Стук колес по рельсам, объявляют станцию "Апатиты". Мы с родителями выходим на улицу — уже три дня едем в плацкарте к родственникам на север. К нам подъезжает белый Renault Duster, из него выходит дядя Валера, муж моей тетки Марии. Отец складывает наши чемоданы в багажник, и мы отправляемся в поселок городского типа Коашва.

Коашва

Мы ехали вначале в город Кировск, где я впервые увидел горы невероятной красоты, хотя их почему-то называли Хибины. От Кировска до Коашвы было примерно 40 километров, а вокруг — только леса, леса, леса.

Коашва вид сверху, посередине школа.

Я помню, как мы прибыли в двухкомнатную квартиру. Мы с родителями поселились в большой комнате, около 15 квадратных метров. Интернет был только мобильный — через USB-модем, и у нас было всего 5 гигабайт в день. Поэтому первые месяцы я коротал время за телевизором, в основном за каналом "Карусель". Тогда там шёл сериал "Доктор Кто". Он мне не особенно нравился, но других развлечений не было. Еще я впервые увидел плиту без газа, что меня очень удивило. На ней я плавил сахар в чайной ложечке и делал "конфеты".

Прошла первая неделя. Нас зарегистрировали в УФМС и забрали у родителей украинские паспорта, а взамен выдали "книжечки" — удостоверения временного убежища в Российской Федерации. С этими документами можно было спокойно устраиваться на работу, но выезжать за границу нельзя. Российское гражданство можно было получить только через пять лет, а до этого момента... Ты сам по себе. Первые пару месяцев мы точно жили на съёмной квартире тетки, а затем от администрации города нам дали убитую четырёхкомнатную квартиру. Там жили я, сестра, родители, бабушка и дедушка. Жилось, конечно, не очень комфортно, но терпимо.

В какой-то момент, кажется, в середине сентября 2014 года, отец устроился работать не заместителем главного механика, как в Донецке, а обычным электромонтёром. В Донецке у него была хорошая должность, но здесь такой аппаратуры просто не было, да и специалисты такого уровня не требовались. Но как говорится, если устраиваешься к подрядчику, будь готов, что тебя "кинут". На производстве у отца были постоянные задержки с выплатами. В середине ноября они даже устроили забастовку, но их оштрафовали на 50% от оклада за все три месяца работы. Оштрафовать на деньги, которые и так не выплачиваются...

У матери было узкоспециализированное образование, которое принималось только на заводе в Макеевке, но она также имела вторую профессию — машинист крана. Однако ей нужно было пройти повышение квалификации, а курсов не было, или они стоили слишком дорого. Поэтому мать оставалась дома со мной и сестрой.

Бабушка и дедушка тоже получили "книжечки" и смогли оформить гражданство только в 2018-2019 годах. Вы спросите, почему так долго? Спрашивайте у российской бюрократии. К тому же они были пенсионерами ещё при Украине, а когда приехали в РФ, им перестали платить пенсии, и на их обеспечение взяла тетка. Дедушка ради справедливости пытался устроиться на работу после переезда в Ковдор, но проработал всего четыре месяца, после чего у него возникли проблемы со здоровьем, и он уволился. (Ну, конечно же, как только они получили гражданство, сразу побежали голосовать за Путина, куда ж без этого.)

Школа в Коашве

Я отстоял линейку на 1 сентября, а потом приболел и около недели провёл на больничном. Вернулся в школу только на второй неделе. Одноклассники встретили меня с каким-то скепсисом — мне было неловко под пристальными взглядами 12 глаз. Всего в классе, не считая меня, было шесть человек.

После первого урока я пошёл в туалет, открыл дверь, а там парень из старшего класса нюхал клей. До моего приезда уже был скандал — поговаривали, что некоторые ребята даже "занимались любовью" в этом туалете. Ну, а что поделать? Интернета нет, развлечений никаких — вот и развлекались, как могли.

Если говорить о развлечениях: полпосёлка было заброшено, и дети лазали по этим чернобыльским пейзажам летом, а зимой все прыгали в снег. Снег не убирали, и сугробы достигали второго этажа. И, конечно же, я тоже прыгнул.

Еще я помню, как мы с пацанами проникли в какую-то квартиру, напоминающую притон. Там были склянки, мензурки, и три человека лежали — кто на полу, кто на матрасе, кто на диване. На стене висел огромный плакат: "Скажи нет алкоголю". Да, ребята явно сказали "нет" — и "вмазали по вене".

Прошла первая четверть, было невероятно скучно и темно. У меня начало падать зрение, но никому не было до этого дела. Из-за ухудшения зрения успеваемость тоже падала — я просто не видел, что учитель пишет на доске, даже сидя на первой парте. Темнота угнетала меня. Я скучал по дому, друзьям, которые остались в Макеевке, и по попугаям. Личного пространства у меня не было — я жил с родителями в одной комнате, что сильно давило морально.

вид из окна

Мы хохлы.

Середина декабря. Моя мать с тёткой вышли покурить под подъезд. Они подожгли сигареты, обсуждая предстоящие новогодние приготовления, как украшать квартиру, какие салаты готовить. Напротив дома стояла полицейская машина. В соседнем дворе пьяный сын зарезал отца, а его друзья стояли рядом, тоже выпившие. Вокруг бегала собака. Один из пьяных окликнул моих родственников:

Тётка не расслышала и переспросила по донбасски:

Из ничего началась драка. Эти алкаши просто напали на тётку и мать. Потом выбежал отец, но и его схватили, начали избивать. Их было человек девять. Один из них пытался достать нож из внутреннего кармана и чуть не зарезал тётку. Всё это продолжалось минут тридцать, пока бабушка не выбежала на улицу в халате и не побежала к полицейским, которые просто наблюдали за происходящим, куря сигареты. Один из них даже забежал в нашу квартиру и пытался украсть бытовой прибор — то ли чайник, то ли рисоварку. У отца на лице была огромная гематома, у матери от удушья синела шея. Весёлое было время...

Через пару дней приехал участковый, записал наши показания и, похоже, выбросил заявление в урну. Оказалось, что один из нападавших был коллегой отца, который работал ради северного стажа, а так промышлял браконьерством, и все местные менты были в доле.

Через день после визита участкового тётка уехала в Апатиты к сыну, а родители вышли за покупками, закрыв дверь снаружи. Дедушка и бабушка не смогли открыть её изнутри. Спустя два часа родители вернулись — мать была вся в грязи, у отца была разбита голова и текла кровь. Его нашли коллеги, которые пытались объяснить, что больше "писать на мусоров" нельзя.

На следующий день родители уехали по командировке в Ковдор, куда потом переехали и мы. Меня и сестру оставили с бабушкой и дедушкой, так как у меня был уже почти конец четверти. Мы прожили в Коашве ещё месяц.

Если Вам понравился мой текст, вы можете его репостнуть своим друзьям

или задонатить мне 4723040010805939 D.M. евро карта

TUbsq6efZH1vZhvwxut22Z4Jk8autgDce1 usdt TRC20

Еще, подписывайтесь на мой телеграмм канал: @milovuser