«Мэри Сью? Нет, спасибо!» Глава 23: Рождественские каникулы
---------------
Фестралов я не видела. И, надо сказать, меня это немного расстраивало. Видимо, авария с летальным исходом в моей прошлой жизни считалась недостаточно «наглядной», чтобы включить меня в клуб «тех, кто видел смерть».
Когда мы добрались до платформы, толпа учеников начала напоминать слёт суматошных ёжиков: все с чемоданами, шарфами, перегруженные вещами и эмоциями. Пахло паром, промёрзшей землёй, которую только-только припорошил снег, и предвкушением каникул.
Я помогала Сюзанне дотащить её чемодан до вагона, который, судя по весу, был забит старыми добрыми кирпичами. И как раз в этот момент мой взгляд наткнулся на Мэриам Стюарт в нескольких метрах от меня. Госпожа Радужная стояла в той самой мантии, в которой и приехала в Хогвартс, высоко подняв подбородок и держа чемодан, будто это не багаж, а трон на колёсиках.
«И как она всегда умудряется делать даже незначительные вещи с таким пафосом? Скоро я действительно поверю, что это у неё в крови».
Наши взгляды встретились. Мэриам демонстративно фыркнула, с грацией откинув назад радужный локон, и скрылась в вагоне.
Я коварно улыбнулась. «С Рождеством тебя, Мэриам Стюарт! Дома-то с тебя никто не будет снимать моё проклятие. Ай-йя-йя, какой я нехороший человек — радуюсь чужим страданиям».
В этот раз в вагоне я ехала не одна. Со мной сидели Мэнди Броклхерст, Лиза Тёрпин и Софи Беннет — мои однокурсницы с Рейвенкло. С ними общения было меньше, чем с Падмой и Сюзанной, но не совсем в ноль. Макмиллан убежала к кому-то с Хаффлпаффа, а сестры Патил осели где-то с другими Гриффиндорцами.
Мы спокойно переговаривались, и девочки явно были в предвкушении праздников. Поезд до Лондона ехал быстрее, чем до Хогсмида в сентябре, и уже к обеду мы приехали на вокзал.
Дети с шумом высыпались на платформу. Кто-то с радостным визгом бросился к родителям, кто-то направился к стене, за которой скрывался выход в маггловский Лондон, а кто-то вполне спокойно и буднично поздоровался со встречающими. У каждого было своё настроение — своё возвращение домой.
Я же взглядом выискивала среди этой кучи людей только одного человека — и нашла. Отец. Не в мантии, как обычно, а в куртке, под которой была надета клетчатая рубашка и слегка затёртые брюки, явно требующие моего срочного магического вмешательства, для приведения их в божий вид.