...  Я нашел... очень дружелюбного приятеля, хорошо известного несколькими годами ранее в своем гарнизоне в Версале, капитана З..., командира боевого танка, крепкого парня из Лотарингии, не склонного к бесцеремонной элегантности, известного своей геометрической строгостью суждений, неспособной к гибкости, образованному лесорубу, сертифицированному Военной школой. У нас было несколько общих друзей в армии, о которых он сообщил мне новости, в частности, согласно один из них, человек, о котором я уже говорил, капитан Р.... настоящий солдат-авантюрист, пал в Марокко в одиночестве со своим танком в группе «Риффэнов», уничтожив восемьдесят или девяносто танков врага, пока девяносто первый, ведомый знаменитым танкистом-героем, не разбил ему челюсть в упор через прицельную щель. Уже в начале кампании этот великолепный смельчак был в ярости из-за того, что его определили в эшелонированную роту танков и что он сражается исключительно набором гаечных ключей. После нескольких недель этой славной работы его отозвали обратно в Париж, чтобы он мог погрузиться в графику, топографию и руководства Военной школы. Потому что, видите ли, в ноябре 1939 года на Марсовом поле еще невозмутимо работала Военная школа. Наконец, в самом начале немецкого наступления он  в ярости обнаружил отправленным в Тунис без права апелляции. 

Честный З... рассказал мне эту «Илиаду», видимо, находя такое замечательное использование нашего воина вполне естественным. 

Сам он, солдат в душе, около 20 июня воевал около Фореза дня три, и то не без труда. Его полковник очень хотел поручить ему не знаю какой конвой, а затем — фабрику, которую в конечном итоге по встречному приказу решили больше не охранять. Затем он симпровизировал что-то вроде колонны, «собрав» — так называли июньские подвиги — дюжину автоматчиков и танков. Он был очень доволен своей защитой деревни недалеко от Сент-Этьена и, в частности, своей победой с пистолетом в руках над мэром, который задавался вопросом, действительно ли оно того стоило — защищать городок без стратегического значения, который за пародию на сопротивление сотрут с лица земли. 

У меня в руках был тридцатидвухзарядный пистолет- пулемет. Взяв его в руки, вы становитесь настоящим штурмовиком, как во времена Мюрата. 

На мгновение он испугался попасть в окружение, но потом его попустило. Теоретически победив, он смог осуществить блестящее отступление. 

- Я знаю свою работу. Не хер этому мэру было меня учить! 

Я с готовностью оправдывал страсть настоящего и отважного солдата к несколько детской потребности не заканчивать самую разочаровывающую кампанию, не отстрелявши хотя бы несколько патронов.

Но мой превосходный капитан смотрел на вещи иначе. Он, казалось, ни в малейшей степени не подозревал, что эта стычка у ворот Сент-Этьена с несколькими разношерстными остатками арьергардов, в то время как немцы выстроились в линию от Лиона до Ангулема, была пугающе красноречивым изображением нашего бедствия и нашего позора.  

Я вообще обнаружил новый вариант этого военного бессознательного, множество примеров которого мне предоставил Виши. Кое-как остановив на полдня нескольких немецких разведчиков, притомившихся отмахивать по 50 км в день, доблестный француз не почувствовал себя побежденным.

Он был буквально неспособен повернуться от этого маленького удовлетворения к огромной катастрофе, в которой его «победа» тонула. Он рисовал и описывал свою победу так, как если бы это было одно из самых триумфальных наступлений 1918 года. Что касается нашего отвратительного разгрома, то… бравый солдафон делал лишь несколько случайных намеков на него, как будто это был неудачный маневр у Мурмелона (военный лагерь подготовки новобранцев, функционирует по сей день — В. Л.). Он посвятил четырнадцать лет своей жизни изучению бронетанкового оружия. Он был бескомпромиссным последователем официальной доктрины, не желавшим учиться ничему, кроме урокам прошлых боев, подчинявшему танк пехоте, считавшему невозможным применение машины за пределами радиуса, который могла покрыть большая группа пехотинцев в пешем порядке за один день. Однако он не смог найти ни единого слова порицания каркасу нормативной рутины, который германская смелость и воображение только что превратили в пыль одним ударом молотка. 

Я осмелился сказать ему: 

- Все равно удивительно, что при переправе через Луару, на пятой неделе кампании, после восьми месяцев подготовки, у нас уже не было ни одной целой и способной к бою дивизии.

- Фу! — ответил он, презрительно глядя на обывателя-меня — дивизии, армейские корпуса и все такое — это старые формы, устаревшие понятия. Этой весной мы научились бороться в более гибких рамках. К счастью, все еще не все закончилось. Игра не окончена. Хер там! 

Под мышкой он нес желтую книгу «Трофеи» сеньора Хосе Марии де Эредиа (José-Maria de Heredia, 1842-19051, уроженец Кубы, натурализовался французом, поэт, автор одной книги, Les Trophées, опубликованной в 1893 и состоящей из 118 сонетов — В. Л.). Я не мог не выразить некоторого удивления по поводу этого парнасского и необычного чтения. 

- Вы можете смеяться, — сказал он, — но это для того, чтобы научиться писать кратко.

Через один или два дня, прогуливаясь над источником Селестин, я невольно подслушал интимные чтения трехзвездочного генерала. Сидя за небольшим киоском, на краю уединенной тропинки, он был глубоко погружен в Ric et Rac. Когда я рассказал эту историю, люди много смеялись и не очень-то мне поверили. Но некоторое время спустя один из моих друзей наткнулся на генерала, который читал Ric et Rac (юмористический иллюстрированный еженедельник, аналог «Крокодила» — В. Л.). 

Из его описания я понял, что это не мой генерал, а уже другой. 

28 января читатели высшего тира  продолжат чтение архива Дриё ла Рошеля, который выдающийся писатель вел с 1909 по 1944 годы.   

8 февраля читатели  первого, минимального, тира смогут прочитать тринадцатую  главу перевода"бестселлера Оккупации", книги Люсьена Рёбате, "Les Décombres" (история падения Третьей Республики).

20 февраля читатели  второго тира смогут прочитать двадцать шестую (предпоследнюю!) главу перевода "бестселлера Оккупации", книги Люсьена Рёбате, "Les Décombres" (история падения Третьей Республики).    

28 февраля читатели высшего тира  продолжат чтение архива Дриё ла Рошеля, который выдающийся писатель вел с 1909 по 1944 годы.  Оформляйте годовые подписки (скидка от Патреона 16 процентов). Живущие за предалами России - подписывайтесь на Патреон.  

Все, оформившие годовую подписку на Бусти или Патреоне, получают в подарок сборник эссе о русской литературе и перевод книги "Диалог "побежденных".Спасибо, что вы здесь, я вам очень признателен.