Роза откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Не складывалось у неё что-то…

После того, как она едва не забыла про Золу и лагерь Лихай, Роза осознала, что совсем выпустила из виду некоторые ключевые моменты канона Марвел. Да и, если честно, за те семь лет, что она прожила в качестве Розы Бенджамин, многое стёрлось из памяти, да и сосредоточена она была в первые годы исключительно на том, что касалось её и детей, то есть на «Королях», и это при том, что часть сериала она смотрела на перемотке. К тому же порой сложно вспомнить, что было в каноне, а что — в многочисленных фанфиках, и «Мстителей» это тоже касалось.

Однако причину смертельного противостояния между Стивом Роджерсом и Тони Старком она помнила. Как и то, сколько споров вызвал тот поворот сюжета у фанатов. Уж слишком странной казалась заботливо сохраняемая на заброшенной базе запись убийства Старков. Девяносто первый год, проселочная дорога, ночь… и камера, заботливо зафиксировавшая события той ночи. И открытое лицо того, кого звали Призраком! Веяло от всего этого театральностью, постановкой не самого лучшего толка.

Впрочем, не это главное. Главным было то, что Джеймс даже после возвращения памяти ни разу не заговорил об этом. Да, он особо не делился подробностями своего бытия в качестве оружия сначала Левиафана, а затем и Гидры, вот только Роза точно знала: о том, что могло повлиять на её безопасность, дед бы молчать не стал. Учитывая, что она имела дела, хоть и под личиной, непосредственно с Тони Старком и Обадайей Стейном, который скорее всего был замешан в дело с убийством Говарда и Марии, Джеймс просто обязан был ей обо всём рассказать. Ну или всё дело было в том, что рассказывать было нечего, и человек на записи из Оймякона — совсем не тот, что в то время носил позывной Зимний Солдат?

Надо поговорить об этом с Джеймсом. Хорошо, что она тогда придумала ту историю с жизнью в другом мире во время комы, позволяющую ей говорить обо всём откровенно — хотя иногда ей казалось, что эта история и была правдой. Как в той притче с китайским философом, который не мог понять, снилось ли ему, что он бабочка, или же бабочке сейчас снится, что она — Чжуан-цзы. Хотя разве это важно? Эта жизнь, с двумя чудесными детьми и совершенно неожиданным и невероятным дедом  — её она не променяла бы ни на что. И точно не допустит наступления канона…

Роза тряхнула головой, посмотрела на часы и встала, прошлась по комнате и снова опустилась в кресло. В Шайло была полночь, и сейчас на другом конце света  Джеймс, наверное, уже столкнулся лицом к лицу со своим кошмаром… 

Скорее бы он позвонил! Роза не могла спать, слишком переживала, не будучи уверенной, что у Золы не найдётся джокера в загашнике. Покосилась на пустую кофейную чашку, раздумывая, стоит ли вызвать служанку и приказать принести себе ещё кофе, но решила, что не будет этого делать. Не надо никому знать, что Её Величество отчего-то сильно нервничает.

Плюнув на всё, Роза решила, что надо занять чем-то голову. Посмотрела на лежащую на тумбочке книгу  — «Американские боги» вышли из печати в этом году, и она не преминула приобрести её. Конечно, в прошлой жизни она её читала, но в переводе, и было интересно перечитать книгу на языке оригинала. Правда, сейчас это было совсем не то, что может надёжно переключить её с мыслей о происходящем в эти минуты в лагере Лихай.

Качнув головой, она встала и направилась в соседнюю, небольшую по дворцовым меркам комнату: кабинет-библиотеку, в которую при ремонте превратили бывший будуар. Сев за стол, включила компьютер и вывела на экран карту арктического побережья. О том, что Стив Роджерс в каноне остался жив, деду она не говорила. Страшно это: получить надежду на то, о чём не смел и мечтать, а потом лишиться её. Кто знает, выжил ли Капитан Америка здесь, или однажды в Арктике найдут «Валькирию» и хладный труп героя? Нет, она решила молчать. Молчать и действовать: ждать ещё одиннадцать лет, а потом пытаться выцарапать Роджерса из когтей ЩИТа ей не хотелось.

Плохо было то, что Роза совершенно не помнила, где именно в Арктике эту самую «Валькирию» нашли. Да и говорилось ли об этом в фильме? Мда, если бы она знала, что события повернутся так, она бы точно все фильмы перед попаданием пересмотрела! Увы, так это не работает…

Вообще чем больше она об этом размышляла, тем больше вопросов у неё возникало. Почему русские нефтяники сообщили о своей находке американцам? Более того, ЩИТу — как-то Роза сомневалась, что если бы информация прошла по официальным каналам, Фьюри бы вообще подпустили к «Валькирии». 

Чёрт, да Россия даже в этот странный Совет Мировой Безопасности, который курирует ЩИТ, не входит! И вообще, если это было на российском континентальном шельфе, туда бы точно не пустили американцев… 

Оставались только те территории, где российские компании могут вести добычу, но которые не принадлежат России территориально. Плохо, что нет никакой возможности узнать, где и когда именно Говард Старк нашёл Тессеракт, это бы могло подсказать хотя бы примерный регион поисков. И странно, что сам Говард так и не нашёл Валькирию: ведь можно было бы сузить зону поиска, используя карту течений. Хотя кто знает, на что способен Камень Пространства: Роза бы не удивилась, узнав, что он может при желании самопроизвольно телепортироваться за тысячи километров. Или всё проще, и Говард Старк изначально искал именно Тессеракт, лишь прикрываясь благородной целью поиска своего друга. Точнее, так называемого друга, если верить Джеймсу. И да, в эту версию Розе верилось куда больше…

Взгляд Розы остановился на нескольких крупных островах в Баренцевом море. Архипелаг Шпицберген. Чем больше она размышляла, тем больше склонялась к мысли, что именно там может быть то самое место. Как минимум, за это говорил особый статус архипелага, закреплённый Шпицбергенским трактатом: в этой части различий между двумя мирами не оказалось. Ну, может, они и были в прочих странах-участницах — полного перечня она не помнила, но и США, и Россия, как преемница СССР, в их состав входили и в её родном мире, и в этом. Правда, сейчас ни одна из российских нефтяных компаний на Шпицбергене разведку не вела, но до событий канона оставалось ещё одиннадцать лет…

И, кстати, это могло объяснить, каким образом информация о находке дошла до американцев. Роза цинично хмыкнула, представив себя на месте обнаруживших «Валькирию» нефтяников. По идее, они должны были доложить о находке своему начальству, вот только это скорее всего обернулось бы для них хлопотами, а не премией. Присвоить самолёт бы не получилось: такое не скроешь. Да даже если и скрыть… не следовало забывать, что «Валькирия» несла на себе бомбы и отравляющие вещества, то есть этим бы в любом случае занялись либо военные, либо вовсе гэбисты, и кто знает, остались бы в живых свидетели.  

Так что проще всего шепнуть потрясающую новость американцам, которые вот они, под боком. Неофициально, разумеется, может, ещё и за денежку малую… или немалую. Правда, всё равно остаётся открытым вопрос, как о находке ухитрился первым разузнать одноглазый пройдоха, но тут уж может быть всё что угодно, от прикормленных людей в нужных местах до банальной прослушки. 

Впрочем, все её размышления оставались лишь теорией. Что ж, похоже, ей снова придётся обратиться за помощью к Магнето. В конце концов, самолёт это огромная металлическая дура, кому и поручить её розыск, как не тому, кто способен управлять металлом и чувствовать его? Да, сейчас Леншерр, монетизировав свой дар, превратился в весьма богатого и влиятельного человека, но ей он не откажет. Особенно с учётом того, что — кого — именно она хочет отыскать. Всё же Эрик чувствовал себя в долгу перед Роджерсом. Да, решено!  

Раздавшийся звонок заставил Розу подскочить: она так глубоко погрузилась в размышления, что утратила счёт времени. 

— Мы закончили, — в голосе деда явственно слышалась усталость, — Зола уничтожен окончательно, мы все живы. Узнали, — невесёлый смешок, — много нового и интересного, так что после праздников я, пожалуй, нанесу парочку светских визитов. И, Роза… отряд Брока решил перебазироваться в Гильбоа полным составом, — с лёгкой ехидцей добавил он.

— Вот как… — протянула Роза. — Когда прислать самолёт?

— Чем раньше, тем лучше. Ребят как-то очень сильно шокировали откровения Арнима относительно сильных мира сего, в особенности дражайшей Пегги. Молодые ещё, недостаточно циничные. Не переживай, у меня есть идеи, как их использовать с толком.

— Не сомневалась, — усмехнулась Роза и глянула на часы: два ночи. — Самолёт я постараюсь организовать завтра, ближе к ночи по вашему времени, точное время  и аэропорт сообщу позже, с этим могут быть проблемы. И, дед… Я очень рада, что ты возвращаешься. Я скучала, и дети тоже.

— Я тоже соскучился, — мягко ответил Джеймс. — Доброй ночи, Роза.

Роза нажала на отбой и хмыкнула. Похоже, кое-кого ждёт шок. Даже интересно, как Джек и Брок отреагируют на то, кем она является на самом деле? И был ещё один момент: Брок Рамлоу идеально попадал во вкусы её сына на мужчин, да и ей в своё время довелось прочесть немало фанфиков с таким пейрингом. Хотя, пожалуй, Брок и в реальной жизни не самый плохой вариант для первой влюблённости, к тому же он достаточно умён для того, чтобы даже при расставании сделать всё красиво. Что ж, посмотрим… 

А сейчас надо подумать, как вывезти отряд из Штатов так, чтобы не засветить, ведь никому не стоит знать, что они живы. Жаль, конечно, что эту задачу приходится  решать сейчас, когда после теракта 11 сентября меры безопасности настолько ужесточены. Большинство аэропортов близ Нью-Йорка априори отпадают, там слишком жёсткий контроль. Нет, сама она эту задачу не решит, а значит, ей нужен Мелье. Точнее, сначала часов шесть сна, а потом Мелье.

***

Брок окинул взглядом комнату. Было немного жаль уезжать: всё-таки в таких шикарных условиях никому из них жить не доводилось и вряд ли когда ещё доведётся. С другой стороны, всё это для конспирации, и здесь они были как в тюрьме, пусть и роскошной. Хотелось пройтись по улицам города, увидеть людей, посидеть в кафешке, может, найти себе симпатичного парня…

— Ты чего застыл? — Джек пихнул его в плечо.

— Да так… запоминаю, как живут миллионеры, — хмыкнул Брок и закрыл чемодан. Оставлять здесь приобретённые для них вещи никто не собирался: в конце концов, они сейчас как погорельцы или беженцы — нет ни дома, ни денег. К тому же всё, что они нашли в своих комнатах, оказалось очень качественным.

— Хорошо живут, — усмехнулся Джек, подхватывая свой чемодан, — пошли уже, пока Лаки напоследок не разнёс тут всё от волнения. 

Брок кивнул: нервничающий Лаки напоминал ему щенка джек-рассел-терьера, которого хозяева оставили дома одного на целые сутки. Замаешься ремонтировать… после того, как отойдёшь от сердечного приступа.

На лестнице их нагнали Лютик с Глазго. Они оказались последними: отряд уже собрался в холле, и ребята переговаривались, явно пытаясь сбить повисшее в воздухе напряжение. Всё же одно дело миссия, привычное дело для наёмников, и совсем другое — так кардинально менять свои жизни. Выглядели они непривычно: деловые костюмы, галстуки, обувь, аксессуары — указания, как именно одеться, они получили заранее.

— Вам совсем не обязательно уезжать, — Зимний подошёл практически бесшумно, — можете попытаться скрыться самостоятельно.

— Ну уж нет, — ответил Брок, расправляя плечи, — всю жизнь прятаться не выход.  Просто как же не порефлексировать напоследок? Вот, пять минут попсиховали, и готовы. 

Зимний — точнее, сейчас явно Джеймс — усмехнулся и кивнул. Выглядел он так, что Брок в который уже раз поразился тому, что уроды из Гидры сделали из него супероружие. Как только рука поднялась на подобное совершенство?

— Тогда за мной, — скомандовал Джеймс и двинулся к выходу, заставляя Брока в очередной раз на секунду залипнуть на нём: двигался тот всегда с невероятной, поистине кошачьей грацией. 

Всё тот же роскошный вертолёт ждал их на заснеженной лужайке, и уже через четверть часа они оказались в воздухе. Интересно, и как они доберутся в Гильбоа, не засветив свои личности? Всё-таки после 11 сентября меры безопасности начали довольно сильно ужесточать.

— Джеймс, а как мы?... Не полетим же мы на этом в Гильбоа. А в аэропортах контроль, засветимся…

— Нет, конечно, на этом мы до Европы не долетим, — качнул головой тот. Все смолкли, прислушиваясь к разговору. — Были определённые сложности, но связи и деньги решают всё.

На этих его словах вертолет начал снижение, заставив Брока нахмуриться: в воздухе они находились всего минут десять. Впрочем, раздавшийся голос пилота прояснил ситуацию: «Стюарт-Подход, борт N-92СХ, выполняем визуальный полет из Путнэма на ваш перрон General Aviation. Запрашиваем посадку «борт-о-борт» рядом с гелвуйским GAF-101».

Джеймс скомандовал: 

— Сразу, как сядем, выходим и загружаемся в самолёт, в темпе. 

Брок озадаченно переглянулся с Джеком. Посадка борт-о-борт? Это как вообще? 

Как оказалось, именно так, как и звучало. Пилот плавно опустил вертолёт вплотную к левому крылу самолёта, очертания которого смутно просматривались сквозь плотную завесу из поднятого в воздух снега: лопасти вертолёта продолжали вращаться, превращая лёгкую позёмку в идеальную защиту от любопытных глаз.

Пилот действительно оказался мастером: расстояние между  аппарелью вертолёта и трапом лайнера было не больше двадцати футов, так что пересадка заняла всего пятнадцать минут, из которых большая часть ушла на перемещение в багажный отсек самолёта двух десятков тяжёлых металлических кейсов с неизвестным содержимым. 

Брок плюхнулся в кресло, пристегнулся и выдохнул, пытаясь сообразить, как вышло, что их пропустили на борт вообще без проверки документов.   Самолёт начал движение практически сразу же, стоило за шедшим последним Джеком закрыться тяжёлой герметичной двери, и только сейчас он смог оглядеться. 

Что ж, обстановка здесь была не менее шикарной, чем в вертолёте, только места не в пример больше. Бойцы тоже озирались по сторонам, переговариваясь шёпотом: похоже, их оригинальный марш-бросок обескуражил не только Брока. Сидящий в соседнем кресле Джек покачал головой и негромко произнес:

— Сорок пять минут с момента, как мы подошли к вертолёту. Не знаю, как ты, но у меня такое чувство, что мы в каком-то шпионском триллере.

— Ага, и что наш самолёт собьют, не дав ему выйти из воздушного пространства США, — мрачно добавила прислушивающаяся к их разговору Мэй.

— Не собьют, — неожиданно уверенно сказал Милз, привлекая к себе всеобщее внимание. — Вы что, не поняли? Контроля не было, плюс помните, что пилот вертолёта сказал? GAF-101, а это значит, правительственный борт, или я вообще ничего не понимаю! А значит, мы уже на территории Гильбоа… и, скорее всего, по всем бумагам проходим как дипломатическая миссия. Потому и костюмы такие, — он потянулся ослабить галстук.

— Браво, Генри, — похлопал в ладоши Джеймс, — отличный анализ. Ты всё понял верно. Это действительно был единственный  способ вывезти вас из Штатов без лишних телодвижений вроде нелегального пересечения мексиканской границы. Добро пожаловать в Гильбоа, господа!

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                   СЛЕДУЮЩАЯ