<...>

Славка попятилась, таращясь на Унаниту.

– А, – до меня наконец-то дошло, что же тут происходит. Очень отстранённо, как всегда бывало, когда моя пустая голова осознавала опасность, я поняла, что Унанита пришла за девочкой. Именно за Славкой, странным искалеченным найдёнышем. Очень неторопливо мой мозг осознал, что Унанита знает, откуда она взялась и что с ней случилась. Знает, что это за дом Тиары, единственно правильный и безопасный, и знает, почему я – лживая змея и ложная жрица.

Ещё некоторое время мне понадобилось, чтобы понять, зачем Унанита сняла очки и так пялится на меня. Она пыталась заморочить мне взгляд, а я, орясина бестолковая, никак не морочилась.

На самом деле я думала меньше секунды. Потом подняла кулак и ударила Унаниту по лицу, в левый глаз. Её голова мотнулась назад, стукнулась затылком о стену с телефоном, и сестра комком ветоши рухнула на пол.

– Славка, – я разжала кисть и пошевелила загудевшими пальцами. – Ты её знаешь? Она бывала там, где ты жила?

Девочка едва заметно кивнула. Камалин же просто пялилась на меня круглыми глазами, очевидно, не понимая, что делать и думать. Первой моей мыслью было велеть им одеться и поехать к кому-нибудь из моих друзей. Но Камалин не ориентировалась в городе, а не знала, куда их отправить. Надёжней всего было к Андару и Бегу, но я не была уверена ни в том, что смогу вспомнить их точный адрес, ни что Камалин сумеет туда добраться, ни в том, что хоть кто-то из ребят будет на месте. 

– Кама, идите в комнату, закройтесь и не выходите, пока я не позову. Книжку там почитайте, хорошо? А я пока разберусь с нашей гостьей, –  я попыталась улыбнуться, но, как всегда, сделала лишь хуже. На бесхитростном лице Славке отразился настоящий ужас. Но хоть очнулась Камалин. Она сморгнула, бросила на меня ещё один перепуганный взгляд, но взяла девочку за плечо и оттащила в комнату.

Я удовлетворённо кивнула сама себе, слушая скрип щеколды, и повернулась к Унаните. Сестра-френеаторша лежала на полу, а я стояла над ней и думала, какая же она маленькая. Физически маленькая. Она невысокая, худая, и теперь сложилась в маленький комок, в котором тряпок и бусин было больше, чем человека.

Я оглянулась назад. За стеклом двери маячили тени. Камалин, как я и велела, заперла дверь, но не отходила. Вот же непослушная, и откуда столько непочтения к старшим? Я дала себе обещание точно-точно заняться её воспитанием, потому что вольная жизнь под крылом Рахаила её явно разбаловала, как и меня. 

Я вздёрнула сестру-френеаторшу на ноги. Она застонала и с явным трудом сфокусировала взгляд на моём лице. Я разбила ей нос, и теперь из левой ноздри кровило.

– А вот теперь поговорим, – я пресекла её попытку отступить от меня. – У меня столько вопросов, ты не представляешь.

– Ты подняла руку на старшую сестру!..

– Я на тебя и ногу подниму, – я придержала её за плечо и ударила под дых, чтобы она немного помолчала, а я подумала, что мне делать. Разумней всего было сейчас срочно звать на помощь. Кстати, а почему я не велела Камалин немедленно вызывать охранение? Я с сожалением поняла, что за четыре года привыкла к тому, что охранение в Шеркеле – это я и есть, и некого мне звать не надо, а ещё я привыкла полагаться на свои кулаки и громкий голос. В городе так дела не делаются, и если я не отучусь от этих дурных привычек, то попаду в историю. Ну, другую, в этой я уже по уши.

Но что же мне делать? Одуматься и вызывать охранение? Да ну, нет, они приедут, и встанут на сторону Унаниты, которая скажет, что я на неё напала и побила. Ей даже врать не надо будет, я её правда побила. И пока я буду разбираться с охранением, она заберёт Славку и исчезнет. Нет, вызывать охранение нельзя. Надо звать кого-то своего. Вот только свой – кто? Сула? Да, он свой. Играс?

Моё сердце кольнуло острой болью страха. Знает ли о том, что происходит, Играс? Унанита знает, она член сестринства, она прибежала ко мне выкрасть девочку, и лишь Богиня защитила меня и не дала заморочить голову. Унанита, слова Славки – всё указывало, что я вмазалась не просто в историю, а в какие-то дела сестринства. Очень нехорошие дела, и знает ли о них Играс? Что, если знает? Знает про странную обитель с искалеченными и запуганными детьми, про убитых девочек, которые стали слишком взрослыми, чтобы ими управлять? А тётя Марта?.. Нет, разумеется тётя Марта не знает! Она никогда бы не согласилась покрывать такое, нет, кто угодно, но не тётя, тётя слишком добрая и честная, я уверена. Ракха – запросто сможет, а тётя – никогда! Но Играс? Знает ли она? Могла ли она знать, передавая мне Cлавку, всё знать? Могла ли она улыбаться и хмуриться мне в лицо, а потом, когда ни я, ни Сула, ничего не видим, найти Унаниту и отправить её за мной?.. А что, если Играс сейчас где-то рядом, ждёт, когда её сообщница выйдет с девочкой…

Я почти по-настоящему услышала скрип открывающейся входной двери за моей спиной, почувствовала мерзкий запах кислых духов – и в панике оглянулась.

Никого не было, мы с Унанитой были одни, не считая девочек за дверью. Я, не отпуская сестры, закрыла дверь на щеколду, чтобы нас не прервали.

– У нас с тобой случилось большое недопонимание, дорогая сестра, – я улыбнулась, взяла Унаниту за грудки и прижала к стене так, что её ноги повисли над полом. Свободной рукой я зафиксировала её лицо так, чтобы она не могла отвернуться.

– А теперь слушай сюда, тварь ты аманова, – негромко сказала я ей в лицо так, чтобы девочки точно не услышали, а вот она – слышала каждое моё слово. –  Я тебе сейчас сверну твою тупую башку, как курице, потом вон за той дверью в ванной разделаю, как козу, и что получится – раскидаю по городу. И знаешь, что мне за это будет? Ни-ху-я! Ничего мне не будет, потому что ты припёрлась сюда тайком ото всех, прибить девчонку, пока она не рассказала слишком много, верно? Бедная Унанита, её соберут, как грёбанные кубики-загадки, по городу, положат в мешок и закопают. А сестра Анатеш придёт и скажет над её могилой, какой же была хорошей и доброй, как милая Унанита лечила её головушку, бедную сумасшедшую головушку, ага. Веришь? Что ты там записала в моей характеристике для школы? Патологическое расстройство эмпатии и патологическая лживость?

На самом деле в моей карте было записано совсем другое, но я, слишком злая для правды, выдумывала что пострашнее. Я и разделать Унаниту вряд ли бы смогла, великие боги, да я козу зарезать не смогла, когда меня отправили помогать Алу в первую зиму. Посмотрела  большие круглые глаза – и ушла к себе плакать и клясться, что ни куска Беляшки я точно не схем. Съела, потом, когда попустило. 

Так что про “расстройство эмпатии” я даже не врала.

– Говори я сказала! Нахера тебе девчонка? 

Унанита сумела открыть глаза и сфокусировать взгляд на мне. Но в этот раз я была готова. Она шлёпала губами, вращала глазами, а я, гадина такая, не поддавалась её жалким чарам. Даже не чарам, чаркам. Жалкой воле перепуганной тварюшки, которая бежала, гордо задрав нос и воображая себя хищницей, но лёгкая жертва сама показала зубы.

Я ещё раз её ударила, снова в лицо. И ещё. Когда я занесла кулак в третий раз, то словно очнулась и велела себе остановиться. Я – Майя Анзуд, сестра Анатеш, а не вот это вот.

– Ну как хочешь. У Ордена в дознании расскажешь. 

Я впихнула её в ванную и закрыла снаружи на щеколду. Вот она наконец-то  пригодилась, хотя я всё равно не понимала, зачем её тут повесили предыдущие жильцы. Может и правда кого-то запирали. Ну да хрен с ними, хрен с Унанитой, а нет, с Унанитой не хрен, с Унанитой надо разобраться.

Я подошла к телефону и набрала номер Сулы, но на той стороне было занято. Я выругалась и набрала номер дежурной по этажу Бегейра и Анда. Ленивый голос сообщил, что такие у них вообще не живут, я потребовала срочно проверить, на месте ли они, меня послали, я назвалась Манихим и потребовала немедленно проверить, на месте ли рыцари Андар и Бегейр. Дежурный повёлся и побежал проверять.

Пока я слушала тишину в трубке, в ванной раздался звон стекла и скрип дерева. Я подумала было, что Унанита сошла с ума и хочет порезать себя битым зеркалом – а потом вспомнила про чёртово окно во двор.

– А ну стоять! – завопила я, бросив трубку и кинувшись в ванную. Дверь я вырвала вместе со злосчастной щеколдой. Хотя окошко было под самым потолком, а в Унаните роста было мне по грудь, когда я ввалилась в ванную, она уже вылезла в окно по талию. Я попыталась схватить её за ноги или хотя бы за юбку, но она пнула меня ногой в валенке в лицо, я завопила, она извернулась, и в итоге Унанита с визгом вывалилась наружу, оставив у меня в руках валенок и клочок своего подола. Я подскочила, ухватилась за проём, подтянулась и высунула наружу голову.

Унанита упала с высоты четвёртого этажа, головой вперёд, прямо на завалы снега и мусора под нашими окнами. Увы, этого было слишком мало, чтобы убить волшебницу, и Унанита со стоном поползла к дорожке. Я пожалела, что под рукой нет хотя бы мыльницы, чтобы запустить ей в затылок напоследок. В бессильной ярости я попыталась плюнуть, но только чуть не сорвалась вниз, в душевой поддон. Унанита сползла на дорожку и поковыляла прочь. Двор не был пустым, к моему сожалению, и падение недорогой сестры заметили. Закричали люди, кто-то пошёл к ней наперерез, чтобы помочь, кто-то побежал в дом, очевидно, чтобы вызвать охранение. 

Я спрыгнула в поддон, чуть не запуталась в шторке и вышла в коридор. 

– Она сбежала? – комнаты высунулась Камалин.  

– Угу, – я подняла брошенную трубку, прислушалась к гудкам, сбросила и набрала номер. Ответили почти сразу, и я, представившись секретарём Манихим, потребовала к трубке Сулу. 

– И как её теперь поймать?

– Охранением. Вы двое, одевайтесь, быстро, Кама, проследи, чтобы она замотала ноги правильно. На всё три минуты, мы уходим, – велела я. Гудки прервались, и мне сказали, что тётя на операции. Я набрала ещё раз, на этот раз номер квартиры сестры Реши. Там тоже ответили не сразу.

– Реша, – не слушая её вопросов проорала я. – Где Играс? 

"Майя?"

Я не стала её поправлять, плевать.

– Немедленно найди её. Ко мне сейчас приходила Унанита, пыталась заморочить мне мозги.

"И что?"

– Девчонка её узнала. Унанита была там, где держали Славку, – мои мысли путались и я злилась, что Реша не может просто взять и прочитать их сама. – Это наше сестринство, эта аманова обитель – обитель сестринства где-то под Лидой. Срочно найди Играс.

"Поняла. Ты Суле уже сказала?"

– Да, – соврала я. – Чем быстрее её поймают, тем всем лучше. 

Реша несколько секунд молчала, и я надеялась, что она сейчас не костерит меня дурой и предательницей сестринства. Мне нравилась Реша, и я не хотела, чтобы она думала обо мне плохо. Ещё больше я не хотела, чтобы оказалось, что Реша заодно с Унанитой и всё знает, к тому же это значило бы, что Играс тоже всё знает, а это я точно не переживу.

“Записала, сейчас её найду, она недавно ушла”.

Я скинула звонок и набрала Сулу ещё раз. Но в этот раз вместо голоса секретаря я услышала Бегейра.

– Бег?

“Ма?”

– Ничего не спрашивай, найди срочно Сулу, скажи, что девочку пыталась забрать Унанита. Она сбежала, я не знаю, где. Девочку я спрячу, связь через эна Тешуда. Понял?

"Найти Сулу, Унанита, девочку ты спрячешь, связь через эна Асуда".

– Тешуда.

"Да не дурак, понял", Бег, судя по заминке, записывал. "Камалин в порядке?"

– В полном, – я оглянулась на дверь, в которой стоящая на коленях Кама заматывала Славке ноги. – Девочки в полном порядке, обе. Сула знает, где нас найти. Всё, я пошла, здесь сейчас будет полный дом охранения.