---------------

Все ранее созданные арты полностью обновлены. Можете посмотреть по тегу #арты_улыбайся_ это_конец_света.

---------------

Все трое не стали больше тянуть время и дожидаться, когда территорию оцепят. Из вещей только большие полотенца и купальники. Их решили забрать как сувениры из другого мира. Кан Со Рин устроилась на переднем сиденье с предвкушающей улыбкой, Ли Ён Хо, меланхолично-грустный, на заднем. Чон Со А, проверив пассажиров, активировала режим невидимости, и сияющий розовый кабриолет двинулся в сторону портала.

Портал оказался поистине огромным, переливаясь и закручиваясь в оттенках жёлтого, красного и оранжевого.

— Никогда не видел таких огромных порталов, — Ли тут же себя поправил: — В этом мире. Столько рекламных постеров и роликов на TV, но никто не снимал ничего подобного.

— Надеюсь, размер врат не зависит от того, что может оттуда вылезти, — прошептала себе под нос слегка напрягшаяся от замечания спутника Со А.

— Не заедем — не узнаем! — Со Рин даже для приличия не мандражировала.

Уже почти пересекая границу подземелья, все трое обратили внимание, что территорию начали активно оцеплять. Пропали редкие ранние туристы с пляжа и такие же ранние машины на дороге. Зато появилось много чёрных фургончиков и людей в костюмах.

— Быстро они, — озвучила общую мысль шатенка.

Проходя границу, верный розовый кабриолет не сбавлял скорость, но внутри подземелья водитель надавила на тормоза. Всё окружение было покрыто лавой и огнём. Потрескавшаяся иссушенная земля с видимым свечением из трещин, лава от небольших луж до огромного озера вдалеке, оранжево-красное небо, воздух, плывущий от жара. Гигантские скалы не сливались в сплошной горный массив, как в подземелье с троллями, они скорее были точечно расставлены и образовывали что-то больше напоминающее тропы. Вот только тропы таких размеров…

Уже через минуту после повторного начала движения стало ясно, для кого именно тут такие тропы. Исполинские огненные гиганты, своим ростом превышающие скалы раза в два, а то и в три. Они передвигались медленно, плавно и осторожно, несмотря на их габариты, не зацепив ни одного камушка.

— Беру свои слова назад, — Чон Со А, казалось, уже ничего не удивляло в этом мире, и она уверенно включила режим полёта. — Охотники этого мира не слабые. По крайней мере не все, — попутчики, не отрываясь от рассматривания видов, синхронно кивнули.

Если из подземелий приходят вот такие монстры, а этот другой мир и через 24 года всё ещё существует, то здесь и правда живут экстраординарные по силе личности.

На табло приборной панели высветилось предупреждение, и глубокий мужской голос издал:

— Внимание! Крайне высокая температура за бортом автомобиля, — «за бортом» со смешком повторила шатенка. — Для сохранения жизни крайне не рекомендуется открывать окна и двери салона. Температура внутри регулируется автоматически: 18 градусов Цельсия. Температура за бортом 154 градуса Цельсия.

— Вот теперь я на сотку уверена, что твой розовый друг даже на Марсе и на Титане человека прокатить сможет, а потом вернёт его со всеми ручками-ножками домой, — Со Рин действительно восхищало то, во что Чон Со А превратила свой автомобиль. Больше сотни градусов, а на капоте даже краска не вспенилась.

— Я готовилась ко всему, — гордо хмыкнула на похвалу брюнетка.

— И очень удачно, — добавил Ён Хо с заднего, рассматривая исполинов и стараясь стратегически не опускать глаза вниз. Ну не любил он высоту, и всё тут.

Поиски портала заняли какое-то время. Пространство оказалось огромных размеров. Почти всё время кабриолет, избегая опасности, летал как можно выше над гигантами, лишь иногда кружа вокруг скал, пока пассажиры пытались рассмотреть хоть что-то отдалённо напоминающее тот разлом, через который они пришли в это время. GPS не имел в своей базе существующей карты подземелья, но прекрасно её зарисовывал, отмечая пройденные маршруты и направление движения монстров.

Чтобы точно ничего не упустить, команда даже прокатывалась, точнее, пролетала в полуметре над поверхностью лавовых озёр. Полдня поисков, один не очень плотный перекус, чтобы в туалет не приспичило выходить — такой финт обещал стать смертельным с прожаркой до хрустящей корочки всех в салоне — и на горизонте сквозь плывущий воздух стала видна одна скала. Выделялась она только тем, что высотой превышала даже гуляющих рядом исполинов. Именно на её вершине и светился маленькой белой точкой круглый портал.

— Со А, давай поторопимся, — лицо Со Рин выражало крайнюю степень обеспокоенности, что было не свойственно для неё. Это разом включило режим боевой готовности и Со А, и Ён Хо.

— Что случилось? Опасность? — мужчина положил ладонь на рукоять ножа. Жест скорее неосознанный, ведь против того, что обитает в этом подземелье, использовать нож — это как бить слона ватной палочкой.

Руки девушки на руле сжались сильнее.

— Не совсем опасность, но скоро может случиться казус, — на ней скрестились оба взгляда. — Думаю, это тот молочный коктейль, который я выпила вчера вечером, просится наружу вполне себе естественным способом.

Секундная тишина и синхронный вздох облегчения. Ли Ён Хо только покачал головой, Чон Со А ехидно скривилась.

— Будет тебе урок!

— Ну, Со А-а-а! Ну не издевайся! Я серьёзно сейчас оставлю на сиденье вонючий сюрприз.

— Оставь себе эти сюрпризы! — под давящийся смех с заднего сиденья выкрикнула брюнетка, но угроза «подарка», видимо, подействовала, и она вдавила по газам.

До портала со стимулом долетели быстро, вылетев на ярко освещённый солнцем пляж. Что они как минимум не остались в прошлом, говорило то, что от курортной зоны остались только песок и море. Ступеньки от отелей покрылись трещинами, сами здания выглядели как давно заброшенные, а вокруг врат стояли ограждения, временные палатки, судя по виду, довольно старые, но жилые.

Не найдя ни одного открытого выезда с пляжа — всё было обставлено высокими металлическими заборами и закрыто толстыми широкими воротами — пришлось объезжать прямо по воде. У ближайшего заросшего леса, который ещё несколько лет назад в этом мире был ухоженным парком, Кан Со Рин пулей вылетела из кабриолета и убежала в кусты.

— И почему ты не помог? — Чон Со А посмотрела в зеркало заднего вида.

Ён Хо, поправив очки, с доброй-доброй улыбкой ответил:

— Мы её про эти коктейли с первого дня, когда она точно так же убежала в туалет, предупреждали. Она не послушала. Как ты и говорила, будет ей урок, — вот в чём была причина того, что мужчина не воспользовался своей силой целителя или хотя бы не напомнил Со Рин, что она вообще-то может создать себе лекарство сама.

— Пф! — фыркнула водитель и перевела взгляд в противоположный от того места, куда убежала напарница.

На ограждающем заборе были развешены металлические жёлтые таблички: «Зона особо опасного подземелья. Посторонним вход запрещён! Ведётся видеонаблюдение». Девушка мысленно порадовалась включённому режиму невидимости. Мужчина же отметил про себя, что здесь, в отличие от первого портала в районе Янпхёна, даже не указано, какой опыт должен иметь охотник, чтобы получить доступ внутрь. В эту зону пропускали, наверное, только каких-то особенных личностей. Вернувшаяся через несколько минут Со Рин тоже заметила эту табличку и предположила, что по заветам жанров про подземелья, монстров и Южную Корею этот разлом выкупила какая-нибудь крупная гильдия.

Больше не делая никаких остановок, кабриолет направился обратно в пункт прибытия в этот мир — на остров Чеджу. По мелькавшей вокруг рекламе убедились — они в будущем. Хотя скорее в настоящем.

Выставку артефактов найти не составило труда. Множество баннеров и объявлений служили ориентиром.

— И что будем делать? Предлагай свои безумные идеи, — Чон Со А выглядывала из окна на расположенную под временными навесами прямо на улице выставку.

Большая часть крупных артефактов стояла на поддонах-стендах, ограждённая только специальными лентами. К ним подойти проблем не было. Сложности возникли с закрытыми за стёклами артефактами. Точнее, с одним конкретным яйцевидным красным камнем. Его прекрасно было видно ещё с места парковки, вот только подъехать и забрать яйцо никто не позволит.

— А что тут думать, едем напрямик, разбиваем стекло, и вуаля! Камень наш, — шатенка беззаботно пожимает плечами, уже с какой-то готовностью оглаживая арматуру. — Народу немного, спокойно по тропинке проедем.

— И зачем я спрашивала, — брюнетка та-а-ак сильно закатила глаза, что, наверное, увидела свой мозг.

— У тебя есть другие идеи?

— А что будем делать, если стекло пуленепробиваемое? — поднял серьёзный вопрос Ли Ён Хо.

— Чёрт! И правда, — Со А закусила губу, размышляя.

— Да нет, обычное стекло.

— Как ты это узнала?

— Я, применив все свои дедуктивные способности, — Со Рин начала кривляться. — Проведя сложный многоступенчатый анализ, нагрузив все извилины своего мозга, войдя в контакт с космосом, взывая к великим сыщикам прошлого…

— Со Рин! — нервы водителя сдавали.

— …просто посмотрела вон туда.

Все повернули голову в то место, куда указала девушка. Там весь в слезах, держась за руку матери, стоял мальчик лет семи-восьми. Женщина пыталась не то его успокоить, не то наезжала на подошедший персонал. Рядом ещё несколько сотрудников возились с разбитой витриной, за которой находился какой-то окаменелый фрукт.

— Сразу бы так и сказала, — фыркнула брюнетка. Она нервно зачесала назад волосы, положила на руль руки и, тяжело несколько раз вздохнув, выдала: — Будем надеяться, что всё сработает и мы вернёмся назад.

— И нас не успеют повязать копы! — довольно выпалила девушка на соседнем сиденье.

— Со Рин, я подъеду твоей стороной. Арматура у тебя, значит, и разбивать стекло тебе, — шатенка кивнула, покрепче перехватывая нагретый под пальцами металл. — Погнали!

Больше никаких разговоров. Педаль газа ударила в пол, и кабриолет рванул прямо по направлению к нужному стенду.

Чон Со А максимально сосредоточилась на дороге, хмуря брови и сжимая до побеления пальцы на руле. Кан Со Рин стратегически отстегнула ремень и поудобнее перехватила арматуру. Ли Ён Хо вцепился в переднее сиденье, мысленно молясь об успехе. Похоже, это приключение окончательно убило в нём атеиста.

На пешеходной дорожке и правда почти никого не было, редкие посетители с криками отскакивали в стороны. Охрана ещё не сообразила, что случилось: нападение или кто-то потерял контроль над автомобилем. Они смотрели на этот хаос добрые несколько секунд и только когда розовый нарушитель остановился, а из окна переднего пассажирского сиденья показалась арматура, начали действовать. То, что нанятый персонал состоял из охотников, стало ясно по их нечеловечески быстрой скорости. Но звон разбитого стекла прозвучал раньше, чем до машины добрались. Кан Со Рин, не медля ни секунды, высунулась из окна и обхватила сияющее яйцо обеими руками.

Яркий свет заполнил всё пространство, вынуждая всех вокруг закрыть глаза. Когда всё пришло в норму, никакого кабриолета уже не было, а камень валялся на тропинке в куче стекла рядом с железной арматурой.

Этот инцидент привлёк ещё большее внимание к Чеджу, чем раньше. Последние иномирцы, жившие на этом острове, в спешке переехали. Ассоциация охотников в кратчайшие сроки, буквально через двадцать минут после инцидента, изъяла «бесполезный» камень, на этот раз планируя вложить в раскрытие его свойств немало времени и денег. Но сделать они ничего не успели. Не прошло и часу, как перевозимое светящееся красным яйцо навсегда погасло и окаменело, окончательно отрезая путь в иное измерение. Один камень не может существовать без второго. Синий камень на той стороне был уничтожен.

***

Яркий свет погас, но мушки ещё какое-то время летали перед глазами Со Рин. Проморгавшись, она, как и все её спутники, огляделась. Поляна у озера на Чеджу. Никаких навесов, никакой выставки. Людей нет, птиц и насекомых тоже. Тишина.

— Вернулись, — с титаническим облегчением выдохнул Ён Хо на заднем сиденье, прикрывая глаза и опуская голову на переднее сиденье.

— Вернулись, — неверяще вторила Со А.

И только Кан Со Рин с грустью смотрела на свои пустые руки. Сколько боёв она прошла именно с той арматурой. Они вместе прошли путь от Сеула до другого мира, а теперь… Буквально за секунду до того, как схватить камень, девушка заметила тянущуюся к ней руку охранника. Скорость тот набрал нереальную для её глаз. Выбор между камнем и арматурой был сделан быстро, но всё равно…

— Жалко её, — на тихий голос тут же повернули головы все. — Арматуру. Ею пришлось пожертвовать ради нашего спасения.

— Пф! — вырвалось через пару секунд со стороны водительского сиденья, а затем это переросло в смех. Не то нервный, не от облегчения.

Переждав несколько минут, команда начала оглядываться. Время, может, было, а может, и нет. Никто не знал, когда камень-яйцо из этого мира начнёт своё божественное разрушение. Ли Ён Хо уже давно заметил объявление, что находится в зоне повышенной концентрации святой силы. Голубой, состоящий из шестигранников, камень нашёлся буквально в полуметре от правой стороны кабриолета.

— Ну что ж, — Со А отъехала назад, чтобы лучше взять разгон. — До сих пор не верится, что что-то такое мощное, из-за чего в наш мир приходят монстры для поддержания баланса, можно уничтожить, просто переехав. Нас точно не обманули?

Первым предположение выдал мужчина:

— Жанелл говорила, что этот… артефакт был в нашем мире с начала апокалипсиса, но сам же разъел свою же защиту, из-за чего буквально упал на Чеджу. Может, процесс разъедания не прекратился, и яйцо всё ещё уничтожает собственную оболочку изнутри. Мы просто подтолкнём процесс, — брюнетка коротко согласно кивнула. Это всё равно была единственная рабочая версия.

— Тогда давайте вкладывать накопленные очки, как и говорила Жанелл. Я в защиту от святой силы, ты… — она повернулась к соседнему сиденью, — в те таблетки или что там у тебя.

— Энергия смерти в капсулах, — и девушка начала спокойно вкладывать все очки в эти самые капсулы.

Если бы Со А и Ён Хо не были так внутренне взбудоражены тем, что сейчас произойдёт что-то грандиозное, они бы заметили, что вечно неугомонная Со Рин слишком спокойна. Более того, если присмотреться, она, казалось, знала что-то такое, что могло порушить все планы и отменить всю операцию одной фразой.

На самом деле так и было, и именно поэтому девушка молчала. Шанс на спасение всего мира оказался настолько хрупок, что она боялась случайно сказать что-то лишнее. К тому же, если все её знания по новеллам и манхве верны, они имеют очень большой шанс не только не пережить следующие полчаса, но и утянуть весь мир за собой. Последние слова Жанелл всплывали в голове шатенки: «Он работает только в том случае, если может исполнить желание», «моё желание он не мог исполнить, потому что бабушка заболела до моего рождения». Она уже прекрасно поняла, как именно работает камень желаний, подаренный им Жанелл, но не была уверена, что они успеют его использовать.

— Ён Хо, — Со Рин сама отвлекла себя от тяжёлых мыслей. — Ты тоже потрать все накопленные очки.

— Зачем? У меня нет навыков, связанных с защитой от свят…

— Да нет, — его перебили. — Представь, например, что всё снова хорошо. Птички поют, пчёлки летают и нет никаких монстров. И вложи в то, что тебе бы пригодилось в таком мире.

Слова звучали слишком несерьёзно, но все уже знали, что Кан Со Рин никогда не предлагает того, что может подвергнуть жизнь опасности. Пустая трата очков — это опасность, но если девушка говорит вложить всё…

На самом деле все трое накопили просто колоссально высокий уровень, который превышал четырёхзначное значение. Будь они боевиками, то с уверенностью вошли бы в эшелон богов. По-другому и не назвать. Такие цифры, такие значения не снились никому в их мире. Но проблема способностей именно их мира заключалась в том, что не было никаких легендарных фермеров, способных размахивать киркой и разносить горы аки Геракл, никаких легендарных поваров, после блюд которых люди становились всемогущими. Их способности и были их ограничениями. Поэтому такое колоссальное количество очков не превращает их во всесильных Мэри Сью, читеров или имбалансных персонажей, как в игре. А учитывая, что большую часть этих тысяч очков и Чон Со А, и Кан Со Рин вкладывают в один-единственный навык, то прокачки как таковой они обе не получают. Единственный из них Ли Ён Хо, который отныне может называться поистине легендарным или даже божественным врачом-целителем, после колоссальной траты баллов в разные способности.

— Ну что, все готовы? — тяжёлый и немного нервный голос брюнетки раздался в салоне.

Ли Ён Хо на заднем сиденье кивнул, такой же напряжённый, как струна. Кан Со Рин, казавшаяся самой спокойной, сказала:

— Дай камень, — и протянула руку.

Чон Со А вытащила из поношенного мешочка то самое спасение их мира, в котором, если честно, всё ещё сомневалась, и передала подруге.

— Думаю, лучше включить автопилот, — под непонимающие взгляды брюнетки она пояснила: — Ну, поставь там разогнаться, набрать скорость и рвануть прямо в камень. Или как там это работает? И лучше переведи автомобиль на полностью автономное управление.

— Со Рин, у меня ещё есть руки и ноги, они работают. Я сама прекрасно способна управлять своим кабриолетом.

— Да нет. Лучше всё-таки поставь на автопилот.

Брюнетка только сейчас заметила, что подруга на самом деле слишком серьёзна, насколько вообще способна быть серьёзной Со Рин. Возможно, ей это показалось из-за собственного напряжения, но девушка не стала заострять на этом внимание и всё-таки перевела кабриолет в автономный режим.

Двигатель взревел, обороты резко пошли вверх, но машина осталась на месте, готовая в любой момент сорваться вперёд. На панели, которая уже давно служила не только как навигатор, пошёл обратный отсчёт, сопровождаемый приятным мужским голосом.

— 30, 29, 28…

Кан Со Рин повернулась и создала каждому в руке по крошечной чёрной капсуле размером не больше рисинки. При соприкосновении с ней кожа резко замёрзла, и уже через пару секунд рука от кончиков пальцев до локтя не ощущалась. Мерзкое и тревожное чувство.

— 19, 18, 17…

Не тратя время, все трое проглотили энергию смерти. Мир резко потух. Пропали цвета, запахи, отсчёт на фоне слился с шумом мотора в одну неразличимую волну. Тела людей в салоне, с лицами, полными безразличия, с пустыми глазами, стремительно умирали. Только левая рука Со Рин по какой-то непонятной ей самой причине уже не крепко, а как-то отчаянно сжимала камень.

— 4, 3, 2, 1.

Кабриолет на полной мощности рванул вперёд с невозможной для такой машины скоростью, без малейшего замедления переезжая проклятый камень.

Вспышка. Свет. Весь мир содрогнулся от вырвавшейся наружу и прокатившейся по нему концентрированной святой силы, уничтожающей всё на своём пути.

Тела людей в машине, находящиеся в секунде от неминуемой гибели, резко приняли в себя огромный поток оживляющей энергии, которая смогла преодолеть большую часть тысяч и тысяч очков защиты кабриолета. Энергия смерти и энергия жизни столкнулись в слабых человеческих телах, оттесняя друг друга, утверждая свои права. Разум каждого, который только что был покрыт толстым слоем льда, наполнился огромным количеством красок, эмоций, воспоминаний. Тело переживало колоссальные скачки от умирания до оживления. Бесконечно долгий процесс длился, казалось, вечность, но закончился за какие-то несколько секунд.

Тишина.

Первое, что услышала пришедшая в сознание Кан Со Рин, — тишина. Затем до её слуха донеслось тяжёлое-тяжёлое и очень редкое дыхание. Её дыхание. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, кто она. Ещё столько же на всё остальное. Через силу разлепляя веки, девушка увидела только голубое небо за лобовым окном. Бесконечное бескрайнее голубое небо без облаков. Не было больше леса, не было острова, не было ничего.

С колоссальным усилием повернув голову, она с трудом сосредоточила свой взгляд на соседнем сиденье. Некогда красивая даже в умирающем мире девушка сейчас была похожа на иссохшую мумию. Кожа выглядела как сухой пергамент, облегающий кости без следа жировой или мышечной массы. Открытые глаза, как у мёртвой рыбы, казалось, ещё чуть-чуть и выпадут из глазниц. Часть волос лежала на скелетовидных плечах свободно, как снятый парик.

Чон Со А выглядела ужасно страшно. Будь Со Рин в состоянии шутить хотя бы мысленно, то сравнила бы подругу с умертвием и спросила, не забыла ли та сегодня нанести макияж, а то она какая-то страшненькая.

Переведя взгляд в зеркало заднего вида, она отыскала Ли Ён Хо. Мужчина выглядел в разы хуже. Такой же иссохший, облысевший, с трудом смотрящий на что-то внизу своими безжизненными слепыми глазами. Очки спали на колени. Но хуже всего была рука. Правый рукав свободно болтался, не облегая никакой плоти внутри, её там просто не было. На сиденье под ним виднелась горсть пыли.

Вся защита кабриолета от святой энергии, капсулы смерти, тысячи очков, вложенных в эти улучшения, и вот результат. В машине сидели три живых трупа, доживающих последние даже не минуты, секунды своей жизни. Ён Хо досталось сильнее всех. В его теле уже присутствовало большое количество святой энергии. Перенасыщение ею привело к рассыпанию его руки в пыль.

Кан Со Рин с усилием вернула взгляд на камень, зажатый в иссохшей ладони.

Они умирают.

Она знала, что так и будет. А ещё она знала, что весь мир, который они сейчас спасают, уже уничтожен. Светлая энергия стёрла всё живое. Они — последние три человека, последние три существа в парящем в небе розовом кабриолете, тела которых вот-вот перестанут держаться за жизнь. Концентрированная энергия смерти в комбинации со святой силой, устроили их телам жуткие качели. Излишков ни той ни другой в них уже не осталось, но доведённые до предела оболочки больше нельзя было назвать людьми с будущим.

Со Рин, преодолевая неподвижность тела, протянула руку Чон Со А. Когда-то модельной внешности брюнетка с таким же усилием повернулась в её сторону. Какое-то осознание промелькнуло в потухших глазах, и девушка положила свою иссохшую руку на такую же руку подруги. Тянуться к Ли Ён Хо сцепленными руками стало легче. Мужчина хоть и дышал очень-очень редко, но никакого разума в его глазах не было. Девушки смогли дотянуться до его единственной левой руки.

От прикосновения дыхание Ён Хо немного сбилось. Он вспомнил, кто он, где он, вспомнил, кто рядом с ним и какая у них была цель. Но видеть их больше не мог. Даже смазанные силуэты, что были раньше без очков, пропали. Только темнота. Он, стараясь вложить последние силы, скорее немного согнул, чем сжал пальцы на камне в ладони Со Рин.

Если бы они могли слышать мысли друг друга, то удивились бы, насколько точно и одинаково прозвучало их желание.

«Домой».

Сердца всех троих остановились.

***

Шумный торговый центр Сеула недалеко от университета, в котором учится Кан Со Рин, сегодня был забит людьми больше обычного. То ли какая знаменитость здесь автографы раздавала, то ли скидки намечались. Со Рин эти люди мало волновали. Она, довольно жуя завёрнутый в пищевую бумагу бутерброд и запивая его латте с карамельным сиропом, думала о вещах более обыденных для её жизни.

Количество кружков сильно сократилось после поступления в университет. Не то чтобы ей вообще нужен был диплом. Часть менталитета из прошлой жизни значительно отличала её от большинства корейцев, для которых учёба, работа и общественное мнение играли важную роль. У Со Рин были деньги, много денег, которые родители регулярно переводили ей. Транжирой она не была, за брендами не гналась. Из-за этого банковский счёт теперь мог кормить и обеспечивать её до конца дней, и это учитывая покупку квартиры, дома и машины.

Но бросать учёбу девушка и не думала. Ей нравилось чувствовать, что она может это делать: может учиться, может ходить на занятия, что её тело полностью здорово. Что больше нет той безысходности, когда даже базовый минимум был ей не по карману. Когда она не могла купить даже самое простое лекарство, порой не ела несколько дней подряд, денег не было даже на бэпэшку. И вечная боль во всём теле. И вечная неспособность делать хоть что-то, что делают обычные люди: бегать, долго гулять, рисовать, играть на музыкальных инструментах, изучать языки программирования, учиться, ходить по клубам, пробовать разную пищу. На всё это у неё не было ни здорового тела, ни денег, ни времени.

Поэтому от этой жизни Кан Со Рин брала по максимуму. Даже бесполезный с её точки зрения университет.

Спускаясь на эскалаторе с половиной бутерброда, поправляя сумку с документами и деньгами на плече, внутреннее чутьё буквально взвыло. Девушка замерла на движущихся ступенях. Казалось, вот сейчас что-то случится, что-то нехорошее, что-то ужасное. Вот сейчас. Дыхание участилось, глаза почему-то машинально поднялись вверх, рассматривая воздух, ожидая, что он… что? Разверзнется? Исказится?

Ступенька вниз. Ещё одна. И…

Эскалатор приехал, «скатывая» девушку на пол с последней ступени. А Кан Со Рин так и стояла, не понимая, что за паническая атака у неё сейчас случилась.

— Подвинься, — не очень вежливо её толкнули плечом в спину какие-то подростки.

Тратить на них время девушка не стала. Она сделала два шага в сторону, оглядываясь. Почему-то казалось, что что-то не так, но что Со Рин понять не могла.

Доедая остатки бутерброда и допивая кофе, она с каким-то странным чувством отметила в магазине напротив огнетушитель на стене в углу. Почему-то девушка была уверена, что им можно легко раздробить чью-то черепушку. Выбросив стаканчик и бумагу из-под бутерброда, она направилась к выходу, но, только выйдя на улицу, спохватилась — сумка! Она оставила на лавочке сумку, а там ключи от квартиры в кампусе, телефон, деньги. И уже дёрнувшись, остановилась. Сумка висела на плече.

— Что за чёрт? — поражённо проговорила Со Рин. Почему она вообще решила, что оставила сумку?

Всю дорогу до университета девушка рассматривала всё такие же знакомые, но почему-то непривычные улицы Сеула. Она никогда не была тем человеком, который отмахивался от чего-то странного. Со Рин умерла в прошлой жизни и родилась в новой с сохранённой памятью. Из всех рассказов и историй, что она читала, такие перерождения всегда имеют некий сюжет: любовный, трагичный, боевой, с монстрами и подземельями, с призывами в другие миры и выживанием на потеху высокомерным богам.

Самая большая ошибка героев таких историй — они отмахиваются от странных мыслей, чувств, вещей и событий. Со Рин так делать не собиралась. Она усиленно пыталась найти причину неспокойствия в душе. Почему-то вместе с этим очень хотелось что-то взять. Что-то, чем хорошо бить. Палку, кирпич, биту, арматуру.

Ноги встали как вкопанные, когда напротив спортивного комплекса её карие глаза заметили ярко-розовый кабриолет. Со Рин не сильно интересовалась машинами, но откуда-то знала модель этой: Rolls-Royce Dawn. Что-то засвербило в голове, как вилкой по стеклу. И мерзко, и уши режет, и ещё раз хочется. Казалось, нужная мысль крутится буквально на языке, нужно только…

— Простите, — кто-то врезался в спину Со Рин, заставляя ту обернуться. — Я спешила и… — речь оборвалась.

Напротив со сложным выражением лица стояла очень красивая девушка с модной стрижкой, держа в руках смартфон последней модели. Эту красотку шатенка узнала сразу. Дочь чеболя, её бывшая одноклассница, соседка по дому, в котором до поступления жила Со Рин, а теперь они ещё и поступили в один университет, только на разные направления.

Чон Со А.

Брюнетка несколько секунд рассматривала «столб», в который врезалась, и отточенно вежливо сказала:

— Ещё раз прошу прощения, — и обошла по кругу, направляясь к водительскому месту ярко-розового красавца.

— Слушай, — вырвалось у Кан Со Рин раньше, чем она успела подумать. — А мы случайно не знакомы? — лицо обернувшейся на вопрос девушки было сложно описать словами, но ничего положительного там точно не было. — Я помню, что мы часто пересекались, ну там, в школе, например. Но мы раньше не общались?

— Скажи, пожалуйста, что ты шутишь, — голос всё ещё старался держать тот принятый корейский вежливый тон, но ни слова, ни эмоции на лице эту вежливость уже не держали.

И что странно, Кан Со Рин готова была поклясться, что вежливая манера речи никак не вяжется с этим человеком. Она должна кричать, ругаться, отдавать команды, раздавать подзатыльники и высказывать своё мнение всему миру исключительно в матерной форме.

— Не шучу, я серьёзно.

На такой, казалось бы, безобидный ответ красивое лицо исказилось в гримасе отвращения и… обиды? Откуда взялась последняя эмоция, неясно, но шатенка остро почувствовала свою вину. Непривычное для неё чувство, надо признать.

— Ну конечно же, наша Со Рин, как всегда, никого, кроме себя, не замечает, — фразу просто выплюнули, а потом тише уже на повороте в сторону добавили: — Полоумная.

И тут шестерёнки встали на свои места. Разломы, монстры, апокалипсис, разрушения, суперсилы, ярко-розовый кабриолет с космическими возможностями, другой мир, возвращение и… иссохшие тела её друзей. Чон Со А и Ли Ён Хо.

Они смогли…

Громкий смех пронёсся по всей улице, заставляя брюнетку обернуться с выражением полного непонимания, перерастающим в беспокойство из-за нескончаемой истерики шатенки. Та смеялась так долго и так громко, что начала задыхаться, её лицо некрасиво покраснело, а из глаз потекли слёзы.

Они смогли! Они смогли! Находясь одной ногой там, откуда не возвращаются, уничтожив весь мир, они, чёрт побери, смогли этот самый мир спасти!

Впервые за обе жизни Кан Со Рин испытывала такие сильные эмоции. Абсолютное безграничное счастье и титаническое облегчение. Камень правды, который она скрывала от друзей, — что для спасения мира этот мир сначала придётся уничтожить, — упал с её сердца. Со слов Жанелл святой камень есть во всех временных линиях мира. Не уничтожь они его, а только загадай желание, всё повторилось бы по новой.

— Э-эй, ты чего?

Со А могла бы уйти, проигнорировать эту ненормальную. Та детская обида, тот парк, в котором она весь день ждала свою единственную подругу, то полное игнорирование, когда они пересеклись у лифта на следующий день, всё ещё спустя столько лет не отпускали её. Но бросить эту красную, как помидор, от смеха полоумную, что от истерики приземлилась пятой точкой прямо на асфальт, Со А не смогла.

— Ну всё-всё. Что бы ни случилось, всё хорошо, — успокаивать кого-то не конёк Со А, но она старалась. Присела рядом на корточки, неуверенно положила руку на плечо.

В голове почему-то промелькнуло: эта полоумная всегда меня одну своими выходами из себя выводит и заставляет волноваться. Эта мысль казалась настолько несоответствующей реальности — как и последние несколько подобных, — что девушка в который раз за день глубоко задумалась.

Сначала в бассейне, теперь здесь. Что-то ускользает от её внимания, что-то очень важное. Со А нужно было ехать на встречу с одногруппниками, групповой проект сам себя не сделает, но она ещё на выходе из спортивного комплекса нервно крутила телефон в руках. Желание позвонить отцу и деду было сильным. Но знание того, что у них уже началась встреча, останавливало её. Они говорили буквально минут двадцать назад, нет смысла просто так отрывать их от дел.

Со А это понимала. Понимала головой, но сердце кричало — мне надо к ним.

Именно с такими мыслями она не заметила Со Рин, именно с ними собиралась зачем-то поехать в другой конец города к отцу и деду. К папе и дедушке.

Погружённая в свои размышления, переводя взгляд с каких-то неправильных, на её взгляд, зданий, Чон Со А не заметила, как истерика Со Рин прекратилась. Шатенка видела, что её подруга — да, именно подруга, лучшая и неповторимая боевая фурия, — сейчас, как и она сама несколько минут назад, пытается собрать в голове сложный пазл под названием «Память».

— Ну что, Со А, поехали.

— Что? Куда? — когда это «я поеду» превратилось во множественное «поехали»?

— К твоей семье, конечно же, — шатенка бодро подскочила на ноги и побежала к автомобилю.

— Эй! А ну стой! — приказ вырвался сам собой, хотя раньше девушка такого обращения к другим без крайне — крайне! — веской причины себе не позволяла. Она схватила руку Кан Со Рин. — Как ты узнала, куда я собираюсь ехать?

Шатенка лишь хитро улыбнулась.

— Ён Хо же тебе обещал, — незнакомое и такое знакомое одновременно имя резало слух: — Что однажды вы найдёте способ спасти их. Твоего отца и деда. Пусть тогда это и не было правдой, но слово он своё сдержал. Так не пора ли в этом убедиться, а, наш люкс-мастер?

Последние слова что-то разбудили в голове. Девушка, только что стоявшая недовольная, начала стремительно бледнеть, а из её глаз потекли слёзы.

— Со Рин… мои… папа и дедушка… они…

— Они живые, Со А, — подруга сама перехватила руки брюнетки в успокаивающем жесте. — Они живы и никогда даже не умирали. Мы смогли, мы спасли всех.

— Мы спасли… — шёпот на грани слышимости утонул в шуме улицы.

Со А, забыв про всё — про спасение мира, про то, как сама доживала последние мгновения в искалеченном теле, — выхватила из кармана смартфон и начала вызванивать отца по видеосвязи. Ей надо было убедиться, надо было увидеть собственными глазами.

— Со А? — удивлённый голос. Такой знакомый, такой родной голос отца. И его лицо. Жив.

— П-папа-а, — голос неконтролируемо задрожал. — Па-апа!

— Со А? Солнышко, что случилось? — нешуточное беспокойство отразилось во взгляде мужчины. Он, судя по фону, куда-то отошёл от основной массы людей. — Со А, дочь, ты в порядке? Ты где?

— Что такое? — более серьёзный, хриплый, но всё ещё властный голос. Чуть сбоку в кадре появился ещё один человек. — Со А? Внученька, что случилось? — интонация резко стала мягкой и такой привычно домашней для девушки.

— П-п-паа, дед-да! — она глотала слёзы, но контроль уже уходил из рук. — Я б-буду. Я-я скоро буду.

— Со А! — только и успели воскликнуть мужчины, но связь уже оборвалась. Брюнетка рванула к машине.

— Э, не-е-ет! — перехватила подругу Со Рин. — Ты в таком состоянии за руль не сядешь! Не-а!

— Кан Со Рин! Я на этой машине с пробитой насквозь рукой и разлагающейся от проклятия ногой ездила. Пара слезинок меня не остановит! — вмешательство шатенки вернуло её состояние немного в норму. Она никого и никогда не пустит за руль этого автомобиля!

— Ладно-ладно! — примирительно подняла ладони шатенка. — Но если вдруг что, можешь хоть кусаться, но я тебя скручу и сама сяду за руль.

Со А согласно кивнула. Да и смысл сейчас спорить. Но про себя брюнетка отметила: сейчас, без всех этих лет выживания и борьбы, её тело очень хрупкое и миниатюрное, что не скажешь о Кан Со Рин. Та явно занималась далеко не одним видом спорта и, возможно, боевыми искусствами.

Девушки запрыгнули в кабриолет. Комфорт, уют, люксовый салон — всё это как-то резко потерялось в этом самом комфорте, уюте и люкс-качестве. Без улучшений даже такой крутой автомобиль больше не казался чем-то запредельным. Просто машина.

«Не просто!» — оборвала себя Со А. «Именно на таком автомобиле и началось моё выживание. Именно этот розовый монстр и спас мою жизнь ещё до всякой прокачки. Он — не просто!»

Кабриолет нёсся по улицам, нарушая все скоростные режимы. Целые, не разрушенные монстрами и не съеденные Червём дома мелькали за стеклами. Автомобиль попал на множество камер. Штраф прилетит, и не один. Но этот вопрос абсолютно никого в салоне не волновал.

— Стой! — после очередного поворота крикнула Со Рин, вынуждая Со А вдавить тормоза в пол.

— Что? — девушка буквально тряслась изнутри. Адреналин, так непривычный для этого не пережившего ужаса апокалипсиса тела, заставлял руки трястись.

Игнорируя вопрос, шатенка высунулась в окно и во всё горло заорала:

— ЛИ ЁН ХОООО!

Врач в белом халате, услышав своё имя, вздрогнул, возвращаясь из сложных размышлений. Очень странный день, очень странные приступы неузнавания и ещё более странное поминания бога, в которого он никогда не верил. Теперь ещё и очень странная девушка в ярко-розовом кабриолете, явно очень дорогом, но почему-то таком знакомом. Да и сама девушка выглядела как-то уж очень узнаваемо. Мысли что-то царапало, но непонятно что.

Ён Хо подошёл к автомобилю и… сел на заднее сиденье. Только закрыв за собой дверь, он сообразил, что именно он сделал, но выйти уже не мог. Машина рванула на полной скорости.

— Прошу прощения, я… я не знаю, зачем сел к вам. Знаю, звучит глупо, — лицо водителя ему тоже показалось очень знакомым. Может, они родственники кого-то из пациентов? — Вы можете остановиться, я выйду. У меня перерыв вот-вот закончится, мне нужно вернуться к работе.

— А тебе идёт белый халат, Ён Хо, — весело заявила шатенка на переднем пассажирском. — И без щетины, и без этих… — она махнула рукой у своего лица, — чёрных кругов под глазами, морщин. Ты прям лет на десять моложе выглядишь. Красавчик!

— Извините? — такое отношение незнакомой девушки его крайне удивляло. Но почему-то он чувствовал, что всё так и должно быть.

— Не волнуйся, Ён Хо, — брюнетка резко повернула руль влево, объезжая по встречной. — Сейчас Со Рин тебе на мозги покапает, и ты тоже всё вспомнишь.

Мужчина растерянно переводил взгляд с одной девушки на другую, уже точно опоздав на работу с перерыва. Он поправил очки, отмечая их странную неправильность в оправе.

— Так, давай я начну перечислять, а ты как вспомнишь, останови, ок? — позитив шатенки был неиссякаем, она даже не обращала внимания на то, что её сильно качает при резких поворотах. Ещё бы, она не пристегнулась и сидела, развернувшись к заднему сиденью. — Итак: апокалипсис, Червь, святой целитель, базовый минимум, люкс-мастер, Чеджу, яйцевидный камень — это портал в другой мир, Жанелл Пирс, путешествие во времени, блондиночка на пляже с огромным бюстом, святая сила, ис…

— Хватит, Со Рин, — тихо выдохнул мужчина. — Я вспомнил.

— И на каком именно месте? Ну? На блондиночке, зуб даю!

— Нет, — добрая улыбка легла на губы. — На святом целителе.

Мужчина, словно из него выкачали весь воздух, откинулся назад и прикрыл глаза. Они смогли. Они, боже их храни, смогли! Камень действительно исполнил желание. Воспоминания о тех последних мгновениях — полная темнота, какая-то отстранённость от всего, тело, которое почти не чувствовалось, но, кажется, болело, и конец. Осознание, что всё, конец. И единственная мысль: хочу домой.

И вот он дома.

Он, как и Чон Со А ожидал что… что… может быть монстры просто исчезнуть, и они начнут строить новый мир. Или появятся какие-то высшие силы и помогут человечеству в борьбе за выживание. Но это… они вернулись назад во времени, апокалипсис так и не начался, все живы, никто не умер.

Ён Хо снял очки и приложил ладонь второй руки к глазам. Сколько лет он не плакал? Со смерти матери?

Машина летела, в салоне стояла полная тишина, каждый переваривал случившееся, осознавая, что они и весь мир вместе с ними прошли по лезвию ножа. Но они здесь, они выжили. Они справились.

И только Кан Со Рин, которая уже и сама не была уверена, что с головой у неё всё в порядке, ярко улыбалась. Они — спасатели! Пусть об этом никто и не знает.

***

Кабриолет с визгом шин затормозил у тротуара рядом с нужным зданием. За ним патрульная машина, которая уже добрые десять минут ехала следом, сигналя сбавить скорость и остановиться. Чон Со А, игнорируя всё и вся, рванула на выход и побежала к уже вышедшим на улицу родным. Мужчины были не на шутку встревожены. Ещё больше они перепугались, когда увидели за машиной девушки патрульную машину.

Брюнетка, не останавливаясь, налетела на отца и деда. Живые-живые-живые! Больше она не могла себя сдерживать, громкий надрывный плач разнёсся по улице.

— Со А, — одновременно поражённо и испуганно выдохнули мужчины, но их слова утонули в женской истерике.

Она тут. Они тут. Все тут. У них получилось. Они спасли всех. Они спасли папу и дедушку.

Подбегающие двое патрульных, которым, надо признать, следовало бы есть поменьше жирного и мучного, как-то враз сдулись, потеряв весь свой запал задерживать нарушителя. Так болезненно и бесконтрольно плакала девушка в крепких объятиях живых — живых! — папы и дедушки.

Ли Ён Хо и Кан Со Рин с добрыми улыбками смотрели на воссоединение семьи. У мужчины снова защипало в глазах. Девушка, как обычно, ярко улыбалась, радуясь за всех и сразу.

***

Всё, что происходило дальше, можно описать одним словом — сумбур. Сначала все долго пытались успокоить Чон Со А. Ли Ён Хо под подозрительными взглядами со стороны отца и деда девушки — кто этот мужчина и не он ли причина слёз их драгоценной Со А? — сказал, что ей нужно выпить воды и желательно разместиться в спокойном месте.

С патрульными проблем не возникло. Отец Со А похвалил их за оперативную работу, сказал ещё что-то и, сунув каждому по крупной купюре, распрощался с ними.

Саму Кан Со Рин оба мужчины узнали сразу. Они никогда не забывали обидчиков своей ненаглядной Со А. Тем сильнее их удивило то, что обе девушки приехали вместе и, кажется, снова общаются спустя столько лет.

Шатенка уже ожидала, что это конец истории: все живы и здоровы, никто, кроме главных героев, не помнит того, что случилось или, точнее, могло случиться. Но брюнетку, видимо, никто по этому поводу не предупредил. Немного успокоившись и обретя возможность связно говорить, она первым делом вывалила всю-всю правду на свою семью. Благо в комнате, которую они заняли, не было никого постороннего, хотя на Ён Хо мужчины ещё поглядывали с сомнением.

Словам о конце света, о монстрах, о смертях, обо всём случившемся поверить было сложно, даже невозможно. Сомнения читались на лицах мужчин, но девушку они не перебивали. Что-то случилось, это они очень ясно поняли, но вот что именно, пока было непонятно.

Ну не верить же в конец света и апокалипсис на самом деле?

И тут образовавшуюся после очень долгого рассказа тишину прервал звук «ой!» Все взгляды в комнате скрестились на Кан Со Рин, а потом на её руках. На руках, из которых нескончаемым потоком в воздух вылетели деньги.

Круглые глаза отца и деда Со А можно было сравнивать с… с чем Со Рин ещё не придумала, но их лица её определённо позабавили.

***

— Нет, ну это уже перебор, — Со А, энергично размахивая руками, в очередной раз за последние месяцы жаловалась на гиперопеку семьи. Все трое друзей, пережившие то, что ни один человек пережить не должен был, сейчас собрались в уютном кафе.

С того дня, как отец и дед девушки воочию узрели способности, которые каждый из путешественников и во времени, и по мирам сохранил, началось что-то невообразимое.

Во-первых, мужчины уже внимательно выслушали всё, что им рассказала дочь и внучка. Их сердца сжались от того, что их ребёнку пришлось пережить, через какие испытания пройти. Через несколько дней, когда панические приступы слёз и страха у Со А отступили, они наведались и к Ли Ён Хо, и к Кан Со Рин, выслушивая их версии событий. Оба мужчины были безмерно благодарны, что их девочка не осталась совершенно одна в этом аду, где люди не уступали монстрам по жестокости. Отношение к Ён Хо поменялось колоссально. Мало того, что они уговорили его стать частным лечащим врачом семьи — ещё бы с такими-то способностями, — так ещё, по словам мужчины, периодически пытались сосватать ему Со А. Девушка была для него другом и боевым товарищем, поэтому ему каждый раз приходилось очень неловко отказывать.

Кан Со Рин тоже не обошла участь быть припаханной к работе. Дед Со А и правда оказался тем ещё параноиком. Он в кратчайшие сроки развернул множество проектов постройки защищённых домов, бункеров и убежищ. У шатенки были выкуплены запасы никогда не портящихся консервов, воды, медикаментов первой помощи и далее по списку. Деньги Со Рин были не нужны, у неё в банке лежали огромные накопления, а теперь она умела создавать их из воздуха — фальшивомонетничество наше всё! Но отказывать в помощи семье подруги не стала. Дед Со А нашёл иной способ расплатиться с девушкой. Доступы в салоны, магазины, различные элитные курорты, куда без особой рекомендации не пускают. Это тоже не слишком-то интересовало шатенку, но отказываться она не стала.

Саму Чон Со А тоже, хоть и немного, но напрягли. Её способность улучшения лакшери очень хорошо ложилась и на весь транспорт семьи — аварии теперь им были не страшны — и на дома. Если верить расчётам, их дом теперь выдержит удар ядерной ракеты. Проверять как-то не хотелось.

— Со А, не хочешь сегодня остаться дома. Со А, папа с тобой посидит. Со А, давай дедушка проведёт с тобой время. Агрх! — брюнетка взлохматила свои волосы, совершенно не заботясь о причёске. — Будь их воля, вообще бы меня из дома не выпустили. Да я за последние два года монстров перебила больше, чем они заключили сделок за всю жизнь! В беду точно не попаду, — и, сильно хлюпая трубочкой, всосала со дна стакана остатки айс-латте.

Девушка любила свою семью, любила деда и отца, но за полгода после возвращения они буквально утопили её в заботе и защите. Брюнетка на полном серьёзе последнее время рассматривала варианты переезда, а когда было совсем не в моготу, отправлялась на несколько дней к Ён Хо или Со Рин.

— Они просто тебя любят, — Ён Хо, оплот мира и разумных мыслей, несмотря на свои слова, прекрасно понимал подругу. Каждый раз, когда он приходит проверить здоровье господина Чон и старшего, и младшего, то морально готовится к «У вас с Со А были бы очень красивые дети». Бррр.

И их даже не волновала разница в возрасте между девушкой и мужчиной. В глазах семьи он выглядел как доказавший свою надёжность человек в самых экстренных условиях. Ну и, само собой, иметь в зятьях того, кто прикосновением лечит любую болезнь от прыщей до лейкемии, — очень заманчивая перспектива.

Из всей троицы в самом большом выигрыше остался именно Ли Ён Хо. Девушки потратили тысячи очков на способности, которыми никогда больше не воспользуются: защита от святой силы и пилюли с энергией тьмы. Врач же раскидал свободные баллы так, что, даже появись в мире новая болезнь или начнись зомби-апокалипсис, он исцелит всех и всё. Сейчас, совмещая должность личного врача семьи Чон, Ён Хо активно помогает детям с онкологией в своей больнице и посещает другие по всей Южной Корее.

— Не знаю, как вы, а мне последнее время ужас как скучно, — Со Рин сидела, подперев рукой щёку и помешивая трубочкой шарики тапиоки в стакане.

— Скучаешь по монстрам? — ехидно уточнила Со А, подзывая официанта и заказывая ещё айс-латте.

— Скорее по возможности размазать их по асфальту.

Кан Со Рин бросила университет в первые же дни после возвращения. Все эти попытки доказать самой себе, что в этой жизни со здоровым телом она может заниматься тем же, чем и другие… Что ж, конец света прекрасно продемонстрировал ей, что она может даже больше, чем другие. То, что она оказалась единственным выжившим производственником, да ещё и постоянно находилась на передовой, значило очень и очень многое. Теперь же девушка искала, чем занять себя в мирное время.

— У меня так и висят два очка навыков. Глаза мозолят, — бубнёж под нос удалось разобрать не сразу. — Так прям чуть-чуть, чуть-чуть осталось, и было бы три очка.

— Такова цена мира: мы больше не можем улучшать наши навыки.

— А Со Рин будет вечно смотреть на два очка в профиле, — настроение после вкусного кофе у Чон Со А заметно поднялось.

Похожие разговоры происходили стабильно несколько раз в неделю. Друзья достаточно много проводили времени вместе, разъезжая по городу и за его пределами на розовом кабриолете.

Да, Со А так и не смогла его оставить. Первое время она хотела закрыть машину под замок и никогда больше не вспоминать, что именно ей пришлось пережить вместе с ней. Но события последних лет не прошли бесследно. Каждый из троицы, просыпаясь, первым делом смотрел в окно: не появился ли разлом на небе. А вот Чон Со А в придачу к этому ещё и не могла ездить на других автомобилях. У неё начинали дрожать руки, ноги отказывались нажимать на педали, а одна из особо упорных попыток завести другой автомобиль закончилась у девушки асфиксией, она начала задыхаться. После такой панической атаки стало ясно — никакая машина не заменит её ярко-розовый кабриолет.

Резкий хлопок над столом привлёк внимание. Кан Со Рин стояла с вытянутыми руками, с соединёнными вместе ладонями.

— Комар? — ровно спросил Ён Хо. Но ответа не последовало.

Шатенка стояла как вкопанная и смотрела в пустоту.

— Эй, чего застыла? Садись уже, свет загораживаешь, — брюнетка легонько толкнула подругу в бок.

— ДА! — громкий выкрик привлёк внимание всех посетителей кафе, а официант у дальнего столика чуть не уронил поднос.

— Со Рин! — чуть не подавившись кофе, прорычала Со А. — Что за чёрт?!

Ён Хо полностью поддерживал высказывание подруги.

Шатенка, хихикая, как какой-то коварный злодей в мультиках, плюхнулась на попу, переводя коварный взгляд с одного соседа по столику на другого.

— Мне это, чем бы это ни было, уже не нравится, — простонала Со А, отодвигая кофе. А то вдруг вообще разольёт.

— Я добила!

— Что добила? Комара? Так это уже все поняли — всё кафе.

— Балл. Я добила последний, третий балл.

На осознание сказанного потребовалось несколько секунд.

— Да ладно! — теперь кафе привлёк совместный выкрик Ён Хо и Со А, которые так сильно подались вперёд, что сдвинули стол.

— Быть не может! За животных и насекомых опыта не дают! — мужчина знал: монстры и только монстры приносят очки опыта.

— Ну это, видимо, раньше не давали, а теперь, когда в мире больше не осталось монстров, наши навыки нашли другой способ прокачки.

Неверие и осознание того, во что всё это может вылиться, отражались на лицах Ён Хо и Со А.

— Решено! — бойко заявила Кан Со Рин. — Я устроюсь на работу дезинсектором от тараканов и насекомых! — она подскочила, принимая «героическую» позу с руками по бокам. — Бойтесь меня, мелкие вредители. Великая охотница на монстров Кан Со Рин скоро придёт за вашей душой и за вашими баллами!

Ли Ён Хо и Чон Со А переглянулись, сдерживая то ли смех и улыбку, то ли нервный тик обоих глаз разом.

— Вот полоумная!

— КОНЕЦ! —

---------------

Арты к главе: Кан Со Рин, Чон Со А и Ли Ён Хо в мирное время.

---------------