Дальний космос был прекрасен. Восьмой любил его глубину и оторванность от цивилизации. Он скучал не только по блеску звёзд за стеклом иллюминатора, но и блаженной тишине. Их проживание на Гекате хотя и предполагало частичное уединение, однако, не настолько, как того хотелось, поэтому полёт на Инчхон оказался не плохой возможностью отдохнуть от повседневной суеты.

Ну не любил Восьмой эту суету. А ещё он соскучился по своей семье и мечтал познакомить родителей с Мирой. Те уже давно беспокоились о том, что их сын так и останется ходить в холостяках. Отец даже упрекнул его однажды, что он имеет избирательный, сверх меры, характер. А так же говорил, что подобные черты отталкивают достойных и милых девушек, с которыми можно создать семью.

Мира милой не была. Однако, по мнению Восьмого, лучшей для него пары не найти. В Мире сочеталось всё, что он так ценил: храбрость, непоколебимые принципы, правильные понятия о добре и зле, верность в дружбе. А ещё Мира умела неплохо готовить, ни когда не ныла и не стремилась поминутно нарушать его личное пространство. Это скорее Восьмой нарушал её уединение, желая быть как можно ближе. Одним словом, Мира, по его мнению, была просто идеальной. И теперь ему не терпелось поскорее попасть на Землю и показать своё сокровище родителям. Однако всему своё время. Надо закончить несколько не завершённых дел.

И вот испытание вакцины позади. Убедившись, что с её подопечными всё в порядке, Хлоя дала всем последние наставления, тепло со всеми попрощалась, а затем, воспользовавшись одной из посадочных капсул, в сопровождении своих помощников отчалила на Гекату. Она планировала задержаться на этой планете на довольно длительный срок, решив восстановить территорию старой лаборатории целиком и полностью. И даже раздумывала, не слетать ли ей в компании Сола на Землю, чтобы собственноручно сделать необходимые закупки.

Соджун же, в отличие от младшей сестры, никуда лететь не собирался. Данае совсем недавно сделали операцию, и девушка нуждалась в уходе. И не она одна. После того как в доме стало гораздо свободнее, отец сестёр решил вернуться к себе домой. Он сложил с себя обязанности мэра и хотел насладиться покоем и тишиной. Донг Сун радовался тому, как сложились обстоятельства, и ни сколько не жалел о том, что разрешил младшей из дочерей покинуть родной дом. Вилора была достойна того, чтобы увидеть мир дальше силового поля Прибежища.

За её безопасность он не переживал. Избранник его дочери показал себя человеком серьёзным и надёжным и, кроме всего прочего, являлся наследником огромной империи, что хоть и внушало некоторое опасение, но не могло не радовать. Если у детей отношения сложатся, тогда за судьбу Вилоры он может не беспокоиться. Да и за старшую его сердце перестало волноваться. Соджун оказался очень заботливым и буквально на руках носил свою избранницу, пока та не стала возмущаться, ворчливо подметив, что она не беспомощная и вполне может при помощи костылей передвигаться самостоятельно. Однако Соджун оказался настойчивым и берёг девушку, как мог. Донг Сун был доволен. Он и мечтать не мог о таких зятьях. Наконец судьба решила, что для их семьи достаточно переживаний и можно подарить им немного тихого счастья.

Счастье ждало и всех жителей Прибежища. К ним уже летели торговые корабли, потому что новость о том, что Гекату стало можно посещать без угрозы остаться на ней навечно, быстро облетела этот сектор Галактики. Для путешествия на планету теперь стоило сделать лишь один укол с вакциной. Конечно, с Гекаты ни куда не делись многочисленные хищники, однако уже сейчас нашлись те, кто был не против получить порцию адреналина и имел желание поохотиться в загадочных джунглях.

Гекатой также заинтересовался и совет учёных. Некоторые уже успели связаться с Хлоей и получить у неё консультацию. Сама девушка планировала более углубленно изучить свойства Минолиума, а затем оформить на него патент. Она поделилась с братом идеей продавать это растение как лечебный чай. Соджун эту идею поддержал, пообещав всю необходимую помощь. Он уже прикидывал возможности нового торгового пути и ждал, когда на Гекату прибудет купленный на деньги Чаиро новенький звездолёт.

Сол ждал корабль с ещё большим нетерпением, ведь именно он должен стать первым помощником и бортинженером. Соджун предложил, как только Даная полностью восстановится, вместе отправиться в небольшое путешествие, чтобы показать девушке планеты, на которых та никогда не бывала. А заодно посетить Землю, на чём настаивала уже сама Хлоя. Одним словом, их ждало практически романтическое путешествие, но только на четверых, что никоим образом не смущало никого, кроме, пожалуй, Данаи. Та, в принципе, не любила летать, но Гекату покинуть ей хотелось, как и искупаться в чистом горном озере, не опасаясь каждую минуту за свою жизнь. Именно это и пообещал ей Соджун, как только они прибудут на Землю. Одним словом — жизнь налаживалась, и каждый строил как большие, так и малые планы, от чего был вполне счастлив.

***

Чаиро сосредоточенно читал с планшета последние новости. Сидящая у него на коленях Вилора накручивала на палец прядь его волос и что-то мурлыкала себе под нос. Время от времени она запускала свои изящные пальцы в густую шевелюру Чаиро, зная, как ему это нравится. Последнее время она стала замечать за собой излишнюю тактильность. Но, видимо, она такой и родилась, однако не простые условия, с которыми им приходилось мириться, проживая на Гекате, сделали своё дело, и долгие годы Вилора сдерживала все свои порывы. Сейчас же она стала более открытой и чувственной, от чего Чаиро плавился, словно шоколад на солнце. Ему нравилось сидеть вот так в обнимку, неспешно вникая в дела. Когда же Вилора удалялась на камбуз для приготовления обеда или уединялась в маленькой гостиной с Мирой, Чаиро её отчаянно не хватало. Он неосознанно копировал своего друга, который, не скрывая своих желаний, плотоядно следил глазами за Мирой. Только если Восьмой был словно хищник перед броском, то Чаиро смотрел на Вилору словно на свою великую драгоценность, которую страшно сломать.

Восьмой же Миру переломить не боялся. В моменты близости он был с ней довольно напористым и резким, зная, что ей нравилось именно так. Любовь же между Чаиро и Вилорой была настолько невесомой и воздушной, что они оба испытывали глубокий трепет и острую глубину чувств. И даже от такой маленькой ласки, когда Вилора едва-едва дотрагивалась пальцами до его волос, Чаиро словно тонул в тёплом море, сотканном из бесконечной нежности. В данный момент он уже давно закончил читать и сидел не шелохнувшись, впитывая в себя моменты своего личного блаженства и особого покоя.

Если бы не два робота, которые напросились с ними в полёт, то покоя, пожалуй, было бы гораздо больше. Вот и сейчас приятную тишину, заполненную только лёгким шумом от двигателя, нарушил голос Прим:

— Пусенция! — заорала она из соседнего отсека. — Я его нашла!

В ту же секунду мимо Вилоры с Чаиро промчалось пушистое взлохмаченное нечто. Если до этого Пуся терпеливо сидел на подзарядке, то теперь рванул с места, как только услышал, что его зовут.

— И как ты умудрился не подписать коробку? — ворчала на него Прим. — Твой лимон был среди упаковок с влажными салфетками.

Пуся аккуратно достал из коробки горшочек с весьма потрёпанным растением.

Лимонное деревце оказалось довольно живучим, особенно учитывая все передряги, которые ему пришлось пережить вместе со своим неугомонным хозяином. Робот облегчённо выдохнул. Его на днях чуть удар не хватил, когда они начали распаковывать багаж, и он не обнаружил заветного горшочка.

Сейчас же Пуся внимательно рассматривал каждый миллиметр подросшего стебля. Лимон уже давно потерял свой цветущий вид, однако была надежда его выходить. У Вилоры в теплице имелся мешок с удобрениями, но Пуся так и не занялся пересадкой, а как только стало известно, что совсем скоро они попробуют улететь с Гекаты, то принял решение повременить и не трогать свой лимончик до более благоприятного момента. Момент настал, а растение потерялось. В итоге всем участникам полёта пришлось пережить довольно бурную истерику робота, пока Прим клятвенно не пообещала собственноручно перебрать всю их поклажу, которой на самом деле было не так уж и мало.

Перед отлётом всё необходимое упаковали в одинаковые коробки, а Пуся банально забыл подписать свои. Вот их и погрузили вместе с продуктами и другими вещами. Восьмой проворчал, что раньше надо было думать, чтобы потом не паниковать. Мира же на пару с Прим начали успокаивать расстроенного робота, обещая ему помощь в поисках. Они успели перебрать треть от того, чем их загрузили на Гекате, после чего Мире пришлось отвлечься на приготовление еды, а затем и на другие не мало важные дела, которых на корабле оказалось не мало. Сам же Пуся в последнее время почти постоянно находился на подзарядке. Батарея сбоила и очень быстро разряжалась. Восьмой уже давно заказал новую, но она не успела прибыть на Гекату, и они переоформили доставку на Инчхон. Роботу оставалось только набраться терпения и стараться поменьше проявлять активность. Поэтому последние пару часов он со вздохом сожаления отсиживался у розетки, пока Прим в одиночестве рылась в коробках.

Она в итоге оказалась неплохим товарищем и проявляла безусловную заботу, что Пуся не мог не оценить. Он буквально светился от счастья и ходил важнее некуда. Его мечта найти себе пару сбылась, и он был готов упоминать об этом двадцать четыре часа в сутки. Робот прожужжал все уши Мире, каким он теперь будет ответственным и заботливым родителем для малышей, после того как им с Прим проверят на совместимость ядро. Одним словом, на глазах их небольшой компании разворачивался целый роман, и все от чистого сердца были рады за своего маленького друга.

В данный момент оба робота бережно несли найденный драгоценный горшок на кухню, чтобы напоить лимончик водой. Прим советовала добавить в воду немного сахара, и роботы тихо обсуждали, пойдет ли это растению на пользу.

Вот такую, в целом мирную атмосферу, разбавил своим хмурым видом Восьмой, который вошёл в общую гостиную.

— Мы только что получили сигнал о помощи, — сказал он. — Это недалеко, и, по всей видимости, поблизости, кроме нас, в этом секторе сейчас нет других кораблей. Подробности выяснить не удалось, потому, что связь резко оборвалась. Но, судя по всему, это колонисты, и у них на корабле случилась разгерметизация. Все согласны сменить курс?

Восьмой посмотрел на встрепенувшегося от его слов Чаиро, на замершую у него на коленях Вилору и на только что вошедшую в противоположную дверь Миру. Возражать никто не стал, и Восьмой, который сегодня дежурил у руля, вернулся на мостик, после чего вбил новые координаты, снял корабль с автопилота и покрепче ухватился за штурвал. Полёт на Инчхон откладывался на неопределённое время.

А дальше события начали разворачиваться с небывалой скоростью. Как только перед звездолётом выросла громада старого грузового шаттла, капитанскую рубку заполнил взволнованный голос, пытавшийся пробиться через сильные помехи:

— SOS! SOS! Шаттл 51, вы слышите меня? У нас разгерметизация! На борту пожар! Мы проводим срочную эвакуацию, но капсул не хватает! Нужна ваша помощь! Запасы воздуха критичны! Шаттл 51, вы слышите меня? Среди пассажиров есть дети! SOS! SOS!

На мониторе появился развороченный бок огромного корабля, вся левая сторона которого состояла из наложенных друг на друга заплат, среди которых хорошо просматривалась довольно большая пробоина.

Находящиеся на звездолёте друзья с расширенными от изумления глазами смотрели на то, как маленькие фигуры в защитных скафандрах в спешном порядке крепят друг к другу тросами капсулы для крио-сна, а затем выбрасывают их за борт. Капсулы медленно и довольно лениво двигались в безвоздушном пространстве, плавно натыкаясь друг на друга. Одна из фигур, пытаясь маневрировать, тянула импровизированную цепочку на себя, стараясь увести её подальше от разлома в боку корабля. Где-то в недрах шаттла прогремел взрыв. От ударной волны с обшивки корабля сорвалась одна из заплат и на довольно большой скорости понеслась в сторону прибывшего на помощь звездолёта. Чаиро, которому Восьмой пару минут назад отдал штурвал, ловко увёл корабль от столкновения, но в целом ситуация была довольно опасной.

Восьмой положил руку на плечо друга и чётким, не терпящим возражений голосом произнёс:

— Разворачивай звездолёт и уводи его на более безопасное расстояние. Затем открывай шлюзы и готовься принимать пассажиров. Мы с Мирой выйдем наружу и поможем грузить капсулы на борт. Наш шаттл имеет два приёмных отсека, и как только первый будет заполнен, то ты, — Восьмой ткнул пальцем в стоящую рядом с ним Прим, — активируешь на приборной панели стабилизацию уровня кислорода, а Вилора поможет принять на борт беженцев. Мы не знаем, в каком они состоянии. Скорее всего, им нужно будет оказать помощь. Сделайте всё, что будет в ваших силах, а затем распределите прибывших по свободным отсекам. Задача ясна?

Восьмой развернулся в сторону Вилоры, на лице которой читался испуг.

— Справишься? — спросил он.

Вилора выпрямила спину и решительно кивнула. Сейчас не время для паники. Только слаженные действия всех и каждого помогут спасти десятки невинных жизней.

Удостоверившись в том, что девушка его услышала, Восьмой посмотрел на Пусю, который терпеливо ждал указаний.

— Ты обеспечишь нам с Мирой связь, — сказал он роботу. — Будешь моими глазами и ушами. Докладывай мне обо всём, что тебе покажется важным, независимо от того, где это будет происходить — за пределами звездолёта или внутри него.

— Должен ли я, когда первые капсулы будут освобождены, сбросить их в открытый космос? — спросил Чаиро.

— Думаю, да, — ответил Восьмой. — Наш стыковочный шлюз не так велик и на такой груз он не рассчитан. Нам придётся очистить отсек для следующей партии, но при этом мы не должны их потерять. Поэтому смотрите, чтобы капсулы по-прежнему были закреплены тросами. Я их подберу чуть позже и прикреплю за дуги к обшивке корабля. Наша с вами первостепенная задача — спасти и разместить на борту всех выживших, а уже потом разберёмся, что нам делать дальше.

Восьмой внимательно оглядел всех и каждого, отмечая, хорошо ли друзья его поняли. Осмотр его удовлетворил. Каждый был максимально собран и готов сделать всё от него зависящее. Он повернулся к Чаиро.

— Тебе придётся маневрировать среди этого хаоса. Постарайся избежать любого столкновения. Как только я подам знак, срочно уводи звездолёт на безопасное расстояние. Даже если нас с Мирой всё ещё не будет на борту. Понял меня?

Чаиро кивнул.

— Отлично! Тогда за дело!

С этими словами Восьмой закрепил на правом ухе портативный наушник и побежал к шлюзу, где хранились скафандры для выхода в открытый космос. Рядом с ним бежала Мира.

— Держись рядом! Без лишней необходимости не геройствуй, — попросил Восьмой, зная, что Мира готова на любой риск и о себе подумает в последнюю очередь.

— Поняла.

Оба начали надевать на себя скафандры. Никакой паники, никаких лишних слов, абсолютная и максимальная собранность.

Перед тем как зафиксировать шлем, Восьмой оглянулся. Мира показала ему палец вверх, давая понять, что она готова. В этом была вся она. Ни каких лишних слов. Идеальный партнёр. Их тандем уже не в первый раз давал свои плоды: они работали чётко, слаженно и на результат. Сейчас им снова придётся подставлять друг другу плечо, и Восьмой даже доли секунды не сомневался, что Мира его не подведёт.