Гарри видел его через окно.

Справедливости ради, не один Поттер — в коридоре второго этажа собралось немало народу, все прилипли к окнам и перешептывались. Второго этажа, потому что никто не хотел попасться на глаза на первом, а выше было бы плохо видно.

В отличие от Дамблдора, который, как помнил Гарри по последней встрече, появился рядом с Томом слишком быстро для человека, который шел через Запретный лес, (значит явно использовал лазейку), Гриндевальд шел по тропе к Хогвартсу от каминов, которым пользовались все студенты.

Он двигался быстро, резко, взмахнул как-то дергано рукой в сторону своей спутницы с длинными черными волосами и белым лицом, которое Гарри рассмотреть с такого расстояния не мог, зато второе лицо, хотя и было смазанным и повзрослевшим, не узнать было не возможно.

— Это что, Малфой? — спросил Джастин, почти уткнувшийся в стекло носом.

— Реально, — протянул Захария. — Точно он.

Гарри промолчал, только смотрел на длинные волосы, собранные в хвост, ровную спину и незнакомую строгую форму.

— Охереть, — выдохнула Салли-Энн, озвучив мысли всех присутствующих.

— Минус десять очков Пуффендую за ругань, — послышался голос Флитвика. — И марш на урок! Еще не хватало, чтобы вас всех сейчас увидели.

Студенты начали хватать свои вещи, разложенные на полу и подоконниках, разлетаться, словно птички, которых спугнул шорох. Гарри был среди них, сжимал тетрадь обеими руками, будто это поможет вырваться из сна. Только вот в последнее время его сны были наполнены тем, что профессор Риддл не хотел бы увидеть на занятиях окклюменцией, а не Лордом Гриндевальдом, прибывшим со свитой в Хогвартс.

— Какой-то он низкий, — прошептал Захария.

— Заткнись, — шикнула на него Салли-Энн.

— Урод, — прошипел Финч-Флетчли.

— Успокойся, Джастин, и молчи, иначе сделаешь хуже, — схватила парня за предплечье Ханна. — Мы ему не ровня.

— Я знаю, — сквозь зубы выдавил тот, отдергивая руку.

Гарри слушал однокурсников, но одновременно был далеко. Единственное, о чем он мог думать, — сколько проблем придется решать директору. Дамблдор пришел тихо, он был призраком в школе, его почти никто не видел и не слышал, только Амбридж столкнулась с последствиями. Гриндевальд пришел с высоко поднятой головой и не один, он явно не собирался просто посидеть в кабинете Риддла. Почему он явился? Кем была женщина, шагающая по правую руку от Лорда, зачем прибыл Драко? И, самое главное, как директор переживет эту проверку.

Гарри бездумно перебирал ногами, не отставая от однокурсников, но не участвуя в разговоре. Он уже предвидел, что урок травологии будет не особо похож на урок, и лицо профессора Спраут показало, что она тоже это прекрасно понимала.

Поттер взрыхлил землю слишком сильно, перепутал удобрения и пролил воду, за что с него даже не сняли баллы, так как остальные ребята тоже не горели жаланием что-то делать, шептались, нервно оглядывались, словно Гриндевальд ворвется в теплицу. Джастин вообще выглядел так, словно вот-вот заплачет или вызовет Лорда на дуэль, и Гарри думал, что ему не стоит отходить от парня далеко, чтобы тот ничего не учудил.

Было предчувствие, что на обеде произойдет нечто, выходящее за рамки обычного, поэтому идти туда совершенно не хотелось, но, с другой стороны, Поттер не мог оставить Риддла одного, даже если будет просто сидеть за своим столом и молчать. Ему просто хотелось убедиться, что Гриндевальд не собирается пытать студентов или что-то в этом духе, поэтому приходилось заставлять ноги идти вперед. Спраут, которая провожала класс, зорко наблюдала за Джастином, и обрывала разговоры, как только они становились громче шепота.

Студенты уже собирались, оглядываясь потерянно, потому что преподаватели провожали их от класса к Большому залу, не позволяя пропустить обед. Гермиона уже сидела на своем привычном месте, Рона же не было видно, хотя спустя пару секунд Поттер нашел его на самом краю скамейки, как раз возле самых преподавателей, и решил сделать небольшой круг, чтобы пройти мимо. Уизли обернулся, поманил пальцем и прошептал быстро: «Та женщина — Беллатриса Блэк», — прежде чем отстраниться и отвернуться.

Гарри пошел к однокурсникам, пытаясь переварить то, что услышал секунду назад. Он надеялся, что Сириус не примчится ругаться или драться из-за старых обид и что Беллатриса не окажется такой ужасной, какой была в подростковые годы. Хотя неудивительно, что она шпыняла крестного, тот в детстве не отличался спокойствием и наверняка неплохо так доставал старшую кузину.

— Согнали нас, как скот, — пробурчал Джастин, как только Гарри сел рядом.

— Интересно, что будет, — вздохнул Ханна. — Неужели директор сделал что-то не то?

Гарри очень, очень надеялся, что дело не в Риддле.

— Да ладно, они приходят, когда про нас вспоминают, — махнул рукой Эрни. — Пока никто не умер.

— Кроме моего отца, — хмуро сказал Джастин.

— Ох, там, — выдавил Захария, сидящий к дверям лицом.

Гарри резко обернулся и увидел, как в зал быстрым, твердым шагом вошел Гриндевальд. Теперь его можно было рассмотреть лучше, чем со второго этажа. Короткие белые волосы оказались немного всклоченными, вместо мантии на нем был одет темно-синий камзол, застегнутый совершенно небрежно. Гарри думал, что больше со своего места увидеть не получится, но Гриндевальд крутил головой, рассматривая зал, поэтому удалось выцепить черты лица — острые, угловатые. Беллатриса вообще скрывалась за Лордом, можно было различить только ее волосы и спину, лучше всех был виден Драко, который шел с непроницаемым лицом, глядя только вперед.

— Ты посмотри на него, — прошептал Захария. — Какая важная персона, даже не смотрит на нас.

— Схрена ли его сюда притащили, — прошипел Джастин, и Гарри был с ним совершенно согласен.

Перед троицей шел директор, не оглядываясь и ничего не говоря. Он привычно сплел руки в замок возле живота и выглядел тенью, хотя находился впереди.

— Точно, стульев больше, — ахнула Ханна, кивая на преподавательский стол.

Гарри не посмотрел в ту сторону, потому что наблюдал за дьяволом и его свитой. Хотя, возможно, на них он смотрел даже в меньшей степени, чем на лицо Риддла, пытаясь найти в нем что-то ненормальное, но сталкиваясь лишь с обычной собранностью.

Риддл поднялся по ступеням, обернулся на гостей и жестом показал на те самые прибавившиеся стулья. Гарри подавил злорадство, когда понял, что директорское кресло все еще предназначалось самому Риддлу, а гостей приравняли к другим профессорам, ничем не выделяя их места.

Поттер ожидал какой-то речи, но Гриндевальд всего лишь обернулся, оглядывая зал, и ярко улыбнулся, прежде чем энергично кивнуть, почти поклониться студентам, а потом поспешно предложить Белле руку и под локоть проводить ее к месту возле Снейпа, сидящего с лицом, на которое вряд ли бы кто-то по доброй воле захотел взглянуть. Сам же Лорд занял стул ближе к центру, прямо возле Риддла.

— Какой галантный, — удивленнно выдохнула Ханна.

— Будет пытать и спрашивать, удобно ли у тебя стянуты запястья, — сквозь зубы сказал Джастин. — А этот что тут делает?

Гарри увидел только мелькнувшую белую макушку, которая скрылась за другими студентами, — Малфой сел на самый край Пуффендуйского стола.

— Рядом с Лордом сидеть неположено, — сочился ядом голос Захарии. — Может быть, его обратно в Хогвартс переводят.

— Сомневаюсь, — задумчиво сказал Гарри. — На нем форма Дурмстранга.

— А вдруг он пришел мстить? — заполошенно спросила Ханна. — За то, что мы устроили ему бойкот? Вдруг нас сейчас всех того… накажут, — закончила она тихо.

— Ой, да кто к этому Малфою прислушиваться будет, — махнул рукой Захария.

— Он не может быть здесь просто так, — глядя на появляющийся обед, но не имея желания съесть хоть что-то, заметил Гарри.

— Ну да, нагнетай атмосферу, нагнетай, тебе же все равно, ты же единственный с ним общался, — фыркнул Смит.

Поттер проигнорировал это, исподтишка разглядывая Беллу, показывающую пальцем то на одно блюдо, то на другое, губы ее двигались очень быстро, на лице сменялись эмоции, и все это было направлено на Снейпа, который выглядел так, словно через секунду задушит еще одного раздражающего Блэка, особенно когда Белла совсем уж явно повернулась, показывая, что этот обед Снейпу придется посветить даме.

Гриндевальд выглядел веселым, он что-то обсуждал с Риддлом, лицо было крайне подвижным, руки постоянно летали, резкие, быстрые и живые, волосы торчали почти забавно, и, в целом, если бы Гарри показали этого человека просто так, он бы скорее сказал, что это немного придурковатый ученый.

Губы директора же двигались медленно, даже взгляд был застывшим. Как всегда на людях, он казался ледяной статуей, которая решила подражать человеку.

У Поттера было ощущение, что дьявол и его свита пытаются произвести впечатление обычных гостей, что, в принципе, удавалось, так как зал немного ожил, студенты принялись переговариваться громче и выглядеть смелее. Гарри все бросал и бросал взгляды на директора, будто в момент, когда парень не будет смотреть слишком долго, Гриндевальд использует Аваду, но тот все продолжал болтать, как и Белла, заставляющая Снейпа трястись от ярости.

— Они какие-то слишком веселые, — прокомментировал Эрни.

— А чего им грустить? Скоро будут править миром, — заметил Захария.

— Не загадывай на будущее, — процедил Джастин и воткнул в сосиску вилку так сильно, что зубцы скрипнули о тарелку.

— Констатация факта, — ответил Смит. — Им нет противодействия.

Гарри думал, действительно ли нет противодействия, думал, какой силой обладают Лорды, что они могут сделать при помощи своей магии. Что будет, если они исчезнут… Почему-то до этого парень не размышлял о таком исходе, но теперь ужаснулся, ведь Лорды управляли тысячами магов, потеря руководства привела бы к ужасающем последствиям. Это как… убрать из школы учителей. Прежде чем кто-то возьмет на себя ответственность за управление, прежде чем его примут, пройдет слишком много времени.

Гарри хотел, чтобы войн не было, но если Лорды исчезнут… мир бы погрузился в хаос.

— Я не думала, что скажу это, но скорее бы на урок, — вздохнула Салли-Энн.

Студенты не решались разойтись, пока Лорд продолжал сидеть за столом, хотя обычно прибегали на десять минут, запихивали в себя все, что видели, и убегали. Наконец, Белла цепко сжала плечо Снейпа и потащила его из-за стола. Гарри старался не смеяться, потому что это не должно было выглядеть смешным, но, черт возьми, ему было приятно видеть, как какая-то женщина крутит зельеваром, как хочет.

— Он ее убьет, — сказал Эрни, наблюдая за тем, как Белла выходит со своим невольным напарником из Большого зала.

— Или влюбится, — улыбнулась Ханна мечтатьельно.

— Фу, — одновременно сказали Джастин, Салли-Энн и Захария, а потом тихо захихикали.

Гарри же не особо обращал внимание на сплетни, поэтому заметил, как Гриндевальд бросил короткий взгляд на стол Пуффендуя, и Драко поднялся с места, спокойным шагом направляясь к двери. Проходя мимо бывших однокурсников, он почти незаметно повернул голову и немного насмешливо приподнял уголки губ.

— Надеюсь, в Дурмстранге его пиздили, — сказал Смит.

— Захария, — вздохнула Ханна. — Отстань от него уже. Столько лет прошло с нашей последней встречи, пора уже отпустить.

— Я не отпущу, пока он не признает, что был неправ, — сказал Джастин.

— Ты — отдельная тема, Джастин, — махнула рукой Ханна. — Но нам он только жужжал над ухом.

— Ага, оскорблял весь мой род, — скривился Захария.

— И мою прическу, — добавила Салли-Энн, поправляя волосы.

— И мои движения палочкой, — вздохнул Эрни.

— Он просто завидовал, что твоя палочка больше, — пробурчал Джастин, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку, а остальные захихикали, отчего атмосфера стала легче.

Стулья начали отодвигаться, Гриндевальд продолжал жестикулировать и не затыкался ни на секунду, пока Риддл слушал. Судя по тому, что руки указывали на столы, двери и окна, речь шла об архитектуре или ремонте. Может быть, хотя бы Лорд заставит министра выделить больше средств на школу, хотя Сириус был весьма доволен заказом метел, пусть и сделал по большой скидке.

Как только Гриндевальд и директор скрылись из виду, студенты начали вскакивать с мест, хватать вещи, кто-то побежал за книгами в гостиную, потому что до уроков осталось пятнадцать минут.

— У тебя зельеварение? — спросила Ханна.

— Оно самое, — без особой радости ответил Гарри.

Он не мог перестать думать о директоре и том, какое давление мог оказывать Гриндевальд.

— Снейп будет в «лучшем» настроении, — застонал Эрни — единственный, кто попал в класс зельеварения из Пуффендуйцев, кроме Поттера.

— Он утопит нас в котлах, — весело сообщил Рон, появившийся из ниоткуда, как всегда, и закинувший длинные руки на плечи Гарри и Эрни. — Потом доведет до кипения, заспиртует и продаст на черном рынке.

— Если Невилл не раскусит этот гениальный план и не приготовит из старой жвачки, приклеенной к стулу, чернил и своих волос на груди яд, — ответил Макмиллан.

— Почему именно на груди? — захихикала Ханна.

— Да, для Снейпа лучше оставить лобковы… Ай, — схватился за голову Захария, когда книга Гермионы врезалась ему в затылок.

Подшучивания закончились тогда, когда в классе зельеварения обнаружились два человека. Во-первых, Белла, сидящая на подоконнике и болтающая ногами, во-вторых, Драко, стоящий рядом с ней с прямой спиной и каким-то уродливым, жадным выражением лица. Гарри вяло улыбнулся Малфою и помахал рукой, от удивления тот на секунду словно превратился в того растерянного мальчика, который на первом курсе скрывался за маской надменности, прежде чем снова собраться.

— Не обращайте на нас внимания, — сказала Беллатриса, ее голос был довольно высоким, немного истеричным и неприятным. — Мы просто хотим проверить компетентность сотрудников.

— Если они действительно проверят компетентность, Снейп вылетит из школы пробкой, — шепнул Рон, присаживаясь рядом с Гарри. — Интересно, они оба урока здесь торчать будут?

— Я думаю, Драко хочет отомстить, — совсем тихо сказал Гарри.

— Минус десять очков Пуффендую за разговоры, — тут же отчеканил Снейп.

— И Слизерину, — добавил Драко с таким удовольствием, с каким не говорил ни разу в жизни.

— И Слизерину, — весело добавила Белла, глядя на Рона. — Что? — обернулась она к Снейпу. — Они оба болтали.

Гарри показалось, что Снйеп откусил язык. Его желтоватое лицо побелело, челюсти сжались так сильно, что на скулах заиграли желваки.

— И Слизерину, — повторил он сквозь зубы, а потом взмахнул палочкой, заставляя мел подскочить и начать шустро писать на доске. — Тема нашего урока — противоядие от приворотного зелья.

— Но, профессор, — протянул Драко, — судя по планам уроков, — выудил он из кармана крошечную вещь, которая начала расти, пока не превратилась в книгу, — тема сегодняшнего занятия — напиток живой смерти.

У Гарри рот пересох, настолько наэлектризовалось пространство. Прошло пять долгих лет с тех пор, как на уроках зельеварения происходил сущий ад из-за длинного языка одного беловолосого пуффендуйца, который не хотел мириться с отвратительным ему профессором. Прошло пять долгих лет, но Драко и Снейп все еще были готовы вцепиться друг другу в глотки.

— Планы — лишь примерное описание уроков, учителя могут менять их на свое усмотрение, — сказал Снейп. — И я бы уже давал теорию, если бы вы, мистер Малфой, не перебивали.

— Ну что ты, Северус, он всего-то поинтересовался, — махнула рукой Белла, а потом повернулась к Гарри и подмигнула.

Черт возьми. Она подмигнула. Ему. А затем сдула с глаз прядь кудрявых черных волос.

Если Гарри надеялся, что дальше станет легче, он ошибался.

Драко был похож на хищника, почуявшего кровь. Он даже выглядел теперь соответствующе — с годами вытянулся, став таким же высоким, как Гарри, лицо заострилось, светло-серые глаза сверкали, а черно-красная приталенная форма подчеркивала его широкие плечи и длинные ноги. Поттер помнил его высокомерным и маленьким, похожего на крошечную собачку, тявкающую на волка, теперь от Малфоя разило тихой опасностью, как от кобры. И яростью, клокочущей внутри напополам с гневом.

Он казался намного старше, чем студенты Хогвартса, и кидал едкие комментарии, пока Белла беззастенчиво разглядывала каждого студента и иногда говорила что-то, что не позволяло Снейпу убить Драко на месте.

— Подскажите, какие темы вы давали студентам, — с мерзкой ухмылкой попросил Малфой. — Прошло только две учебные недели, а вы, кажется, задаете вопросы, которые разбросаны по всей книге.

От каждого подобного вопроса Поттер ожидал как минимум конца света, но на сей раз прозвенел звонок, и Белла шумно соскочила с подоконника, схватив Драко за плечо.

— Не будем мешать студентам отдыхать. До следующего урока, Северус, — помахала она зельевару, утаскивая Драко из класса.

— Эта версия Малфоя мне нравится, — усмехнулся Рон, как только они покинули кабинет. — Наконец он стал настоящим мерзавцем. Просто. Идеально, — провел руками Уизли, словно дирижер.

— Странные у тебя вкусы, — хмыкнул Эрни. — Хотя, признаюсь, я удивлен Малфою. Мягко говоря.

— Драко всегда был упорным, — сказал Гарри.

— Серьезно? — приподнял брови Макмиллан.

— Ну, он хорошо учился, хотя все его игнорировали. Нас он изводил тоже очень упорно. И вообще, интересно, что с ним произошло в Дурмстранге.

— Тетя пристроила, — сказал Невилл. — Белла же его родственница. Точно, Гарри, она же тебе… кто там? Кузина крестного?

— Ага, — ответил Поттер, надеясь, что тема не пойдет дальше. — Они, выходит, и на следующем уроке будут.

— Мне кажется, в этой школе все же произойдет убийство, — сказала Гермиона без тени насмешки.