В прошлый раз мы рассмотрели эпоху классических политических машин. Она закончилась в самом начале 20 века, когда масштаб Америки достиг уровня, при котором личный патронаж избирателей уже не мог быть главным механизмом власти. Демонтаж устаревшей структуры управления начал американский аристократ, член влиятельного политического клана Теодор Рузвельт.

Он родился в Нью-Йорке, в аристократической семье, известной с колониальных времен. Рузвельты были потомками иммигранта из Голландии по фамилии ван Розенвельт, который купил землю в Новом Амстердаме - будущем Нью-Йорке. Во время Войны за независимость клан выступил на стороне повстанцев, а после победы вошел в состав элиты молодой республики. В будущем династия разрослась и разделилась на две ветви, связанные с районами Нью-Йорка Гайд-Парк и Ойстер-Бей. К последней принадлежал Теодор.

В 1890 году, после окончания Гарварда, Рузвельт присоединился к Республиканской партии, с которой традиционно была связана ветвь клана с Ойстер-Бей. В 1892 году он вошел в Законодательное собрание штата Нью-Йорк, в 1899 занял пост губернатора, а в 1901 году стал президентом. При нем управление перешло в руки профессиональных чиновников, а государство было консолидировано. Этот процесс вошел в историю под названием Прогрессивной эпохи.

Помимо централизации госуправления, Рузвельт усилил государственный контроль над экономикой. Он принял закон, позволяющий федеральному правительству устанавливать железнодорожные тарифы, и ввел государственный контроль над качеством продуктов и лекарств. Главным же направлением его экономической программы было ограничение трастов. Принятые Рузвельтом законы позволили разделить монополии Northern Securities и Standard Oil.

В дипломатии Рузвельт стал отцом "политики большой дубинки", расширив толкование Доктрины Монро. Новый подход к международным отношениям позволял Америке вмешиваться в политику государств Западного полушария, в том числе военными методами. Благодаря этому Штаты спровоцировали революцию в Колумбии и получили контроль над Панамским каналом. Тогда же США заставили правительство Кубы сдать в аренду остров Гуантанамо, на котором была создана существующая до сих пор военная база.

Консолидацию государства Рузвельт начал с демонтажа машинной политики. Еще будучи губернатором, он инициировал расследование коррупционных схем тогдашнего Великого Сахема - босса Ричарда Крокера. После этого Таммани Холл потерял единоличную власть над политической жизнью Нью-Йорка.

Несмотря на жесткие действия против политических машин, Рузвельт не столько боролся с ними, сколько реконструировал их, масштабируя налаженные механизмы на уровень федеральной власти. Он сам строил свою политику на сетях патронажа, основанных на "индейском масонстве", и был непосредственно связан с Таммани Холлом через братскую организацию Совершенного Ордена Краснокожих.

Одной из главных неформальных организаций прогрессивизма был основанный Рузвельтом "Клуб Буна и Крокетта", связанный с "краснокожими" и эксплуатирующий индейскую мифологию времен фронтира. Формальной целью клуба была защита окружающей среды - его называют первой природоохранной организацией Америки. Главной идеей его членов было создание национальных парков, что было в интересах государства - огромные территории переходили под непосредственное управление федерального правительства и выводились из зоны частных интересов. С тех пор экология прочно ассоциируется с прогрессивизмом.

Личная сеть патронажа, сходящаяся к "Клубу Буна и Крокетта", по сути была той же политической машиной, только в большей степени интегрированной с государственным управлением. Ее можно считать Прогрессивной политической машиной, созданной для консолидации и централизации государства.

В 19 веке машины выдвигали своих кандидатов на выборы, чтобы получить право назначить сторонников на административные должности. При Рузвельте нужные люди назначались без объяснения, как специалисты, имеющие нужную экспертизу. В Прогрессивную эпоху к власти пришла несменяемая бюрократия, не зависящая от электорального процесса. Это дало чиновникам, объединенным в неофициальные политические клубы, особую власть. Самым ярким примером человека от Прогрессивной машины был Генри Стимсон - ближайший соратник президента Рузвельта и один из создателей современного государства в Америке.

Стимсон происходил из старой аристократической семьи, а через жену был связан с одним из отцов-основателей. При Рузвельте он был главным прокурором штата Нью-Йорк и непосредственно занимался борьбой с трастами. После он занимал высшие государственные посты при нескольких президентах, вплоть до Трумена. За свою долгую карьеру он был военным министром в обеих мировых войнах, участвовал в создании АНБ, занимал пост генерал-губернатора Филиппин, курировал Манхеттанский проект, был архитектором Нюрнбергского трибунала и председательствовал во Временном комитете, который рекомендовал президенту Трумэну применить ядерное оружие против Японии.

Стимсон был одним из несменяемых лидеров государства на протяжении первой половины 20 века - от Теодора Рузвельта до Франклина Рузвельта. Он обеспечивал непрерывность политического процесса, вне зависимости от того, какой президент находится на посту. Естественно, Стимсон входил во все прогрессивные политические клубы - от "Буна и Крокетта" до Ордена Краснокожих.

Другой особенностью Прогрессивной эпохи стал рост некоммерческих фондов. Несмотря на реформы, проведенные во время прогрессивной эпохи, американцы не смогли полностью отказаться от заложенных в основание их государства джефферсоновских принципов. Для их обхода пришлось создавать сложную систему государственного влияния, замаскированную под частные инициативы.

Фонды, часто управляемые архетипичными для Америки "эксцентричными миллиардерами", взяли на себя финансирование ряда глобальных национальных программ. Самыми крупными организациями такого типа были фонды Карнеги и Рокфеллера, которые среди прочего, сыграли особую роль в финансировании процесса перестройки американской науки, в т.ч. через помощь иностранным ученым в эмиграции в США.

Прогрессивная эпоха не закончилась на Теодоре Рузвельте. Следующие главы государства продолжали его политику: ввели подоходный налог, основали Федеральный резерв, построили сеть автомагистралей и ввели прямые выборы сенаторов, ограничив олигархическую власть провинциальных элит.

Окончанием эпохи реформ можно считать момент достижения ее главной цели - создания современного централизованного государства. Это совпало с достижением Америкой статуса мирового гегемона по результатам Второй мировой войны.

Таким образом, можно выделить Большую Прогрессивную эпоху, которая началась с Теодора Рузвельта и была завершена его родственником Франклином.