Я сама не заметила, как наша с Северусом жизнь вошла в привычное русло.
Распорядок дня устоялся. Срочные дела были улажены. Адвокат несколько дней назад прислал все документы на меня и Северуса.
Гоблин, являющийся поверенным нашего рода, регулярно отправляет отчеты о своей работе, а заодно присылает предложения по недвижимости в разных странах, доступной к покупке. Но пока все варианты я отклонила: одни не понравились по описанию, другие — по фотографиям. Конечно, можно всё перестроить или купить пустой участок земли, но начинать строительство с нуля — это долго и дорого. Да и место должно сразу привлекать, как та вещь в магазине, которая с первого взгляда вызывает желание: «Хочу и беру». Вот и с домом я решила поступить так же.
Что касается имущества рода Принцев, его не так уж много. Поскольку род был малочисленным, в отличие от тех же плодовитых Блэков, то и покупать множество квартир и домов смысла не было. У рода есть главный дом, в котором мы сейчас живем с Северусом. Есть еще квартира в Лондоне — её мы с домовиком Рики проверили, пока Северус в один из дней отдыхал после обеда. Уютная квартирка. До того как её осмотреть, я думала продать её, но решила оставить. На самом деле, квартира оказалась хорошей, с приятной атмосферой, в ней ощущается тепло дома. Да и район, где она находится, замечательный. А если подождать, её стоимость может вырасти. Пусть остается. Надо будет нанять гоблинов, чтобы законсервировали эту квартиру. Когда сын вырастет, он сам решит, что с ней делать.
Кроме этой квартиры, есть ещё пара домов в других странах. Судя по описанию, это больше летние домики. Один расположен в Италии (на Сицилии), другой — в Греции. Их я тоже решила не трогать, но заключила договор на их ремонт. Почему бы нам с малышом не съездить на курорт? Последний раз я была в отпуске ещё за четыре года до своей смерти. А малыш и вовсе ни разу не видел море. Так что, к концу лета можно будет побывать в Греции или Италии.
Однако главный вопрос о поиске нового дома для рода Принц всё ещё остаётся открытым.
В любом случае, я начала привыкать к этой жизни. И впервые здесь мне пригодилось образование, которое я получила ещё в своей первой жизни, но так и не успела использовать.
После окончания школы, не зная, куда поступить и кем стать в будущем, я выбрала самый безопасный путь — поступила на экономический факультет. Закончив университет на заочном отделении, решила открыть собственный бизнес. До этого работала по найму, совмещая работу с учебой. Затем открыла свою студию, стала индивидуальным предпринимателем и наняла бухгалтера, которая взяла на себя часть бумажной работы. Однако полностью передать ей всю нагрузку я не могла, но это позволило мне немного разгрузиться.
Разбирая архивы рода за прошлые годы и отчёты, которые присылал гоблин, мне пришлось вспоминать всё, что я когда-то слышала на учебе или читала, готовясь к экзаменам. На удивление, это оказалось даже приятно. Знаете, есть особое ощущение, когда ты ведаешь счёт своим деньгам, своему роду, а не работаешь на кого-то другого — это приносит удовлетворение. Особенно, когда осознаешь, что от твоих усилий зависит будущее твоей жизни и жизни твоего сына. Хотя на счетах рода достаточно средств, всё же отец Эйлин не растранжирил их полностью. Или же успел заработать ещё за те годы, пока его дочь училась в Хогвартсе. Ведь Октавиус Принц был мастером зелий и обладал настоящим талантом в своей науке, спокойно создавая даже самые сложные зелья. Мне и сыну этих средств хватило бы на безбедную жизнь, но я не собираюсь их тратить. Да, покупка нового дома потребует значительной суммы, но это не составит даже половины состояния, и даже не треть. Поэтому можно выдохнуть. Тем не менее я поставила себе цель — преумножить капитал семьи и со временем заработать ту сумму, которую придётся потратить на новый дом и переезд.
Как оказалось, сидеть без дела я не могу. Для человека, который всю жизнь работал и учился, бездействие сравнимо с саморазрушением. Поэтому, пока у меня есть время и нет чёткого поэтапного плана действий, я занимаюсь решением накопившихся вопросов. Эйлин не вникала в дела рода, поэтому её память мне не могла помочь. Кроме того, я начала изучать школьные учебники Эйлин. Всё-таки чужая память — это чужая память, а свой базовый уровень знаний необходимо иметь. Тем более диплом всё же нужен. Естественно, сдавать СОВ и ТРИТОН придётся в Англии до отъезда, но я не сильно переживаю. Впервые в жизни я чувствую такую уверенность.
Почему я не сдавала экзамены раньше, здесь никто не спросит. В Англии с этим проще. Многие дети не учатся в Хогвартсе, ведь если ты не сирота и не маглорожденный, оплатить обучение в этой школе практически нереально. Сумма просто огромная. Для знатных и богатых родов это, конечно, не проблема. Туда отправляют детей с определённой целью: завести знакомства в своём кругу, создать дружеские или деловые связи, найти жениха или невесту — всё, что может пригодиться в будущем. Также присматривают маглорожденных для работы или для обновления крови. Как бы английские рода ни кичились своей чистотой, кровь всё же необходимо время от времени разбавлять. Поэтому супругов порой ищут среди иностранцев или маглорожденных.
Для всех я буду той, кто учился на домашнем обучении из-за слабого здоровья. Все подтверждающие это документы уже готовы. Моя задача — просто явиться на экзамены и сдать их. Поэтому я снова чувствую себя школьницей или студенткой. Иногда занимаюсь ночами, ведь не каждый день Северус бывает милым и послушным ребёнком.
Как я и ожидала, как только малыш окончательно освоился, он начал проверять рамки дозволенного. На этом фоне мне даже пришлось достать успокоительное из аптечки. Я не хочу превращаться в Эйлин или, не дай бог, в Снейпа, отца Северуса. Чтобы держать себя в руках, я иногда прибегаю к помощи успокаивающего зелья.
Но ничего сверхъестественного малыш не устраивает: покричать, покапризничать, отказаться от приёма зелий — всё в пределах нормы. Я снова благодарю высшие силы за то, что в нашем роду есть домовики. Они просто незаменимы. Без них я бы не справилась с таким режимом: маленький ребёнок, уборка, готовка, учёба и ещё банковские дела.
Благодаря трем помощникам я выгляжу свежей и красивой, как майская роза.
Домовики же от всех выходок и причуд Северуса ходят счастливыми, словно так и должно быть. А ведь малыш сообразил, что ко всему можно подключить магию. Поэтому новые истерики у нас уже были с летающими тарелками и исчезающей одеждой.
Я же пыталась с переменным успехом не выдавать себя перед ребенком. Ведь перед ним должна быть серьезная мама, которая объясняет, как правильно поступать, а как не стоит. Однако, как маленькая девочка, я только и хотела присоединиться к этому хаосу. Поэтому с домовиками мы играли по очереди в хорошего и плохого полицейского.
Для меня же настоящим открытием стал момент, когда в очередной учебный день, по плану которого было повторение курса зельеварения, я спустилась в лабораторию, а малыш уговорил Несси привести его ко мне.
Тогда я поняла, что ребенок действительно одарен. Чтобы мальчик тоже был занят, пока я работаю, по совету домовиков я дала ему маленький ножичек, зачарованный так, чтобы он не мог никого порезать, и часть растительных ингредиентов, показав, как их нужно резать. Ведь многие из них совершенно безобидны, просто травки. Для мальчика это была практика. Мне, слава богу, повезло — руки Эйлин все еще помнят, как справляться с оборудованием, поэтому как минимум проходной балл я получу.
Северус же буквально раздувался от гордости и важности, ведь его посчитали взрослым, раз дали нож. Видя, как я сама стою и режу ингредиенты, малыш повторял мои действия. В итоге, несмотря на неумелые и неопытные руки, у Северуса получилось почти идеально нарезать все растения и клубни. Сказать, что я была удивлена, — ничего не сказать. Поэтому в следующие занятия по зельям мальчик уже без вопросов бежал за мной. Я не была против. Малышу это тренировка и занятие, а мне — время для учебы.
Естественно, рядом с Северусом был домовик, а еще, по рекомендации предков, из сейфа была взята сфера-артефакт, специально предназначенная для лаборатории. Ведь зельевары в нашем роду рождались постоянно. Еще несколько лет назад мастер создал эту сферу. Она, при включенном режиме, окружает ребенка большой защитной оболочкой, благодаря которой взрослый может работать со сложными и опасными зельями, а ребенок не почувствует ни испарений, ни физически не пострадает. В любом случае рядом дежурил домовик — я предпочитала перестраховываться. Все, что я варила, было безопасно для ребенка, ведь все зелья хранились в памяти Эйлин. Хотя домовики настояли на паре дополнительных защитных артефактов для Северуса, а мне выдали платье с рунами, которое использовали девушки рода для занятий зельями.
То, что я делала, не было для меня чем-то новым. Да и ошибок быть не могло — в школьные годы Эйлин доработала все рецепты из курса. И это действительно прекрасно.
В такие моменты мне становилось жаль ту маленькую глупую девочку, которая из-за жадности других людей оказалась в ситуации, из которой уже не смогла выбраться.
Для себя я решила, что в праздник мертвых обязательно почту память этой девочки. Пусть даже последние годы, особенно после рождения Северуса, у Эйлин явно были проблемы с головой. Злость, которую я испытывала к ней после просмотра ее воспоминаний, со временем отпустила меня — остались только жалость и грусть. Теперь я старалась плохо о ней не думать. Не мне ее судить.
…
Сегодня мы с Северусом решили сделать перерыв. План на день — лежать на пледах в тени деревьев в саду и ничего не делать. Последнюю неделю мы слишком усердно занимались. Занималась я, а малыш, видимо, решил не отставать. Когда ему надоело резать, он просил кого-то из домовиков почитать ему. В один из таких моментов я увидела, как Северус просит Рики назвать букву. После этого я сразу взяла с полки азбуку, и малыш начал понемногу учить буквы.
Сыну всего три с половиной года, а он уже проявляет такой интерес. Настоящий гений, никак иначе.
Эта ситуация меня одновременно радовала, умиляла и заставляла гордиться.
У меня всё шло хорошо. Я уже закончила повторять программу, пересмотрела конспекты, которые Эйлин готовила к экзаменам. Адвокат записал меня на сдачу экзаменов, так что на следующей неделе я пойду сдавать их, и вскоре стану дипломированной ведьмой.
Как обычно, позавтракав, мы отправились в сад. Домовики уже подготовили всё необходимое — напитки, игрушки. Мы снова играли с малышом в его любимые кубики. Я вспомнила, что в детстве у меня были кубики с буквами. Как только Северус освоит азбуку, обязательно добавлю такие кубики в его коллекцию игрушек, чтобы он мог тренироваться.
У нас появилась новая традиция — учить русские слова. Несмотря на то, что в этом теле у меня есть акцент, это не мешает нам осваивать язык. Теперь мы желаем друг другу «доброе утро» и «спокойной ночи» на русском. Это так мило. Мы даже выучили фразы «я люблю тебя» и «а я сильнее».
Для Северуса это стало увлекательной игрой. Думаю, мальчику нравится, что мать проводит с ним время, вне зависимости от того, чем мы занимаемся — играем, читаем книги или учим новые слова. По моим личным ощущениям, малыш был готов заниматься чем угодно, лишь бы я была рядом. Когда я это поняла, внутри что-то шевельнулось, словно совесть. Ведь я заняла тело его матери. Но я подавила это чувство: меня призвали сюда не просто так, магия признала меня матерью мальчика, и проверка крови это подтвердила. Да и Эйлин не хотела быть матерью и не заслуживала этого своим отношением к малышу.
Сейчас солнце светило, птицы пели. В какой-то момент я прикрыла глаза, и не прошло и минуты, как я поняла, что Северус больше не играет рядом. Я открыла глаза и стала оглядываться. То, что я увидела, заставило моё сердце пропустить удар…