Паренёк не двигался, с не скрываемым любопытством рассматривая лабораторию. Подобное поведение для Брюса было не впервой, в начале своей карьеры он часто сталкивался с подобным. Да и сейчас, когда научники, порой, настроят Кубы Мудрости на волну новой Девы Флота – то и дело приходится выводить кансен в свет.

– Я понимаю, что новая форма для тебя может казаться чем-то необычным, – обратился толстяк к эсминцу.

И был беспардонно прерван металлическим лязгом. Грозовой несколько раз передёрнул затвор своего причудливого автомата, словно пытаясь дослать патрон в ствол. На пятый раз он бросил это занятие и сменил магазин на другой – с буквами «АР» белого цвета на ребре.

В помещении снова раздался лязг и тихие щелчки спускового крючка.

– На суше снаряжение не работает, для этого надо находиться на воде, – осторожно произнёс старый адмирал.

Похожее поведение кансен он уже встречал, и, как правило, такие девчата были с «приветом». До применения рукоприкладства к его драгоценным чреслам дело не доходило, однако несколько раз Брюс прошёл по очень тонкому льду.

– Не…

– А, так мы в порту, – поднял взгляд эсминец. – Странно, обычно сразу в бой кидало…

И застыл статуей, закинув автомат за спину. Некоторое время корабль и человек играли в гляделки, пока адмирал не выдержал, указав парню жестом следовать за ним.

«Благодари бога, щенок, что избавил тебя от геморроя, размером с тыкву, в самом начале карьеры, а не как у всех, после появления первой кансен с течью в днище!» – мысленно выругался Брюс.

– Как ты уже успел заметить, твоё тело изменилось, – продолжил он вводную лекцию. – Не стоит пугаться перемен, ты к ним быстро привыкнешь, просто доверься своим инстинктам.

Эсминец, догнавший адмирала и теперь идущий по левую руку, посмотрел на командира так, словно сомневался в его умственных способностях.

– Да вроде всё по-прежнему, – уверил Грозовой. – А почему порт такой большой? Раньше никогда Безликие не давали возможности свободно передвигаться по базе…

Толстяк обречённо прикрыл лицо ладонью. От одной мысли, что произойдёт, когда новичок встретится с Ришелье, Маккормика-старшего бросало в дрожь. Линкор Свободного Ириса он любил – теологические диспуты позволяли разбавить серые будни, особенно когда разговор плавно перетекал в миссионерский монолог в горизонтальной плоскости с последующей исповедью и отпущением грехов. Перспектива же выслушивать нытьё рыжей француженки, что кто-то косо посмотрел на её священные талмуды и должен быть наказан, вместо приятного вечера совсем не входила в планы на ближайшее десятилетие.

– Позволь совет, – убрал ладонь от лица Брюс. – Никогда! Повторяю, никогда! Никогда не говори о религии с рыжими. Поверь, жизнь будет проще.

Только поклоняющейся пантеону Лавкрафта кансен ему на базе не хватало.

– На всё воля Рнгисуса, – пожал плечами эсминец. – Какова моя задача?

– Мне нравится твой подход, – добродушно улыбнулся адмирал. – На первое время, разберёмся с твоими навыками и подберём снаряжение, но это сделаем на базе. Пока что познакомишься с моими заместителями, ну и посмотришь, как сражаются кансен. Сейчас как раз проходят плановые учения.

Грозовой резко остановился и поднял голову вверх, словно высматривая что-то в небе.

– Да вроде стандартный набор… Вот только переучить командира бы не мешало.

– Поясни, – улыбка сползла с лица старика.

– Ну… У меня сменился командир, так что теперь все навыки работают только вполсилы. А доучивать, – эсминец вновь посмотрел куда-то вверх и как-то обречённо выдохнул. – Долго… У вас премиумного корабля нет, часом?

– Кого? – переспросил адмирал.

– Понятно, – поник парень. – Хорошо хоть, рейты первого боя хорошие.

– Я слишком стар и трезв для этого дерьма, – вздохнул Брюс Маккормик, потеряв всякую смысловую нить в бормотании эсминца. – Отзывай экипировку и идём на тренировочную арену. Посмотришь, в каком виде теперь будут проходить сражения.

Как и предполагал адмирал, Грозовой открыл рот, чтобы поинтересоваться способом отзыва такелажа. Однако резко замолк, не проронив ни звука. Нахмурившись, он в который раз посмотрел в потолок и, спустя пару секунд, изобразив на лице озарение, хлопнул кулаком по ладони.

– Забавные механики ввели! – голос эсминца буквально излучал позитив, от которого старому офицеру вдруг захотелось догнать племянника и двинуть ему в ухо. 

Вооружение корабля засветилось и рассыпалось на множество маленьких голубых кубиков, которые растворились в воздухе.

– Пошли уже, механик, – Брюс жестом указал следовать за ним.