Глава 5

Мир не сдвинулся со своей оси, парень на его коленях оставался таким же привлекательным. Взглядом, лицом, на которое бросал отсветы огненный замок в его ладони. Тяжестью ладного тела на Броковых коленях. Однако Брок бы соврал бы, если бы сказал, что не шокирован.
Работа в Щите часто сталкивала его и отряд со всякой сверхъестественной хренью. Именно от слова “хрень” — восхищаться непонятным пиздецом могли только ученые. Но у умников изначально не все дома, так что какой с них спрос? Сам он опасался сил, которые никаким законам не подчиняются. Особенно если они направлены против него и его ребят.
Гарри, прежде чем переступить черту, счел себя обязанным предупредить, кто он такой. Брок, знавший, что девяносто девять процентов людей лгуны, которые никогда не будут рисковать своим комфортом и безопасностью ради другого, был в восхищении. В который раз? Или восхищение как-то незаметно стало его привычным состоянием в случае с Поттером? Он не испугался, и признание его не оттолкнуло. Наоборот, убедило, что Гарри особенный.
Для него уж точно.
— Эй, ты собираешься убегать? Или улетать? Не знаю, как делают маги.
Брок взял в свои ладони лицо, с нежной усмешкой отметив, что Поттер зажмурился — по-настоящему опасаясь, страшась его реакции. Злой одинокий волк, которым Рамлоу себя считал, выдал восторженный визг радостного щенка. Однако это его не обеспокоило. Брок умел принимать правду о себе, а в этот раз правда была в том, что он влип в Гарри. Бороться со всем соцветием чувств внутри Рамлоу не собирался. Только идиоты боятся влюбиться. Он примет факт того, что потерял голову, стойко, как мужчина.
— Аппарируют и летают на метле.
Гарри потерся щекой о его руку, выбив остатки соображалки на фиг. Брок наклонился и поцеловал его, прикусывая сладкую нижнюю губу, забираясь в рот языком, не нежничая. Скорее показывая страсть. Гарри поерзал попой по тому, на чем сидел. И многоопытный Брок едва звезды под веками не словил от такой незамысловатой, невольной провокации. Пришлось уточнить для своего взбесившегося либидо, что парень просто старался устроиться поудобней, но никак не провоцировал выебать себя сейчас же.
Рамлоу опустил руки на талию и сжал ее, пробираясь пальцами под футболку, лаская бархатистую на ощупь кожу и внезапно проступившие мышцы. Гарри производил впечатление хрупкости, почти воздушности. Но дрыщом он не был. Он явно был силен и тренирован в рамках своего не слишком большого веса. Мышцы не были дряблыми, как у офисного планктона, нет, Гарри отличался выносливостью.
— Правда?
Поттер прикасался к своей немного припухшей нижней губе в прострации после взрослого поцелуя. И Броку пришлось его подтолкнуть, спросив. Он взял ладонь, где недавно горело волшебство, и поцеловал прямиком в центр. Тонкие пальцы прошлись уже по его губам, и Гарри наконец отмер. Правда, Брок не удержался и игриво прикусил, скорее прижал зубами указательный палец.
— Ауч... — со смешком констатировал Поттер.
— Не стоит дразнить хищника. Ты летал на метле?
— Да, Брок, у нас даже спорт есть на метлах.
На мгновение изумрудные глаза вспыхнули ярким светом, а затем Гарри просто спрятал лицо в изгибе его шеи, прижавшись близко-близко всем телом. Брок придержал его автоматически. Погладил по спине. Не торопя. Он уже понял, догадался, что воспоминание об игре на метлах повлекло за собой другое, не столь радостное. То, что Гарри искал у него утешения, сказало так много, что никаких слов не нужно было. Не сейчас... Позже он даже очень не против будет услышать признание.
— Все хорошо? — уточнил он, стараясь ничем не выдать дрожь от теплого дыхание, что щекотало ему кожу. Привычно контролировать все от и до с Гарри у него не получалось. Этот факт делал все происходящее до боли настоящим. Не суррогатом, которого у Брока за последние годы было более чем достаточно, где все роли распределены и партнеры просто хотят разрядки без эмоциональной близости.
— Да. Просто вспомнилось кое-что... Ты не испуган?
— Гарри, поверь, ты на монстра меньше всего похож. Ты просто чудесный.
Поттер порадовался, что Брок сейчас не видит его лица... Фраза о "монстре" задела за живое. Снова оживила ту часть памяти, от которой он бежал. Нельзя убить чудовище, оставшись прежним. Том и он слишком долго и прочно были связаны, чтобы его смерть в конце стала для Гарри только освобождением. Нет, в его судьбе просто ничего не бывало. Но сейчас он об этом думать не хотел, не то что рассказывать Броку все. Тема была неприятной и тяжелой.
— Откровенность за откровенность, малыш.
На этот раз в тоне Рамлоу почудилось напряжение и осторожность. Гарри сел так, чтобы видеть его лицо... Уши заалели, стоило снова поерзать задницей и почувствовать выпуклость под ней. Мерлин! По нему точно премия Дарвина плачет. Раз он только сейчас понял, какую реакцию может вызывать, сидя так и в таком положении на мужчине, который заявлял недвусмысленно, что неравнодушен к нему.
— Да, я животное, Гарри, есть немного такое. — Оскал, и Брок тут же посерьезнел, убрав угрожающую мину с лица. — Я ничего не сделаю без твоего согласия. Вообще ничего, можешь не переживать. Так о чем это я? Гарри, я правительственный агент, работаю на спецслужбы.
— И ты меня на опыты в лаборатории не сдашь?

— Болван и бессовестный манипулятор со своими несчастными глазками... Нет, конечно.
Брок шутливо щелкнул по его лбу, выдыхая по-настоящему, увидев, насколько легко Гарри воспринял новости о его работе.
— В идеале моя работа вообще тебя касаться не будет.
— Ты уже распланировал нашу жизнь?
Просто промолчать и не подразнить Гарри не мог. Он был и оставался выпускником факультета Годрика. А гриффиндорцев уж точно не назовешь взвешенными и осмотрительными. Тем более на сердце стало так легко, что Гарри не мог контролировать вылезшую непонятно откуда игривость. Брока хотелось дразнить, провоцировать и вообще напрашиваться на трепку.
— Ага, свадьбу и троих детей. Гарри, твой секрет в надежных руках, даю слово.
У Брока дыхание сперло, когда в ответ на это предельно серьезное обещание Гарри впервые поцеловал его сам.