Сегодня я проснулся довольно рано, ещё даже семи не было. Один. Видимо, Оливия проснулась ещё раньше и уже завтракает.

Первым делом я, конечно же, залез в телефон — листать новости. Раз уж попал в чужой для себя мир, нужно изучить чё тут вообще происходит, кто чем и как живёт. А в новостях ничего особо интересного и не было. Рост цен на нефть, пограничные столкновения между рубиновыми и изумрудными, вспышки на солнце… Скукота. Всё то же самое что и на Земле. Ладно, пора и мне идти завтракать.

Оливии не оказалось и на кухне. Там был лишь Питер — уже поел и сейчас моет посуду.

— Доброе утро.

— Доброе, Карэн. Там в холодильнике вчерашний салат остался, можешь себе ещё яичницу сварганить.

Аппетита особо не было и я только доел салат. От тревоги еда в горло не лезла. Куда делась Оливия? Она ни разу не ходила гулять одна. Сейчас поем и спрошу Питера.

А ещё… Меня терзает непонятное чувство и помимо тревоги за Оливию. Словно я забыл что-то важное и сейчас мучительно пытаюсь вспомнить. Но эта вещь постоянно ускользает, дразняще маяча где-то на краю сознания.

Быстро помыв за собой посуду, я сразу пошёл в зал.

— Мистер Оуэнс, где Оливия?

— А, она поехала в пригород, навестить могилу матери перед отъездом в Блоувер.

— Вот оно что… — протянул я и сел в кресло. Но спокойнее мне особо не стало. Я пытался смотреть вместе с Питером байкерское шоу по телику, но никак не мог усидеть на месте. Тревога только усиливалась. Да что со мной такое? Не с той ноги встал?

Я заметил, что Питер тоже от чего-то нервничает. Он часто меняет громкость на пульте, то и дело лезет в телефон, барабанит пальцами по деревянному подлокотнику.

— Карэн…

— Мистер Оуэнс, — произнесли мы одновременно и замолчали.

— Слушай, Карэн, ты ведь на самом деле никакая не баба, верно?

От шока и внезапности этого заявления я совсем растерялся и не стал отрицать.

— Что?! Как вы поняли?

— Ха, ну я ж не первый год живу и Оливию прекрасно знаю! Не тот она человек чтобы вот так внезапно приводить подруг. Да и не похожа ты по поведению на девушку. Ты типа из этих… из трансформеров, что ли?

Я напряжённо молчал, ожидая его действий. Если он сейчас втащит мне в ебальник — я даже не буду защищаться. Заслужил.

— Хотя знаешь, на самом деле это ведь даже неплохо!

— Чего?!

— Мне в голову пришла идея. Я разрешу тебе тусить с Оливией при одном условии. Может, по мне и не скажешь, но в молодости я был тем ещё оторвой. Байкером, если точнее. Я уже давно завязал с этим, но главарь нашей тусовки, Карлос, до сих пор точит на меня зуб за прошлые обиды. Дошло даже до того, что он угрожает мне и Оливии, прикинь?!

Вот это новости. Скорее всего, в иной ситуации я бы отказал, но угрожать Оливии… Я не могу этого так оставить! Правда, меня кое-что смущает.

— Так может, надо обратиться в полицию? И что за условие-то?

— Нахер этих легавых. Такие вопросы надо решать лично. Что же до условия… Помоги

мне проучить этого ублюдка. Придётся подраться. Что скажешь?

Я не узнаю Питера. Ещё совсем недавно он казался мне сонливым вечно уставшим скуфом, а тут как-то стал заметно более жёстким и глаза пылают праведным гневом. Вот что происходит с человеком когда его семье угрожают.

— Конечно, надерём ему зад! Я никому не позволю обижать Оливию. Ну и вас, конечно.

Питер тут же вскочил и мощным движением пожал мне руку.

— Супер! Тогда встречаемся в час дня в Даунтауне. Возле клуба «Фазовращение».

— Погодите, а где это? Я ж нихера ваш город не знаю.

— Карэн, милая, если ты даже не сможешь клуб найти, как собираешься помочь мне с Карлосом? — ехидно спросил Питер.

Справедливо.

— Ладно, разберёмся. Пойду пока немного прогуляюсь. На Даунтаун этот ваш посмотрю, — произнёс я, собираясь уходить.

— Постой, — окликнул меня Питер и я обернулся. Он залез в шкаф, что-то достал оттуда и метнул мне. Ого, кастет! — Возьми с собой. Без него соваться в тот район не безопасно.

— Ага, спасибо!

Какие-то у меня смутные ощущения насчёт этого дела. Я никак не ожидал что в молодости Питер был отвязным байкером. Значит, вот как люди меняются с возрастом?

Я взял телефон, наушники и вышел на улицу. Так странно… За эти несколько дней я уже настолько привык к Оливии что теперь прогулка в одиночку кажется мне чем-то противоестественным.

К счастью, я давно завёл себе привычку скачивать на телефон понравившиеся песни, поэтому мой «земной» плейлист остался со мной. Я тыкнул на угад, специально не глядя на экран.

«Солнцеворот» ГрОба. Ха.

Странный текст, как, впрочем, и почти все у него. Хоть я и никогда не понимал смысла, сам тон песни кажется мне довольно жизнеутверждающим, особенно припев. Далеко не самая популярная песня Летова и, как мне кажется, зря.

Сегодня на улицах было непривычно тихо. Хотя и Флиммонд не самый крупный город Хрустальной Федерации, но и маленьким его тоже не назовёшь. Обычно в это время суток довольно много людей на улицах, спешащих на работу или учёбу. Но сейчас по какой-то причине почти никого нет. Я иду по полупустынным улицам к в район Даунтауна, периодически сверяясь с онлайн-картой, а в ушах поёт хриплый голос Летова.

Не знаю почему, но мой взгляд зацепился за странного мужичка низкого роста, очень архаично одетого для этого мира. Безукоризненно сидящий на нём чёрный костюм, цилиндр на голове и винтажная трость, расписанная красивыми золотистыми узорами. Мужичок что-то разглядывал на доске объявлений у жилого дома.

И вдруг… Словно заметив мой взгляд, он обернулся в мою сторону. Я заметил, что у него на шее висит кулон с ярко-жёлтым камнем.

Я так и не понял кому он это сказал — мне или себе. И что забавно, его слова совпали с припевом песни:

Припев почему-то был очень громким, намного громче максимального уровня. Я вздрогнул и полез в карман за телефоном чтобы сделать потише. Когда я оторвал взгляд от экрана, странный мужичок уже куда-то делся. Наверное, зашёл в дом.

Я так сильно погрузился в свои мысли, что и сам не заметил как добрался до Даунтауна. Мда уж, ну и местечко… Кругом если не разруха то какое-то запустение, что ли. Печальные обветшалые здания низкоэтажной застройки зачастую с разбитыми окнами, кругом грязь и мусор. Как здесь вообще живут люди?

Взгляд зацепился за относительно целое двухэтажное здание, окружённое покосившимся деревянным заборчиком. Возле прохода, оперевшись об него спиной, курил щеголевато одетый в очень странный для такого места розовый деловой костюм со шляпой молодой мужчина.

— Простите, не подскажете где здесь клу…

— Эй, крошка, ты к нам как клиентка или наоборот, как работница?

— Чё? Вообще-то, я ищу…

Мужик тут же перебил меня и зачем-то громко щёлкнул пальцами.

— А, ты, видать, впервые здесь. Я Санчез, тутошний администратор и по совместительству вышибала. А это место — публичный дом «Дешёвый грех». Повторю свой вопрос: ты здесь как клиентка или работница?

Публичный дом, значит? То есть, бордель. Вообще-то, мне совсем не до того, но… «Дешёвый грех» очень манил зайти. Странно, я же ведь совсем не собирался…

— Клиентка, конечно. Ну давай посмотрю, что у вас там.

— Ништяк! За мной, — Санчез движением пальцев отправил окурок в короткий полёт и быстро зашёл внутрь, я — за ним.

С самого порога «Дешёвый грех» произвёл на меня скорее дурное впечатление. Кругом грязь, по полу и стенам периодически пробегают тараканы, краска много где обвалилась обнажая штукатурку. Вестибюль, если его так можно назвать, освещает единственная тускло горящая лампочка. В воздухе витает неприятный затхлый запах — видимо, проветривают здесь нечасто. А ещё здесь довольно прохладно, чуть ли не как на улице. Видимо, отопления толком нет.

Напротив входа есть небольшой уголок с конторой, пыльным столом со стареньким компом и небольшой шкаф с бумагами. У правой стены — наполовину продавленный пыльный диван. Санчез сел за комп, включил монитор. На нём сразу появилась простенькая программа с таблицей где перечислены имена с фото, услуги и цены за них. Часть ячеек подсвечена красным — похоже, некоторые проститутки сегодня не работают.

— Кто интересует — бабы или мужики?

— Бабы, конечно!

— Хм… К сожалению, из бишек и лесбух у нас только двое: Алия и Холи. Хорошая новость в том, что Холи наказана и сегодня последний день когда она даёт по часу всем желающим бесплатно. Кого выбираешь?

Я посмотрел на фотки девушек из-за плеча Санчеза. Алия — высокая знойная брюнетка с загорелой кожей, Холи же её полная противоположность — низенькая, блондинистая с почти детским личиком. Стоп, а если она реально ребёнок?! Ублюдки! Да я сейчас Санчеза тут своим кастетом отмудохаю, потом и до владельца доберусь!

Ну… Наверное… Получше разглядев очаровашку Холи, я понял что мне очень сильно хочется отыметь её. Вот бы нагнуть его рачком и… Жду не дождусь. Ах, как жаль что я в теле бабы! Чё мы вообще делать-то будем — пёздами тереться друг об друга? Ай, да не важно.

Эм, да что со мной сегодня? Я больно ущипнул себя за руку и ко мне частично вернулась ясность разума. Я никогда не был ПДФ-файлом, так чего я так возбудился-то? Что не менее важно — какого чёрта я вообще забыл здесь?

Чем дольше нахожусь тут, тем сложнее мне соображать. Мысли путаются. Внутри меня медленно, но неотвратимо разгорается дикая животная похоть. Даже Санчез уже кажется…

Я чуть не вмазал себе кулаком по лицу. Надо убираться отсюда. Срочно.

— Ну так что? Ты выбрала?

— Да, я выбираю Холи. На час, — выдал я против своей воли. Но точно ли против?

— Хватай пока бесплатно, да? — Санчез хмыкнул. — Вот это правильно. Топай за мной, покажу где её комната.

Санчез встал из-за компа и проследовал к длинному коридору. Здесь всё ещё хуже чем в вестибюле, но меня это уже не волновало. Я уже предвкушал как буду развлекаться с Холи. Холи, сладенькая Холи…

— Она тут, — Санчез остановился перед ничем не примечательной дверью, из-за которой доносились вздохи и стоны. Погодите, её прямо сейчас кто-то трахает?.. — На час она твоя. Развлекайся.

— Ээ… Ладно, спасибо.

Я открыл дверь и оказалось что эта комната принадлежит не только Холи. Это вообще довольно большое помещение, где стоят пять кроватей или лежащих на полу матрацев, огороженных шторками. За двумя шторками никого не было видно, за двумя смутно проглядывались силуэты сидящих или лежащих девушек и ещё за одной уже занимались сексом. И кто из них — Холи? Я выглянул в коридор и окликнул Санчеза.

— Эй, бро, а к которой из них мне подходить-то?

— К той которая сейчас занята, — ответил Санчез, оглянувшись через плечо. — Но с минуты на минуту должна освободиться. Можешь присоединиться, если клиент не против.

Меня аж передёрнуло от такого предложения и я решил немного подождать снаружи. Мда, ну и сервис тут у них. Зачем повёл меня сюда, если Холи ещё не закончила с предыдущим клиентом?

Через пару минут стон перерос в вопль, раздался мужской рык удовольствия. Всё это время я нервно переминался с ноги на ногу, тщетно пытаясь понять, как меня угораздило оказаться здесь. Я… я ведь должен был найти «Фазовращение»… Защитить Оливию… Помочь Питеру…

Дверь резко открылась, едва не задев меня. Оттуда вышел неприятного вида мужик в одних трусах и тапках и тут же уставился на меня. Мне стало дурно.

— Ух какая! Ты тоже здесь работаешь? Я бы с тобой тоже…

— Нет. Я клиентка.

Расстроенно промычав что-то, мужик собрался уходить, а я — зайти, как вдруг почувствовал хлёсткий шлепок ладонью по заднице. Тварь! Я тут же потянулся за кастетом в кармане, но мужика уже и след простыл. Как он успел так быстро скрыться? А, да пофиг. Холи ждёт меня…

Я отодвинул шторку и ни на секунду даже не почувствовал укола совести. Хрупкое обнажённое тельце Холи лежало на грязном матрасе, вздрагивая. Кажется, она всхлипывала. На полу лежали несколько заполненных презервативов, в углу стояла маленькая покоцанная тумбочка.

— Привет, я твоя новая клиентка.

— Д-да… Минутку, я подготовлюсь, — еле выдавила она и села, зябко поёжившись.

— Прости, а тебе восемнадцать-то есть?

— Есть… Но какая разница? Здесь всем всё равно.

— Понятно. Ну что ж, приступай, — пробормотал я, садясь у стены на подозрительно хлюпающий матрац.

Утерев слёзы, Холи кивнула и положила руки мне на плечи. Я чувствовал её мягкое дыхание на своём лице. Она аккуратно повалила меня на спину, нависнув сверху. Такая сексапильная. Уже скоро я ей овладею. Потянулась рукой к футболке… и расплакалась. Её слёзы падали мне на лоб и щёки, затекали в рот. А я ошарашенно смотрел на плачущую девушку и не мог поверить в то, что всерьёз собирался над ней надругаться. Какого хрена я делаю?!

— Пожалуйста… Помоги мне. Я не знаю, что делать, — прошептала она, не переставая тихо плакать. Почему? Почему я?.. — Я совсем отчаялась и не знаю, что делать… На самом деле я не проститутка, а агент Ордена Ангелов. Командование заставило меня внедриться сюда. Владелица этого борделя, мадам Брианна, на самом деле — суккуб, демон похоти. Я

должна была внедриться сюда и добраться до неё, но… Не получилось.

Холи слезла с меня и села рядом, прикрываясь тоненьким одеяльцем. Я едва мог разобрать что она говорит из-за плача и частых всхлипов.

— Видимо, она раскрыла меня и держит тут как шлюху, издевается, заставляет делать

всякие ужасные вещи… Я так больше не могу. Если ты откажешься и сдашь меня — пусть.

Лучше я умру, чем это будет продолжаться дальше.

Я совсем перестал понимать, что происходит. Перед глазами сами собой всплыли лица Питера, Оливии… Оливия, Оливия. Я пришёл в Даунтаун чтобы помочь Питеру защитить её. А оказался здесь, в самом дешёвом борделе, собираясь потрахаться со страдающей от своей тяжёлой судьбы девушкой.

— Оливия… — произнёс я, сглотнув подступивший к горлу ком.

— Что?

— Нет, ничего. Хорошо, я готова помочь. У тебя есть какой-то план?

Холи не поверила своим ушам. Она изумлённо уставилась на меня и на её лице появилась робкая улыбка надежды.

— Спасибо! Спасибо! — причитала она, вытирая слёзы, — Да, у меня есть план. Тебе нужно попасть на «встречу» с мадам Брианной.

— Как это сделать?

— Она сама иногда принимает клиентов, просто ради развлечения, и её услуги стоят очень дорого. Впрочем, это не проблема. Я скопила достаточно денег и спрятала в тумбочке.

Холи открыла тумбочку со своими вещами, выдвинула полку и достала из-под потайного дна несколько крупных купюр. А вместе с ними — и некий амулет.

— Вот, возьми. Заплати Санчезу за «встречу» с Брианной, а с собой возьми этот амулет. На каждой проститутке и мне в том числе лежат злые чары, не позволяющие подняться к ней на второй этаж. Этот оберег отключит их, но чтобы он заработал, нужно подняться наверх. Вот такой замкнутый круг. Но на тебе-то чар нет!

Холи замолчала и боязливо покосилась по сторонам, видимо, опасаясь что нас могут подслушивать. Я тоже насторожился. Да нет, вроде всё нормально. Остальные работницы борделя по-прежнему на своих местах.

— Когда пойдёшь к лестнице, громко потопай ногами возле этой двери, — продолжала она, — Я оглушу Санчеза и сразу побегу к тебе. Остальное предоставь мне. Да, чуть не забыла. У всех девушек отбирают дублеты, чтобы они не могли колдовать. Они должны храниться где-то у Санчеза. Потяни время, пока не найду свой.

— Постой, а если эта демоница сожрёт мою душу?!

— Не бойся, оберег тебя защитит. Всё будет хорошо.

Для правдоподобности я немного посидел с Холи, стараясь её немного подбодрить и утешить. Я не спрашивал её о работе ангела и о том, что ей пришлось здесь пережить, чтобы не расстраивать, в основном травил всякие забавные истории из школы. Судя по расслабленному выражению лица Холи и слабой улыбке, мне действительно удалось хоть как-то её успокоить. Бедняжка… Мне очень стыдно за то как я себя вёл здесь, стыдно за то что собирался с ней сделать. Я должен помочь ей чем смогу, иначе потом совесть замучает.

И что интересно, пока сидел тут с Холи, та тёмная похоть больше не возвращалась. Болтая, я сам чувствовал облегчение, словно с души постепенно смывалась грязь. Нехорошее это место, ой нехорошее. Если им действительно владеет суккубша, всё встаёт на свои места.

— Ладно, пора действовать. Иди.

Кивнув, я покинул комнату и направился обратно к Санчезу. И снова на меня накатило, но теперь, благодаря оберегу Холи, я мог сопротивляться этой ауре.

— О, уже. Что-то ты быстро. Ну как тебе Холи, хороша?

— Да ну, не особо. Я ожидала чего-то большего, вот и ушла. Слу-у-у-шай, Санчез, а чё-нибудь особенное у вас есть?

— Например?

— Например, Мадам Брианна. Она принимает сегодня?

— Брианну?.. А у тебя деньги-то есть? — на мгновение Санчез подозрительно нахмурился и тут же на его лицо вернулась прежняя противная ухмылочка. Но может, показалось, — её услуги стоят недёшево. Пятьдесят косарей в час.

— Обижаешь! Конечно есть, — я взял из кошелька сбережения Хлои и самоуверенно шлёпнул купюры на стол.

— Ого, и правда. А по тебе не скажешь, что ты богачка. Подожди минутку, я схожу к ней.

Санчез тут же умчался, а я остался стоять рядом, стараясь не замечать похотливого взгляда того самого мужика, сидящего на диване. Чёрт, хоть бы он не набросился на меня под влиянием злых чар похоти.

— Я предупредил Брианну, она готова. Иди на второй этаж. Поворачивай в коридор и иди прямо, к лестнице.

Набросив на лицо выражение предвкушения, я вернулся в коридор, не забыв потопать у комнаты Холи. Надеюсь, она быстро придёт на помощь иначе судьба моя незавидна. Собравшись с духом, я дотронулся до оберега и пошёл к лестнице.

Ещё на лестнице я услышал негромкую вкрадчивую музыку, пробирающую меня до мурашек на коже. Кажется, это рояль… нет, фортепьяно. Тёмная мистическая музыка, пробуждающая самые тёмные и постыдные желания о которых не расскажешь даже лучшему другу или второй половинке.

Не прошёл я и пары метров, как из глубины второго этажа раздался манящий, очень сексуальный женский голос:

— Прошу, проходи. Не стесняйся.

Сжав оберег в кармане посильнее, я зашёл в комнату откуда меня звали.

В полумраке комнаты женщина сидит за фортепьяно, спиной ко мне. Лунный свет скользит по её длинным рыжим волосам — они струятся, будто языки пламени, забывшие о своём жаре. Простое светло-жёлтое платье кажется невинным лишь на первый взгляд: ткань дышит вместе с телом, превращая скромность в соблазн.

Её пальцы касаются клавиш с неестественной мягкостью, и музыка, рождающаяся из-под них, полна тревожной нежности. В каждом аккорде — обещание и опасность, зов и предостережение. Сердце слушателя бьётся чаще: в этой мелодии есть нечто хищное, будто ласковое дыхание перед укусом.

Я не вижу её лица — и это мучительно.

За этой спиной живёт тайна, холодная и прекрасная, как ночь. Она не просто играет.

Она зовёт.

Вот только… сейчас же около полудня…

Я не больше не могу сопротивляться её чарам. Я хочу её. Невыносимо, мучительно.

Последние ноты затихли, и мадам Брианна медленно поднялась из-за пианино. Платье мягко колыхнулось, рыжие волосы блеснули в лунном свете. Стул тихо скрипнул — и стало совсем тихо.

Она пошла ко мне. Шаги почти не слышны, будто она не касалась пола. С каждым шагом я чувствовал, как воздух между нами становится плотнее, теплее.

Когда она остановилась совсем близко, я уловил её запах — сладкий, тягучий, тревожный. Я понял, что если она коснётся меня, я не смогу отстраниться. Если заговорит — не смогу перестать слушать.

— Здравствуй. Нечасто в Даунтауне находятся люди, которым по карману моё внимание.

Ещё реже они оказываются женщинами.

— Кхм, ну да, наверное. Только я не здесь живу, а в центре. Услышала от знакомых о твоих талантах и захотела проверить сама, — кое-как промямлил я заплетающимся языком.

— Понятно. Прежде чем приступим к тому, зачем ты здесь, я хочу задать пару

вопросов. Не волнуйся, это не входит в оплаченное время.

— М-м-м, да, конечно.

Она подошла совсем близко и тихо сказала:

— Смотри мне в глаза и отвечай честно. Ты на самом деле женщина или мужчина?

Я поднял взгляд — и всё исчезло. Только её глаза. Глубокие, тёплые, но в них жила бездна. Я не мог оторваться.

Сердце билось быстрее, мысли расползались, будто таяли. Она дышала медленно, губы чуть дрожали, и я чувствовал, как с каждым мгновением теряю волю.

Если бы она попросила — я бы сделал всё. Лишь бы не отвела взгляд.

— А… Э… з-зачем тебе это?

— Как зачем? Чтобы знать как доставить тебе максимальное удовольствие. Так женщина или мужчина?

— Мужчина, — выдавил я. А ничего что я в этом признался? Не слишком ли это странно и подозрительно?

— Прекрасно. Второй вопрос: откуда у тебя эти деньги?

Мне резко поплохело. Тело дрожит, на лбу выступил холодный пот. Перед глазами летают какие-то кровавые мушки.

Буквально титаническим, нечеловеческим усилием воли я заставил себя дотронуться оберега. Стало чуть легче.

Но это не спасло меня от того, что я уже перестал контролировать свой рот, он говорил сам по себе.

— Мне… их… дали…

— Кто?

Я изо всех сил, до боли сжал оберег в руке и почувствовал, как по ладони и дальше вверх по руке, в мозг и сердце течёт приятная тёплая энергия. Я должен сопротивляться. Нельзя поддаваться её чарам.

— Родители… дали на карманные…

— Неужели? — Брианна взяла несколько купюр, лежавших прямо на фортепьяно и указала пальцем на верхний правый угол верхней. Там была едва заметная коротенькая чёрточка, нарисованная синей ручкой… — Видишь эту черту? Она есть на каждой твоей купюре. Мы с Санчезом так помечаем все деньги, которые платим нашим работникам.

Упс. Кажется, я крупно влип. Да чего там Холи так долго возится?!

— Зачем ты мне соврала? Нет, что куда важнее, как ты это сделала? — тихо спросила Бриана. Её взгляд был страшным. Очень страшным.

— ПОМОГИТЕ! — заорал я вовсю глотку.

— О, можешь кричать сколько угодно, тебя всё равно никто не услышит. Я заметила ещё кое-что очень странное. Твоя аура. Она то есть то нет. Словно мигающая лампочка, которая вот-вот перегорит. Кто ты вообще такой? Не хочешь мне рассказать?

Брианна сделала ко мне шаг и у меня в глазах резко потемнело. Хотелось бежать, кричать, драться, упасть на колени и молить о пощаде, что угодно — но я не мог пошевелить даже пальцем.

Неожиданная яркая вспышка сзади вернула мне контроль над телом и я тут же отскочил назад, едва не налетев на Холи. Наконец-то, она пришла!

— Стой, демоническая шалава! Твоим врагом буду я! — воскликнула она, сжимая в левой руке висящий на шее кулон с алмазом.

Брианна издала разочарованный вздох, будто ей было совершенно побоку что профессиональный борец с демонами наконец освободился из плена и пришёл чтобы уничтожить её. Суккубше лишь было жаль, что её развлечение прервали на самом интересном месте.

— Шалава?.. Я-то? Холи, слышать это от тебя просто смешно. Знала бы моя гостья, ЧЕМ ты занималась последние полгода…

— Заткнись.

— Ты даже не отрицаешь что являешься де… — выпалил я, но меня тут же перебили.

— Гэнгбэнг, анилингус, жёсткий БДСМ, буккаке, съёмки в порно, дольчет, золотой дождь, зоофилия, копрофилия…

Дольчет? Это вообще что? Хотя нет, лучше мне не знать… Тут и от остального тошнота к горлу подкатывает.

— Я сказала заткнись! Небесная кара! — выкрикнула Холи и Брианна оказалась внутри клетки из лучей чистого света. Решётки резко сомкнулись со всех сторон и… ничего не произошло. Бриана даже не дёрнулась. В смысле, так она не демоница, что ли?! Я читал что алмазная магия не причиняет вреда людям.

Изумлённая холи посмотрела на собственный кулон и, не найдя в нём ничего странно, снова посмотрела на Брианну. Заклинание определённо сработало, но…

Все мы трое молчали. Насмешливая улыбка пропала с лица Брианны.

— Что ж… Хорошо. Будь по-твоему, — наконец проронила она и подняла левую руку — медленно, с ленивой грацией, будто заранее знала, какой эффект произведёт. В её ладони вспыхнул ало-чёрный дым, густой и живой, словно пульсирующее сердце тьмы.

Она провела им по телу — от шеи вниз, вдоль груди, живота, до самой линии бедра. Дым оставлял за собой след, словно обжигал ткань реальности. Светлое платье осыпалось пеплом, кожа под ним стала сиять неестественным, влажным блеском.

Её формы становились невозможными: слишком идеальные, чтобы поверить, слишком притягательные, чтобы отвести взгляд. Каждое движение — мягкое, текучее, как у хищницы, наслаждающейся вниманием. Волосы вспыхнули медным пламенем, струясь по спине, глаза зажглись пурпурным светом, от которого хотелось и бежать, и прикоснуться одновременно.

От неё исходило не просто желание — оно обжигало, лишало воли. Я чувствовал, как внутри всё сжимается от дикого, почти болезненного влечения. Она стала воплощением греха, и каждый миг её существования звал только к одному — поддаться.

Я сразу каким-то образом понял что она — не простая суккубша. Это сама Герцогиня Похоти Венера.

Она рассмеялась, смотря на меня и только на меня. Её жуткий смех отдавался звоном в моих ушах.

— Коллега?! О чём она, Карэн?

— Я… Я сама не понимаю, — искренне ответил я. Похоже, Венера хочет нас запутать, посеяв семена недоверия. Или же она просто поехавшая, что не менее вероятно.

— Неважно. Приготовься к битве!

— А я-то что могу сделать?! Я даже не маг, тем более не ангел!

Но… Просто сбежать оставив Холи на произвол судьбы? Честно, мой инстинкт самосохранения буквально вопил что я так и должен поступить, но что-то меня останавливало. Прислушавшись к своим чувствам, я понял…

Но не в этом смысле. Больше не в этом. Я уже дал обещание что помогу ей и теперь не имею права бросить её здесь. Холи теперь моя. Я несу за неё ответственность. И я не собираюсь отдавать этой мерзкой демонической шлюхе то, что принадлежит мне по праву.

— О, так вот как ты теперь заговорил, коллега? Ха-ха, забавно! Что ж, тогда давай выясним, кто больше достоин обладать ей!

— Карэн, что всё это значит? Почему от тебя исходит демоническая аура? Неужели она не соврала? — спросила Холи, почти плача. Я не знал, что на это ответить. Но меня не особо заботит её мнение. Не до этого. Я заберу Холи с собой, хочет она этого или нет. Я делаю это ради её же блага. А мнение Венеры мне и подавно не интересно.

Венера снова посерьёзнела, задорное предвкушение битвы сменилось холодной решимостью и… завистью?