Профессор Спраут была похожа на милую любящую бабушку. Она знала каждого студента не только по имени и фамилии, она знала, чем каждый занимается, как относится к семье, и не могла замолчать ни на секунду, бегая вокруг первокурсников, как курица-наседка.

Такое поведение должно было вызвать злость в Драко, но он молчал, и Гарри было интересно, что за такой короткий срок мог сказать директор, чтобы мальчик стоял, опустив голову.

Профессор дала расписание, повторила, как дойти до каждого кабинета, показала спальни, позволила достать волшебные палочки из чемоданов, чтобы объяснить, как с их помощью включить воду и регулировать теплоту и напор, сказала, к кому из старшекурсников обратиться за помощью, наказала старшекурсникам не сводить глаз с младших, познакомила с поющим цветком и с ворчащим растением, которое каждый час требовало, чтобы его гладили, продемонстрировала медные грелки для ног, показала сов, сидящих на перилах второго этажа специально для того, чтобы первокурсники написали родителям, и Гарри был уверен, что попал на тот факультет, на котором должен был оказаться.

Счастливый и ожидающий учебы, он первым делом написал маме, передав привет Сириусу и Ремусу, потом разобрал вещи, переговариваясь с однокурсниками, которые ему все больше нравились. Только Драко ни с кем не разговаривал, медленно выкладывая одежду, и в какой-то момент Эрни Макмиллан не выдержал и спросил:

- Что он тебе сказал?

- Не твое собачье дело, - огрызнулся Драко.

На это остальные четыре мальчика пожали плечами и продолжили болтать, а вечером сходили на ужин и сидели в гостиной с Ханной и Салли-Энн – другой первокурсницей. Гарри чувствовал себя по-настоящему счастливым на факультете, где все, казалось, не думали ругаться, предпочитая мирные беседы. Он бы не выжил, если бы его начали травить.

Гарри заснул, как только голова коснулась подушки, потому что слишком сильно устал. Даже зелья первым уроком пугали не так сильно, как могли бы, учитывая, что рядом будут однокурсники, а еще пуффендуйцы ходят на занятия с гриффндорцами, значит удастся пообщаться с Невиллом.

Когда в семь часов зазвонил колокол, студенты вскочили и побежали мыться. Гарри казалось, что, задержись он на секунду в душе или туалете, опоздает на первый урок, но в итоге, когда он уже стоял с книгами и в мантии, часы показывали только двадцать минут восьмого.

- Завтрак в восемь, идиоты, - пробурчал Малфой, который еще даже не встал с кровати. – А до занятий почти два часа.

Гарри поправил лоскутное покрывало, будто это действительно могло скоротать время, другие мальчики положили свои школьные принадлежности и сели на кровати.

- Кто-то из вас читал учебники? – спросил Захария Смит, потому что вчера они перетирали косточки учителям и рассказывали о семьях, забыв о предметах.

- Я! – воскликнул Джастин. – Я прочитал «Историю Хогвартса», полистал трансфигурацию и зельеварение, только ничего не понял. Скорее бы начало астрономии, это так интересно! А еще я жду травологию и полеты на метлах!

- Я тоже жду травологию и полеты, - согласился Гарри. – А еще защиту от темных искусств. Звучит круто!

- Да! – воскликнул Эрни. – Там наверняка будут дуэли!

- В Хогвартсе с каждым годом преподаватели по защите все хуже и хуже, - пробурчал Драко, явно повторяя слова взрослых и неосознанно – Снейпа. – Хогвартс вне политики, здесь мало кто любит Темных Лордов, поэтому им невыгодно выпускать сильных магов.

- Что, блин, эти Лорды делают?! – воскликнул Джастин, и Драко разрушил все, ответив:

- Разжигают войну маглов, чтобы они себя уничтожили.

- Драко! – воскликнул Гарри.

- Что? – переспросил Финч-Флетчли.

- Когда маглы друг друга уничтожат, мы сможем ими управлять, - пояснил Малфой снисходительно. – Понятия не имею, почему родители не отправили меня в Дурмстранг, я бы мог когда-нибудь стать помощником Гриндевальда.

Видимо, родители Драко, как и всех, кто учился в Хогвартсе, не хотели, чтобы дети участвовали в военных действиях, просто мальчик этого не понимал, думая о том, как круто бы выглядел рядом с Темным Лордом.

- Ты! – воскликнул Джастин, тыкая в Малфоя пальцем. – Мой папа на войне! Я не видел его три года! Моя мама переехала на ферму, чтобы быть подальше от всего этого! Она плачет каждую ночь, когда папа долго не пишет! И во всем этом виноваты маги?! Вы все?!

- Ты тоже маг, - лениво ответил Драко, и Финч-Флетчли бросился на него с кулаками.

Остальные начали его оттаскивать, но нос Малфоя уже кровоточил, и мальчик начал громко стонать, держась за лицо.

Джастин вырвался из хватки однокурсников и забежал в ванную, закрывшись изнутри. Гарри услышал, как он начал рыдать, и рванул в гостиную, принявшись колотить в дверь старосты. Дерек стоял в пижаме, совсем сонный, но встрепенулся, когда увидел перекошенное лицо Поттера.

- Что случилось.

- Там. Малфой сказал, что папа Джастина на войне из-за магов, и драка… там просто… Джастин в ванне.

Староста вылетел из дверей, чтобы добраться до их комнаты и найти Драко, катающегося по кровати и стонущего под присмотром Захарии, и Эрни, колотящего в дверь.

- Джастин, выйди! Джастин!

- Мерлиновы кальсоны! – выругался староста и подошел к Малфою, вздергивая его на ноги и проталкивая к гостиной.

Гарри слышал, как Дерек стучит в одну из дверей и просит другого старшекурсника довести Драко до больничного крыла и сообщить мадам Помфри.

- Это из-за вас мои бабушка, дедушка и дядя погибли! – закричал Джастин через дверь. – И все для того, чтобы нами управлять! Почему вы такие жестокие?!

- Джастин, успокойся, - ровно сказал вернувшийся Дерек. – Студенты Хогвартса определенно никак не участвуют в этом. Они всего лишь дети.

- Тогда почему Малфой так говорит! Он бы первым пошел нас убивать!

- Никуда бы Малфой не пошел, - фыркнул староста. – Он всего-то ребенок, который от вида собственной крови из носа чуть не упал в обморок. Если бы его отправили к твоему папе, он бы ревел от страха и просился домой. Он просто не понимает.

- Почему он не понимает?! – заорал Финч-Флетчли.

- Послушай, Джастин, - сказал староста успокаивающе. – Много лет назад ведьм сжигали на кострах, магам пришлось начать прятаться, чтобы выжить. Нас мало. Очень мало. Темные Лорды хотят… не знаю… отомстить? Хотят власти? Править целым миром? Они живут уже более ста лет, многие говорят, что они вообще бессмертны, имеют множество последователей и незаметно сеют среди маглов хаос. Но не все маги такие. Волшебники многих стран до сих пор сопротивляются их натиску, уже более сорока лет. Хогвартс – это просто школа. Здесь не учат, как убивать маглов, не готовят вас к войне. Вероятно, именно поэтому родители Драко отправили его сюда, потому что хотели его обезопасить. Он просто этого не понимает, потому что его родители верят в превосходство крови и пудрят этим мозги сыну, при этом пытаясь не втягивать его во что-то опасное. Поэтому он, скажем так, разрывается. Много магов по всему миру хотят просто спокойно жить, многие так и живут, игнорируя соблазнительные речи Темных Лордов о том, что через десяток лет мы сможем выйти из тени и править миром. Твои однокурсники ни в чем не виноваты, они такие же дети, как и ты.

- Тогда почему они не восстанут?! – воскликнул Джастин, зарыдав еще громче.

- Мой папа погиб, потому что хотел остановить войну маглов, - сказал Гарри неожиданно даже для себя. – Он был из древнего чистокровного рода и старался оставаться вне политики, пока маминых родителей не убило бомбой. Тогда он начал просить других сопротивляться. В наказание его как подстрекателя отправили на границу Германии с Польшей, и с тех пор его никто не видел, а мама осталась со мной. Мне был годик.

- Темные Лорды стараются не слишком явно давить на магов, но неприкрытая ненависть к их политике приводит к… этому, - добавил староста. – Выйди к нам, пожалуйста.

Дверь тихо отворилась, и показалось красное лицо Финч-Флетчли. Увидев мальчиков, он снова заплакал, и Гарри обнял его, чувствуя, что у самого щиплет глаза.

- Я не хочу оставаться с Малфоем в комнате, - сказал Джастин.

- Мы не можем его выселить.

- Почему? Он ведь только и делает, что с нами ругается! Он даже не хотел на Пуффендуй!

- Но поступил, и теперь он один из нас, - сказал староста. – Значит в нем достаточно качеств для Пуффендуя. Теперь нам нужно помочь им раскрыться, и это будет невозможно, если Драко останется один.

- Что случилось? – ворвалась мадам Спраут в комнату. – О, Джастин, что произошло?!

- Драко сказал, что маги хотят уничтожить маглов. И что они заставляют их воевать, - шмыгнул носом мальчик. – Не хочу его видеть.

- И из-за этого ты разбил ему нос, - вздохнула декан. – Теперь мне придется снять по десять баллов с каждого.

- Но он!.. – начал Финч-Флетчли возмущенно. – Он!..

- Да, знаю, это ужасно слышать, - покачала головой женщина. – Обычно мы стараемся вводить маглорожденных в курс дела постепенно, вызывая на разговоры.

- Дело не в том, что он сказал правду, - тихо начал Гарри, - дело в том, как именно он это сказал. И добавил, что предпочел бы учиться в Дурмстранге и присоединиться к Лордам.

- Это было не… эээ, - замялся Эрни, продумывая слова. – Не просвещением, а оскорблением. Я бы тоже не хотел жить с ним в комнате. Думаю, никто бы не хотел.

- Я уверена, что он не такой уж и плохой мальчик, - начала мадам Спраут. – Конечно, я с ним поговорю, он определенно был слишком грубым, но решать проблемы дракой нельзя. Нужно попытаться понять, почему он себя так ведет.

- Потому что его папочка глава известного рода, - пробурчал Захария Смит.

- Вот именно, - подтвердила профессор Спраут. – Потому что его так научили. И нам всем вместе нужно открыть его с другой, более приятной, стороны. Обещаю, я поговорю с ним, но вы тоже постарайтесь. Хорошо, мальчики?

- Хорошо, - протянули они в один голос.

– Ну, собирайтесь на завтрак, осталось двадцать минут до начала. И я надеюсь, что эта ситуация не повторится. А ты, Джастин, зайди в мои теплицы после уроков и обеда.

- Почему только я? – понуро спросил мальчик.

- Потому что ты маглорожденный, и я все-таки обязана сама рассказать тебе о том, что происходит, - пояснила декан. – Это не наказание.

- Хорошо, - ответил Финч-Флетчли.

- Ладно, тогда встретимся на втором уроке, - кивнула женщина и вышла из их комнаты.

- Ну, малышня, напугали же вы меня, - нервно рассмеялся Дерек. – Если будут такие ситуации, приходите до того, как бить носы или проклинать. Лучше идите в гостиную, там уже собираются.

- Ага, только вещи возьмем, - сказал Захария, и староста вышел, кивнув им напоследок.

- Давайте устроим ему бойкот, - предложил Захария. – Он сто процентов будет в ярости из-за снятых баллов и разбитого носа. Будет жаловаться, а мы – просто молчать. Вот круто будет.

- Ага, - оживился Джастин. – Поделом ему.

- Присоединяюсь, - добавил Эрни. – А ты, Гарри?

Гарри почесал затылок. Он снова нервничал, потому что только обрел друзей, но теперь, возможно, их потеряет, потому что зажмурился и выпалил:

- Я пас.

- Почему? – удивленно спросил Эрни.

- Он же буквально готов идти убивать маглов! – воскликнул Финч-Флетчли.

- Ну, как бы… - замялся Гарри, глядя себе под ноги.

Он иногда привирал маме, но все равно старался быть честным, поэтому набрал в грудь побольше воздуха и сказал очень быстро:

- Я бы не хотел, чтобы меня игнорировали, поэтому не желаю этого Малфою. Он кошмарный, я тоже не хочу с ним жить, но, может, декан и Дерек правы? Нам нужно просто время? Я не хочу с ним дружить, но и игнорировать его не буду, - закончил мальчик, нервно потирая руки.

- Даже если мы будем? – спросил Захария.

- Да, - выпалил Гарри. – Я все равно буду с ним разговаривать. Если он захочет со мной говорить.

Он слышал стук своего сердца, потому что ждал, что ему пожелают «проваливать к своему Малфою», но Эрни поднял руки и нервно рассмеялся:

- Ты слишком добрый, Гарри.

- Я не буду с ним разговаривать, - упрямо сказал Джастин, хватая учебники. – Но вы как хотите. Это не вы маглорожденные.

Он вышел за дверь, Захария пожал плечами и последовал за ним, а у Гарри щипали глаза, потому что, наверное, их дружба была разрушена.

- Не ожидал от тебя, - сказал Эрни, когда Гарри уже шмыгнул носом, зная, что пойдет один. – Тебя не сломать, мужик. Пойдем. Там, наверное, девочки заждались.

Гарри поднял глаза на Макмиллана, моргнул, схватил книги, улыбаясь под нос. «Мужиком» его иногда в шутку называл Сириус, а Эрни явно тоже перенял это у кого-то из старших. Но было приятно, что кто-то оценил его честность. Гарри выбежал из комнаты за однокурсником, в гостиной уже сидели некоторые студенты, хотя их все равно было мало. Девочки примостились на диване, слушая рассказ Финч-Флетчли.

- Я, выходит, один не знал, - протянул он разочарованно. – Почему вы мне не сказали?

- Я думал найти другое время, - тихо признался Гарри. – Чтобы ты хотя бы поел на пиру и поспал.

- Точно, - вспомнил он, - это ты прервал Малфоя на пиру.

- Ага, - ответил Гарри, глядя под ноги. – Не хотел в такое время расстраивать. Снейп бы тебя убил, если бы ты разбил нос Малфою прямо там.

- Это было бы зрелищно, - протянула Салли-Энн. – Почему никто не собирается на завтрак?

- Потому что обычно мы встаем в половине девятого, как угорелые носимся, чтобы успеть собраться, перекусить и к девяти прийти на занятия, - раздался голос Седрика. – Как ты, Джастин?

- Нормально, - ответил тот, не глядя на Диггори. – Сняли баллы.

- Баллы – дело наживное, - отмахнулся Седрик. – Главное не ссорьтесь.

Они еще немного поболтали, и Финч-Флетчли с Макмилланом, кажется, не собирались его игнорировать или что-то в этом роде, так что Гарри потихоньку расслаблялся.

Интересно, как директор добился того, что маглорожденных не забирали из семей при первом проявлении магиии, как было в других странах, подчиненных Лордам? Наверное, потому что он был великим человеком, как говорила мама и дяди.

В восемь утра на завтраке не было никого, кроме первокурсников и старост, которые их привели. Гарри помахал Невиллу, и тот счастливо улыбнулся, потом Рону, и тот кивнул, тоже не выглядя недовольным.

Стол Пуффендуя был совершенно пуст, за преподавательским столом сидели МакГонагалл и Снейп, последний бросил неприязненный взгляд на Поттера и продолжил есть.

Гарри уже ожидал проблем на зельеварении, хотя надеялся, что сможет их избежать.

- Он немного жуткий, - прокомментировала Ханна.

- Не советую злить профессора Снейпа, - предупредил староста. – И не пытайтесь списать тесты, у него глаза на макушке. Снимет кучу баллов и отправит на отработку.

- А можно подойти к другому столу? – спросил Гарри робко. – Там мой друг.

- Конечно, - улыбнулся Дерек. – Это же не тюрьма, вы можете ходить по залу и общаться.

- Ой, тогда мы подойдем к Невиллу, - сказала Ханна. – Я уже по нему соскучилась.

- Ага, - кивнул Гарри. – Интересно, как ему на Гриффиндоре. И надо забрать по пути Рона.

- У меня знакомая на Когтевране, тоже проведаю ее, - сообщил Эрни. – Она вчера волновалась.

Они вышли из-за своих столов. Рона, как оказалось, со слизеринцами уже не было, он обнаружился возле Невилла, жевал свинину и довольно жмурился.

- Гарри, Ханна! – приподнялся Невилл и помахал им рукой.

Другие студенты пододвинулись, чтобы освободить места еще для двоих.

- Как дела? – спросила Аббот, улыбаясь.

- Это так… это мои однокурсники, Дин и Симус. Представляешь, у нас так мало мальчиков, что мы в комнате втроем!

- Нас пятеро, - откликнулся Гарри.

- Нас всего двое, - добавила Ханна, поправляя свои светлые волосы. - Салли-Энн очень милая, я рада, что мы с ней в одной комнате.

- А вам как впятером? – спросил Невилл.

- Ну, хорошо, - протянул Гарри несмело.

- Малфою сегодня разбили нос, - сказала быстро Ханна. – Он рассказал маглорожденному обо всяком, тот его и ударил.

- Ага, - вздохнул Гарри, а Рон прыснул и прикрыл рот рукой.

- Малфой – это не тот, который сейчас вошел в зал? – спросил один из соседей Невилла. – Белобрысый. Еще вчера пошел к директору, и тот его уводил.

- Да, он, - согласилась Ханна. – Директор его лично привел. Драко не понравилось, что он на Пуффендуе.

- Я едва удержался от смеха, когда увидел его лицо, когда шляпа отправила его на Пуффендуй, - фыркнул Уизли. – Он этого явно не ожидал.

- А как у тебя, Рон? – спросил Гарри живо.

- Фред и Джордж сожрут меня заживо, - ответил он, поджав губы. – Они уже выспрашивали Невилла, как их «малыш Ронни» попал на Слизерин.

- И что там? Как гостиная, однокурсники? – спросила Ханна.

- Нас тоже пятеро, Гойл и Крэбб ржали весь вечер, что Малфой на Пуффендуе. Друзья называется. Еще двое – Блейз и Нотт, неплохие парни. Думаю, уживемся, - деловито кивнул Рон. – Старосты, правда, ленятся, а в помещениях прохладно, надеюсь, зимой будут как-то отапливать комнаты, потому что пока я видел только камин в гостиной. И так, ну, мрачненько. Но Снейп… это исчадие ада, ребята, я серьезно, - развел руками Рон.

- У нас с ним первое занятие, - вздохнул Гарри, глядя на Невилла с тоской.

- У нас все красно-золотое, - сказал Лонгботтом. – Чем-то похоже на гостиную у меня дома, только ярче. Старосты хорошие, ну, один из них Перси. С ребятами мы хорошо ладим, да и нас всего трое, это кайф. А МакГонагалл, как рассказывали родители, строгая, но справедливая. В общем, она мне такой и показалась.

- У нас просто невероятная гостиная… - начала Ханна, рассказывая во всех подробностях, где какой цветок висит, какие мягкие диваны, сколько подушек, какие лампы, камин, какие одеяла в комнатах, какая у нее классная соседка, декан факультета, назвала по имени всех однокурсников и даже упомянула, какие у них предпочтения в квиддиче.

- У тебя все «прекрасное», - передразнила девочка-гриффиндорка волнистыми волосами.

- Не завидуй, Лаванда, - мерзким голосом протянул сосед Невилла и скорчил рожу.

- О нет, Фред и Джордж, - прошептал Рон. – Я пошел.

Он вскочил и быстро направился к своему факультету, на прощание махнув рукой.

- Короче, у тебя все хорошо, - сказал Гарри, обращаясь к Невиллу. – Это главное.

- Малыш Невилл, - в унисон сказали близнецы, растрепав волосы мальчика своими большими ладонями. – Гарри, Ханна, вы уже тоже здесь? – спросил, кажется, Фред.

- В этом году первокурсники, на удивление, дружные. А где наш братишка?

- Не знаем, - сказала Ханна. – Ушел.

- Убежал, - сказал один Уизли.

- От нас, - добавил другой.

- Каков подлец!

Они бросились к столу слизеринцев, и Гарри было немного жаль Рона.

- Нам, наверное, пора к своим, - сказала Ханна. – Нужно еще покушать, а потом зельеварение. И… - она запнулась, а потом начала поправлять Невиллу волосы.

- Ооо, тили-тили тесто, жених и невеста, - начал дразниться Симус, и Ханна с Невиллом засмущались.

Девочка быстро поднялась, сбивчиво попрощалась, Гарри тоже встал и кивнул, потому что они все еще встретятся на уроке через полчаса. Вдвоем они с Ханной направились к столу Пуффендуя.

В самом центре совершенно один сидел Драко, не желая ни с кем пересекаться. Гарри просто пошел к друзьям, чтобы покушать, чувствуя пристальный взгляд Снейпа, не позволяющий даже повернуться в сторону преподавательского стола, только иногда бросать краткие незаметные взгляды. Мальчик посмотрел на стол, только когда обнаружил, что Снейпа нет, зато столкнулся с темным взглядом директора и чуть не выронил кубок.

- Снейп ушел. Мы не опаздываем? – спросил Поттер, отвернувшись.

- Осталось пятнадцать минут, успеете, - сказал Седрик, который пришел на завтрак совсем недавно. – И следующий раз советую брать учебники после завтрака, если нужно много всего тащить. Особенно на зельеварение, потому что наша гостиная недалеко от класса.

Первокурсники выбрались из-за стола, чтобы прийти на свой первый урок. Поттер представлял, каким учителем будет Снейп, и все варианты казались устрашающими.

- Пойдем, Драко, - сказал он, проходя мимо мальчика, но тот только сморщил нос.

- Не пытайся, - посоветовала Салли-Энн. – Он слишком гордый.

К счастью, они быстро и без проблем добрались до кабинета. На одной из последних парт уже сидел Невилл. Он помахал Гарри рукой, приглашая сесть рядом.

- Я с Джастином, - сказал Эрни.

- А у меня знакомая на Гриффиндоре – Фэй, - сообщил Захария, направляясь к светловолосой девочке очень маленького роста.

Ханна и Салли-Энн тоже собирались сесть вместе, поэтому Гарри мог без зазрения совести подбежать к Невиллу и положить свои вещи на край стола.

- Первый урок, - шепнул он, улыбаясь, даже если этот урок будет со Снейпом. – Не могу поверить.

- Ага, - кивнул Лонгботтом. – Я очень люблю зельеварение, надеюсь, профессор не такой ужасный, как все говорят.

Студенты начали знакомиться, Гарри просто надеялся, что запомнит имена, но эти надежды быстро разбились о жестокую реальность. Драко тоже в какой-то момент вошел в класс с высоко поднятой головой. Он ни с кем не пытался заговорить, только медленно раскладывал вещи, поэтому на него не обратили внимания.

Кабинет Снейпа был крайне неуютным, потому что в нем было холодно, темнее, чем в Большом зале или даже коридорах, а еще вдоль стен стояли банки с заспиртованными животными. Невилл зеленел каждый раз, когда смотрел на них, и Гарри понимал, почему.

Прозвенел звонок, но профессора все еще не было. Дин бросил в Эрни кусочек пергамента, и тот в ответ использовал чары левитации, поразив своим колдовством весь класс, кроме Драко, который сидел, сложив руки на груди. Становилось все более шумно, Сьюзен Боунс начала громко хохотать с тех рож, что скривил Симус.

В какой-то момент дверь резко открылась, Боунс захлопнула рот и села, Гарри отвернулся к доске, чтобы не встретиться с черными глазами профессора. Тот быстро прошел мимо парт, только мантия взметнулась и обдала Поттера дементорским холодом.

Мужчина повернулся к классу, сверля первокурсников холодным взглядом, и Гарри чувствовал себя крайне некомфортно. Наверное, в ту ночь ему стоило бежать за черпаком раньше и все-таки дать этому человеку по лбу.

Профессор начал знакомиться с классом, никак не комментируя чьих-то фамилий, даже знаменитых. Он казался воплощением презрения к человечеству, поэтому Гарри старался не говорить, не двигаться и даже не дышать слишком громко. И не только он, потому что Снейп обладал даром затыкать рты одним взглядом.

- Вы прибыли в Хогвартс, мечтая махать палочками, поэтому вряд ли сможете оценить такую точную науку, как зельеварение, насладиться мельчайшими изменениями оттенков, запахов. Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть, - почти прошептал профессор, и Гарри поерзал, потому что ему не нужны были ни известность, ни триумф, ни бессмертие. – Поттер! – резко сказал Снейп, и Гарри дернулся, чуть не уронив ручку, и поднял голову. - Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

Поттер чувствовал, что на него направлены все взгляды. Опять. Он хотел быть популярным, но на самом деле был совершенно не готов к тому, что столько людей будут смотреть одновременно и ждать его ответа:

- Напиток живой смерти? – пропищал Гарри едва слышно, глядя на серебряную застежку на мантии профессора, чтобы не поднимать взгляд.

- Вы можете не мямлить, Поттер?! – почти рявкнул Снейп, и Гарри снова вздрогнул и от стресса выпалил очень громко:

- Напиток живой смерти!

- Минус пять очков за повышение голоса на преподавателя.

Гарри стушевался, стараясь не смотреть на однокурсников. Он и так утром заступился за Малфоя, а теперь из-за него Пуффендуй лишился баллов. Уж теперь с Гарри точно не будут разговаривать.

- Кто знает, откуда извлекается безоар? – спросил мужчина. – Лонгботтом.

- Из желудка козы, - быстро ответил мальчик. – Он является противоядием от…

- Я не спрашивал про действия безоара, - прервал профессор. – Научитесь слушать, Лонгботтом. В чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха, Финниган?

- Я не знаю, - покачал головой мальчик с растрепанными каштановыми волосами.

- «Я не знаю, сэр», - исправил Снейп.

- Сэр, - повторил Финниган.

Прошло меньше пяти минут урока, а Гарри уже хотел убежать куда-нибудь подальше, чтобы больше никогда не пересекаться со Снейпом. Внутри растекалась яркая обида, такая сильная, что хотелось психануть и сказать что-нибудь резкое, но Гарри слишком боялся последствий.

После этого профессор продиктовал краткую лекцию, которую Поттер быстро царапал своим кривым почерком в блокноте, отмечая, что часть студентов все еще пользуются чернилами и пергаментами. Интересно, почему Темные Лорды разрешали магловские вещи, если хотели маглов уничтожить?

После краткой теории студенты пошли в соседний класс, чтобы заняться практикой. Гарри думал, что получится выдохнуть, но сначала Снейп разбил студентов на пары по своему усмотрению, а потом наблюдал, как стервятник.

Гарри пришлось встать рядом с однокурсником Невилла. Тот не понимал в зельях примерно ничего, поэтому взвешивал листья крапивы и наблюдал за рогатыми слизняками.

- Нам придется их этого… того? – спросил мальчик.

- Ага, - шепнул Гарри.

Он жалел существ, но себя, если он провалит зелье у Снейпа, было жаль больше, поэтому вскоре слизни плавали в котле. Профессор прокомментировал медлительность Дина, неуважение Гарри (хотя он просто смотрел в котел), потом пошел к остальным, и, в целом, урок прошел просто кошмарно.

От мысли, что со второго курса будут ставить два занятия подряд, подташнивало. Другие первокурсники тоже выглядели очень помятыми, Лаванда вообще плакала, потому что Снейп сказал при всем классе, что нужно смотреть на зелье, а не на мальчиков, зато Невилл казался скорее хмурым, чем расстроенным.

- Он ведь не будет недовольным, если мы все будем знать зельеварение? – спросил Гарри неуверенно.

- Поверь, он будет недоволен, даже если мы спасем его от дементора, - сказал Финниган.

- Он сам сожрет дементора, - шмыгнул носом Лаванда.

- Мне кажется, он ненавидит всех студентов, - сказал Джастин.

- Кроме слизеринцев, как говорил Рон, - сообщил Невилл. – А больше всего ненавидит Гриффиндор.

Травология стала отдушиной после зельеварения. Профессор Спраут была немного строгой, но продолжала напоминать курочку-наседку и громко рассказывала обо всех растениях в первой теплице весь урок, пока студенты сидели за овальным столом и вели конспект.

Гарри чувствовал себя на этом уроке как дома, его даже не пугало домашнее задание, в отличие от эссе по зельеварению.

Первый урок заклинаний был тем, чего студенты ждали больше всего, поэтому то, что вместо магии они будут проходить технику безопасности, стало ужасным разочарованием. Справедливости ради, Гарри считал это важным, потому что мама каждый раз отдавала ему свою палочку только в присутствии Ремуса или Сириуса. Гарри дулся на это, но однажды, пытаясь очистить свою одежду, начал вращаться, как юла. После того, как Сириус отменил неправильное заклинание, Поттер больше не сопротивлялся подстраховке.

В целом, все уроки прошли хорошо, учитывая, что студенты закончили всего-то в двенадцать, поэтому была куча времени на домашние задания.

На обеде было намного более шумно, чем на завтраке, наверное, потому что много кто пропускал завтрак. От переживаний и умственной деятельности, а также кучи лестниц и коридоров, Гарри ужасно проголодался, поэтому часть блинчика выпала у него изо рта, когда в зал начали влетать совы.

Пока мальчик убирал жирное пятно с мантии, школьная сова, которую он отправил вечером маме, села возле его тарелки, бросила конверт на колени, схватила недоеденный блинчик и улетела.

- Ты тоже умеешь колдовать, - выдохнул Эрни восхищенно. - Почему ты не говорил?

- Я… только чуть-чуть бытовых заклинаний, - ответил Гарри, потому что на самом деле просто не считал, что стоит с гордостью рассказывать о том, что умеет стирать с помощью палочки.

- О, мама написала! – воскликнула Ханна, прерывая неловкий момент.

- Мне тоже, - сказал Гарри. – И дяди. А тут всегда письма приходят так? Мама говорила, что получала их в гостиной или на завтрак, а не в обед.

- Наверное, в гостиные прилетают только свои совы, - сказал Эрни. – Мне родители обещали купить в следующем году.

- А я не хочу, - сказал Гарри. – Если у каждого будет сова, то они будут шуметь, проситься гулять, драть мебель и на все какать. Если есть школьные, то мне хватит.

После этого мальчик сосредоточился на письме, радостный от того, что его поздравили, похвалили и пообещали прислать подарок. Многие студенты старших курсов получили большие посылки. Судя по разговорам, они забыли что-то взять с собой в школу, поэтому родные присылали эти вещи почтой.

Гарри наелся, успокоился и даже посмотрел на стол преподавателей. Он надеялся, что, встретившись со своим страхом лицом к лицу, сможет его преодолеть. К сожалению, в итоге он испугался еще больше и смог только быстро скользнуть по Снейп взглядом, перескочив на профессора Хагрида, который широко ему улыбнулся. Потом Поттер изучил шляпу МакГонагалл и поправил свою. Он надеялся, что вскоре сможет ее снять, потому что она жутко мешала. С МакГонагалл общался директор, его мимика была невыразительной, зато на лице декана Гриффиндора отражался весь спектр эмоций – неверие и шок сменились закатыванием глаз и веселой улыбкой.

Джастин пошел поговорить с профессором Спраут, а остальные Гриффиндорцы и Пуффендуйцы первого курса толпой отправились в библиотеку. Гарри не видел, чтобы старшие курсы делали так же, и предполагал, что вскоре новенькие выучат все коридоры и лестницы и не будут цепляться друг за друга. Ну, кроме Драко, он продолжал дуться. Зато Рон ускользнул, более того, утащив с собой красивого смуглого мальчика.

Искать информацию для эссе среди тысяч книг оказалось не очень легко, но когда этим занималась огромная толпа, все становилось быстрее, только мадам Пинс периодически шипела, потому что первокурсники слишком громко разговаривали, а старшекурсники, наблюдая за тем, как младшие суетятся, как-то глупо улыбались.

- Что вам? Зелья? – спросил парень из Гриффиндора. – Вон на той полке, - ткнул он пальцем в нужную, - найдете информацию для первых курсов. Хотя Снейпа может перемкнуть, и он вам за пятый что-нибудь подбросит. Держитесь. Вначале с ним сложнее всего.

- А потом? – с надеждой спросил Невилл.

- Потом привыкаешь, - ответил гриффиндорец с ухмылкой. – Не дрейфь, Лонгботтом.

- Весело у вас зельеварение прошло, - заметил Рон.

- Не то слово! - сказала Лаванда, и мадам Пинс, наконец, не выдержала и рявкнула на первокурсников, пообещав выгнать из библиотеки.

Шепотом Рону и красивому мальчику Блейзу рассказывали о первом уроке у Снейпа, а те говорили, что зельевар не так и плох.

- Уверен, внутри он нежный, как фиалка, - сказал Рон и промокнул несуществующие слезы, вызвав сдавленное хихиканье.

Вскоре от разговора с мадам Спраут вернулся Джастин. Он был грустным, но не яростным, не хотел рассказывать, как все прошло, поэтому тоже начал делать домашнее задание.

Гарри просто был рад, что с ним общались. Ему нравилось находиться в толпе, но просто быть ее частью, а не тем, на кого пристально смотрит много глаз. Наверное, и хорошо, что он не стал популярным, иначе бы просто умер от смущения.

Когда домашка была сделана, студенты начали искать забавные книги, цитировать и хихикать. Заскучавший Рон бросил скомканную бумагу в сторону первокурсников Когтеврана, попал в Гермиону, та взвизгнула, и мадам Пинс потеряла терпение и выгнала всю ораву первокурсников из библиотеки.

- Это ужасно, - сказала Пинс МакГонагалл, вошедшей взять дополнительную литературу для урока. – Чуть ли не тридцать пищащих малявок.

- Да, - покачала головой декан Гриффиндора, - в этом году первокурсники дружные.