creator cover Lika Chekalova
Lika Chekalova

Lika Chekalova 

Change catalyst in education, futures literacy pro

10subscribers

40posts

Showcase and bundles

3
A bundle is a collection, compilation, playlist, or catalog of posts that saves you from searching through the blog and lets you buy the entire content series in a single click.
Purchase bundle
goals1
0 of 1 000 paid subscribers
When I get 1000 subscribers, I'll be happy :)

About

Научно-популярные - более научные, чем популярные :) - тексты о:
- работе с будущим,
- управлении сложностью,
- навигации в пост-нормальной реальности.
А также инструменты и практики для всего этого.
Помогаю увидеть современный мир не как "обоже, черные лебеди атакуют, все сломалось, мы все умрем!" - а как живую систему в процессе непрерывного становления.
Ну и научиться с ней продуктивно взаимодействовать.
В общем, социогуманитарное образование здорового человека ;)
FeedMedia
Jun 04 15:42

Суррогат вместо субъекта: почему у нас нет гуманитарного образования

Современная цивилизация достигла беспрецедентного триумфа в точном и технологическом знании. Мы научились редактировать геном, перезапускать сердца, конструировать нейросети и создавать сложнейшие цепочки поставок.
Естественнонаучное и технологическое образование существует, оно верифицируемо, измеримо и производит воспроизводимые результаты.
Однако в плоскости наук о человеке и обществе мы наблюдаем фундаментальное антропологическое банкротство. То, что сегодня принято называть «гуманитарным образованием», чаще всего является симулякром. Набор разрозненных предметов, маскирующихся под него, либо производит иллюзию понимания, основанную на механическом запоминании дат и цитировании текстов, либо используется институтами власти для индоктринации и штамповки лояльных субъектов. Это хорошо соотносится с фрейровской критикой «банковской» модели образования, где ученик превращается в контейнер для вкладываемого знания, а не в соавтора понимания и изменения мира [Freire, 1970].
Критерий подлинности любого образования прост и прагматичен: это качество и свойства продуктов, которые мы способны с его помощью произвести. Так же как технологическое образование способно производить облегчающие и оптимизирующие деятельность механизмы,
так и гуманитарное образование должно быть способно производить гуманность. Но мы не в состоянии производить социальные системы, свободные от дискриминации и неравенства. Мы не в состоянии создать системы образования, в центре которых - развитие человека во всей полноте, а не упаковка его в удобные шаблоны. И поскольку мы до сих пор не умеем устойчиво производить гуманность как социальный, институциональный и культурный результат, приходится признать: гуманитарного образования у нас в строгом смысле нет. Есть архив гуманитарных текстов, ритуал эрудиции и дисциплинарная инфраструктура, но нет массовой технологии выращивания гуманно-центрированной субъектности.

Симуляция эрудиции и насилие упрощением

Традиционная гуманитарная кафедра или школьный урок словесности и истории измеряют образованность человека объемом вложенных в него готовых ресурсов: дат, имен, текстов и концепций. Этот подход создает то, что когнитивные психологи называют иллюзией глубины объяснения (illusion of explanatory depth): человек уверен, что понимает исторический процесс или суть культуры просто потому, что способен воспроизвести зазубренный
фактологический маркер [Rozenblit & Keil, 2002; Meyers et al., 2023].
Культурный теоретик Марк Фишер определял это как бюрократическую симуляцию образования, где глубинное понимание подменяется выполнением плоских KPI и бегом по предзаданным текстовым трекам [Fisher, 2009]. Иван Иллич еще раньше описывал школу как институт, который часто не освобождает человека, а сертифицирует его прохождение через систему и приучает к зависимости от институционального признания [Illich, 1971]. Сложная, противоречивая и болезненная ткань человеческой истории подвергается насилию упрощением. Происходит эрозия когнитивных усилий (erosion of effortful processing): вместо исследования скрытых механизмов власти, природы насилия или природы неравенства студентов заставляют пассивно заглатывать готовые лозунги и бинарные трактовки, превращая образование в инструмент индоктринации [Gerlich, 2025].
In bundle
социология
антропология
образование
киберпанк
сложность
Sep 16 18:26

Иллюзия ясности: как показатели заменяют реальность

Есть простая причина, по которой современный мир всё больше измеряет себя: мы всё хуже способны наблюдать его непосредственно.
Пока причинная цепочка коротка, человеку относительно легко понять происходящее. В небольшом городе можно увидеть, где образуется пробка, кто загрязняет реку, чему научился конкретный ученик, почему мастерская не успевает выполнить заказ. Но современная реальность устроена иначе. Производство распределено между странами и организациями, экологические последствия действия проявляются в других местах и через годы, миллионы горожан одновременно меняют транспортные, энергетические и социальные потоки, образовательная траектория перестала однозначно определять профессиональную, а внутри организаций результаты возникают из взаимодействия сотен процессов.
Поэтому метрики появляются не потому, что современные институты «помешались на цифрах». Сначала это рациональный ответ на невозможность увидеть целое. Но сегодня мы оказались в ситуации, когда созданный нами интерфейс для лучшего понимания реальности постепенно занимает место самой реальности.

Мир, который перестал помещаться в непосредственное наблюдение: примеры

Экология: след действия находится совсем не там, где произошло действие
Представим простую покупку – чашку кофе, смартфон или электромобиль. На уровне непосредственного опыта экологический эффект незаметен: человек покупает готовый предмет в чистом магазине или нажимает кнопку заказа.
Но действительная экологическая причинность распределена между добычей сырья, использованием земли и воды, производством энергии, транспортировкой, переработкой, отходами и множеством экосистем.
Исследования показывают, что большая часть экологического следа города создаётся далеко за его пределами. Например, продукты, топливо, стройматериалы и товары производятся в других регионах и странах, а вместе с ними «вынесены наружу» добыча ресурсов, заводы, перевозки и выбросы. Поэтому житель мегаполиса может жить в чистом районе и почти не видеть экологических последствий своего образа жизни. (Nature)
С биоразнообразием проблема ещё сложнее. Одинаковая величина потребления может создавать радикально разные последствия в зависимости от места производства, локальной экосистемы, водного стресса и состава видов. Недавние исследования поэтому вынуждены одновременно учитывать землепользование, воду, эвтрофикацию, климат и географическую чувствительность экосистем; при переходе от глобальных средних к регионализированным данным даже меняется представление о том, какие воздействия являются главными. (
гуманитарные науки
сложность
проблематизация убеждений
антропология
неопределенность
Sep 09 15:13

Три ответа на "болезни постнормальности": Рифкин, Кржнарик, Рашкофф

Постнормальность - время, когда человека преследует ощущение, что сюжеты разворачиваются слишком быстро и непредсказуемо, слишком неочевидно влияют друг на друга, слишком много внимания требуют и одновременно дают слишком мало времени и пространства для адекватного действия. Ощущение это является следствием ключевой характеристики постнормальности - отсутствия согласованных ценностных и смысловых оснований, на которые можно опереться, чтобы фокусироваться, расставлять приоритеты, интерпретировать, выбирать стратегию ответа. Потому что старые основания уже не работают, а новые еще не сформировались.
Следствиями этого являются три основных "болезни постнормальности" - истощение внимания и сопереживания, утрата образов будущего и утрата субъектности. Поэтому для текста о поисках возможных ответов на эти "болезни" я выбрала три книги, в которых они наиболее явно сформулированы, и которые из разных оптик работают с нащупыванием стратегий "излечения":
· Jeremy Rifkin, The Empathic Civilization – расширить пространственный и субъектный радиус внимания: от «я / моя группа» к человечеству и биосфере.
· Roman Krznaric, The Good Ancestor – расширить временной радиус внимания: от текущего момента к поколениям, которые ещё не родились.
· Douglas Rushkoff, Team Human – восстановить человеческую агентность и совместность: вернуть технологиям, рынкам и институтам роль средств, а человеку – роль субъекта.

1. Jeremy Rifkin – The Empathic Civilization

Какую проблему он видит

Для Рифкина центральное противоречие современной цивилизации – не просто кризис институтов или технологий, а парадокс empathy–entropy.
Исторически усложнение цивилизации происходило через сочетание новых коммуникационных систем и новых энергетических режимов. Более сложные общества соединяли всё больше людей, расширяли индивидуальность и одновременно расширяли способность идентифицироваться с другими. Но эта же сложность требовала всё больше энергии и ресурсов. Поэтому рост эмпатической связанности сопровождался ростом энтропийной нагрузки на планету.
В постнормальной рамке это очень существенный тезис: способность человека учитывать всё более широкий мир выросла быстрее, чем способность организовать материальную систему так, чтобы этот расширенный мир не разрушать.
In bundle
гуманитарные науки
сложность
субъектность
социология
психология
проблематизация убеждений
неопределенность
антропология
Sep 04 14:15

Иллюзия созидания: как рынок труда плодит бесполезность

Этим текстом я начинаю серию статей - обзоров важнейших сфер человеческого опыта и проявления, которые, собственно, и делают нас людьми, в которых мы подменили реальность и взаимодействие с ней показателями, интерфейсами, витринами и т.п., и тем самым утратили или стремительно утрачиваем возможность на самом деле жить жизнь и развивать себя как живых людей.
В относительно короткой производственной цепочке связь между действием и его эффектом очевидна: человек строит дом – появляется дом; лечит пациента – меняется его состояние; выращивает еду – кто-то её ест. Современная экономика позволила создавать неизмеримо более сложные продукты, но цена этой сложности – разрыв непосредственной причинной связи между деятельностью отдельного человека и её конечным эффектом. Инженер меняет один компонент огромной системы, аналитик формирует показатель для решения, которое примет другой отдел, менеджер согласовывает процессы, маркетолог увеличивает conversion rate продукта, последствия использования которого он может никогда не увидеть.
При этом оценка труда никуда не исчезает – просто вместо реального эффекта появляются его интерфейсы: зарплата, KPI, revenue, performance review, должность, бренд работодателя, количество клиентов, стоимость компании. В результате возникает фундаментальная подмена: вопрос «что благодаря моей деятельности стало лучше или появилось в мире?» постепенно уступает вопросу «насколько хорошо моя деятельность распознаётся рынком и организацией как ценная?». Эти вопросы могут совпадать. Но современная экономика вовсе не гарантирует такого совпадения.
На эту проблему можно посмотреть минимум через пять разных теоретических оптик.
1. Дэвид Грэбер: работа, смысл которой невозможно объяснить даже самому себе
Самая провокационная версия принадлежит Дэвиду Грэберу. В книге Bullshit Jobs он описывает особый класс занятости: работу, которую выполняющий её человек сам считает настолько бессмысленной, ненужной или вредной, что не способен убедительно объяснить, зачем она существует. При этом он обязан делать вид, будто занимается чем-то важным, поскольку общество за это платит и считает это нормальной работой.
Главное в этой концепции — не просто бесполезность труда, а пропасть между реальным результатом и красивыми отчетами о его ценности. Человек бесконечно плодит презентации, отчеты, согласования и регламенты, которые нужны лишь для того, чтобы поддерживать бюрократическую машину.
сложность
социология
психология
экономика
проблематизация убеждений
общество
рынок труда
Aug 25 13:53

Зрелость = внимание к миру

Чем больше реальности человек способен удерживать в поле внимания при принятии решений, не теряя при этом самого себя, тем более зрелой становится его субъектность.
В начале этого движения главным источником информации оказываются собственные состояния: мне холодно или тепло, страшно или спокойно, хочется или не хочется, приятно или неприятно. Затем в картину мира постепенно входят другие люди – сначала как источники удовлетворения и ограничений, затем как самостоятельные субъекты со своими желаниями, чувствами и намерениями. Позже добавляются отношения между людьми, правила групп, долгосрочные последствия решений, интересы сообществ и, наконец, сложные системы, внутри которых действие одного участника может менять положение многих других.
Важно сразу сделать оговорку: буквальный тезис «ребёнок думает только о себе, а взрослый – о других» научно неверен. Просоциальное поведение возникает уже в первые годы жизни; маленькие дети способны помогать и сочувствовать. Однако с возрастом социальное действие становится более дифференцированным и когнитивно сложным: в норме человек всё лучше учитывает характеристики адресата, взаимность, отношения, обязательства и последствия собственного действия [1]. Способность занимать социальную перспективу другого человека продолжает заметно совершенствоваться в подростковом возрасте [2], а индивидуальные различия в perspective taking связаны с реальным просоциальным поведением и возрастными изменениями структур мозга, участвующих в социальной когниции [3].
Так что я говорю не о переходе от эгоизма к альтруизму, а о переходе от малой сложности учитываемого мира к большей. Более зрелый субъект способен одновременно знать: «мне больно», «другому сейчас трудно», «наши интересы различаются», «мы зависим друг от друга», «есть правила и ограничения системы», «у моего решения будут последствия спустя время» – и только после этого выбирать действие. Это значительно более сложная вычислительная задача, чем оптимизация одного параметра: собственного немедленного состояния.
И даже представление о том, что взросление автоматически расширяет «моральный круг», сегодня требует осторожности. Исследования показывают, что в некоторых областях маленькие дети готовы распространять моральную заботу на более широкий круг существ, чем подростки и взрослые: социальное развитие может не только расширять, но и сужать круг тех, кого человек считает достойным заботы [4]. Поэтому зрелость правильнее определять не числом людей, которым человек сочувствует, а способностью замечать независимое существование всё большего числа внешних факторов и интегрировать их в решение.
Однако все же будет справедливым утверждать:
In bundle
образование
сложность
психология
социология
субъектность
Aug 08 13:59

Причина быть собой: автономность как базовое условие здоровой социальности

Вводный тезис

Автономность является не противоположностью сопричастности, а её необходимым психологическим основанием. Без развитого самоосознания, способности опираться на себя, различать собственные желания и действовать из внутренне принятого выбора связь с другими легко вырождается не в подлинную сопричастность, а в слияние, зависимость или созависимые формы отношений.
В теории самодетерминации (Self-Determination Theory, SDT) автономия,
компетентность и связанность с другими рассматриваются как базовые
психологические потребности. Важно, что автономия в SDT не означает индивидуализм, эмоциональную холодность или независимость от людей. Она означает переживание собственной воли и самосогласованности: человек понимает, почему он действует, внутренне признаёт свои действия своими и не переживает их как навязанные извне.
Сопричастность же означает не растворение в группе, а чувство значимой связи,
принятия, взаимного интереса и заботы. Поэтому автономность и сопричастность не конкурируют друг с другом: они поддерживают друг друга. Чем более человек способен быть собой, тем более качественно он может быть с другими. [1]
В свою очередь, зависимость человека от внешних оценок и социального давления и ориентация на мнение других как определяющий фактор выбора и принятия решений блокирует развитие автономности и, как следствие, затрудняет реализацию аутентичной сопричастности.

Различение сопричастности, зависимости
и созависимости

Для анализа социальных связей важно различать здоровое стремление к близости и деструктивную фиксацию на другом человеке или группе.
Сопричастность (relatedness / belongingness) – это переживание связи, в которой человек чувствует себя увиденным, признанным и принятым как отдельное «Я», а другой человек или группа также воспринимаются как субъекты диалога и отношений, а не как средство для снятия тревоги. В сопричастности
есть взаимность: я могу быть рядом, заботиться, участвовать, но при этом
сохранять собственные границы, ценности и способность к выбору. Современные обзоры исследований принадлежности подчёркивают, что belonging связан не просто с количеством контактов, а с качеством включённости, признания и интеграции в значимые отношения. [2]
Зависимость как нормальный аспект человеческой жизни сама по себе не является патологией. Люди нуждаются друг в друге: в поддержке, признании, заботе, совместном действии. Более точная граница проходит не между «зависеть» и «не зависеть», а между здоровой взаимозависимостью и слиянием. В здоровой взаимозависимости человек может принимать помощь и помогать другим, не теряя субъектности, учитывать позиции потребности других, но не отказываться от собственных – находя не подчинительные решения ситуаций, а синтетические.
In bundle
психология
социология
самоопределение
образование
когнитивные науки
проблематизация убеждений
Aug 06 17:32

Сложность как переживание: конспект коллективного исследования

Сложность — это не универсальное объективное состояние реальности, одинаковое для всех. Это всегда переживание соотношения между реальностью и возможностями конкретного человека, группы, организации, рынка или отрасли воспринимать, обрабатывать и действовать. Переживание сложности возникает относительно предыдущего состояния «простоты» или «управляемости» - и здесь имеется в виду не то, что мир действительно был простым, а то, что конкретный человек, группа или организация могли, как им казалось, его обрабатывать: воспринимать происходящее, объяснять себе основные связи, выбирать реакции и считать эти реакции достаточно работающими. Простым кажется то, что помещается в привычные способы понимания и действия; то, что можно выдерживать, на что можно отвечать, не теряя ощущения управляемости и внутренней опоры.
Поэтому когда мы говорим о «работе со сложностью» или «управлении сложностью», важно сначала понять: как именно эта сложность переживается теми, с кем мы работаем? Что для них стало невыносимым, непонятным, слишком быстрым, слишком многослойным, слишком противоречивым или слишком непредсказуемым? Универсальных решений по «работе со сложностью» не существует, потому что не существует одного универсального переживания сложности. Именно поэтому ниже важен не список объективных характеристик сложного мира, а обзор разных типов восприятия сложности.
Этот обзор - результат коллективных исследований и обсуждений, которые неизменно открывают нашу программу «Навигаторы сложной реальности», на которой мы учимся сопровождать развитие и реализацию людей, групп, сообществ и организаций в сложном мире. Однако, уверена, он будет полезен не только участникам следующих наборов программы в качестве отправной точки, но и всем, кто, так же, как и мы, занимается развитием людей, проектов и продуктов в реальности, которая объективно переживается как сложная.

Тип восприятия сложности "увеличение количества элементов и связей"

В обсуждении этот тип восприятия сложности описывается через опыт перехода от более простой задачи к более сложной – когда к привычной сфере деятельности добавляются новые факторы: например, политическая
ситуация, новые группы участников, новые последствия решений.
Такое переживание сложности возникает по сравнению с прежним состоянием, где человеку казалось, что он понимает основные элементы ситуации и связи между ними. Он знал, что на что влияет, к кому
обращаться, какие действия приводят к каким результатам. Когда элементов и связей становится больше, прежняя внутренняя карта перестаёт помещать происходящее. Человек продолжает мыслить системно, но система становится всё более насыщенной, а затем может «переобучиться»: модель мира становится настолько детализированной и переплетённой, что перестаёт помогать действовать.
образование
гуманитарные науки
сложность
социология
психология
Aug 04 16:19

Самоопределение для расширенного тела: от выбора пути к сборке присутствия

Самоопределение «предыдущей модификации» обычно
строится вокруг отдельного человека, понимаемого как соединение биологического организма и сознания. Предполагается, что внутри человека существуют относительно устойчивые интересы, способности, ценности и личностные качества, а снаружи – набор образовательных, профессиональных и жизненных возможностей. Задача самоопределения состоит в том, чтобы лучше понять себя и выбрать наиболее подходящий внешний путь.
Для расширенного тела такая постановка недостаточна. Расширенное тело существует не только «внутри» биологического организма. Оно распределено и одновременно присутствует между:
  • биологическим «нулевым контуром»;
  • разными режимами присутствия и идентичности;
  • отношениями и сообществами;
  • инструментами и технологиями;
  • цифровыми средами и платформами;
  • знаниями и внешними когнитивными системами;
  • созданными человеком текстами, образами и цифровыми следами;
  • проектами, пространствами и коллективными действиями;
  • агентами и алгоритмами, которым делегируется часть деятельности;
  • образом будущего и смысловым ядром, вокруг которого всё это собирается.
Поэтому самоопределение расширенного тела – это не только поиск ответа на вопрос «Кто я?» и не только выбор ответа на вопрос «Кем мне стать?».
Его центральный вопрос:
Какую конфигурацию тел, ролей, отношений, сред,
инструментов, следов, способов действия и форм участия я хочу собирать и поддерживать, чтобы она оставалась моей, увеличивала мою субъектность и позволяла мне присутствовать в мире в согласии с собой?
Самоопределение здесь становится не актом выбора готовой идентичности, а непрерывной практикой:
  1. опознания своей фактической расширенности;
  2. различения собственного и навязанного;
  3. проектирования желаемой конфигурации;
  4. проверки её в действии;
  5. управления границами, делегированием и ответственностью;
  6. пересборки при изменении человека и среды.

Что является объектом сопровождения

Объектом сопровождения становится не изолированная личность и не её карьерная траектория сама по себе, а живая конфигурация присутствия человека.
Она включает девять взаимосвязанных контуров.
1. Нулевой телесный контур
Биологическое тело остаётся исходным местом:
  • боли и удовольствия;
  • усталости и восстановления;
  • ритма;
  • дыхания;
  • сна;
  • напряжения;
  • ограничения;
  • непоправимости;
  • непосредственного ощущения правды происходящего.
В сопровождении биологическое тело рассматривается
не как ресурс, который нужно оптимально использовать ради целей сознания, а как полноправный участник самоопределения.
Вопросы этого контура:
  • Что происходит с телом в разных жизненных и профессиональных средах?
  • Какие варианты будущего дают ощущение расширения, а какие – сжатия?
  • Какие нагрузки тело способно поддерживать без систематического саморазрушения?
  • Какие сигналы тела человек привык считать помехой?
  • Где тело подтверждает решение, а где вступает с ним в устойчивое противоречие?
2. Контур присутствия
Здесь исследуется не формальное участие, а переживание:
In bundle
образование
сложность
расширенное тело
самоопределение
киберпанк
психология
проблематизация убеждений
Jul 29 17:48

Future-avoidance вместо future-readiness. Как помогающие практики учат нас справляться с миром прошлого, а не настоящего

При поверхностном анализе информационного поля (чтение
блогов и каналов помогающих практиков или на «помогающие» тематики) у меня родилась гипотеза: мы живем в мире высокой неопределенности и изменчивости, и вроде все об этом говорят. Но на уровне рекомендаций, которые доминируют в поле "для обычных людей" работа с этой неопределенностью ведется в контрпродуктивном ключе "устранения неопределенности":
- как будто неопределенность можно "уничтожить" и сделать все вокруг определенным (крен в сторону практик планирования, фокусировки на одной цели и т.п.)
- и как будто изменения - это временно и "плохо", и стремиться нужно к состоянию стабильности (например, не читать новости, "не зацикливаться на происходящих потрясениях" и т.п.).
То есть, поп-психология и популярный лайф-коучинг массово
транслируют не практики управления неопределенностью и гибкой навигации в изменениях, что было бы естественно, раз мир УЖЕ сложный и УЖЕ неопределенный, а "убирания" неопределенности и изменений из своей жизни.
Я решила проверить, правда ли это так, - то есть, правда ли, в качестве базовых жизненных стратегий людям рекомендуют не принять
неопределенность и учиться с ней работать, а бороться с ней или бегать от нее – и заодно пояснить, почему это, хоть и может локально сработать как
успокоительное, вредно как постоянная практика и майндсет. Для этого я
сформулировала саму гипотезу, затем набрала поле тегов, характеризующих подобные публикации – рекомендации на русском и английском, задала сами жанры публикаций и попросила ChatGPT и Google Gemini провести контекстную проверку открытых источников по этим требованиям и посчитать статистику – соотношение публикаций, в которых рекомендованы практики на избегание/устранение неопределенности и сложности и в которых, напротив, предложены практики конструктивной работы с этим. Да, для сбора и анализа данных по моим критериям я всегда использую минимум 2 разных ИИ-агента, так как у них разные библиотеки, и такой перекрестный анализ дает более объемную картинку.
Коротко: гипотеза в целом подтверждается, но с важной оговоркой. В качественных психологических источниках уже есть язык принятия неопределённости, психологической гибкости (psychological flexibility)
и принятия неопределенности (tolerance of uncertainty). В современных работах и сборниках практик по организационному развитию в качестве ключевых навыков устойчивых команд фигурируют формулировки future-readiness (готовности к будущему) и change-readiness (готовности к изменениям), embracing complexity (продуктивного взаимодействия со сложностью) и navigating the uncertainty (ориентирования в неопределенности). Но в массово доступных рекомендациях «для обычных людей» идеи о том, как управляться со сложным миром, часто сворачиваются в довольно примитивную и архаичную схему:
In bundle
сложность
проблематизация убеждений
гуманитарные науки
психология
работа с будущим
неопределенность
Jul 22 14:02

Композиционное мышление: основа развития в сложном мире

Маршрут развития человека и команды в сложном мире – это
не движение по проложенной трассе, а создание и проживание собственного смыслового поля.
В условиях высокой неопределенности привычные карты не работают, потому что сам ландшафт меняется быстрее, чем мы успеваем
зафиксировать его на бумаге. Попытка мыслить свою субъективную реальность развития как линейный маршрут к однозначному «успешному» результату в изменчивой объективной реальности ведет к когнитивной перегрузке и потере субъектности. Вместо этого необходимо переходить к композиционному мышлению и проектированию.
Важно уточнить: термин «композиционное мышление» в данном тексте используется не как уже валидированный психометрический конструкт, а как интегративное рабочее понятие, которое подчеркивает многомерность когнитивных навыков, необходимых для создания маршрутов развития,
и созидательную позицию человека или команды в противовес адаптивной / конформной позиции самоопределения «индустриального типа».
В условиях высокой неопределённости привычные карты действительно становятся менее надёжными: не потому, что планирование «отменяется», а потому, что сам контекст меняется быстрее, чем линейный план успевает пройти проверку реальностью. Современные подходы к стратегическому форсайту подчёркивают: работа с будущим нужна не для предсказания одного исхода, а для выявления предпосылок решений, построения
нескольких сценариев, проверки устойчивости стратегий и их корректировки по мере изменения условий. [11]

1. Почему линейность перестаёт быть достаточной

Линейная модель «цель – план – результат» остаётся полезной в относительно стабильных и закрытых задачах: когда понятны условия, критерии успеха, ресурсы и причинно-следственные связи. Но в открытых
социальных, образовательных и организационных системах она быстро сталкивается с ограничениями.
1.1. Когнитивная гибкость против фиксации на одном плане
Исследования последних лет показывают, что в условиях неопределённости важную защитную роль играют когнитивный контроль и когнитивная гибкость – способность менять стратегию, перераспределять внимание и обновлять поведение в ответ на изменяющийся контекст. В многоэтапном исследовании периода COVID-19 именно когнитивная
гибкость и когнитивный контроль смягчали связь между непереносимостью
неопределённости, трудностями эмоциональной регуляции и симптомами стресса, тревоги и депрессии. [3]
In bundle
образование
сложность
мышление
гуманитарные науки
самоопределение
Subscription levels0
No subscription levels
Go up