☝️ Елизавета Тюдор и Мария Стюарт. Портреты XVI в. Хотя две королевы приходились друг другу двоюродными сестрами, они ни разу не встречались лично.

Сразу можно сказать, что Елизавета I не считала Марию Стюарт ни «военнопленной», ни своей «подданной» в обычном смысле слова. Ее отношение к Марии было гораздо сложнее и менялось от сочувствия до страха перед политической угрозой.

Елизавета была твердым сторонником идеи о «божественном праве королей». Она верила, что монарх не подотчетен никаким людям — ни другим монархам, ни тем более собственным подданным. Над монархом нет никакого земного закона, он несёт отвественность только перед Богом. Поэтому, когда Мария бежала в Англию в 1568 году после восстания шотландских лордов, Елизавета видела в ней в первую очередь законную, «помазанную» королеву, которая несправедливо лишилась трона. Она категорически не признавала права шотландцев судить своего государя, так как считала, что это создает опасный прецедент для всех монархов, включая ее саму.

В принципе, один монарх мог взять другого в плен и даже убить на поле боя во время войны. Но Мария не была военнопленной. Она прибыла в Англию добровольно, надеясь получить военную помощь для возвращения власти в Шотландии. И здесь Елизавета оказалась в ловушке: помочь Марии означало пойти против протестантского правительства Шотландии, а отпустить ее во Францию — создать угрозу вторжения. В итоге Мария оказалась в состоянии «почетного заключения», которое длилось почти 19 лет. Юридически это не было тюрьмой, но фактически Мария находилась под постоянным надзором в различных замках.

☝️ Мария Стюарт клянется в своей невиновности. Ф. Айец, 1832. Принося клятву, Мария не знала, что ее ее зашифрованные письма были прочитаны и заговор, в который она позволила себя втянуть, раскрыт.

Ключевым моментом в изменении её статуса стал «Бонд об ассоциации» (Bond of Association) 1584 года. Этот документ, созданный советниками Елизаветы, был хитроумной юридической ловушкой. Он гласил, что любой претендент на трон, в чьих интересах готовится заговор против Елизаветы, несет за это личную ответственность — даже если он не участвовал в нем напрямую. Сам по себе «Бонд» не был законом — он предствлял собой своего рода добровольную клятву, обязательство, сила которой признавалась правительством; его подписали тысячи англичан — пэры, духовенство, купцы, рыцари, чиновники, горожане. Более того, в какой-то момент «Бонд» подписала даже сама Мария Стюарт!  Позже этот документ превратился в закон «О безопасности королевы», который фактически лишил Марию её суверенного иммунитета.

Именно этот закон позволил суду в 1586 году рассматривать Марию не как иностранного монарха, а как лицо, обязанное соблюдать «верность гостеприимства» по отношению к английской короне. После раскрытия заговора Бабингтона юридическая уловка сработала: Марию судили за измену, как если бы она была подданной Елизаветы.

Елизавета до последнего сопротивлялась этой идее. Даже подписав смертный приговор, она колебалась и позже пыталась переложить вину за казнь на своих секретарей. Для нее Мария всегда оставалась опасной родственницей и равной по рангу королевой, чья смерть на плахе подрывала саму идею неприкосновенности монархии.

Вам интересна эта тема? Напишите в комментариях!