Гостевая комната была крохотной.
По меркам клана Ситри.

По меркам Герники она была невозможно огромна - больше всей квартиры, что она делила с отцом, и бесконечно чище. Одна лишь кровать могла бы вместить пять… нет, десять таких девочек как она. А ещё тут был камин! Самый настоящий! Прямо такой, какими их показывают по телевидению! Но всё это было явно предназначено не для Герники. Такие комнаты были для хороших, чистых девочек, не для Герники… 

Девочка застыла в дверном проёме, не в силах заставить себя шагнуть вперёд.

- Это слишком, - прошептала она. - Это… не для меня. Герника… плохая девочка. 

Она прошла мимо Герники в комнату и принялась бесцеремонно стягивать одеяла с кровати. Абсолютно белые, чистющие простыни, одеяла и подушки, белее чем всё то постельное бельё, которое Герника привыкла отстирывать были безжалостно сняты с предназначенных мест и перенесены на толстый, ворсистый ковёр, где оказались смяты, скручены, сплетены в небольшую горку… с удобной, маняще тёплой выемкой. Серафолл взмахнула рукой и камин в паре метров от горы одеял зажёгся оранжевым пламенем, обдавая Гернику тёплой волной мгновенно нагревшегося воздуха. 

- Вот, -  Серафолл похлопала по одеялам, устраиваясь среди них так, словно это было самой естественной вещью на свете. - Тёплое гнёздышко для маленькой, храброй птички. Мягкое, тёплое, не такое большое как страшная кровать. Самое то, да?

Герника уставилась на неё.

Это была Сатана. Страшное существо из религиозных книг, которые Герника не очень понимала. В них Сатана описывался как самое страшное зло на Земле, что только вредит людям. Но демон которого призвала герника был… добрым? И женщиной? А ещё она была… тёплой. И не пыталась прогнать и ударить Гернику.

Может быть Герника настолько плохая девочка, что Сатана посчитал её кем-то вроде демона? Такое же бывает?

- Почему? - слово вырвалось прежде, чем она смогла его остановить. - Почему вы… Герника настолько плохая… Почему?

Серафолл приглашающе похлопала по одеялам рядом с собой.

- Потому что ты нуждалась в помощи, а я в состоянии её оказать. Ничто более не имеет значения. У моей помощи нет цены и долга, Герника.

Это… звучало неправильно для Герники.  У всего… у любой помощи, действия, движения, у всего есть цена, за всё может быть взыскан долг, что угодно може быть часть контракта. Ничто не бывает бесплатным, ничто, отец научил её хотя бы этому - но глаза Серафолл выглядели уверенно,  голос её был спокоен, и одеяла выглядели такими мягкими. И тёплыми. Как Лето.

Герника пересекла комнату. Медленно, маленькими, осторожными шажками неуверенного зверёныша. Словно приближаясь к ловушке, что ещё не захлопнулась.

Присела на край гнезда.

Одеяла были - у неё не было слов… Мягче всего самого мягкого, что она только знала Тёплые настолько, что тепло проникало в кости. Она накинула одно на плечи прежде, чем успела осмыслить своё действие, и тяжесть этого тепла, что окутало её казалось бы растопило невидимую льдинку где-то очень, очень глубоко в ней.
Она не чувствовала такого тепла с тех пор…
С тех самых пор…
Лето. Фигура в лёгком платье, что развевается на ветру. Тёплый смех подобный трелям певчих птиц. 

- Вот так, - прошептала Серафолл, вырывая Гернику из цикла воспоминаний - Видишь? Не так уж и страшно.

- Я… готова, - тихо сказала девочка, сжимая кулаки. Она знала, что это настанет. Не понимала, как и что случится. Но она знала что случается с такими плохими девочками как она. Сказки не врали на этот счёт. - Я готова… к плохому. К тому что вы хотите сделать. Так как всегда происходит… Я готова. Делайте, госпожа Серафолл.
её голос звучал надломленно, а глаза вновь начинали слезиться.
Она не хотела, чтобы этот сон… этот сказка. Чтобы это ни было, она не хотело, чтобы это заканчивалось. Ей правда хотелось этого тепла. Хотя бы… сегодня. Даже если завтра ей придётся отдать за это всё что у неё есть.

- Герника.

Она подняла взгляд.

Лицо Серафолл было серьёзным. Не холодным. Не таким как у папы. Это была… другая серьёзность. С чем-то ещё. С чем-то, что она когда-то знала. Помнила в позабытых снах. Но это что-то… не было плохим. Не должно было им быть

- Я собираюсь сказать тебе кое-что, - произнесла она, - и мне нужно, чтобы ты это услышала. Не поверила - я знаю, что ты не можешь поверить пока. Но услышала, и запомнила, и однажды, быть может, это станет правдой.

Герника кивнула.

- Не будет “плохого”. - Голос Серафолл был мягок как одеяла и вдвое теплее. - Не здесь. Не со мной. Будут трудные дни - дни, когда ты будешь злиться. Плакать. Грустить. Дни, когда воспоминания будут слишком тяжелы, а мир слишком громким, и всё будет казаться неправильным. Эти дни придут, и они будут тяжелы, и я не стану притворяться и говорить что это не так. 

Она протянула руку, медленно, и её пальцы коснулись щеки Герники - легко, осторожно, скорее вопрошая о физическом контакте, нежели инициируя его полноценно. Герника… не одёрнулась. Не сейчас. Сейчас было… тепло.

- Но жестокости не будет, - сказала она. - Никакого наказания. Никто не причинит тебе боли здесь, Герника. Никогда больше. Не здесь, ни где-либо ещё в Подземном Мире до тех пор пока я могу на это повлиять. Это моё обещание.

Глаза Герники обожгло.

- Откуда вам знать? - прошептала она. - Как вы можете обещать…

- Потому что я Серафолл Левиафан. - Сатана… страшный демон, призванный Герникой улыбнулась. Это была простая, уверенная улыбка. Но в глазах Дьявола играло что-то… нечеловеческое.

Герника покачала головой, не понимая Серафолл, но чувствуя уверенность в словах своей спасительницы.

- Это значит, - сказала Серафолл, - что всякий, кто пожелает причинить тебе вред, должен будет сначала пройти через меня. А через меня пройти… проблематично.

Свет камина играл отблесками и тенями. На секунду, на жалкое мгновение в не совсем человеческом восприятии Герники, цвет этих глаз, что она видела пред собой сменился на нечто невыразимо холодное и голодное. Что-то, чего она должна была бояться. Но столько же быстро, как и появилось, цвет глаз вернулся обратно. Вернулась теплота и уверенность.

Герника не знала, что это было. Она должна была бояться этого Хлада и Глада как и всякое дитя [], но Голод и Зима… защищали её сейчас. Отчего-то она была уверена в этом.

- О, - тихо и невразумительно произнесла Герника.

- Увидела что-то страшное на секундочку ?, - слабо улыбнулась Серафолл. - Не бойся, я не ем маленьких птичек, - Ужасающее отступило, и она снова была просто женщиной - странной, доброй, невозможной женщиной, что строит гнёзда из одеял и сидит на грязном асфальте. - А теперь… Спи, маленькая птичка, засыпай. Я буду здесь, когда ты проснёшься.
Серафолл укутала Гернику поглубже в одеялах, окутывая её коконом из мягкости и тепла. После чего, легонько, на самое мгновение, коснулась её лба своими губами. Как делают… близкие люди, укладывая детей спать.

Герника хотела возразить. Хотела бодрствовать, оставаться настороже, потому что сон - это когда случаются плохие вещи, когда она уязвима, когда..

Но одеяла были тёплыми, и огонь был ярок, и присутствие Серафолл было… успокаивающим. Словно бы что-то постоянное. Обещанное. Связующее. 

Она уснула.

И впервые за… время большее, чем она могла помнить, ей не снилась боль.

***
Горел камин, а маленький ребёнок спал, свернувшись калачиком в клубке из одеял. Серафолл Левиафан могла бы поспорить, что прямо сейчас, прямо здесь этот ребёнок чувствовал себя в большей безопасности чем бывал за всю его недолгую жизнь.
Серафолл аккуратно поднялась на ноги, так чтобы ненароком не разбудить дремлющую малышку. Аккуратными, механическими движениями она подошла к выходу из комнаты. Вышла и закрыла за собой дверь.
Телепортировалась на тренировочную площадку при поместье.
И выдохнула
Пространство вокруг, камень, глина, воздух.
Замерло.
Покрылось инеем.
Легонько щёлкнул возникший из ниоткуда гибкий, длинный, нечеловеческий, хвост с бритвенно острым лезвием на конце.
Земля треснула, проваливаясь сама в себя. Воздух мгновенно сжижился и застыл, чтобы столь же мгновенно испариться с оглушительным хлопком.
Серафолл вдохнула такой родной, разряженный, хладной воздух собственной ярости. Ощущение, которое стало забываться за последние три столетия. Ей вновь хотелось убивать, крушить, уничтожать…
И всё из-за одной маленькой девочки.
Сатана Серафолл Левиафан не отвечала на призывы смертных. Она была занята, она была ключевой фигурой в правительстве своей расы. Также как все трое её друзей и коллег по рангу, она была избавлена от этого взаимодействия со смертными.
Однако Серафолл Ситри, наследница рода Ситри не обладала подобными привилегиями. Не могла ими обладать, ведь Кодекс Люцифера принуждал её быть Дьяволом. Исполнять свои обязанности и вести вечную игру против сил Рая и рода людского.
Последний раз, когда Серафолл Ситри лично отвечала на призыв смертного человека случился триста семнадцать лет назад. С тех самых пор она была уверена, что никто из живущих смертных не знал рисунок круга, что был способен воззвать к ней.
До сегодняшнего дня. До Герники.

Серафолл видела вмешательство кого-то третьего. Не могла не видеть. Но кто бы не вмешался в ход истории, кто бы не дал маленькому дитя крохотный шанс не погибнуть там, на хладных улицах Дублина заслуживал её, Серафолл, снисхождения.
В отличии от иных причастных лиц.
Её присутствие в Дублине в любом случае станет международным инцидентом, Серафолл не верила в свою удачу. Однако любую ситуацию можно отыграть в свою сторону, если знать на какие точки давить.
Католики и Туата де Даннан должны будут рассказать ей, как они умудрились пропустить полусидхе на грани смерти.
Сама же Герника…
Серафолл облизнулась.
Девочка побудет здесь. Под защитой. Под заботой её матери. А дальше… Дальше время покажет.
***
Что было невдомёк Дьяволу, что пребывала в собственных мыслях.
Что было невдомёк ребёнку, что не знал истины о своей собственной природе.
Так это то, что невидимая нить соеденила их. Контракт, что был озвучен. Условия, что были выполнены.
Магия формальная, призыв сущности и деяние сущности в обмен на цену, что была предложена.
Магия не осознанная, рождённая неосознанной природой бытия ребёнка, что был обречён быть дитём двух миров. Правило истории, утверждённое сюжетным элементом. Цена предложенная, не отвергнутая, но не стребованная. Плата предоставленная по воле доброй, но не в качестве оплаты.
Эмоция невинного, слеза невиновной. Ярость не обязанной.
Две магии, две формы связи.
Плата не взятая за контракт, что был исполнен.
Право было даровано.
Связь создана.

Меж Дьволом, что владеет Хладом и непрерывной, Старшей Кровью Лета.