

— Сватом? — искренне удивился Таян. — Я-то думал, нашей свахой была моя сестра.

Тогда Суй Е объяснил, что в тот день приятель вытащил его пофотографировать выпускное особое выступление Киры. Только благодаря этому он попал на шоу андеграунд-идолов и впервые увидел на сцене Таки.

Вот тут-то Сун Таян и заподозрил неладное. В памяти всплыло, как Суй Е потом подписался на него и с самым несчастным видом напрашивался на фотосессию...

«Неужели его байка про любовь с первого взгляда — не такое уж враньё?»

Впрочем, возможен и другой вариант: как фотограф, он просто с первого взгляда влюбился в красивое личико.

Не успел он развить эту мысль, как Суй Е перебил его размышления:

— Понимаешь, когда этот кадр увидит тебя и узнает, что мы встречаемся, у него может случиться культурный шок. Так что надо заготовить какой-нибудь подарок, чтобы подкупить его.

Сун Таян понимающе кивнул. В конце концов, далеко не каждый способен спокойно воспринимать парней, живущих вместе.

Поэтому сразу после ужина они устроились на диване и открыли маркетплейс. Суй Е предложил купить фигурку. Таян усомнился: мол, человек держит собственный магазин аниме-мерча, не глупо ли дарить ему то же самое? Однако Суй Е уверенно заверил, что идея отличная.

Введя в поиске конкретное имя персонажа, Суй Е сразу кликнул на модель в крайне откровенном костюме зайчика.

— Э-э... Серьёзно? Не слишком откровенно?

Суй Е лишь с видом знатока отмахнулся:

— Поверь мне, он будет в полном восторге.

***

Около семи вечера Сун Таян кинул взгляд за окно, где уже стемнело. Хитро вильнув глазами, он мгновенно обмяк — будто у него внезапно вытащили все кости — и мешком свалился на колени сидящему рядом Суй Е.

Удобнее устроившись, он крепко зажмурился.

Спустя пару секунд Таян почувствовал, как Суй Е шевельнулся и наклонился над ним. Над ухом раздался тихий голос:

— Устал? Отвезти тебя домой?

Сун Таян героически промолчал, настойчиво изображая глубокий сон. Правда, актёр из него был никудышный: длинные ресницы предательски дрожали.

Суй Е тихо хмыкнул. Согнув указательный палец, он стал нежно проводить костяшкой по его гладкой щеке.

— Что, решил взять меня мором и остаться на ночь?

Таян продолжал играть свою роль до победного конца, но уголки губ то и дело норовили расплыться в улыбке.

И тут на его чувствительный бок через ткань футболки легла тёплая ладонь. Она принялась медленно и плавно поглаживать кожу.

Сун Таян затаил дыхание. Голос Суй Е опустился до едва слышного полушёпота:

— Если сейчас же не проснешься, я за себя не отвечаю.

Пальцы зацепили край футболки и осторожно приподняли её. Прохладный воздух мазнул по животу, и вслед за ним внутрь скользнула горячая ладонь, прикоснувшись к голой коже.

Таян мгновенно забордел, судорожно втянул воздух и распахнул глаза.

Но едва он дёрнулся, намереваясь подняться, как сильная рука властно обхватила его за затылок. Суй Е накрыл его губы поцелуем.

— М-м...

В суматохе Таян вцепился пальцами в ворот его рубашки. Пока их губы сливались в жарком поцелуе, обжигающая ладонь под одеждой плотно прижалась к гладкому животу и медленно, с мучительной неторопливостью поползла выше.

От живота к бокам — каждое движение рук оставляло за собой след из тысяч крошечных искр.

Ощущения были настолько дикими, незнакомыми и одновременно пьянящими, что по позвоночнику до самого затылка прокатилась волна сладкой дрожи. Почувствовав, что чужие пальцы намеренно двигаются выше, Сун Таян не выдержал и упёрся ладонями в запястье Суй Е.

Суй Е тут же отстранился, вызволяя его губы.

Сун Таян судорожно ловил ртом воздух. Его покрасневшие от страстных поцелуев губы влажно блестели, а в красивых глазах застыла лёгкая пелена смутной, наивной растерянности. Но именно эта невинность в сочетании с явным чувственным возбуждением выглядела безумно соблазнительно.

Взгляд Суй Е потемнел. Потянув вниз задравшуюся футболку, он заботливо оправил одежду, после чего с улыбкой шлёпнул Таяна по бедру и заговорил своим прежним, спокойным и мягким тоном:

— Ну всё. Поехали, отвезу тебя.

***

Суй Е довёз его до самого дома. Когда Таян переступил порог, Сун Циньрань вытаращила глаза от удивления и с порога подколола: мол, надо же, реально вернулся, тебя что, по гарантии бракованным вернули? В ответ Таян с ходу пустил в неё первой попавшейся диванной подушкой.

У себя в спальне он ничком рухнул на кровать. Перед глазами невольно вставали недавние сцены: напористые, властные движения Суй Е, его тяжёлое дыхание и откровенные ласки.

Он же не дурак и прекрасно понимал, к чему всё катилось, не останови они это вовремя.

В какой-то миг его действительно охватил испуг, но где-то в глубине души томилось неясное предвкушение. Словом, это было безумно волнующе и пугающе неизвестно.

Он вспомнил взрослые ролики, которые пописывал в последнее время. Актеры там заходились в экстазе от удовольствия, но, глядя на столь откровенный процесс, подсознание Таяна отказывалось в это верить.

Прямо туда... Разве это вообще согласуется с анатомией?!

Как выход вообще может стать входом?!

И как это ощущается на самом деле? В сети мнения кардинально разнились: одни расписывали райское блаженство, другие описывали процесс чуть ли не как средневековые пытки.

Поди разбери, где правда, где байки, а где просто гиперболизировано ради мемов.

И тут ему на ум внезапно пришёл один человек.

Вытащив телефон, он зашёл в мессенджер и отыскал WeChat Фан Цы.

Вообще, после Нового года Фан Цы уже писал ему — правда, просил скидку по реферальной ссылке кликнуть, но заодно поинтересовался, сошлись ли они с Суй Е.

Тогда Таян ответил: «Ещё нет».

Сун Таян понимал, что хватается за соломинку и поступит дико, если начнёт расспрашивать о таких... интимных вещах едва знакомого парня, с которым виделся всего раз в жизни.

Но то ли безобидный, открытый вид Фан Цы сыграл свою роль, то ли его раскрепощённый и лёгкий взгляд на близкие отношения, — так или иначе, внутри у Таяна вспыхнула странная уверенность.

Да и спросить больше было не у кого. Пометавшись немного в сомнениях, он всё-таки открыл диалог.

**Сун Таян:**

[Привет! Фан Цы, мы с Суй Е теперь встречаемся!]

Отправив сообщение, он уставился на экран, затаив дыхание. Ответ прилетел мгновенно.

**Фан Цы:**

[Поздравляю-поздравляю! 🎉✨🎊]

И тут же следующей строчкой:

**Фан Цы:**

[Уже засосались?]

Сун Таян поперхнулся воздухом. Раз уж собеседник рубил правду-матку без лишних реверансов, строить из себя недотрогу было бы совсем глупо.

**Сун Таян:**

[Угу]

Отправив это короткое слово, он тут же закрыл всё кучей стикеров со смущёнными котятами и щенками, прячущими мордочки.

**Фан Цы:**

[Ва-а-у~~~~]

Таян почесал горящую щёку, ломая голову над тем, как срулить на более откровенную тему.

В конце концов, сжав зубы, он набрал:

**Сун Таян:**

[А вы через сколько после начала отношений перешли к следующему шагу?]

Статус сменился на «печатает...».

**Фан Цы:**

[Ты про перепихон?]

«Куда уж прямее?!»

**Фан Цы:**

[Да мы ещё до всяких отношений трахнулись]

Рука Таяна дрогнула, и смартфон полетел прямиком ему на физиономию.

«До отношений?! Ничего себе у них темпы!»

Потирая ушибленный нос, он с трудом припомнил интеллигентный образ Фэн Шо — в очках с чёрной оправой, сдержанного и крайне серьёзного.

«Вот это да...»

Переварив информацию, Таян продолжил расспросы:

**Сун Таян:**

[А если по-нормальному встречаться, то через сколько вообще ок?]

**Фан Цы:**

[Ахахах]

**Сун Таян:**

[Прости-прости, я не то имел в виду! 😭]

**Фан Цы:**

[Да ладно тебе, всё норм. По-моему, если захотелось — надо делать, зачем какие-то сроки высчитывать?]

Таян задумчиво постучал пальцем по губам, прислушиваясь к себе.

Хочет ли он?

Если честно, конечно хочет! Помимо обычных объятий и поцелуев, ему безумно хотелось прикоснуться к телу под одеждой, ощутить крепкие рельефные мышцы.

Вот только дальше фантазий дело не заходило: едва мысли затрагивали саму суть процесса, мозги начинали намертво зависать, уступая место безотчётному страху перед неизвестностью.

Таян с детства терпеть не мог боль — от обычного укола ревел и корчился так, будто с него сдирают кожу.

А что, если физически ничего не выйдет? Что, если всё пройдёт ужасно и оставит психологическую травму? Не разрушит ли это их отношения?

Собрав всю волю в кулак, он решил махнуть рукой на стеснение и задал главный, самый болезненный вопрос.

**Сун Таян:**

[А в первый раз... это очень больно?]

И тут же догнал сообщение пачкой мемов со смущёнными щенками, забивающимися в угол.

Впившись зубами в собственный ноготь, он гипнотизировал не мигая надпись «печатает...».

Наконец прилетел ответ.

**Фан Цы:**

[Да в целом терпимо]

Таян только собрался выдохнуть, как следом пришла целая петиция:

**Фан Цы:**

[Но вы там всё равно поаккуратнее, растягивайтесь нормально, а то кровь пойдёт. Если треснет что, поднимется температура, воспаление начнётся — придётся в больничку под капельницу лечь, а потом ещё и мазью там всё смазывать... короче, конфуз полный 😅]

Сун Таян подскочил на кровати как ужаленный. В глазах потемнело, а по спине прошёл ледяной холод.

Спустя секунду Фан Цы удалил это сообщение.

**Фан Цы:**

[Ой, сорян, че-то я сгустил краски, сейчас нормальным языком перепишу]

**Фан Цы:**

[Короче! Главное — нормальная прелюдия и смазка с контрацепцией, тогда всё пройдёт как по маслу]

**Фан Цы:**

[Просто попроси Суй Е действовать понежнее. Простатический оргазм — это вообще космический кайф ^^]

...

«А-а-а-а-а-а!»

Таян был на грани ментального взрыва.

«... Интересно, а если предложить Суй Е платонический брак, он согласится?!»

Откровения Фан Цы окончательно выбили Сун Таяна из колеи. Когда тот во всех красах принялся расписывать, насколько всё это потрясающе и кайфово, Таян просто перестал воспринимать информацию. Скомканно ответив пару фраз, он с облегчением завершил этот импровизированный ликбез, всё ещё пребывая в лёгком шоке.

Следующие пару дней эта тема то и дело всплывала в голове, но поделиться мыслишками с Суй Е он так и не решился. Они ведь встречались всего ничего. Сходу заводить разговоры о близости, телесных утехах или платонических идеалах казалось рановато.

Следующая их встреча состоялась, когда они провожали Сун Циньрань в аэропорт.

Проводив младшую сестру за стойку досмотра, они поехали в город — в заведение лучшего друга Суй Е.

Подъезжая к магазину, Суй Е повернулся к Сун Таяну:

— Спрячься за мою спину.

Таян недоуменно вскинул брови.

— Сделаем ему сюрприз, — усмехнулся Суй Е.

«Вот уж не знаю, — усомнился про себя Таян. — Как гетеросексуальный парень отреагирует на то, что у его друга внезапно вырисовался парень? Это будет сюрприз или скорее шок?»

Лавочка выглядела скромно: витрина сверху донизу заставлена аниме-постерами, акриловыми стендами и фигурками — глаза разбегались.

Сун Таян с подарочной коробкой в руках послушно пригнулся за широкими плечами Суй Е.

Диндон раздался над дверью, и из глубины помещения тут же донёсся бодрый мужской голос:

— О, явился?

— Ага, — Суй Е остановился у порога и как бы между прочим добавил: — И не один.

— А с кем?

— Со своим парнем.

На том конце замялись:

— Чего?..

Не успел Таян сообразить, как Суй Е аккуратно потянул его за запястье и вытолкнул вперёд.

Он оказался лицом к лицу с полноватым парнем в толстовке и чёрной пластиковой оправе. Таян мгновенно натянул самую дружелюбную улыбку и помахал обомлевшему хозяину:

— Здравствуйте, брат Чжоу Хуан.

Чжоу Хуан уставился на него с разинутым ртом. Время словно замерло на пару секунд. А затем помещение огласил дикий, исполненный праведного гнева вопль. Растопырив пальцы, парень рванулся прямо к горлу Суй Е:

— Суй Е, ах ты скотина!

Суй Е без тени паники выставил перед собой подарочную коробку с фигуркой:

— С Новым годом.

Чжоу Хуан мгновенно застыл на месте.

—... Фигурка Маи Сакурадзимы?

Суй Е подмигнул Таяну. Тот мгновенно всё понял, сделал шаг вперёд, победно вскинул руку и на одном дыхании выкрикнул:

— Человек живёт ради Маи Сакурадзимы!

Чжоу Хуан медленно повернул голову. Сначала он заторможенно посмотрел на заряженного энтузиазмом Таяна, затем — на Суй Е, который с нескрываемым обожанием не мог налюбоваться на своего спутника.

И, наконец, на вожделенную фигурку, которую сам же только что мёртвой хваткой прижал к груди.

Схватившись за голову, он с тоскливым воплем завалился на корточки.

Когда дух Чжоу Хуана наконец вернулся в тело, троица устроилась за небольшим круглым столиком.

Сун Таян с любопытством оглядывался. Полки ломились от фигурок, артбуков и мерча — настоящий рай для отаку.

Чжоу Хуан с весьма смешанными чувствами принёс напитки, хмуро уселся напротив. Тут Сун Таян кое-что вспомнил, пошарил в рюкзаке и достал изящный чехольчик для карт.

— Брат Чжоу Хуан, вот ещё.

Тот обессиленно пробормотал «спасибо», принял подарок, взглянул — и...

— А-а-а-а-а-а!!!

Суй Е, будто ожидая подобного взрыва, тут же прижал Таяна к себе и прикрыл ему уши ладонями.

В синем чехле лежала чеки-фотография Киры. На снимке она улыбалась в миленькой синей пижаме, сжимая в руках дельфина — того самого плюшевого дельфина, которого Чжоу Хуан преподнёс ей на выпускном концерте. Снизу красовалась надпись:

To: Хикари-сама

В новом году сияй ярче всех! KiraKira~

Сжимая снимок в руках, Чжоу Хуан бегал по магазину и вопил так, будто сорвал джекпот.

Минут через пятнадцать он кое-как пришёл в себя и опустился на стул. И только сейчас смог толком разглядеть сидевшую перед ним пару. Глядя на то, как Суй Е обнимает Таки, Чжоу Хуан — то ли осуждающе, то ли с завистью — процедил сквозь зубы:

— Ну, поздравляю, чё.

Суй Е лишь пожал плечами, перехватил ладонь Сун Таяна, нежно сжал её у своего сердца и улыбнулся:

— Спасибо.

Чжоу Хуан мученически скорчил мину.

Чуть позже, из разговора Суй Е и Чжоу Хуана, Сун Таян понял, что всё истолковал неверно. Оказывается, «непринятие» Чжоу Хуана вовсе не касалось однополой любви! Его возмущение строилось исключительно на железобетонном убеждении: айдолы не имеют права заводить отношения!

Осознав свою «профнепригодность» как айдола, Таян густо покраснел и виновато уткнулся носом в стол, не смея подать голос.

Суй Е одарил друга предупреждающим взглядом, и Чжоу Хуан со вздохом сменил гнев на милость:

— Ну... вообще-то вы отлично смотритесь. Счастья вам, ха-ха!

За разговорами атмосфера быстро потеплела.

Чжоу Хуан вспомнил их первую встречу в подготовительном классе:

— Смотрю я тогда на него и думаю: «Нифига себе красавчик!» А перекинулись парой слов — и сразу: «Ого, ну и хмырь заносчивый!»

Про крутой и неприступный образ Суй Е Таян уже был наслышан от родных в старом поместье, так что особым откровением это не стало, но слушать всё равно было ужасно интересно.

Чжоу Хуан вдохновенно продолжал:

— Ты не представляешь, какой он был тяжёлый! Сидим за одной партой, я ему десять фраз — он в ответ в лучшем случае буркнет одно слово: «Угу», «Ясно», «Понял». Я уж грешным делом подумал, у него связки недоразвиты.

Таян представил эту картину, ощутив одновременно смех и уколы жалости.

— А как вы в итоге сдружились?

Чжоу Хуан хитро ухмыльнулся:

— А вот как-то набредаю я на комикет, и угадай, кого вижу? Сидит этот кадр с объективом и девчонок фоткает.

— Я практиковался в портретной съёмке, — постучал по столу Суй Е.

— Ага, рассказывай! — кивнул Чжоу Хуан. — В общем, я ему подсказал, как получить аккредитацию фотографа, чтобы за билет не платить. Потом на каникулах ещё пару раз выбрались вместе — так слово за слово и сработались.

Таян повернулся к Суй Е:

— Так ты уже тогда увлекался фотографией?

Взгляд Суй Е потеплел:

— Да. Я только перевёлся, к учёбе и обстановке привыкал тяжело, стрессовал. Старик Сунь, чтобы меня подбодрить, пообещал: если войду в двадцатку лучших по успеваемости, подарит кое-что. Я выложился — и он отдал мне свою б/ушную зеркалку.

— Ого, — восхитился Таян. — Дядя Сунь к тебе с такой душой!

— Да, — кивнул Суй Е.

Чжоу Хуан подхватил:

— Он тогда всё твердил, что не хочет оставаться в Хайши. Я думал, после школы точно уедет, а он мало того что остался, так ещё и в магистратуру поступил.

Суй Е слегка улыбнулся:

— Старик Сунь с таким трудом вытащил меня оттуда, с чего бы мне возвращаться? К тому же он всегда мечтал, чтобы в семье появился кто-то с высшим образованием. Считай, исполнил его мечту.

Тут Чжоу Хуан будто спохватился:

— Кстати, а что там с квартирой, которую ты присматривал?

— До Нового года глянул пару вариантов, — Суй Е перевёл взгляд на Таяна. — А ты как думаешь, какое жильё лучше?

— А? — Таян вспомнил гиперактивного пса Суйбяня и предложил: — По-моему, здорово, когда есть первый этаж с маленьким садиком. Тогда Бяньбянь сможет спокойно носиться на свежем воздухе.

Суй Е обменялся взглядом с Чжоу Хуаном. Тот усмехнулся и спросил у Таяна:

— А сам? О каком жилье мечтал? Я вот, например, сплю и вижу пентхаус с панорамными окнами в пол!

Таян воодушевился, глаза его радостно заблестели:

— Ой, я в детстве ужасно хотел двухуровневую квартиру! Казалось, это так круто — бегать вверх-вниз по лестнице! Мечтал даже горку установить, чтобы с двух ног прямиком со второго этажа — вжух! — и на первом!

— Это тебе лофт нужен! — расхохотался Чжоу Хуан.

Суй Е покачал головой:

— Апартаменты в лофтах — вариант так себе. Срок аренды земли короткий, коммерческий фонд, да и коммуналка с обслуживанием выйдет в копеечку.

Таян хлопал ресницами, потягивая напиток через соломинку.

Чжоу Хуан многозначительно посмотрел на Суй Е, и тот тихонько кивнул в ответ.

Днём Чжоу Хуан повёл их обедать. Будучи знатным гурманом, он знал толк в скрытых в переулках незаметных заведениях с потрясающей кухней.

Еда была настолько вкусной, что Таян уплетал за обе щеки, забыв обо всём на свете.

Глядя, как парень утирает губы салфеткой, Чжоу Хуан добродушно заметил:

— А Таки-тян в жизни совсем не такой, как на сцене.

— Зови меня просто Сяо Сун, — смутился Таян.

— Сяо Сун куда тише.

— На сцене отдаёшь всю энергию без остатка, — подумав, объяснил Таян. — А в обычное время организм просто переходит в энергосберегающий режим.

И тут он случайно глянул в окно, и глаза его вспыхнули:

— Ого! Танхулу!

Суй Е тут же поднялся:

— Я куплю.

— А можно мне ещё палочку с мандаринами? — невольно кокетничая, попросил Таян, задрав голову.

— Конечно, — Суй Е взъерошил его волосы и вышел.

Как только за ним закрылась дверь, Чжоу Хуан шутливо скривился:

— А меня спросить забыл, эгоист!

— Ой, я сейчас догоню и скажу! — порывался Таян.

— Да сиди ты! — замахал руками Чжоу Хуан. — Я ж шучу. Он знает, что я сладкое не ем.

Разглядывая сидящего напротив симпатичного и наивного парня, Чжоу Хуан вдруг отбросил шутливый тон и вполне серьёзно произнёс:

— Он тебя очень любит.

Таян встретился с ним взглядом и тепло, открыто улыбнулся:

— Да! Я знаю.

— И ты от него без ума, — подпёр подбородок Чжоу Хуан.

Таян моргнул. Неужели это настолько бросается в глаза?

Он невольно повернулся к окну. На зимней улице стоял высокий, подтянутый силуэт.

Мягкое дневное солнце заливало мостовую золотистым светом. Суй Е склонился над лотком с лакомствами, ветром слегка трепало его тёмную челку.

Сердце Таяна пропустило удар.

— Здорово, если ты будешь любить его так же всегда, — тихо добавил Чжоу Хуан.

Таян перевёл взгляд на собеседника и с абсолютной, незыблемой уверенностью ответил:

— Обязательно буду.

Попрощавшись с Чжоу Хуаном, они отправились в кино. В полумраке зала делили одно ведро попкорна, затем гуляли по торговому центру с горячим баббл-ти в руках, а вечером ужинали в уютном ресторанчике.

Это было их первое настоящее свидание.

После ужина расходиться никому не хотелось, и они без слов направились в ближайший парк.

Зимним вечером парк пустел. Голые ветви деревьев, редкие прохожие, изредка мелькающие тени пробегающих спортсменов.

Они неспешно шагали по извилистой аллее. Фонари отбрасывали длинные тени, которые то вытягивались, то переплетались.

Таян вспомнил их первые встречи. Когда он был всего лишь Даньта, Суй Е держал вежливую, но ощутимую дистанцию. Когда открылся как Taki, эта грань стала тоньше.

А теперь всё перевернулось. Они шли плечом к плечу — самые близкие друг другу люди.

Волна нежности захлестнула Сун Таяна. Он опустил взгляд на руку Суй Е, свисающую вдоль тела, аккуратно зацепил его пальцы и сжал в своей ладони.

Суй Е слегка удивился и повернулся к нему:

— Не боишься, что кто-нибудь увидит?

Таяну показалось, что тот подтрунивает, поэтому он лишь крепче сжал его пальцы.

— Да нет же никого.

Он качнул их сцепленными руками:

— Да если бы и был — мне всё равно!

И, словно доказывая свои слова, встал на цыпочки, мимолётно чмокнул Суй Е в щёку и хитро заглянул ему в глаза:

— Я даже поцеловать тебя не боюсь!

Суй Е замер на мгновение, а затем тихо рассмеялся — бархатный гул отзывался в самой груди. Глядя на его помягчевшие черты лица, Таян заметил не только радость, но и лёгкую краску, прилившую к кончикам ушей. Смутился.

В душе Таяна будто полыхнула искорка.

Как же хотелось поцеловать его нормально!

Но на людях заходить дальше было неловко, поэтому он просто крепче обнял Суй Е за руку, уткнувшись носом в его плечо.

Они и не заметили, как забрели в глухую часть парка, где деревья росли гуще. Свет фонарей едва пробивался сквозь сплетение сухих ветвей.

Уединение и полумрак принесли с собой густую, пьянящую атмосферу.

Сдерживать себя стало невмоготу. Таян остановился, заглянул Суй Е в глаза и тихим, капризно-тянучим шёпотом попросил:

—... Поцелуй меня.

Суй Е не заставил себя ждать. Увлёк за собой к массивному стволу, мягко прижал к шероховатой коре и подался вперёд.

Но едва он наклонился, как по парковой дорожке неподалёку раздались приближающиеся голоса и смех прохожих.

— Всё равно хочешь? — тихим шёпотом спросил Суй Е.

Таян просто обвил его шею руками и потянул на себя. Суй Е усмехнулся и накрыл его губы своими.

Поцелуй вышел коротким, но интимность момента и риск быть замеченными подлили масла в огонь. Когда они отстранились, дыхание Таяна сбилось. Он всё ещё висел на шее Суй Е, слегка покачиваясь и тихо мурлыча.

Суй Е ласково перебирал его волосы, касаясь губами виска. Его сердце колотилось как безумное.

Они ещё долго стояли под этим деревом, обнявшись и шепча друг другу всякие милые глупости.

Таян чувствовал, насколько счастлив Суй Е — его бархатистый голос звучал невероятно мягко. Сам Таян пьянел от этого чувства. Он и подумать не мог, что любовь может приносить столько тепла и умиротворения.

Суй Е внезапно прильнул к его шее, оставляя невесомый поцелуй, и полушёпотом, словно в бреду, пробормотал:

— Ты ведь всегда будешь любить меня?

После того как они стали встречаться, в Суй Е иногда проскальзывала эта незащищённость, ранимость.

Сердце Таяна сжалось от нежности. Он радовался, что Суй Е постепенно снимает свои доспехи, и одновременно ощущал жгучее желание уберечь его от любых невзгод.

Его переполняла гордость за то, что он нужен, что его ценят.

Он крепче сжал объятия, поглаживая Суй Е по спине.

— Конечно, — Таян зажмурился, впечатывая свои слова в морозный зимний воздух. — Суй Е, я всегда буду любить тебя.