The hottest mayan kings calendar

Культура майя дается изучению сложновато. В том смысле, что она вся такая разрозненная, буквально пестрая этносами, городами, периодами, правителями. Этакий Шумер, помноженный на 10 или даже на 50. Но тем не менее, понемногу продираюсь сквозь древние и средневековые источники, делюсь интересными находками.

В этом посте речь пойдет о майянских иероглифических летописях, написанных прямо на лестницах. Это довольно специфическая форма, свойственная именно майя, из текстов которых мы можем узнать о том, как древние правители юкатанских городов видели мир и себя в нем. Чем, что называется, дышали и жили. Как выясняется, в основном войной, по крайней мере в упоминаемый период.

Эти тексты относятся к так называемому «классическому периоду» майя, то есть к 3-9 векам н.э., когда города майя достигли своего расцвета.

Практически каждая запись на отдельной ступени начинается со сложной календарной отметки и указания имени правителя типа «Счёт года такого-то из 9 множеств, 12 двадцатилетий, 12 лет, 5-й из 11 двадцаток, 2 дня. В 20-й раз пришла в 5-й раз у Сиипа принятая (Луна), Сак Оок – её юношеское имя 30. 10-е число месяца Муваан (4 декабря 684 г.). Истекло его третье двадцатилетие, когда станцевал в танце Трёх Ахенов Океан Солнечного Сияния, заносящий каменный топор Бахлах Чан Кавииль, священный Мутульский владыка». Захочешь, не перепутаешь. Про календарь (вернее, календари) майя обязательно поговорим отдельно, а пока давайте окунемся в политику танцующих свои лунные танцы правителей.

Король разбитого неба

Бахлах Чан Кавииль – это основатель местной династии в не очень большом городе майя, который испанцы назвали Дос-Пилас, расположеного в Гватемале. Надписи на главном храме и дворце правителя посвящены его подвигам, причем одна из них, с рельефом самого Бахлаха посвящена его 60-летию. Не слишком молодой, но судя по всему деятельный мужчина был.

Самая первая надпись, расположенная на главной стороне храма, говорит о начале политической карьеры, когда его противники выгнали будущего повелителя из города. Вторая и третья – о том, как он успешно с ними воевал 32 года, и наконец, четвертая, та самая юбилейная рассказывает, что этот настойчивый человек добился-таки своего и стал новым царем. Его имя означает что-то вроде «Разбитое небо от удара Бога Грозы».

Интересно, что боковые надписи располагают события в хронологическом порядке, а вот главная – хаотично. Изначально исследователи увидели в этом стремление как-то выделить отдельные события, однако вскоре поняли, что лестницы просто несколько раз перекладывались.

Что касается содержания, то тут, конечно, скрывается настоящая драма. Как выяснилось по итогам дешифровки, город Дос-Пилас оказался в центре почти полувековой гражданской войны, развязанной двумя могущественными кланами майя – Мутуля-Тикалем и Кануля-Калакмулем (к этим названиям с обилием мягких л я до конца еще не привык, но постепенно привыкаю, музыка).

Кто кому владыка тут уже можно слегка запутаться. Хорошо понятно то, что регион лихорадило, буквально не переставая и власть в небольшом уголке гватемальских джунглей переходила из одних королевских рук в другие. Кстати, обратите внимание на титулы – игрок в мяч! Популярности футбола — это, наверное, еще не достигало, однако хорошо известно, что еще с до нашей эры у всех культур мезоамериканского региона встречается ритуальная игра в мяч, которой они радовали богов и себя. Причем, дело, конечно, не только в радости, ритуализированной игрой определяли политические и культовые решения, заодно получая заряд священной радости за победившую команду.

Еще одна из 22 иероглифических лестниц, найденных в городах майя, располагается в Йашчилане, городе, где располагается храм Бога Маиса и Чан-Эк-Ахииналь, местный дворец, название которого переводится как «Место Четырех Звездных Ящеров». Самая поздняя из надписей относится к 732 году, однако, лестница по всей видимости несколько раз перекладывалась, что вносит некую путаницу в хронологию местных заварушек.

А заварушки были, о чем явно свидетельствуют ступенчатые хроники:

И так все 60 лет правления этого Ицама-Кокааха, видимо, очень деятельного и очень воинственного владыки.

Река Усумасинта, пересекающая западную часть юкатанского полуострова, в 7 и 8 веках становится ареной бесконечных разборок майянских правителей между собой. Такие массовые войны называются среди причин последующего упадка майянской культуры, по крайней мере некоторых из городов. Еще одна лестница, созданная спустя 60 лет после рассмотренной выше лестницы правителя Ицама-Кокаах Бахлама, описывает череду военных стычек, которые даже по маяйянским меркам идут с ужасающей частотой – до 5 дней между столкновениями.

Внук Ицама, тоже по имени Ицам-Кокаах Бахлам, только по счету Четвертый, увековечил собственные военные достижения в этой мясорубке. Разумеется, речь идет исключительно о победах, однако то, что в противниках упоминаются несколько армий, выступающих между собой союзниками, позволяет предполагать, что дело не ограничивалось только победами.

Метафорически выражаясь, все это напоминает ту самую игру в мяч, только вместо мяча власть над регионом, переходившая ведущей команде в результате кровавых сражений. Почему можно говорить о массовости этих сражений? Майя упоминали в летописях только правителей, ну или совсем каких-то важных людей, жрецов, героев, ценных пленников. Понятно, что цари, пусть даже локальные или региональные бились не на кулачках, и для удержания и завоевания чужого или своего города отряды должны были быть внушительными. Археология на этот счет говорит мало, все-таки кости в мягких почвах юкатанских джунглей хранятся плохо, но летописи дают повод говорить, что майя убивали друг друга, по крайней мере военные военных без оглядки на численность и без особых перерывов на мир.