Ступенчатые пирамиды, календарь, кровавые ритуалы, боги джунглей – наверное, это самые яркие моменты, которые обычно представляют, когда речь заходит о Мезоамерике.

Сейчас читаю книжку американского антрополога Майкла Ко про развитие цивилизации майя, и в ней, конечно, широко представлены все типичные
составляющие любой выдающейся древней культуры: монументальные строения, календари, разнообразный, меняющийся пантеон, сложная политическая система и удивительные для европейского восприятия особенности быта и ритуалов жителей региона. Во многом такое разнообразие обусловлено длительностью существования цивилизации майя – их история началась далеко за пределами нашей эры и по сути не закончилась даже с приходом колонизаторов. О самых интересных моментах мы будем говорить в этом сезоне, не забывая, впрочем, и про других древних.

Возвращаясь к самым известным моментам мезоамериканской истории, наверное, стоит прежде всего рассмотреть культуру ольмеков. Насчет нее в историческом сообществе до сих пор нет единого мнения, является ли она первой древней культурой здесь и тем более прародительницей. Так однозначно ученые говорить не готовы. Однако многие исследователи признают, что именно у ольмеков мы находим многие из значимых черт мезоамериканских культур – пирамидные храмы, символьное письмо, календарь, человеческие жертвоприношения и даже игру с каучуковым мечом, очень характерную для всего региона.

Общие сведения про ольмеков давно известны археологам, их исследование началось примерно 100 лет назад, когда в штаты Табаско и Веракрус, которые называют Мезоамериканской Месопотамией, отправились первые экспедиции этнографов. За 50 лет до этого при разработке плантации сахарного тростника была обнаружена первая «голова африканца», огромная каменная голова, которую приняли за свидетельство древних переселений африканских народов в Америку. 

Про знаменитые ольмекские головы чуть ниже поговорим еще, а пока хочется остановится именно на особенностях этой культуры и одном из центральных вопросов мезоамериканской археологии: куда делись ольмеки и откуда взялись майя.

Кстати, насчет мяча: считается, что именно ольмеки первыми научились добывать каучук из местных растений. В словаре ацтеков, из хроник которых нам досталось описание и легенды о происхождении ольмеков, их название происходит от слов «оли», которое означает каучук, и «мекатль», что в прямом
смысле означает «линия, канат», однако в отношении народности означает род, т.е. линию предков. Итого у нас получились «каучуковые люди», о которых
ацтекские мудрецы рассказывали испанским миссионерам:

Интересно, что и ацтеки, и майя указывают на ольмеков как на тех, кто заложил основы цивилизации Меозамерики вообще, от кого следующие по исторической цепочке народы взяли технологии и разные черты культуры. Кроме того, их описания сводятся к тому, что ольмеки жили в «стране дождя и тумана», то есть мексиканских джунглях юга, задолго до собственно самих майя и ацтеков. То есть это такие «первенцы», поколение номер 1 в Мезоамерике. 

С археологической точки зрения это, конечно, не так. И до ольмеков в регионе аж с 7 тыс.до н.э. присутствовали племена, которые уже выращивали всякие овощи, а чуть позже и кукурузу с бобами, занимались охотой и рыбалкой, жили в деревнях и торговали между собой. То есть поколение далеко не первое, что абсолютно вписывается в картину развития любого древнего общества. Однако
ольмеки по-видимому действительно стали первой культурой Мезоамерики, организовавшейся в крупные города и способной за счет роста численности и мобилизации ресурсов строить большие статуи и монументальные сооружения.  

Письменность ольмеков, представляющая собой набор из 62 иероглифов, все еще не дешифрована, поэтому мы ничего не можем сказать о самоназвании
ольмеков. Известно только, что они отождествляли себя с ягуаром, считая свой народ потомками от брака божественного животного и земной женщины.

Самые древние артефакты, относимые к культуре ольмеков, уходят далеко в 3 тыс.до н.э. Но расцвет культуры пришелся на 1500 – 400 гг. до н.э. Причем, несмотря на то, что большое количество артефактов позволяет провести некую преемственность, в истории ольмеков есть большие дыры. Проблема
археологии в Мезоамерики – влажный климат, он довольно суров к останкам (ни одного полного скелета ольмеков так и не найдено), да и предметам тоже, особенно деревянным. Несмотря на то, что ольмеков можно назвать в какой-то степени «болотной» цивилизацией, навроде Великого Болота в Месопотамии, где древние предметы и кости обычно сохраняются хорошо, археологам все равно не слишком повезло. Многие артефакты просто погружены глубоко в почву, а древние поселения скрыты джунглями. В общем, такого простора, как например, в Египте нет.

В 1925 году в первой этнографической экспедиции в штате Табаско французские исследователи обнаружили множество следов цивилизации ольмеков, но ошибочно приписали ее уже неплохо известным майя:

Ла-Вента – это руины ольмекского религиозного центра 1200-400 гг. до н.э. Это не было городом в привычном для нас понимании, даже если сравнивать с городами Древнего Востока. Скорее это было изначально культовое место наподобие долины Солсбери в Великобритании. Место, куда окрестные племена приходили, чтобы отправлять ритуалы; место, где жили правители и жрецы, где
совершалась торговля; где одновременно могло находится много народа, но все же это не было пространство с чисто городскими порталами. Практически все здания «города» - это пирамидальные храмы, культовые площадки, кладбища со склепами знатных людей, стелы, алтари и разные ритуальные фигуры. А, ну и поле для игры в мяч, естественно.

Ла-Вента не был единственным ольмекским городом, еще известны Сан-Лоренсо, который вообще самый древний в Мезоамерике, и Трес-Сапотес, тоже крупное поселение. «Самый древний» - это 1500 до н.э., для сравнения – в Египте уже вовсю началось Новое Царство, а Пирамиды в Гизе стояли больше
1000 лет.

Здесь впервые сформировался тип древних городов, очень свойственный для Мезоамерики: религиозный город с определенным центром притяжения, в который входили ближайшие деревни. За всю историю в городах региона будут разные отклонения, например, почти демократический и полиэтничный Теотиуакан, но в целом эта особенность будет сохраняться и у майя, и у других культур: пирамиды и храмовые площади в центре, алтари, «проспекты», ведущие к храмам, статуи и стелы. Практически все производящее хозяйство было перенесено в «сельскую местность», и собственно сельское хозяйство, и ремесла. Большая хрупкость политической системы обуславливалась чисто религиозной основой, не подкрепленной тесными экономическими связями. Несмотря на общее управление и культовое единство, каждая деревня была более автономна, чем в Старом Свете.

В 1929-1939 раскопки в Ла-Венте продолжаются. Археолог Мэтью Стирлинг, один из первых исследователей Мезоамерики, выдвигает гипотезу об отдельной от майя культуры. Этому немало способствует обнаружение других «африканских»
голов. Уже определено, что на них изображены не представители негроидной расы, а древние жители страны ольмеков. Причем, по самым первым прикидкам, по рисункам на задней стороне статуй, ученые делают предположение, что головы изображают правителей ольмеков, и являются по сути своеобразной летописью царских родов. Каждая голова имеет уникальные черты конкретного человека. Всего таких голов найдено 17 и некоторые из них достигают 20-40 тонн весом.

Наконец, практически сразу после Второй Мировой войны конференция по древним культурам Мезоамерики признает ольмеков отдельной культурой, предшествовавшей майя. Спустя еще 15 лет радиоуглеродное датирование окончательно подтвердит, что ольмеки стартанули сильно раньше классического периода майя, в середине 2 тыс.до н.э. К концу 1 тыс.до н.э. цивилизация ольмеков угасает. Причиной считается изменение климата, высыхание привычных для них заводненных районов, которое вынудило ольмеков покинуть свои крупные центры в поисках лучших земель. Впоследствии они разбились на малые группы и уже не смогли образовать ни город, ни тем более государство. Со временем этническая группа ольмеков растворилась в соседних племенах и городах. В это же время набирает обороты цивилизация майя. Они принадлежат к другой языковой семье, их этнос весьма разнообразен и даже внутри себя представляет «лоскутное одеяло» из разных племен. Однако разница в происхождении не помешала им перенять многие черты схожих с ними соседей. Кукурузное сельское хозяйство, общие условия для строительства и развития культов (дождь, звери, вулканы, пещеры) стали цементирующими факторами, позволявшими принимать достижения предшественников. Впоследствии ученые еще будут находить следы майянского календаря на поздних стелах ольмеков, найдут древнейшее изображение самого распространенного в Мезоамерике
бога – Пернатого змея Кецаля, нефритовые украшения и прочие схожие черты
древних мексиканских культур и ольмеков.

Тур Хейердал, знаменитый исследователь, и сторонник теории «диффузионизма», то есть происхождения древних культур от одного центра (в Египте), искал факты, подтверждающие древние контакты между Старым и Новым Светом. Впрочем, он был, пожалуй, одним из наиболее адекватных этнографов, хоть и движимых ошибочными теориями, однако сделавших большой вклад в исследование разных культур по всему свету. Современная наука сходится на том, что древние развивались самостоятельно. И общие моменты навроде поклонения солнцу, пирамидальные формы храмовых строений и иероглифы – это все черты, свойственные развитию многих обществ на ранних этапах. Задолго до того, как эти общества встретились и начали перенимать технологии друг друга. 

Но вот внутри одного региона «общение» культур сделало возможным передачу технологий от одних к другим. Так происходило в Андах, где инки
перенимали у завоеванных народов самые передовые занятия и культы, объединяя их со своими порядками, так произошло и с майя, которые многое переняли от предшественников ольмеков. Абсолютно тем же способом, но с учетом региональной специфики. За счёт географического фактора древние цивилизации Мексики и Юкатана, кроме, пожалуй, ацтеков, не смогли сформировать «империи», с четким подчинением центра и периферии. Скорее это были города-государства, распространяющие влияние вокруг себя в плане торговли и обмена ресурсами, получая заодно некое единое культовое пространство между этими крупными центрами. Это хорошо объясняет, наличие у майя разных государств в разные периоды, которых можно легко разделить на «северных» и «южных» или «горных» и «равнинных» и т.д. Про все эти истории - в следующих постах этого сезона.

Завершая обзор ольмеков, хочется привести слова Майкла Ко, антрополога, посвятившего практически всю жизнь исследованию культур Мезоамерики: