Вела Юнь | Переводы китайских новелл

Вела Юнь | Переводы китайских новелл 

3subscribers

365posts

goals1
$3.08 of $2.86 raised
21

Кулинарный максимум в игре на выживание. Главы 31-35

Следующий фрагмент
Предыдущий фрагмент
Оглавление
Телохранителем, которого нанял Чжоу Мучэнь, и впрямь оказался Чжэн Юйчжэ!
— После полярной станции я прошёл ещё две игры, так что это мой четвёртый инстанс, — поделился тот.
— Четвёртый? — Линь Шэн не удержался от удивления. За то же самое время Юйчжэ успел пройти на один испытательный мир больше, чем он сам.
Когда Линь Шэн поинтересовался, как тому это удалось, Чжэн Юйчжэ смущённо почесал затылок:
— Да третий раз вообще пролетел мгновенно. Попался командный противоборствующий инстанс, и меня закинуло в лагерь призраков. Я с таким впервые столкнулся: просыпаюсь, а я — нечисть! Что делать, ума не приложу. Вот и пришлось тупо крушить всё подряд напролом. Сам не понял, как в итоге победил.
Судя по всему, хотя сам Юйчжэ и проскочил третью игру ни с того ни с сего, для стороны игроков он стал ходячим кошмаром.
У Линь Шэна дёрнулся уголок губ. Окажись он сам лицом к лицу с подобным монстром, обладающим дикой физической силой, у него бы голова раскололась от ужаса.
— Там-то я и познакомился с одним парнем, — воодушевленно продолжал Чжэн Юйчжэ. — Вернувшись на Платформу, он порекомендовал меня в качестве телохранителя. Пятьсот тысяч за раз! Да это куда больше, чем вся награда за прохождение!
Пятьсот тысяч... Линь Шэн сжал губы и решил промолчать про собственное вознаграждение.
Юйчжэ, впрочем, знал меру и не стал бестактно допытываться, во сколько Чжоу Мучэнь оценил услуги шеф-повара. Он лишь хитровато ухмыльнулся, потёр ладони и подался ближе:
— Так значит... мне тоже перепадёт счастье вкусить твоей стряпни?
Линь Шэн усмехнулся:
— Само собой, и тебе достанется!
Возможность проходить инстанс вместе со знакомцем немного разрядила обстановку. Пусть Чжэн Юйчжэ и отличался плаксивостью, дурной силищей бог его точно не обидел. Недавний прыжок в длину доказал: даже под действующим дебаффом этот парень оставался настоящим богатырём.
***
Игры на лужайке наконец подошли к концу. Воспитательница Линда отвела детей обратно в помещение, рассадила всех по местам в небольшой игровой комнате и велела взять карандаши, чтобы каждый нарисовал то, что любит больше всего.
— И впрямь детский сад, маразм какой-то, — насмешливо фыркнул Хэ Юй. Он прихватил восковой мелок и уставился на чистый лист, погрузившись в раздумья.
За его спиной Чжэн Юйчжэ жёг его таким лютым взглядом, словно намеревался прожечь в лопатках Хэ Юя дыру.
Линь Шэн незаметно потянул друга за край одежды:
— Остынь. Не гони лошадей.
Лично увидев, что вытворял Хэ Юй, Линь Шэн прекрасно понимал желание Юйчжэ снести этому гаду башку прямо здесь и сейчас. Но они находились внутри игрового мира: за открытое нападение на другого участника система покарает без промедления.
Чжэн Юйчжэ и сам сознавал своё положение. Если он жаждал мести, действовать своими руками было нельзя — требовалось, подобно самому Хэ Юю, прокрутить всё чужими руками. Вот только бог ведает, когда подвернётся удобный случай.
От глухой злобы парень сжал кулак — мелок с треском переломился пополам.
Воспитательница Линда велела изобразить самое любимое, чтобы затем собрать рисунки и вывесить их на стене. Линь Шэн никогда не стремился выпячивать себя. Всё, чего он хотел, — нацарапать нечто совершенно непримечательное, о чём воспитательница забудет в то же мгновение.
Он скользнул взглядом по сторонам, разглядывая чужие работы и попутно оценивая уровень художеств окружающих.
Соседний стол занимал Чжэн Юйчжэ. Линь Шэн округлил глаза: надо же, первый же увиденный набросок — и сразу такое откровение! На листе красовалось топорище.
Юйчжэ сжатым в кулаке красным мелком с ожесточением чертил жирные полосы. Судя по настрою, этим топором он метил аккурат в черепушку Хэ Юя.
С другой стороны сидел Чжоу Мучэнь. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся и мгновенно прикрыл набросок ладонью.
Линь Шэн лишь про себя усмехнулся.
«Что за детские секреты, не контрольную же списываем... — подумал он. — Сдаётся мне, ты там всю бумагу пачками денег зарисовал».
Воспитательница Линда тем временем дремала на стуле в передней части класса. Наглядевшись, Линь Шэн наконец взялся за дело.
Спустя полчаса Линда очнулась от лёгкой дрёмы. Поднявшись, она прошлась между рядами и забрала готовые рисунки.
— Ну-ка, давайте взглянем, что вы тут изобразили...
Она демонстрировала картинки по очереди. Как и предполагал Линь Шэн, большинство игроков предпочли не рисковать и отмахнулись бессмысленными каракулями.
Сам Линь Шэн нарисовал банальное солнышко с улыбкой — проще не придумаешь. Воспитательница, как и ожидалось, проигнорировала его художество без единого комментария и сразу перешла к следующему листу.
Линь Шэн удовлетворенно усмехнулся.
— Ах! — неожиданно ахнула Линда. — Кто же это нарисовал? Я так тронута!
Она осторожно держала за уголки листок, показывая его всем. На бумаге была изображена женщина: пышные кудри, очки, ласковая улыбка...
Она сама!
Кто-то нарисовал Воспитательницу Линду!
Линь Шэн обомлел и тут же испытал глухое раздражение. Чьей бы рукой ни был создан этот портрет — игрока или местного персонажа — зрелище выходило весьма специфическое...
Впрочем, лесть сработала безотказно: воспитательница едва не прослезилась от умиления.
Один из «детей» гордо вскинул руку. Линь Шэн проследил за движением и оторопел: подхалимом оказался игрок!
Какими мотивами он руководствовался и откуда взялась такая наглость? Линь Шэн ума не мог приложить. Оставалось лишь запомнить его лицо и наблюдать за развитием событий.
Остальные участники, судя по вытянутым лицам, прониклись к подлизе глубочайшим презрением. На него посыпались взгляды, полные изумления и отвращения: не то хвалить за сообразительность, не то проклинать за идиотизм.
— Спасибо тебе, малыш У Цзэсинь, — воспитательница Линда прижала рисунок к груди, прямо-таки лучась от восторга.
А в следующее мгновение она с искренним благословением произнесла:
— Желаю, чтобы твоя мечта скорей воплотилась в жизнь.
Воздух в комнате словно мгновенно вымерз. Линь Шэн обомлел.
«Мечта воплотилась в жизнь»? Что это вообще значит?
Улыбка на лице У Цзэсиня тут же окаменела. Неужели Линда имела в виду, что он получит то, что нарисовал как «самое любимое»? Но ему сто лет не сдалась жуткая, хищно скалящаяся воспитательница!
До остальных тоже начал доходить скрытый подтекст. Вспомнив собственные рисунки, игроки помрачнели кто во что горазд, и лишь Хэ Юй с нескрываемым злорадством косился на У Цзэсиня...
Дневные занятия наконец завершились. Воспитательница Линда объявила личное время, напомнив, чтобы к пяти часам все явились на ужин.
— После ужина мы будем смотреть телевизор! — Она оскалилась в широченной улыбке и приложила ладонь к уху: — А ну-ка, скажите мне громко, как называется наша любимая передача?
Внезапная перекличка застала игроков врасплох, они растерянно переглядывались, не ведая ответа.
Зато местные ребятишки в один голос хором выкрикнули:
— «Домик Господина Медведя в лесу»!
Воспитательница удовлетворенно кивнула и повернулась к игрокам:
— Сиротки из детского дома ещё не видели эту передачу. Открою вам секрет: она ужасно интересная! Вы просто животики надорвёте от смеха!
От этих слов по спине пробежал мороз.
Лесной домик? Но ведь именно туда уволокли Ван Юйвэня!
Что скрывается в том доме? И что стряслось с Ван Юйвэнем?
Сегодня вечером на всё прольётся свет.
***
Вдруг над детским садом пронёсся истошный детский вопль. Линь Шэн, Чжоу Мучэнь и Чжэн Юйчжэ как раз забились в укромный уголок, чтобы тайком перекусить нормальной едой из кулинарной книги. Услышав рёв, они наспех дожевали заготовленное и рысцой вернулись в игровую.
Воспитательница Линда выглядела зловеще. Она пыталась вразумить заходящегося в истерике мальчонку; остальные игроки держались от неё подальше, а местные дети наблюдали за происходящим с абсолютным равнодушием.
Смешавшись с гурьбой сбежавшихся на шум участников, Линь Шэн быстро выяснил подробности: ревущий мальчишка был из местных. Во время прогулки с ним что-то стряслось, и он зашёлся криком, требуя отпустить его домой.
— Домой хочу! Домой! Домой-о-о-о!
Он орал во всё горло, катаясь по полу и не намереваясь уступать.
Линда органически не переносила детского плача. Видя, что мелкий пакостник не унимается, она стремительно теряла самообладание.
— Заткнись!
Лицо воспитательницы потемнело от ярости. Но зашедшегося в истерике ребёнка уже ничто не могло остановить.
— Кому сказала — заткнись! Не сметь реветь!
— У-а-а-а-а-а-а!
Взрослый рык и ультразвуковой визг слились в кошмарную какофонию, от которой у Линь Шэна едва не заложило уши.
В этот миг двери распахиваются, и в комнату входят двое дюжих мужчин-воспитателей. Без лишних слов они набрасывают на вопящего мальчишку мешок и скручивают его.
Все обомлели.
Хоть все и знали, что с этим садиком дело нечисто, зрелище всё равно вышло жутковатым. Сидевшая неподалеку здешняя девочка сжалась в комок и еле слышно прошептала:
— Его тоже отправят к Господину Медведю...
Когда несчастного уволокли, в классе снова воцарилась тишина, однако лица у всех были чернее тучи.
Воспитательница Линда оправила платье и обвела присутствующих ледяным взором. Все ребятишки, на кого падал её взгляд, тут же натягивали на лица подобострастные улыбки.
За ужином троица расселась по разным углам, не привлекая внимания.
Чжоу Мучэнь согласился с мнением Линь Шэна: Хэ Юй, похоже, уже выследил их союз. Даже если остальные игроки пока ни о чём не догадываются, лишний раз светиться не стоит.
Линь Шэн уныло ковырял вилкой месиво в тарелке. Местные макароны переварили до состояния склизкой каши — один вид отбивал всякий аппетит.
Чжоу Мучэнь делал вид, будто жуёт, хотя содержимое его порции не уменьшилось ни на грамм.
К счастью, строгих правил доедать всё до последней крошки в саду не водилось. Игроки, которых от эдакого пойла воротило с души, просто относили подносы к помойке. Чжоу Мучэнь затерялся в толпе и безжалостно спустил бугристую бурду в бак с отходами.
Линь Шэн приметил, как несколько отчаявшихся игроков шептались в углу. Один достал из-за пазухи сухую белую паровую булочку и наломал её на кусочки, делясь со своими.
Что ж, запасливыми оказались многие, да и союзов среди игроков хватало.
***
Ровно в шесть вечера.
Дети покорно вернулись на места. Воспитательница Линда сверилась с настенными часами и включила телевизор.
Сначала пузатый экран затянула рябь помех, а затем из динамиков раздалась наигранная весёленькая мелодия.
Под задорную заставку на экране проплыли аршинные буквы: «Домик Господина Медведя в лесу».
Началось. Линь Шэн весь подобрался.
Разумеется, в этом проклятом городке детские передачи вряд ли отличались безобидностью. Он въелся взглядом в экран, но, к его удивлению, «Господин Медведь» оказался вовсе не мультфильмом.
Камера дрожала, показывая молчаливую лесную чащу. Изображение было мутным, зернистым, с дёрганым любительским ракурсом, словно кто-то снимал домашнее видео на старую плёнку.
Внезапно в самом центре кадра появился человек в неуклюжем ростовом костюме плюшевого медведя и помахал лапой.
Увидев его, воспитательница Линда поднялась с места:
— Поздоровайтесь с Господином Медведем!
Местные ребятишки тут же принялись вовсю махать ладошками в экран, точно ростовая кукла могла их разглядеть. На фоне этой безумной приветственной переклички внизу кадра всплыла титровая надпись:
**[ «Домик Господина Медведя в лесу» — Эпизод 139]**
— Привет, ребятишки у экранов! С вами снова Господин Медведь!~
Медведь раскачивался из стороны в сторону, неуклюже кривляясь перед объективом:
— А ну-ка ответьте Медведушке: есть среди вас те, кому сегодня грустно?
— Никого-о-о! — дружно хором ответили дети.
Игроки шокированно переглядывались. Разноголосый детский хор смолк, и теперь дети, не мигая, уставились в экран.
Господин Медведь словно и впрямь слышал этот гулкий дебош: он радостно подпрыгнул и закружился на месте:
— А что же делать, если кто-то всё-таки запечалился?
Среди игроков раздался осторожный шёпот:
— Что за чертовщина...
— Мне кажется, или у него на шкуре бурые пятна... кровь?!
Глядя, как кукла на экране наигранно закрывает морду лапами, изображая плач, Линь Шэн почувствовал, как по спине деревенским морозом драбят мурашки. Под толстым мехом совершенно точно скрывался взрослый мужчина. Когда он пищал истончённым голоском и дёргался в неестественных пассах, это должно было выглядеть смешно, но мрачная избушка за его спиной и застывший оскал на плюшевой башке превращали представление в кошмар.
— Всё верно! Если кому-то из малышей взгрустнётся — отправляйте его прямо в Домик Господина Медведя в лесу!
— Ведь Господин Медведь заставит любого хохотать от души!
Передача продолжалась. Окончив приветствие, медведь вальяжно поплёлся к бревенчатому срубу.
Закатные лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны. В полумраке Линь Шэн разглядел четвёрку или пятёрку ребятишек, застывших на лужайке перед домом. По виду — ровесники их садиковской группы.
Дети неподвижно и бледными тенями уставились на чучело.
Печальный Медведь замер возле одного из них, опустился на корточки и сгреб огрешистой лапой мальчика за плечи.
Огромная плюшевая морда прижалась вплотную к детскому личику.
В реальной жизни в торговых центрах полно ряженых аниматоров, с которыми охотно фотографируются дети. Обычно малыши без ума от пушистых зверей и радостно пищат, стоит плюшевому медведю прижать их к себе. Но этот мальчик сжался и побелел, как полотно, не смея даже поднять глаз на ряженого.
Медведь уставился в объектив. Из глубокого набалдашника раздался глухой, удушливый голос:
— В прошлом выпуске малыш Ван Юйвэнь подарил нам столько чудесных минут! Ха-ха-ха-ха! Спасибо ему за этот невероятный хохот! Ох, как же Господин Медведь ждёт сегодняшнего выступления!
Пока он говорил, тяжёлая лапа наглаживала Ван Юйвэня по голове. Мальчик вздрагивал при каждом прикосновении; его волосы поднялись дыбом от статического электричества, и вместе с расширенными от дикого ужаса глазами он напоминал ошалевшего кота.
Вдруг из лесной чащи донеслось шуршание шин по гравию. Медведь вскинул башку и всплеснул лапами:
— А вот и наш сегодняшний гость прибыл!
При этих словах непрерывно дрожавший Ван Юйвэнь не выдержал — подкосившиеся ноги подломились, и он грохнулся на землю.
Машина медленно замерла. Словно наперед зная, какая жуть его ждёт, Ван Юйвэнь даже не пытался встать — он судорожно пополз прочь, цепляясь за травы.
Услышав шорох, Печальный Медведь медленно обернулся. Огромная башка провернулась на такой угол, какой не выдержала бы ни одна человеческая шея — со стороны казалось, будто затылок оказался спереди.
— И куда это мы собрались?
Ряженый сгрёб Ван Юйвэня за щиколотку и рванул на себя.
Мальчик зашёлся сорванным визгом, вспахивая землю ногтями в тщетной попытке зацепиться хоть за что-нибудь.
Но лесная подстилка состояла лишь из трухи и прелых листьев. Медведь волок его по земле прямо к остановившейся машине.
Вопль ребёнка резал слух. А остальные дети стояли идолами, равнодушно глядя, как тащат их товарища. Без команды они не смели шелохнуться, лишь холодными глазами провожали бьющегося в агонии мальчика.
Игроков перед телевизором пробрал озноб.
Чего Ван Юйвэнь так панически боялся?
Что вытворяли с детьми в предыдущих ста тридцати восьми выпусках?!
Из авто вышли двое мужчин. Линь Шэн сразу узнал в них дюжих воспитателей, скрутивших давеча ревущего ребёнка.
Пока ряженое чучело отвлеклось на прибывших, Ван Юйвэнь попытался вырваться, отчаянно лягаясь свободной ногой. Заметив эти потуги, Печальный Медведь почесал плюшевую макушку и повернулся к камере, изображая глубокую печаль:
— Похоже, нашему маленькому другу совсем здесь не нравится... Не любит он Господина Медведя. Ох, как же Господин Медведь расстроен!
Линь Шэна обдало дурным предчувствием.
В следующую секунду плюшевого урода будто осенило: он приложил лапу к виску, всем видом демонстрируя озарение.
А затем ряженое страшило с размаху обрушило тяжёлый кованый ботинок прямо на спину Ван Юйвэня!
Из рта ребёнка брызнула алая струя. Линь Шэн онемел: ему показалось, будто он наяву услышал, как трещат ломающиеся рёбра.
— А давайте-ка Господин Медведь сначала станцует для вас!
Глядя на это, воспитательница Линда перед телевизором зашлась оглушительным хохотом.
На экране Медведь, словно упиваясь всеобщим восторгом, пустился в нелепый пляс. Вот только при каждом круге он якобы случайно поддевал согнутого пополам Ван Юйвэня или всей тушей наступал на него.
И каждый раз, когда под ботинком нечисти что-то хрустело, Линда заходилась в безумном гиканье. Но куда страшнее было другое: сквозь приоткрытое окно долетел раскатистый, громовой хохот, доносившийся со стороны жилых кварталов.
Горожане! Вся эта проклятая округа тоже уставилась в экраны!
Ван Юйвэнь пластом лежал в грязи. Перенеся несколько ударов взрослого мужика, он захлёбывался собственной кровью и еле дышал.
Игроков обуял леденящий ужас. На экране заросшее мехом чудовище истязало ребёнка, а целый город вокруг надрывал животики от смеха!
Кто-то из участников не выдержал творящегося безумия и опустил веки или отвернулся.
Мужчины выгрузили из кузова мешок с ревущим мальчиком и швырнули его на землю. Медведь вприпрыжку подошёл к ноше — казалось, дикий хохот горожан подпитывал его безумной силой.
Сорвав рогожу с головы ребёнка, он нагнулся:
— А как тебя зовут, малыш?
Рядом в предсмертных судорогах стенал Ван Юйвэнь. Новичок сжался от ужаса, утратив дар речи.
Но Медведь приложил лапу к уху и сам же себе ответил:
— Что-что? А-а, Юй Синь!
— Говорят, твоё самое любимое занятие — футбол?
Из нагрудного кармашка мальчика торчал сложенный листок. Медведь выудил его и развернул перед объективом.
Линь Шэн сразу узнал этот лист: дневной рисунок из садика.
На бумаге красовался футбольный мяч. Медведь подержал картинку перед камерой, а затем отвесил пару потешных пинков в воздух, имитируя удар по мячу.
Экран и окрестности вновь зашлись раскатистым гвалтом.
Под гипнотический мотивчик программы чучело запело:
— Отдайте их Господину Медведю! Всех грустных ребятишек отдайте Господину Медведю, и он вернёт им радость!
Линь Шэн насупился: мерзостное шоу продолжалось, вызывая физическое тошнотворное отвращение.
Вдруг кто-то лёгким касанием задел край его кофты.
Опустив взгляд, он обнаружил на коленях крохотную записку.
Не выдавая себя, Линь Шэн покосился по сторонам. Чжоу Мучэнь как раз бросил на него короткий взгляд и едва заметно повёл бровью.
Убедившись, кто отправитель, Линь Шэн сдвинул бумажку в рукав и незаметно развернул. На ней кривонеуклюжими буквами было выведено:
**[НЕ ЗАКРЫВАЙ ГЛАЗА]**
Линь Шэн недоумённо взглянул на Чжоу Мучэня, но тот уже уткнулся глазами в экран.
Впрочем, по стиснутым до белизны губам было видно: Мучэнь тоже держался из последних сил.
Мутные кадры, садистская жестокость и кустарная съёмка превращали передачу в чистейшую психоделическую пытку. А тот факт, что весь город от души хохотал над кровавой расправой, довершал картину. Любой здравомыслящий человек на их месте сходил бы с ума.
Печальный Медведь сунул рисунок в зубы новому мальчику, а сам вернулся к едва дышащему Ван Юйвэню.
Опустившись возле каменной кучи, он извлёк массивные портновские ножницы и пару раз хищно щёлкнул лезвиями перед объективом.
Ножницы?!
Что эта тварь задумала?!
И в этот миг картинка сменилась. Экран затопило месиво ядовитых, гипертрофированных красок — словно опрокинули палитру. Цвета закружились сплошным психоделическим вихрем, режа глаза.
Линь Шэн уставился в центр этой круговерти. Кадры напоминали гипнотические анимированные гифки; не прошло и пары секунд, как веки налились свинцом.
Остальным игрокам приходилось не слаще. Боковым зрением Линь Шэн заметил, как одна из девушек клюёт носом, вот-вот проваливаясь в сон. Вспомнив предупреждение Чжоу Мучэня, он мотнул головой, разгоняя муть, и силой растопырил веки.
Местные ребятишки тупо смотрели на экран, абсолютно не поддаваясь мороку, а вот засыпающая девушка потеряла равновесие и повалилась носом вперёд.
Прежде чем её лоб со стуком выбил бы дробь о столешницу, Хэ Юй цапнул её за воротник и швырнул обратно на спинку стула.
Он несколько раз хлестнул её по щекам, но та не приходила в себя. Тогда Хэ Юй подхватил флягу с полотна, скрутил крышку и плеснул холодной водой ей в лицо.
Девица вскрикнула и распахнула глаза. Окружающие обернулись на шум; Линь Шэн тут же уставился обратно в телевизор.
Судя по действиям Хэ Юя, тот тоже знал правило «не закрывать глаза». Похоже, девчонка была из его группы — вряд ли этот эгоист стал бы спасать постороннего человека.
Пёстрый вихрь внезапно оборвался. Кадр вернулся на прежнее место: Печальный Медведь сапогом втаптывал Ван Юйвэня в землю, сжимая в одной ладони ножницы, а другой сгребая его шевелюру и заставляя запрокинуть голову.
В следующее мгновение Линь Шэн в ужасе расширил глаза: тварь поднесла лезвия к шее Ван Юйвэня, сжала ручки — и со скрежетом сомкнула сталь! Брызнула алая струя.
— А-а-а-а-а! — от дикого зрелища кто-то из игроков не сдержался и истошно взвизгнул.
Печальный Медведь продолжал кромсать плоть. Кадр шёл без малейшей цензуры: из динамиков отчетливо доносился омерзительный хруст рассекаемых жил и хрящей.
Линь Шэн вжался в стул так, что впился пальцами в дерево. Разум орал: «Беги!», но воля заставляла неотрывно смотреть на экран.
Вскрикнувший игрок тут же зажал рот и судорожно зажмурился.
Эта кровавая экзекуция длилась целую бесконечную минуту. В конце концов Медведь за волосы поднял отсечённую голову: глаза Ван Юйвэня всё ещё были широко распахнуты, а из обрубка шеи струилась багровая густота.
Чучело покачало своей добычей перед объективом:
— А в сегодняшнем выпуске Господин Медведь и ребятишки будут играть в футбол!
— Ведь футбол — это самое любимое занятие малыша Юй Синя!
— Юй Синь, разыграешь мяч первым, а?
Господин Медведь с силой швырнул подброшенную в руках голову прямо в руки Юй Синю. От такого «подарка», свалившегося с неба, мальчик едва не лишился чувств.
Ван Юйвэнь всё ещё плакал. Голоса он уже лишился, но из уголков его глаз непрерывным потоком текли слёзы. Юй Синь с отвращением и ужасом заметил, как отрубленная голова снова моргнула!
— Ну же, Юй Синь! Сыграй! Ты ведь обожаешь футбол, не так ли?
Господин Медведь и остальные дети обступили Юй Синя плотным кольцом. Все взоры скрестились на трясущемся мальчике, судорожно сжимавшем окровавленную голову.
Медведь был с ног до головы испачкан свежей кровью, но это ничуть не мешало ему манерно пританцовывать перед камерой. От подобного зрелища у игроков, следивших за передачей у экранов, показатель рассудка стремительно покатился к нулю.
Слёзы на лице Ван Юйвэня постепенно высохли. Его налитые кровью глаза широко раскрылись, вылупившись на Юй Синя с немым, безумным гневом.
Юй Синь в оцепенении смотрел в этот остекленевший взгляд. Ноги подкашивались — он ни за что на свете не осмелился бы пнуть человеческую голову.
— Пни! Пни! Пни!
Видя, что Юй Синь медлит, Медведь и дети стали скандировать хором, словно не могли дождаться начала игры в пас.
Юй Синь мертвенно побледнел, его руки ходили ходуном. Теперь он горько жалел о том, что устроил истерику и требовал отправить его домой. Не поддайся он слабости — не оказался бы сейчас в «Домике Господина Медведя». Но он так боялся! Ему просто хотелось к маме...
Интересно, чем сейчас заняты остальные ребята из его группы? Наверное, сидят вместе с воспитательницей Линдой перед телевизором и смотрят на него?
От этой мысли Юй Синь окончательно разрыдался. Ван Юйвэнь ведь был его приятелем... Как он может ударить его по голове? Ему же, должно быть, ужасно больно!
Терпение Господина Медведя подошло к концу. Повернувшись к камере, он весело произнес:
— Господин Медведь подарил малышу Юй Синю футбольный мяч! Футбол — любимая игра Юй Синя. Вы только посмотрите, он просто обомлел от счастья! Ха-ха-ха-ха! Ну же, давай, пинай! А не то Медведю придётся сделать мячик и из тебя~
Угроза сработала. Не выдержав давления, Юй Синь сдался. Он и раньше смотрел «Домик Господина Медведя в лесу» и прекрасно знал: если гость не слушается, Медведь приходит в неистовство, а это невероятно страшно.
Сглотнув слёзы, Юй Синь медленно нагнулся и осторожно положил голову на траву.
За это время зрачки Ван Юйвэня окончательно помутнели, окрасившись в тусклый, мертвенно-серый цвет. Налитые кровью веки, взъерошенные патлы — в этом жутком обрубке уже ничего не осталось от прежнего милого мальчика.
— Извини... — прошептал Юй Синь, боязливо оглянувшись на Медведя.
Он отступил на шаг назад, стиснул зубы и изо всех сил замахнулся правой ногой, целясь прямо в лицо Ван Юйвэня.
Перед экраном телевизора воспитательница Линда подалась вперёд. Её глаза, расширившиеся от дикого восторга, были прикованы к экрану; всё её лицо почти касалось стекла в ожидании развязки.
— А-а-а-а-а!
Из динамика вырвался раздирающий душу крик. У игроков, наблюдавших за этим, сжались сердца. Ван Юйвэнь умер несправедливой смертью: его отрубленная голова плакала, а теперь бывший товарищ пнул её носком обуви. Казалось бы, такой вопль вполне естественен...
Однако Линь Шэн сквозь этот истошный визг мгновенно распознал голос: кричал не Ван Юйвэнь. Кричал Юй Синь!
На экране показался Юй Синь, рухнувший на траву и судорожно обнимающий правую ногу. Оказалось, в последний момент отрубленная голова широко распахнула пасть и намертво впилась зубами в носок его кеда!
Лицо Ван Юйвэня исказила свирепая, злобная гримаса — казалось, всю свою посмертную ненависть он вложил в этот укус.
Белый парусиновый кед Юй Синя быстро пропитывался кровью. Алое пятно стремительно расползалось, угрожая окрасить всю обувь в багровый цвет.
— Ха-ха-ха-ха-ха! — Воспитательница Линда заходилась от смеха, до слёз хохоча и хлопая себя по бёдрам.
Этот «драматический» поворот пришёл по вкусу зрителям. За окнами то и дело раздавался безудержный, дикий хохот горожан. Впрочем, игроки уже успели привыкнуть к безумию местных жителей и почти не обращали внимания на этот шум.
***
Спустя бесконечно долгие минуты шоу наконец завершилось.
Экраны погасли. В тот же миг Линь Шэн почувствовал, как накатившая накануне непреодолимая дремота снова овладела им.
«Странно, — подумал Линь Шэн. — Я ведь просто посмотрел гипнотический видеоряд. Раньше я никогда не был так восприимчив к подобным вещам. Что со мной сегодня?»
Похоже, подобные ощущения испытывал не он один. Стоило Линде подняться и выключить телевизор, как почти все игроки начали клевать носом.
Тяжёлый, свинцовый сон смыкал веки. Один за другим игроки провалились в небытие...
***
Наступило утро.
Вместе со звонким щебетом птиц комнату заполнил яркий солнечный свет. Заснувший накануне Линь Шэн поморщился от слепящих лучей и с трудом разлепил глаза. Воспитательница Линда как раз отдёргивала шторы в спальне.
Теперь она стояла у дверей, поджидая, пока все проснутся.
Уже рассвело?
Линь Шэн на мгновение опешил. Последнее, что он помнил — как сидел в классе и смотрел ту жуткую передачу. Как он мог проснуться только сейчас?!
Он проспал всю ночь без чувств!
Это было более чем аномально. Линь Шэн планировал обсудить увиденное с Чжоу Мучэнем и Чжэн Юйчжэ, но вместо этого внезапно отключился.
Он быстро сообразил: похоже, их всех заставили уснуть с помощью какого-то гипнотического воздействия.
Оценив обстановку, Линь Шэн собрался было встать, как вдруг сзади донеслись сдавленные шепотки.
Он любопытно обернулся. Несколько игроков с мрачными лицами о чём-то тихо переговаривались, то и дело бросая тревожные взгляды в один из углов спальни.
Линь Шэн проследил за их взглядами и с удивлением заметил: на полу пустовало ещё несколько футонов!
Помимо матрасов Ван Юйвэня и Юй Синя, остальные места должны были быть заняты. Но теперь пустующих постелей стало больше.
Линь Шэн не мог вспомнить, все ли дети вернулись перед сном, но по логике вещей, если бы кого-то не хватало, Линда непременно отправилась бы на поиски. У неё ведь был пунктик на тему того, чтобы все «малыши» вовремя спали.
Тем временем кто-то из игроков подошёл к опустевшим футонам. Имён на них не было.
А значит, пропали именно игроки.
Осознание этого факта заставило всех напрячься. Игроки начали тревожно оглядываться, проверяя, на месте ли их знакомые.
Воспитательница Линда произнесла:
— Дети, идите за мной.
Кто-то из игроков выкрикнул:
— А где Тан Лили и Цай Цюн?!
Тон у спрашивавшего был резким, но Линда в этот раз не стала уклоняться от ответа. Вчерашнее шоу явно подняло ей настроение, поэтому она лишь мягко улыбнулась:
— Тан Лили и Цай Цюн оказались непослушными детьми. Наступило время сна, а они всё ещё бодрствовали. Бессонница — признак несчастья. Поэтому они тоже отправились в домик Господина Медведя.
Спрашивавший игрок мгновенно окаменел и замолк.
Отправились в лесной домик? Это означало лишь одно: живыми они оттуда уже не вернутся...
В спальне воцарилась гнетущая тишина. Возможно, уже сегодня вечером они увидят Тан Лили и Цай Цюн по телевизору.
Однако Линь Шэн уловил в словах воспитательницы важную деталь: Юй Синя отправили в домик за капризы и слёзы, а Тан Лили и Цай Цюн — за бессонницу. И то, и другое Линда списала на «несчастье». Но почему именно Тан Лили и Цай Цюн не смогли уснуть прошлой ночью?
Линь Шэн подозревал, что его усыпили. Остальных, очевидно, тоже. Но если эти двое не поддались гипнозу, значит, найдя различие между ними и остальными, можно понять, что именно вызвало сонливость.
***
Линь Шэн поделился своими соображениями с Чжоу Мучэнем. Тот ответил почти мгновенно:
— Потому что во время передачи они оба зажмурились.
Зажмурились? Линь Шэн вспомнил: прошлым вечером, когда на экране показывали самые жуткие кадры, некоторые игроки действительно закрывали глаза от страха.
Вспомнив полученную ранее записку, Линь Шэн прищурился. Похоже, Чжоу Мучэнь понял это ещё тогда.
— Откуда ты знаешь?
Чжоу Мучэнь развёл руками:
— Проще простого. Информацию, которую можно купить за деньги, трудно назвать секретом.
Линь Шэн обомлел. Он и не заметил, когда Чжоу Мучэнь успел совершить сделку.
— Ты узнал об этом ещё до входа в инстанс?
Перед началом Чжоу Мучэнь присылал ему кое-какие сведения, но правила «не закрывать глаза» среди них точно не было.
— Нет.
В этот момент из здания вышло несколько детей. Они держались кучками и передвигались быстро, стараясь не привлекать лишнего внимания.
Линь Шэн проследил за ними взглядом: их фигурки скрылись на тропинке за зданием. Возглавлял эту группу Хэ Юй.
Чжоу Мучэнь проводил их взглядом и через секунду добавил:
— Эту информацию я купил уже здесь.
Линь Шэн посмотрел в ту же сторону, мгновенно всё поняв:
— Но... Хэ Юй и Чжэн Юйчжэ...
Во время игры в платочек Хэ Юй едва не отправил Чжэн Юйчжэ на тот свет. Даже если Чжоу Мучэнь не держал на него зла, с чего бы ему снова иметь дело с таким человеком?
Чжоу Мучэнь жестом остановил его:
— Одно дело — другое дело. У него была информация, я заплатил за неё. Это чистая коммерция, ничего личного.
Смотря на детское, всё ещё пухлое личико Чжоу Мучэня, Линь Шэн на мгновение лишился дара речи. Сцена казалась совершенно сюрреалистичной: ребёнок с круглыми щеками, вылитый персонаж из мультфильма, со сдержанным хладнокровием рассуждает о бизнесе.
«Ничего личного...» Похоже, Чжоу Мучэнь строго соблюдает принцип собственной выгоды. Прагматик до мозга костей.
Подумав об этом, Линь Шэн вдруг спросил:
— Чжоу Мучэнь, а сколько тебе лет на самом деле?
Ещё на «Платформе» в голову Лин Шэна закрадывалось подобное подозрение. Чжоу Мучэнь явно не был ребёнком. Что, если под личиной пухлого малыша скрывается какой-нибудь взрослый мужчина?
Но разве взрослые так обожают сладости?
Линь Шэн окончательно запутался и хотел наконец прояснить вопрос.
Чжоу Мучэнь усмехнулся, лукаво моргнув. Его лицо мгновенно приняло невинное, детское выражение:
— Мой возраст... Извини, но это конфиденциальная информация.
***
С началом нового дня дети снова отправились вслед за воспитательницей Линдой в класс.
На этот раз Линда велела нарисовать то, что они ненавидят больше всего.
Линь Шэн насупился. Когда уже это кончится?
Вчера она заставила их рисовать любимые вещи, и в тот же вечер Господин Медведь отрезал человеку голову, чтобы сделать из неё «футбол» для Юй Синя.
Юй Синь нарисовал мяч, и Медведь «исполнил» его желание самым кровавым образом. Вспомнив об этом, Линь Шэн почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Он-то вчера нарисовал солнце...
Неужели Медведь разложит костёр и швырнёт его в огонь?!
Любимые вещи воплощаются в кошмарную реальность. А что произойдёт с тем, что ты ненавидишь?
Линь Шэн ломал голову, пытаясь придумать предмет, изображение которого ни при каких обстоятельствах не представляло бы опасности.
Но не успел он принять решение, как воспитательница Линда произнесла от доски:
— Не знаю, что ненавидите вы, детишки, но воспитательница Линда больше всего на свете ненавидит лжецов.
— Если кто-то из вас попытается солгать, я узнаю об этом в ту же секунду.
— А лживым детям... я зашью рот.
Голос Линды прозвучал зловеще, а оскалившееся лицо сделалось ещё более жутким. Было очевидно, что она не шутит.
Линь Шэна прошиб холодный пот.
«Она что, на меня намекает?!»
В классе воцарилась такая тишина, что было слышно собственное дыхание. Запугивание Линды сработало безупречно. Линь Шэн осторожно поднял глаза, пытаясь уловить выражение её лица. Линда растягивала губы в алой ухмылке, но её взгляд хищно скользил по лицам детей.
Совсем как во время дневного сна.
Линь Шэн тут же виновато опустил голову. Похоже, сжульничать и нарисовать какую-нибудь глупость не выйдет. Пришлось судорожно копаться в воспоминаниях, пытаясь вспомнить: что же он на самом деле ненавидит больше всего?
Его тревога нарастала — ведь вчера он уже обманул Линду, нарисовав солнышко. Но среди игроков был человек, дела которого обстояли в сотню раз хуже...
У Цзэсинь мертвенно побледнел, его поджилки дрожали.
Вчера он нарисовал саму воспитательницу Линду!
Зачем только он попытался подхалимничать?!
У Цзэсинь ломал локти от раскаяния. Лесть не принесла никакой пользы — лишь погрузила его в беспросветный липкий страх.
В этот раз он дал себе зарок рисовать честно и больше не устраивать никаких глупостей.
***
Спустя полчаса рисунки собрали. Из-за вчерашней телепередачи атмосфера среди игроков казалась ледяной и гнетущей.
Каждый с тревогой думал о сегодняшнем эфире. Вчера первым был Ван Юйвэнь — ребёнок, отправленный в домик ещё раньше. Юй Синь шёл за ним, и Медведь сделал из головы Ван Юйвэня мяч, чтобы исполнить желание Юй Синя. Дикий страх Ван Юйвэня перед смертью доказывал, что тот знал об очерёдности.
Во что же сегодня превратят Юй Синя, чтобы ублажить следующего «гостя»?
Вчера Юй Синя отправили к Медведю из-за неожиданной истерики, а сегодня утром стало известно, что Тан Лили и Цай Цюн забрали из-за бессонницы.
Если ничего не изменится, сегодня вечером Линь Шэн увидит их обоих на экране.
Пока он размышлял об этом, из коридора донеслись незнакомые шаги. Звук напоминал стук мужских кожаных туфель по мраморному полу.
Все воспитатели в саду были женщинами и носили каблуки, а мужчины, приходившие забирать детей вчера, были в кроссовках.
Странно. Кто там?
Линда тоже услышала звук и обернулась. В дверном проёме появился высокий мужчина в полицейской форме.
Все застыли в оцепенении. В мёртвой тишине прозвучал его спокойный голос:
— Здравствуйте. Мне только что поступил сигнал. У вас здесь пропали двое детей?
Линь Шэн ошарашенно смотрел на происходящее. Полиция?! Настоящие полицейские?!
В этом чертовом городке действительно есть полиция?
Ему хотелось заорать во весь голос: «В вашем городском телецентре какая-то чертовщина творится, марш с проверкой!»
Воспитательница Линда направилась к стоящему в дверях офицеру, и они вышли в коридор.
В классе тут же поднималась буря.
— Кто вызвал копов?
— Офигеть! А что, так можно было?
Никто не ожидал, что в этом сюрреалистичном мире, кишащем тварями, существует нормальная полиция. Вопрос лишь в том, не окажутся ли эти служители закона такими же садистами, как и остальные местные жители.
Впрочем, игроков сейчас волновало другое: кто и как сумел донести?
Линь Шэн вспомнил, что незадолго до этого видел, как Хэ Юй со своими людьми огибал здание. Он подошел к нему и спросил в лоб:
— Хэ Юй, твоя работа?
Услышав его вопрос, остальные игроки тоже обернулись.
Хэ Юй с самого начала привлекал к себе повышенное внимание, а уж теперь всем до смерти хотелось узнать, кто он вообще такой.
Линь Шэн рассчитывал воспользоваться случаем и прощупать почву, так что под любопытными взглядами толпы ждал ответа.
Однако Хэ Юй лишь поднял голову и абсолютно спокойно отрезал:
— Нет.
Взгляд его был настолько чистым и открытым, что Линь Шэн поневоле поверил. Хотя сомнения насчет давешней вылазки за корпус у него всё еще оставались.
Впрочем, выяснять это прямо сейчас не имело смысла.
После ответа Хэ Юя игроки стали недоверчиво переглядываться. Вскоре раздались сухие реплики:
— Не я.
— И не я.
— Я вообще не в курсе.
...
Открестились абсолютно все. Вот это действительно странно. Если не игроки, то кто?
Не сама же Линда, в самом деле.
И тут из коридора донесся суровый мужской голос:
— Гражданка, проявите сознательность и не мешайте работе полиции!
Линь Шэн переглянулся с Чжэн Юйчжэ. Похоже, между офицером и воспитательницей вспыхнула стычка!
Почуяв неладное, игроки тут же сорвались с мест и толпой ринулись к дверям, пытаясь разглядеть, что происходит снаружи.
Линда явно не горела желанием сотрудничать, но в разговоре со стражем порядка ничуть не уступала. Более того, на помощь ей спешно подтянулись коллеги: воспитатели и охранники со всех сторон окружили одинокого полицейского.
Сбежались и другие сотрудники детского сада, привлеченные шумом.
Видя, как кольцо вокруг него сжимается, коп заметно нервничал и уже положил ладонь на кобуру.
— Назад! — гаркнул он.
Но персонал и не думал отступать. Атмосфера в коридоре накалилась до предела — еще немного, и вспыхнет драка.
Игроки окончательно убедились: перед ними настоящий коп! В смысле — правильный, защищающий закон полицейский, а не очередной городской психопат!
Поняв это, все нешуточно воодушевились. Система прислала им союзника, чтобы помочь «дошколятам»!
Обалдеть можно, эта паршивая система решила выдать халяву?!
Но офицер явно уступал численному превосходству озверевших воспитателей. Огрызаясь и отступая шаг за шагом, он оказался вытеснен из здания на улицу.
— Вам здесь не рады! — отрезала Линда и с треском захлопнула перед его носом массивную дверь.
***
Союзник-то он союзник, да только толку от него оказалось маловато — выставили за порог как миленького.
После его ухода игрокам снова пришлось вернуться к Линде и изображать послушных, улыбчивых деток.
Первая половина дня пролетела быстро, и наступило время свободных игр. Линь Шэн, Чжоу Мучэнь и Чжэн Юйчжэ привычной вороватой походкой прошмыгнули в затененный уголок, чтобы устроить свой «тайный обед».
Пока Линь Шэн собирался достать свежую стряпню для едва не падающих от голода спутников, густая листва неподалеку зашуршала.
— Кто там?! — Чжэн Юйчжэ как верный телохранитель тут же заслонил собой остальных и гаркнул в сторону кустов.
Ветви расступились, и к ним вышел человек.
— Тсс... — прошептал он.
Это был утренний полицейский.
Линь Шэн обомлел: он что, так и не ушел?!
— Потише, — мужчина присел на корточки. В его глазах эта троица была всего лишь малышами, удравшими на прогулке пожевать сладости.
Боясь испугать детей, офицер натянул максимально мягкую и доброжелательную улыбку:
— Дядя не причинит вам вреда. Подойдите ближе, я хочу кое-что спросить. Тан Лили и Цай Цюн — ваши одноклассники?
Ребята переглянулись. Чжоу Мучэнь кивнул:
— Да.
— А они сейчас в здании?
— Нет, — ответил Чжоу Мучэнь. — Сегодня утром они пропали.
Разговор клеился отлично. Коп, переживавший, что не найдет общий язык с малышней, облегченно вздохнул. Намчавшись в кустах полдня, он наконец выждал смышленых и толковых ребят.
— Дядя полицейский, пропали не только они. Вы их найдете? — помешкав, спросил Чжэн Юйчжэ.
— Что ты сказал?! — офицер удивленно округлил глаза. — Не только они? Кто еще?
— Ван Юйвэнь и Юй Синь.
Полицейский потрясенно замер. Столько пропавших детей... Дело принимало скверный оборот. Неудивительно, что та сумасшедшая так рьяно мешала расследованию!
В нем вспыхнул праведный гнев. Он поправил фуражку и мысленно поклялся до конца бороться с тварями, издевающимися над детьми.
Линь Шэн, опасаясь, что копа утащит в долгие бюрократические дебри, вовремя добавил:
— Я знаю, куда их утащили. В тот домик, что спрятан глубоко в лесу.
Офицер лишился дара речи, переводя взгляд с одного серьезного детского личика на другое.
Они не просто без запинки назвали имена пропавших, но и указали место! Если бы не их сопливый возраст, он бы заподозрил, что эти карапузы сами замешаны в похищении...
***
Когда полицейский ушел, троица выбралась из зарослей.
Чжэн Юйчжэ сомнения не оставляли: офицер рванул в лес один, а боец из него, честно говоря, так себе.
— Как думаете, сработает? — спросил он у друзей.
В мире игры всё устроено совсем не так, как в реальности, и само появление копа выбивалось из логики. Надеяться на него было опрометчиво. В конце концов, если бы вызов полиции решал проблемы, игроки бы в каждом инстансе набирали «110», вместо того чтобы рисковать жизнью.
Линь Шэн хотел ответить, но из засады неподалеку раздался ехидный голос:
— Разумеется, не сработает.
Все трое обернулись. Из-за деревьев выплыл Хэ Юй. На его лице играла насмешливая ухмылка.
Опять он!
Линь Шэн насупился: он еще за брошенный за спину Чжэн Юйчжэ носовой платок не расплатился, а тут сам приперся!
Линь Шэн окинул взглядом глухой уголок сада: воспитателей нет, других игроков нет — идеальное место для расправы.
Он бросился вперед, но Чжэн Юйчжэ оказался быстрее.
Хэ Юй явно опасался Чжэн Юйчжэ, ведь лично видел, как тот играючи сиганул в длину метров на четыре с лишним.
— А-а-а!..
Короткий правый хук прилетел Хэ Юю прямо в челюсть. Тот рухнул на землю кульком с костями и долго не мог подняться.
Запоздавший Линь Шэн посмотрел на вошедшего в раж Чжэн Юйчжэ: «... Ладно, не буду мешать».
Линь Шэн встал на стрёму, а Чжоу Мучэнь, заранее предупреждавший, что их сделка с Хэ Юем была чисто деловой, лишь равнодушно наблюдал со стороны.
Заступаться за провокатора никто не собирался. Чжэн Юйчжэ от души окучивал противника минут пятнадцать, вымещая всю накопившуюся злобу.
Слушая вопли Хэ Юя, Линь Шэн искренне недоумевал: этот идиота кусок реально приперся сюда только за тем, чтобы огрести от Чжэн Юйчжэ?
Хэ Юй, похоже, сам не ожидал такой дикой мощи и просто опешил от боли.
Наконец Чжэн Юйчжэ решил, что пар выпущен, упер руки в бока и свирепо прорычал:
— Еще раз ко мне лезешь — разнесу так, что мать родная не узнает!
Хэ Юй распластался на земле грязно-серой тушкой, глядя в небо разочарованным взглядом. Из разбитого носа струилась кровь, огибая губы и стекая к ушам.
Спустя долгое время он наконец выдавил:
— Я понял... Ты просто... дико сильный... Кха!
Он выплюнул сгусток крови, и в его сиплом голосе проскользнули почти жалобные интонации.
Линь Шэн переглянулся с Чжоу Мучэнем. Вспомнив, что Чжоу Мучэнь покупал у Хэ Юя сведения, Линь Шэн догадался: тот, скорее всего, профессиональный торговец информацией. И сегодня он вылез только для того, чтобы проверить возможности их группы.
Увидев феноменальный прыжок Чжэн Юйчжэ, Хэ Юй, вероятно, сгорал от любопытства: какой предмет или навык тот использовал?
Любопытство сгубило кота. Хэ Юй собственными ребрами проверил гипотезу и получил ответ: Чжэн Юйчжэ — обычный парень с аномальной физической силой.
***
В шесть вечера наступил час передачи «Домик Господина Медведя в лесу».
Воспитательница Линда включила телевизор. Местные ребятишки уселись на коврике с безучастными лицами, а вот игроки выглядели так, будто их ведут на казнь.
Что их ждет сегодня?
Линда направила пульт на экран и переключила на 21-й канал. Увидев лишь черный экран, она недоуменно вскинула голову и взглянула на настенные часы.
Ровно шесть. Всё верно.
Игроки тоже заметили лаг. Линда начала щелкать кнопки: другие каналы показывали идеальную картинку, и только 21-й упорно молчал.
Значит, дело не в приемнике, а в самом сигнале.
В толпе шептались. Кое-кто уже начал тихо радоваться, надеясь, что сегодня обойдется без жуткого шоу. Однако праздновали они рано: экран вспыхнул.
Пошла знакомая заставка передачи «Домик Господина Медведя в лесу».
Игроки тяжело вздохнули, а Линда расплылась в довольной улыбке. Просто небольшая задержка, ничего страшного!
Воспитательница уселась в кресло, но не успела передача начаться, как дверь класса со скрежетом распахнулась.
Под ошеломленными взглядами присутствующих в помещение вошли Тан Лили и Цай Цюн — те самые дети, которые только что должны были появиться на экране!
Оба были перемазаны грязью и пылью — видно, пережили немало приключений.
Линда обомлела и перевела взгляд на телевизор.
Там показывали лесную избушку, но изображение застыло, а самого Медведя нигде не было видно.
— Как... как это возможно?! — ахнула Линда.
— А ты на что надеялась?! — прогремел из-за спин вернувшихся детей суровый голос.
Линь Шэн сразу узнал этот тон. На пороге снова стоял полицейский!
Он их нашел!
В классе поднялся ропот. Офицер шагнул к Линде и чеканно произнес:
— Обстоятельства дела выяснены. Пройдемте со мной в участок!
В воздухе блеснула сталь, и раздался четкий щелчок застегивающихся наручников. Линь Шэн смотреть на это без оторопи не мог: законный арест преступника в хоррор-игре?! Ощущение было такое, будто он попал в совершенно другой жанр.
Тем не менее полицейский на глазах у всех увел Линду, и на этот раз ни один сотрудник детсада не дернулся её защищать.
Хэ Юй подскочил к офицеру, не веря своим глазам:
— Вы реально её забираете? А Господин Медведь? Его тоже повязали?
В этом инстансе Линда и Медведь являлись главными источниками смертельной опасности. Если оба окажутся за решеткой, игроки смогут просто расслабиться и спокойно дождаться финала?
Все замерли в ожидании ответа. Но коп лишь замялся:
— Господин Медведь? В том домике я не застал ни одного взрослого.
Игроки оцепенели. Господин Медведь сбежал?!
— Сожалею, — вздохнул полицейский, — зацепок по нему пока нет.
***
После ареста Линды игроки сгрудились в классе, пытаясь переварить случившееся.
Тан Лили и Цай Цюн моментально оказались в центре внимания — всем хотелось узнать, что с ними происходило все эти полдня.
— Я не помню, как меня сцапали, — призналась Тан Лили. — После вчерашнего шоу я от страха уснуть не могла. Под утро слышала какой-то шорох, потом провалилась в забытье, а проснулась уже в машине.
— Ага, у меня то же самое, — кивнул Цай Цюн.
— В смысле «не могли уснуть»? — удивился кто-то. — Мы вчера вырубились как под наркозом!
— Может, в еду реально подмешивают снотворное?
— Не, мы с А-Е вообще местную стряпню не трогали, а спали без задних ног, — подал голос парень с родимым пятном на лице.
Линь Шэн взглянул на него, вспомнив, как тот делился сухими сухпайками в столовой.
— Тогда почему? — удивилась Тан Лили. — Почему не спали только мы вдвоем?
Парень с родимым пятном задумался, а потом спросил:
— Вы вчера во время передачи глаза закрывали?
Тан Лили и Цай Цюн замерли, а затем синхронно кивнули.
— Ну точно! — парень хлопнул ладонью по столу. — Либо сам Господин Медведь, либо сама эта передача обладает гипнотическим эффектом! Они так заставляют всех смотреть телевизор!
В Городке Радости те, кто не смотрит ТВ, погибают. А остальные под воздействием гипноза постепенно превращаются в таких же психопатов, как Господин Медведь. Вот откуда здесь взялся этот кошмар!
Линь Шэн мысленно соглашался: логика в этом есть.
Всё это время троица Линь Шэна лишь хранила молчание и наблюдала. Хэ Юя после истории с платком все игнорировали, да и слушать его никто бы не стал.
Линь Шэн присмотрелся к парню с родимым пятном. Темнокожий, с живым, проницательным взглядом. Когда его догадка подтвердилась, остальные посмотрели на него с уважением. Этот парень явно становился неформальным лидером среди оставшихся.
Линь Шэн принялся анализировать расклад.
После того как Чжэн Юйчжэ избил Хэ Юя, они выжали из него еще немного информации. В частности — о составе игроков.
Хэ Юй утверждал, что среди тринадцати участников сформировалось три блока: троица Линь Шэна, троица парня с родимым пятном и дуэт самого Хэ Юя. Остальные пять человек действовали координированно лишь от случая к случаю.
Чжоу Мучэнь купил свои сведения у Хэ Юя. Источники самого Хэ Юя были туманны. А вот парень с родимым пятном додумался до правила «не закрывать глаза» самостоятельно, выведя его из косвенных улик. Это говорило о его высоком интеллекте.
Знать врага и знать себя — залог победы. Линь Шэн чувствовал, что ситуация проясняется.
Тем временем обсуждение продолжалось.
— И что делать сегодня ночью?
Телевизор в классе продолжал работать. На экране застыл тот самый лесной домик. В отличие от вчерашнего дня, сейчас там царила мертвая тишина, и лишь слегка колышущаяся от ветра листва напоминала, что это трансляция, а не статичная картинка.
С улицы не доносилось дикого хохота. Нынешняя ночь в Городке Радости выдалась аномально тихой — и оттого еще более жуткой.
Глядя на мрачную избушку, Чжэн Юйчжэ ощутил, как по коже бегут мурашки.
Вчера в это же время на поляне перед этим домом одного ребенка заставляли пинать отрезанную голову другого. Никто не хотел смотреть такое. Но сейчас, когда передачи не было, легчать никому не спешило.
Раз передачи нет — гипноз не сработает.
А если игроки не смогут уснуть, неизвестно, какая дрянь придет за ними во тьме.
— Линду загребла полиция, проверять комнаты некому, чего вы трясетесь? — хмыкнул кто-то.
— Линду-то забрали, — тут же возразили ему, — а Господин Медведь остался на свободе!
...
Наступила ночь. Несмотря на тревогу, с приходом темноты все послушно забрались под свои детские одеяла.
Линь Шэн бессонницей никогда не страдал, поэтому отключился быстро.
Вскоре после того как он уснул, по спальне разнеслось чье-то сопение и храп.
Те, кто еще не успел уснуть, с ненавистью поглядывали на храпуна, проклиная собственную чувствительность.
Луна заливала комнату мертвенно-белым светом. Тени деревьев за окном изгибались на стенах хитросплетением черных знаков, нагоняя ледяной ужас.
Ночь сгущалась. Даже самые беспечные начали паниковать, сжимая веки и отчаянно моля о сне...
***
Линь Шэн проснулся от звука шагов.
В комнате стояла тишина, лишь слышалось затаенное дыхание — проснулись абсолютно все, но никто не шевелился.
Из коридора донеслось ритмичное: «Шлёп... шлёп...»
Линь Шэн мгновенно пришел в себя. В коридоре кто-то есть!
Часы показывали два ночи. Неужели дежурный воспитатель?
Линь Шэн уставился на дверь, но за ней никто не появлялся.
«Шлёп... шлёп...»
Странно. Линь Шэн нахмурился: звук звучал так, будто кто-то ходит взад-вперед прямо за стеной.
Чжоу Мучэнь тоже уловил неладное. Он чуть приподнял голову. Под самым потолком, на стене, выходящей в коридор, тянулся ряд узких фрамуг. И сейчас сквозь эти стекла он четко видел, как датчики движения в коридоре зажигают лампы одна за другой — слева направо...
Когда загорался светильник у самой двери, шаги замирали, а через пару секунд раздавались снова, и гаснущие лампы вспыхивали в обратном порядке.
Существо снаружи не входило. Оно просто меряло коридор шагами.
Звук становился всё громче. Напряжение в спальне возросло до предела. В конце концов от этого звука пробудились даже те немногие, кто ухитрился заснуть.
— Что там за хрень?..
— Тсс!
Один из игроков, не выдержав психологической атаки, бесшумно поднялся, намереваясь подкрасться к двери и выглянуть.
Чжоу Мучэнь мгновенно сжал его запястье и качнул головой, запрещая двигаться.
Очевидно, что тварь снаружи провоцирует их специально. И если пойти у нее на поводу, произойдет нечто ужасное.
Парень с родимым пятном вгляделся в сторону коридора и едва слышно прошептал:
— Это он.
В звенящей тишине комнаты эти слова услышали все. Сердца игроков ушли в пятки.
Под словом «он» мог подразумеваться только Господин Медведь.
Тан Лили задрожала. Она видела его наяву, и воспоминание о плюшевой морде, склоняющейся над ней с застывшей улыбкой, заставило ее волосы встать дыбом.
В прошлый раз ей повезло — ее спас коп. Но повезет ли снова?
Линь Шэн быстро оценил обстановку. Обстановка спальни была примитивной. Он тихо перелез на стол, а оттуда попытался дотянуться до подоконника.
Чжэн Юйчжэ подошел ближе и взглядом спросил, что тот задумал.
Линь Шэн указал пальцем на окно.
Кем бы ни было существо снаружи, спокойно дожить до утра оно им не даст. Дверь одна, так что Линь Шэн решил проверить, можно ли удрать через окно.
Рама поддавалась с трудом — пазы забились грязью. Линь Шэн толкал створку изо всех сил, аж покраснел, но дерево не шевелилось.
Остальные, поняв замысел, бесшумно подоспели на помощь. Все старались не дышать, боясь привлечь внимание того, кто ходил за дверью.
И тут раздался скрип.
Дверь в класс медленно отворилась.
Линь Шэн замер. Сердце ухнуло в пустоту.
Дверь растворялась сантиметр за сантиметром. Свет от зажегшегося в коридоре светильника полосой упал на пол спальни, постепенно расширяясь. Все в ужасе уставились на проем.
Прошла минута. Никого.
Поскольку в коридоре никто не двигался, таймер светильника истек, и комната снова погрузилась во тьму.
— Да что за фигня?.. — не сдержался кто-то и сделал шаг наощупь.
— Ай! — раздался с пола вопль.
Лю Юй погладил ушибленную руку, на которую только что наступили, и больно зажмурился.
Внимание игроков переключилось на него. За всей этой суматохой они забыли, что помимо тринадцати игроков на полу спали еще восемь местных ребятишек.
И вот проснулся последний из них — Лю Юй.
Стоп. Последний?!
Черт!
Линь Шэна озарила страшная догадка. Он вскинул голову к двери, и в ту же секунду лампы в коридоре вспыхнули с бешеной скоростью!
«Та-та-та-та-та!»
Шаги снаружи сорвались на галоп и ринулись прямо в класс!
В следующий миг в открытом дверном проеме появились человеческие голые ступни. Но выше щиколоток ничего не было — словно их отрубили!
Линь Шэн аж захлебнулся воздухом. Он развернулся, намереваясь выбить стекло кулаком, потому что эти босые ноги уже мчались по спальне!
— А-а-а-а-а!
Оказывается, всё это время по коридору разгуливал не Господин Медведь, а пара отрезанных ног!
Даже бывалые игроки от такого зрелища потеряли обладание. Народишко бросился в рассыпную. Голые ступни шлепали по деревянному полу, мечась по комнате, и этот гулкий звук отдавался в ушах каждого.
Чжэн Юйчжэ мгновенно сдернул Линь Шэна с подоконника, подхватил со пола тяжелый стул и, размахнувшись, швырнул его в окно!
Раздался звон — стекло разлетелось вдребезги. В спальню ворвался ледяной ночной ветер.
Линь Шэн обрадовался, быстренько обмотал руку курткой и выбил торчащие из рамы осколки.
Чжоу Мучэня эти ноги гоняли из угла в угол, но, увидав открытый путь к спасению, он рванул к окну из последних сил.
— Быстрей!
Чжэн Юйчжэ одной рукой затащил Чжоу Мучэня на подоконник, а другой подсадил Линь Шэна.
Пресмыкающиеся за Чжоу Мучэнем ноги вдруг замерли у окна. Гибкие пальцы на них слегка шевельнулись, будто невидимый хозяин этих ног стоял за спиной парня и с интересом наблюдал за их суетой.
А затем, словно в предвкушении веселья, ноги начали возбужденно притоптывать на месте.
Это «бум-бум-бум» звучало как боевой барабан, подгоняющий: быстрее, ну же, быстрее!
Линь Шэн с подозрением глянул на ноги. Внутри закопошилось дурное предчувствие.
— Прыгай! — торопил Чжоу Мучэнь.
Думать было некогда. Линь Шэн собрался спрыгнуть — класс находился на первом этаже, высота небольшая. Но в последний момент перед его лицом выросло нечто бурое и пушистое.
Линь Шэн от неожиданности поскользнулся и полетел спиной назад!
В холодном лунном свете за окном поднималась огромная плюшевая туша. Огромный игрушечный медведь радостно похлопал в ладоши, засунул голову в выбитое окно и пропел:
— Добрый вечер, ребятишки! Я — Господин Медведь. Передача сегодня немного задерживается~
В голову вонзилась острая, пронзительная боль. Линь Шэн поморщился и с трудом разлепил веки.
Состояние было такое, словно он очнулся после тяжелого, беспамятного сна: перед глазами всё плыло, а в черепе тупо гудело. Оперевшись одной рукой о холодный пол, а другой сжав висок, он медленно поднялся и стал оглядываться.
Он находился в каком-то глухом помещении, похожем на склад или подвал. Со всех сторон его окружали толстые стены без малейшего намёка на окна. Единственным источником света служила одинокая тусклая лампочка, свисавшая с потолка на голом шнуре.
Вспомнив жуткие события прошлой ночи, Линь Шэн содрогнулся. Где он оказался?
Господин Медведь! Вчера вечером его жуткая плюшевая морда мелькала прямо за окном... Неужели это его лесной домик?
Но даже если их похитил этот монстр, не верилось, что он рискнёт так вглухую вернуться в лесной домик. Полиция ведь уже проверила домик! Неужели Господин Медведь совсем потерял осторожность?
В полумраке трудно было разглядеть детали. Линь Шэн решил осмотреться в поисках хоть каких-то улик.
В тусклом жёлтом свете он заметил, что углы завалены всяким хламом и затянуты густой паутиной. Мебель выглядела ветхой и заброшенной, но кое-что заставило его замереть: прямо посередине комнаты стоял ободранный диван, и на нём кто-то лежал!
Это был Чжоу Мучэнь.
Тот лежал с закрытыми глазами, всё ещё без сознания.
Линь Шэн подошёл и слегка встряхнул его за плечо. От старого дивана тут же поднялось целое облако сухой пыли.
— Кхм-кхм-кхм!
Линь Шэн спешно прикрыл нос и рот рукавом.
Пылинки кружились в свете лампочки пляшущим роем. Закашлявшись, Линь Шэн вдруг услышал, как из тёмного угла подвала донёсся ответный человеческий хрип.
Он мгновенно замер. В комнате находился кто-то третий!
Чжоу Мучэнь к этому времени тоже пришёл в себя. Медленно поднявшись, он обернулся. Из-под стеллажа в дальнем углу кто-то вылезал.
Каждое движение незнакомца выбивало из кучи мусора новые клубы пыли. Линь Шэн отступил на пару шагов и увидел, как из завала выкарабкивается чумазый мальчишка.
— Спа... спасите...
Услышав знакомый голос, Линь Шэн тут же окликнул его:
— Чжэн Юйчжэ?
Ошибки быть не могло: из укрытия вылез именно он.
Линь Шэн облегчённо вздохнул — слава богу, свой. Вот только выглядел Чжэн Юйчжэ так, будто только что вылез из печной трубы. С ног до головы покрытый сажей и грязью, он оставлял за собой темные следы при каждом шаге.
В итоге из всей троицы чище всех выглядел Чжоу Мучэнь, Линь Шэн занимал второе место — его одежда лишь слегка запылилась, — а вот Чжэн Юйчжэ пострадал больше всех: на его грязном лице выделялись только испуганные глаза.
Приведя себя в относительный порядок, парни начали осмотр. Линь Шэн обошел помещение по периметру.
Планировка напоминала подвал стандартного американского дома: в углу пылились давно выбывшие из строя водонагреватель, стиральная машина и сушилка; на одной из стен висел щит с инструментами. В скудном свете проглядывали силуэты пил, топоров, ножовок и зубил.
Если это действительно подвал... Линь Шэн прощупывал носком обуви пол, пытаясь нащупать ступеньки. Если комната уходит под землю, здесь обязана быть лестница. Найдёшь лестницу — найдёшь и дверь!
Он понимал, что дверь, скорее всего, заперта, но даже её вид мог дать ценные зацепки.
Шагая в темноте, Линь Шэн прокручивал в голове события прошедшей ночи.
При одном воспоминании у него мороз прошёл по коже. Те ноги... Настоящая чертовщина! Словно оторванные от манекена в магазине — ни туловища, ни головы, но носились с бешеной скоростью.
А потом — Господин Медведь за окном.
Он возник снизу так неожиданно... Вряд ли это случайность. Неужели он долго сидел под окнами в засаде?
Линь Шэна обдало холодом. Пока игроки мирно спали в комнате, прямо за окном в темноте за ними безмолвно наблюдала жуткая плюшевая тварь...
А его последняя фраза: «Сегодняшний выпуск задерживается»? Что она значила?
Неужели... всё происходящее с ними — часть какой-то телепередачи?
Линь Шэн не боялся темноты, но видел в ней плохо, поэтому продвигался осторожно, слегка прощупывая дорогу ногой.
И вдруг носок его башмака упёрся во что-то мягкое.
«Неужели человек?!» — промелькнула пугающая мысль.
Он снова вытянул ногу, пытаясь на ощупь определить форму предмета, но, к его изумлению, мягкий предмет исчез!
В этот момент из противоположного конца подвала раздался радостный крик Чжэн Юйчжэ:
— Я нашёл лестницу!
Линь Шэн и Чжоу Мучэнь тут же поспешили на голос. Догадка Линь Шэна подтвердилась: поднявшись по ступеням, они упёрлись в массивную дверь.
Железная поверхность покрылась толстым слоем ржавчины, которая осыпалась от малейшего прикосновения.
Дверь была заперта, но Линь Шэн опешил, разглядев на ней самую обычную дверную ручку!
В фильмах ужасов маньяки запирают жертв в подвалах, навешивая затворы и замки исключительно снаружи, оставляя изнутри лишь гладкий, глухой лист металла. Но здесь стоял самый простой бытовой замок с ручками по обе стороны. Нужен лишь ключ, чтобы открыть его изнутри.
— Значит, если мы найдём ключ, то сможем выбраться? — обрадовался Чжэн Юйчжэ.
— Главное — знать, что ждёт нас за этой дверью, — хмуро заметил Чжоу Мучэнь.
Линь Шэн кивнул. В замковой скважине теплился лучик света. Прильнув к ней глазом, Линь Шэн замер.
Прямо напротив двери на стене висела фотография: на ней стоял хмурый мальчик, а рядом с ним — Господин Медведь!
— Мы в том самом лесном домике?!
Трое игроков ошеломлённо переглянулись.
Как такое возможно? Господин Медведь открыто вернулся в своё логово?
— Что произошло после того, как я потерял сознание? — спросил Линь Шэн.
Он оступился на подоконнике, ударился головой, и последним, что запечатлелось в его памяти, была жуткая морда плюшевого медведя прямо перед глазами.
— Честно говоря... я и сам не помню, — почесал затылок Чжэн Юйчжэ. — Кажется, я просто заснул.
— Похоже, гипнозом обладает не сама передача, а сам Господин Медведь, — подытожил Чжоу Мучэнь.
И тут до них дошла страшная догадка.
Тан Лили и Цай Цюн были схвачены из-за того, что не смогли заснуть в ту ночь. А в ходе вчерашнего происшествия проснулись абсолютно все...
Это означало, что все тринадцать игроков сейчас находятся в этом доме!
Никто не уцелел?
Чжэн Юйчжэ от ужаса опустился на пол. Хотя он и утверждал раньше, что жизнь потеряла для него всякий смысл, перед лицом реальной гибели им овладел первобытный страх.
Вдруг в его глазах вспыхнул огонёк надежды:
— Полиция! Как думаете, полиция придет нам на выручку?
Полицейский, на которого раньше никто не возлагал надежд, смог спасти Тан Лили и Цай Цюн. В глазах Чжэн Юйчжэ его образ стал едва ли не спасительным.
Однако Чжоу Мучэнь сокрушённо качнул головой:
— Задумайся. Если бы полиция контролировала ситуацию, этот дом давно бы опечатали. А если Господин Медведь спокойно пришел в детский сад и забрал всех нас...
Он запнулся, словно не желая произносить это вслух, но всё же договорил:
— Боюсь, тот офицер уже мёртв.
Чжэн Юйчжэ поник. Чжоу Мучэнь прав: в этом городке, кишащем монстрами и психами, обычный полицейский ничего не мог противопоставить злу.
— Господин Медведь загнан в угол, — произнёс Линь Шэн. — Если он пошёл напролом, сегодняшний «выпуск» перейдет все границы...
— Загнан в угол? — переспросил Чжэн Юйчжэ.
— Именно, — Линь Шэн стал мрачнее тучи. — Вчера он так долго караулил под окном лишь ради одного — выждать момент, когда можно будет сгрести всех детей разом.
Вспоминая детали, он добавил:
— Мне с самого начала показались странными те ноги. Теперь всё встало на свои места. Они бегали по коридору, чтобы разбудить всех игроков. Когда открылась дверь в класс, ноги внутрь не вошли. Они ждали.
— Верно, — подхватил Чжоу Мучэнь. — Лю Юй проснулся последним. И как только он открыл глаза...
— Ноги тут же ворвались в комнату! — закончил Линь Шэн. — Правило «забирать только тех, кто не спит» всё ещё действовало. Но из-за вмешательства полиции Господин Медведь решил не тянуть время и забрал всех за один заход.
Чжэн Юйчжэ посмотрел на Линь Шэна с невольным восхищением. В такой панике и хаосе заметить подобные мелочи и выстроить безупречную логическую цепочку... Голова у этого шеф-повара работала куда лучше его собственной.
Чжоу Мучэнь тоже посмотрел на Линь Шэна с удивлением. Он-то нанимал себе просто повара, а получил два в одном — и кулинара, и тактика.
Линь Шэн слегка смутился под их взглядами и потер нос:
— Кхм... В любом случае, сейчас главное — найти ключ и выбраться. Я рассказал всё это для того, чтобы вы были осторожны: те ноги — помощники Господина Медведя.
Поняв всё коварство положения, троица осознала: если они не найдут выход, эта игра закончится гибелью всей группы.
Чжэн Юйчжэ поднялся и сжал кулаки:
— Давайте скорее перевернем тут всё, но найдём этот ключ!
После объяснений Линь Шэна страх уступил место решимости. Чжэн Юйчжэ обладал внушительной физической силой, но ему всегда нужен был кто-то, кто укажет направление. Вместе с Линь Шэном они составляли идеальный дуэт — разум и сила.
Ощупав в кармане Красную нить, Чжэн Юйчжэ подумал, что если им суждено попасть в следующий игровой мир, он очень хотел бы снова оказаться в одной команде с Линь Шэном.
***
Тщательный осмотр показал: кроме них троих в подвале больше никого нет. К счастью, им не нужно было таиться друг от друга.
Но была и плохая новость — ключа нигде не было.
— Ты точно всё проверил? — спросил Чжоу Мучэнь у Чжэн Юйчжэ.
— Да говорю же, всё! Залезал пальцами во все щели! — Чжэн Юйчжэ продемонстрировал свои ладони.
Чжоу Мучэнь скривился от отвращения: руки Чжэн Юйчжэ были чернее печной сажи. Но надо отдать должное — парень действительно старался.
Подвал был небольшим, и если ключа нет... Неужели он снаружи?
Линь Шэн задумчиво перевёл взгляд на старый диван, стоявший прямо посередине комнаты.
Это было самое освещённое место. При поиске они подсознательно двигались от центра к тёмным углам — сработал стереотип, что ценные вещи всегда прячут в самых укромных местах.
— А сам диван мы проверяли? — спросил Линь Шэн.
Чжоу Мучэнь и Чжэн Юйчжэ переглянулись.
— Точно! — воскликнул Чжэн Юйчжэ. — Поговорка про «самое темное место под светильником» сработала на все сто!
Линь Шэн подошёл ближе. Это был старый двухместный диван с тканевой обивкой. На спинке зияли глубокие разрывы, откуда клочьями торчал пожелтевший поролон, обнажая деревянный каркас.
— Рви его! — скомандовал Линь Шэн.
Чжэн Юйчжэ с готовностью принялся за дело. Он с треском рвал ткань, поднимая новые тучи пыли. Линь Шэн помогал, снимая диванные подушки и прощупывая швы в поисках молний или потайных карманов. Чжоу Мучэнь стоял неподалёку, внимательно наблюдая.
Вдруг Линь Шэн резко отдёрнул руку и отскочил.
— Что такое?! — тут же спросил Чжоу Мучэнь.
— Внутри подушки... что-то мягкое пробежало прямо под моей ладонью.
Линь Шэна обдало липким отвращением. Он посмотрел на свою ладонь — на коже всё ещё ощущалось чужое прикосновение.
Чжоу Мучэнь, догадавшись, о чём речь, побледнел и в ужасе отступил на несколько шагов к самой стене.
В этот момент Чжэн Юйчжэ, дерущий спинку дивана, истошно закричал:
— А-а-а-а-а!
Из прорехи в поролоне выскочила огромная серо-чёрная крыса! В мгновение ока она метнулась в темноту углов.
— Мне... мне же не показалось? — заикаясь, выговорил Чжэн Юйчжэ.
Ответом ему послужил шорох: из разрывов обивки одна за другой вылезли еще три крысы!
Они шевелили усами и пронзительно попискивали. Эти были куда дерзче первой — они попробовали вскарабкаться по ноге Чжэн Юйчжэ!
Парень с диким криком развернулся и со всей силы брыкнул диван ногой.
Тяжёлая туша дивана завалилась набок, накрыв собой снятые подушки.
И тут началось кошмарное. Подушка под весом дивана пошла буграми. Внутри нее что-то хаотично и судорожно забилось, разрывая ткань изнутри!
В подушке были крысы. Целая стая!
Чжоу Мучэня охватила паника. Прижавшись спиной к стене, он тяжело задышал, губы его задрожали, а лицо стало белее мела. У него была лютая, паническая фобия — музофобия, боязнь крыс.
Он начал задыхаться, хватаясь рукой за грудь и беспомощно вытягивая вторую руку вперед, словно утопающий.
Линь Шэн заметил его состояние и тут же подбежал, подхватив Чжоу Мучэня под локоть:
— Тебе плохо?!
Но Чжоу Мучэнь уже не мог ответить. На его глазах ткань подушки лопнула, и из неё с писком и хрустом хлынул сплошной серо-черный поток огромных, откормленных крыс!
Чжэн Юйчжэ взвизгнул и подпрыгнул на метр в воздух — одна из крыс успела залезть ему под штанину. Впившись холодными лапками в его кожу, она заставила парня буквально взбеситься от ужаса.
Сначала выскочившие грызуны метались по подвалу, но, почувствовав запах крови от раздавленной Чжэн Юйчжэ тушки, стая проявила небывалую агрессию.
Линь Шэн сорвал куртку и стал отмахиваться от наступающих тварей, но их было слишком много. Несколько тварей прорвались к Чжоу Мучэню.
Их тёмные бусинки-глаза на миг встретились со взглядом Чжоу Мучэня. Этого психика парня не выдержала: глаза его закатились, и он потерял сознание, обмякнув на руках у Линь Шэна.
Линь Шэн сбил крыс курткой и отбросил их к стене. Чжэн Юйчжэ, подоспевший с обломком ножки от дивана, стал плечом к плечу с Линь Шэном.
Они оказались в окружении. По полу, мебели и стеллажам передвигалось не меньше сотни крупных, озверевших крыс. По кольцу смыкающихся тушек стало понятно: грызуны ждали момента для атаки.
Линь Шэн глянул на свою деревяшку и похолодел: конец палки был буквально размочален крысиными зубами! Эти твари с легкостью грызли древесину — человеческую плоть они сожрут за минуты.
— Так мы долго не продержимся! — закричал Линь Шэн. — Чжэн Юйчжэ, прикрой!
Он отбросил палку.
Грызуны на секунду замешкались, но, увидев, что один из защитников остался без оружия, с победным писком кинулись в атаку!
В ту же секунду Линь Шэн активировал способность и призвал Призрачного рыжего кота.
Прямо из воздуха на пол с тяжелым гулом выпрыгнула гигантская туша Большого Рыжика. В первое же мгновение кот распахнул пасть и намертво сомкнул клыки на туловище ближайшей крысы!
Тварь испустила дух и мгновенно растаяла, превратившись в сгусток черного дыма.
Линь Шэн и Чжэн Юйчжэ переглянулись: эти крысы не были обычными животными!
В следующие несколько минут Рыжик устроил настоящую бойню. Огромный кот носился по подвалу, словно ураган, сгребая крыс лапами и давя их сокрушительными укусами.
Линь Шэн с изумлением наблюдал, как кот жадно впитывает в себя клубы черного дыма, возникающие на месте убитых монстров.
Меньше чем за десять минут подвальная армия грызунов была полностью уничтожена.
В помещении снова воцарилась тишина.
Чжэн Юйчжэ стоял с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова.
Линь Шэн наклонился и погладил Рыжика по круглому пузу. В тот же миг в его голове прозвучало системное оповещение:
**[Повышен уровень лояльности Призрачного рыжего кота!]**
**[Текущий уровень: 52%]**
**[Примечание: Могучему питомцу очень понравился устроенный вами пир. Продолжайте в том же духе, чтобы завоевать его благосклонность!]**
Большой Рыжик смерил Линь Шэна царственным, свысока брошенным взглядом и с особым изяществом принялся вылизывать пушистую лапу.
Линь Шэн только и смог, что вздохнуть.
Главное — опасность миновала. Чжоу Мучэнь начал медленно приходить в себя.
Чжэн Юйчжэ усердно растирал ему уши и давил на точку над верхней губой. Чжоу Мучэнь приоткрыл глаза, всё ещё испытывая сильную слабость.
Он посмотрел на Линь Шэна, затем на довольного кота, лежащего на полу, и, кажется, понял, что произошло.
— Как ты? Почему ты вдруг отключился? — заботливо спросил Линь Шэн.
Чжоу Мучэнь с трудом шевельнул губами и тихим, надломленным голосом произнес:
— Больше всего на свете... я ненавижу крыс.
— Больше всего на свете я ненавижу крыс...
Слабо вытолкнув из себя эту фразу, Чжоу Мучэнь бессильно прикрыл глаза. Картина кишащего грызунами пола всё ещё стояла перед глазами — одно лишь воспоминание об этом заставляло голову идти кругом.
Глядя на его полуживой вид, Линь Шэн поинтересовался:
— У тебя что, какая-то детская травма, связанная с крысами?
Твари эти, конечно, мало кому приятны, но падать от одного их вида в обморок... Для обычного человека это слишком, а уж зная хладнокровие Чжоу Мучэня — и подавно выглядело странно.
Бледный как полотно, Чжоу Мучэнь немного перевёл дух. Цвет лица чуть выровнялся.
— В детстве... крыса откусила мне палец на ноге.
— Чего?!
У Линь Шэна и Чжэн Юйчжэ от изумления глаза на лоб полезли. Никто из них не ожидал подобного признания.
Если всё так, то его панический страх перед грызунами становился вполне понятен. Вот только...
Молча помогая Чжоу Мучэню подняться, Линь Шэн исподтишка разглядывал его.
Слово «в детстве» подтверждало догадку о его юном возрасте. Но Линь Шэна сейчас куда больше волновал другой вопрос: как вообще вышло, что его укусила крыса?
В современном обществе уровень жизни шагнул далеко вперёд. Даже если люди и сталкиваются порой с крысами, истории об укусах — огромная редкость.
А Чжоу Мучэнь тогда был совсем ребёнком. Это казалось ещё более странным.
Где были его родители? Почему не уберегли, допустили такую тяжёлую травму и увечье?
Загадок вокруг личности Чжоу Мучэня только прибавилось.
Впрочем, время для расспросов было не самое подходящее. Передоверив Чжоу Мучэня заботам Чжэн Юйчжэ, Линь Шэн направился к растерзанному дивану.
Даже после пережитого «крысиного нашествия» Линь Шэн упрямо стоял на своём: ключ внутри.
На всякий случай он подхватил на руки призрачного рыжего кота, чтобы тот при необходимости сработал как телохранитель.
Под покровительством Боевого Большого Рыжика Линь Шэн принялся за осмотр.
Из диванных подушек выскочила целая орава грызунов, и поролон внутри, по идее, должен был быть изгрызен в труху. Однако, невзирая на пошарпанный вид, набивка оказалась абсолютно целой.
Вспомнив, как крысы растворялись чёрным дымом в пасти призрачного рыжего кота, Линь Шэн окончательно убедился: полчища грызунов были иллюзией.
Они могли нападать на игроков, но породил их рисунок Чжоу Мучэня.
Выходит, то, что дети любят или ненавидят больше всего, материализуется в реальность.
Так вот зачем воспитательница Линда заставляла их рисовать!
В первый раз, когда Линда велела изобразить своё любимое и нелюбимое, многие подошли к делу спустя рукава. Но во второй раз она пригрозила зашить рты тем, кто соврёт. Перепуганные игроки честно нарисовали свои главные кошмары — и Господин Медведь тут же пустил их страхи в ход.
Ладно ещё, если кто-то ненавидел какую-нибудь кинзу... А вот Чжоу Мучэнь от собственного рисунка упал без чувств. Интересно, каково сейчас остальным?
С этой мыслью Линь Шэн повернулся к Чжэн Юйчжэ:
— А ты что нарисовал? Что ты ненавидишь больше всего?
— Зомби, — без колебаний откликнулся тот.
Линь Шэн кивнул. Он вспомнил их первую встречу в инстансе: Чжэн Юйчжэ тогда признался, что до смерти боится ходячих мертвецов из фильмов ужасов.
Похоже, далеко не один игрок перевёл «самое ненавистное» как «самое страшное».
Линь Шэн нахмурился. Вряд ли у всех тринадцати человек хромала элементарная логика. Скорее всего, само место сбивало с толку.
Впрочем, чему удивляться? Разве сам Городок Радости не вызывал одновременно и отвращение, и липкий страх?
***
Ключ действительно отыскался в диванной подушке.
Замок в двери подвала поддался без труда — Линь Шэн лишь раз повернул ключ. Дом встретил их гулкой тишиной: никого, кроме их троицы, внутри не было.
Выбравшись наружу, они первым делом подошли к фотографии, которую Линь Шэн разглядел сквозь замочную скважину.
Под снимком тянулась строчка кривых, по-детски неловких букв.
Чжэн Юйчжэ прочитал подпись вслух:
— «Отец и сын, 30.10.1981».
— Отец и сын?.. Господин Медведь — отец этого мальчика?!
Трудно было поверить, что у такого жестокого монстра есть ребёнок.
Линь Шэн вгляделся в лицо мальчугана. На вид лет пяти-шести: коричневые волосы до подбородка, бледная кожа, утончённые, глубоко посаженные черты лица. Красивый ребёнок... и почему-то казался смутно знакомым.
Впрочем, мальчик явно был не в духе. Слегка поджав подбородок и надув губы, он исподлобья смотрел в камеру — разительный контраст с гиперактивным Господином Медведем, размахивающим руками рядом.
Запомнив внешность ребёнка, троица отправилась осматривать дом.
На первом этаже располагались гостиная и кухня. Повсюду валялся мусор: пустые пивные банки, коробки из-под пиццы. Кухня заплыла грязью, холодильник светил пустотой...
Сразу видно: хозяин дома давно махнул на себя рукой.
— Пошли на второй этаж.
На втором этаже обнаружились три комнаты. Две из них были заперты, поэтому Линь Шэн со спутниками вошли в единственную открытую.
Обстановка скромная: кровать, шкаф, письменный стол да стул. Судя по габаритам мебели, комната принадлежала сыну Господина Медведя.
В отличие от царившего внизу хаоса, здесь господствовали чистота и порядок.
Линь Шэн привычно начал поиск с письменного стола. Выдвигая один ящик за другим, он в одном из них наткнулся на дневник с кодовым замком.
Кажется, всё везение Линь Шэна уходило именно на поиски улик — найти ключевую вещь с первой же попытки!
Дневник не открывался. Четыре диска кодового замка прозрачно намекали: внутри кроется разгадка.
Оставалось подобрать комбинацию.
Поразмыслив, Линь Шэн выставил «1981» — год с фотографии.
Щелчок... Замок не поддался.
— Тогда «1030»?
Вторая попытка — дата из той же подписи: месяц и день.
На этот раз механизм мягко щёлкнул, и замок раскрылся!
Линь Шэн бегло пролистал страницы. Мальчик относился к дневнику серьёзно: тетрадь была исписана больше чем наполовину, аккуратным плотным почерком — совсем не похоже на отписки для школьных учителей.
Чужие дневники читать нехорошо, но в условиях инстанса, когда на кону стоит жизнь, деликатность отходит на второй план. Сгрудившись, они принялись читать.
«14 сентября.
Сегодня я сам пошёл в детский сад, потому что мамы не было дома. Воспитательница спросила, почему я такой грустный, и я ответил, что просто не позавтракал.
Когда я вернулся, папа смотрел телевизор. Он велел мне сбегать за пивом, но я ещё слишком маленький, мне никто не продаст. Папа обозвал меня бесполезным.
Наверное, я рождён быть несчастным. Ребята в саду не хотят со мной играть. Папа говорит, что меня никто не любит. Но я верю, что папа меня любит — он же мой папа! Воспитательница говорила, что все родители любят своих детей. Только я не понимаю... почему мамин шкаф совсем пустой?»
«15 сентября.
Сегодня нас просили нарисовать свою семью. Я нарисовал папу, маму и себя. А после уроков тайком сорвал рисунок со стены, потому что папа не хочет видеть, как я рисую маму.
Воспитательница велела всем рассказать про своих родителей, но на перемене Джон ткнул в меня пальцем и обозвал вруном. Сказал, что мой папа вовсе не такой хороший.
Я так разозлился! Джон — мой единственный друг. Мой папа хоть и заставляет меня убираться, но Джон же не знает, что папа иногда гладит меня по голове!»
«25 сентября.
Сегодня мой день рождения, но папа про него забыл. Я думал, дома меня ждут торт и подарки, но ничего не было. Папа спал на диване, а по телевизору шёл футбол.
Когда папа проснулся, он сказал, что ничего не забыл — просто никто из детей не захотел прийти. Они не пришли, потому что я бука и зануда. Я каждый день хожу с кислой миной, вот всем со мной и скучно.
Джон тоже больше со мной не разговаривает. Оказывается, меня все ненавидят. Папа накричал на меня. Ему тоже со мной скучно. Он меня больше не любит».
В конце страницы был нарисован плачущий смайлик. За этой записью следовало несколько страниц мрачных, хаотичных каракулей.
Чёрными и красными штрихами мальчик выплёскивал копившуюся ярость и боль. Линь Шэн листал страницу за страницей, и от этого зрелища становилось не по себе.
— Отец оказал на него жуткое влияние, — заметил Линь Шэн.
— Да уж... По-моему, этот козёл просто забыл про праздник, — хмуро буркнул Чжэн Юйчжэ.
Линь Шэн перелистнул дальше, где снова пошёл текст.
«30 октября.
Папа спросил, почему ко мне никогда не приходят друзья. Я промолчал. А что говорить? Они же меня не любят.
Тогда папа достал из подвала костюм медведя. Сказал, что если ребята узнают, что у меня дома живёт «Господин Медведь», они обязательно прибегут в гости.
Я так обрадовался! Смотрел на папу в костюме медведя и думал: наверное, он тоже хочет быть популярным? У него ведь тоже никогда не бывает друзей.
Я привёл ребят домой, но папа меня даже не похвалил. Он был со мной холоден. Зато с другими детьми играл вовсю и даже повёл их в подвал искать приключения. Мне показалось, что папу у меня отобрали. Я больше никогда никого не позову в гости».
— Тридцатое октября... — задумчиво произнёс Чжоу Мучэнь. — Кажется, именно в этот день и сделали то фото.
Эта запись проливала свет на то, почему мальчик на снимке выглядел таким угрюмым. Вот только ребёнок и помыслить не мог, в какие именно «игры» его отец играл с гостями в подвале. Его жгла обычная детская ревность.
Остальные записи были похожи. Мальчик явно обладал хорошим слогом и умел выразить простыми словами всю гамму сложных чувств. Вот только после прочтения на душе оставался тяжёлый осадок.
Чжэн Юйчжэ выглядел растерянным. Он надеялся найти в дневнике подсказку по прохождению, а в итоге только пуще прежнего запутался.
— Линь Шэн, объясни по-человечески, о чём вообще этот дневник?
— Если вкратце... у этого мальчика очень сложные чувства к отцу.
Из записей вырисовывался образ совершенно никудышного родителя: оставлял сына голодным, забывал про день рождения, сыпал оскорблениями.
Линь Шэн даже подозревал, что и мать сбежала из дома из-за проделок муженька.
— И всё же мальчик его искренне любит. Он врёт в саду, цепляется за крохи отцовской ласки и бережно хранит их, обманывая самого себя.
— Но при этом рисует на отца карикатуры, — Чжэн Юйчжэ перелистнул дневник на страницу с каракулями. Мальчик пририсовал голову отца к туловищу чёрной собаки, а поверх красным карандашом нанёс глубокие раны. Обида изливалась через край.
За детским рисунком крылась чистая, незамутнённая злоба — отклик на постоянные унижения со стороны отца. Чжэн Юйчжэ поежился, представив, что всё это выплеснул пятилетний ребёнок.
— У парня что, сдвиг по фазе начался?
— И обратите внимание на пароль, — Линь Шэн повернул дневник боком. — Что люди обычно ставят на замок? Свою дату рождения. Это не слишком надежно, зато имеет личный смысл. День рождения мальчика — 25 сентября. Но пароль не «0925», а «1030».
— А-а, ты хочешь сказать...
— Тридцатое октября для него важнее собственного дня рождения, — подхватил Чжэн Юйчжэ.
— Именно. И единственная причина, почему этот день стал для него особым — совместное фото с отцом!
В доме действительно не было других фотографий. Похоже, совместные снимки в этой семье были редкой роскошью.
Мальчик на фото смотрел угрюмо, но самой фотографией дорожил больше всего на свете. От этой мысли становилось почти жалко его.
Больше улик в доме не нашлось. Спустившись на первый этаж, троица покинула лесной домик.
***
На лужайке перед домом толпился народ — вернее, дети. Остальные игроки текущего инстанса.
Чжэн Юйчжэ с изумлением оглянулся на лесной домик.
Линь Шэн понимал его шок: пока они находились внутри и смотрели в окна, снаружи не было ни души.
Похоже, порог лесного домика служил границей. Переступив его, игроки оказывались в безопасности от иллюзий вроде гигантских крыс.
На лужайке стояли пятеро: троица А-Мина и двое «одиночек». Заметив вышедших, А-Мин помахал им рукой.
Эта троица запомнилась Линь Шэну: вечно исчезают перед обедом, к еде в детском саду даже не прикасаются, а выглядят свежими и сытыми — явно где-то подкармливаются.
Стоило Линь Шэну подойти, как один из «одиночек» выпалил:
— Вас тоже в подвал заперли?
Чжоу Мучэнь кивнул. Лицо его выражало полное спокойствие — пока они листали дневник, он проглотил восстанавливающую пилюлю из инвентаря и успел прийти в норму.
— И вас? — переспросил Линь Шэн. — И что вы там увидели?
Игроки начали делиться пережитым. Выяснилось, что Господин Медведь действительно сгреб всех, но, в отличие от телешоу, разбил игроков по двое-трое и столкнул в подвале с воплощением их главных фобий.
Одиночки пребывали в панике:
— Я вообще перестаю что-либо понимать! И что нам теперь делать?!
— Нечего тут сидеть! Кто знает, кто следующим выйдет из дома — очередной игрок или сам Медведь?!
Оба «одиночки» держались вместе после совместных испытаний в подвале и рвались убраться отсюда подальше.
— Вы куда собрались? — спросил Линь Шэн.
Вокруг лесного домика стоял глухой лес. Неизвестно, как далеко отсюда до городка. Оставаться опасно, но и брести наугад — не лучшая идея.
— Куда угодно, лишь бы подальше от этого проклятого дома!
— Попытаюсь обойти городок и укрыться в лесу. На полицию надежды нет, а в городе этот псих нас перебьёт!
— Но вы же сейчас в телах детей, — заметил Чжэн Юйчжэ. — В диком лесу вы долго не протянете.
Игроки переглянулись. Они и сами это понимали, но после пережитого ужаса в подвале были готовы рискнуть всем, лишь бы сбежать.
Вскоре их силуэты растворились в чаще, и вокруг снова воцарилась тишина.
В отличие от беглецов, А-Мин считал, что возле лесного домика пока относительно безопасно. Он посмотрел на Линь Шэна:
— Вы как дверь открыли, сразу сюда вышли?
А-Мин своими глазами видел невероятную силу Чжэн Юйчжэ и считал его топовым игроком. Но, к его удивлению, Чжэн Юйчжэ беспрекословно слушался двух своих спутников.
Выходит, эти двое ещё сильнее?
Но если они такие умелые, почему копались так долго?
Линь Шэн переглянулся с Чжоу Мучэнем. Тот понимающе кивнул.
Из-за вмешательства полиции ритм игры ускорился. Раньше они планировали держаться в тени, но ситуация изменилась: перед лицом общей угрозы игрокам нужно объединяться.
Линь Шэн пересказал содержание дневника, найденного на втором этаже.
А-Мин заметно мрачнел с каждым словом. Выбравшись из подвала, он первым делом вывел на улицу травмированного напарника, а когда решил вернуться и обыскать дом — дверь оказалась наглухо заперта.
Осознав, какую важную улику он упустил, А-Мин посмотрел на Линь Шэна и его команду с новым уважением.
— Значит, сына Господина Медведя зовут Шарп?
Линь Шэн кивнул: имя было написано на форзаце.
— А вот это уже интересно... — А-Мин задумчиво потёр подбородок. — В детском саду есть один местный мальчик. Его тоже зовут Шарп.
Линь Шэн обомлел. Он ещё не успел запомнить имена всех воспитанников. Выходит, сын монстра учится в их группе?!
В этот момент из лесного домика вышли Хэ Юй со своим напарником. Как профессиональный торговец информацией, Хэ Юй перерыл весь дом, тоже нашёл дневник и сумел подобрать код.
Линь Шэн обратился к Чжоу Мучэню и Чжэн Юйчжэ:
— Что делаем дальше? Я предлагаю вернуться в детский сад. Этот Шарп — ключ к разгадке.
— Согласен, — поддержал Чжоу Мучэнь. — В Городке Радости нет безопасных мест. Чем прятаться по углам, лучше быстрее понять условия прохождения.
— А может, просто похитим Шарпа и будем шантажировать Медведя? — предложил Чжэн Юйчжэ.
Оба повернулись к нему с выражением непередаваемой гаммы чувств.
—... Что опять не так?
Чжоу Мучэнь молчал пару секунд, затем произнёс:
— Ничего. Просто я передумал. Когда вернёмся, избивать твоего рекомендателя не придётся.
Чжэн Юйчжэ: «???»
Пока они разговаривали, из лесного домика вышли оставшиеся трое. Все выжившие игроки собрались на лужайке. За исключением двух ушедших в лес, остальные согласились вернуться в детский сад.
Вспомнив, что в передаче Юй Синя привезли на машине именно со стороны садика, группа пошла вдоль накатанной колеи. Миновав густой лес, они наконец вышли к Городку Радости.
Вид толпы детей, бредущих без присмотра, привлекал внимание горожан. Кое-кто из прохожих даже пытался проявить заботу, но игроки жёстко отшивали любых доброхотов.
Один из местных с сожалением вздохнул — он как раз хотел пригласить ребятишек к себе на мороженое. Но тут к нему подошёл Линь Шэн.
— Дяденька, вы не подскажете, какой сейчас год?
Мужчина расплылся в широкой добродушной улыбке:
— Ха, ну ты даёшь, малыш! Тысяча девятьсот девяносто девятый, конечно!
Следующий фрагмент
Предыдущий фрагмент
Оглавление
Go up