— Пал, а почему ты не сообщил о том, что эти двое тут творят? — спросил я, глядя на разгромленный контейнер.

— Специального указания следить за вашими питомцами ты мне не давал, — тут же отозвался ИИ из скрытых динамиков. — А вмешиваться в личные дела запрещено моими базовыми протоколами приватности. Они находились в вашей личной комнате.

Элара тяжело выдохнула и сделала шаг к кровати. Виновники погрома даже не пошевелились при её приближении, продолжая лежать.

— До этого ты сам скармливал им различные материалы, — продолжил Пал. Интонации машины неуловимо изменились. В них прорезалось любопытство. — Раз их физические размеры так сильно выросли за последнее время, логично было предположить, что процесс активного поглощения ресурсов продолжается. Это было что-то ценное?

Я усмехнулся. Смешок получился нервным.

— Как бы тебе сказать... Потенциально они сейчас сожрали несколько таких баз. Целиком. Со всем оборудованием и торбой в придачу.

В комнате повисла мертвая тишина.

— Тогда предлагаю немедленно убрать остатки в сейф, — произнес Пал после паузы. Тон снова стал деловым. — Какие еще установить ограничения по доступу для них?

— Пусть жрут всё, что не в дефиците и что ты можешь восстановить или синтезировать заново. Любой уникальный или критически важный ресурс закрыть от них или звать нас.

Элара тем временем подошла к месту преступления вплотную. Она не стала кричать или как-то отчитывать животных. Девушка просто ухватила Крайта за плотный загривок и с силой вышвырнула его в открытую дверь коридора. Лиза отправилась следом по такой же траектории. Полет и жесткое приземление им ничуть не повредили. Ящеры глухо шлепнулись о каменный пол, кувыркнулись и спокойно встали на лапы. Их анатомия заметно изменилась даже по сравнению с утром. На спинах образовались упругие, отчетливо выделяющиеся горбы. Вздутые мешки под чешуей хранили в себе чистый концентрат спайса, который прямо сейчас ими усваивался. Хотя странно. По объёму там было не так много, чтобы образовалось такое утолщение. Разве что специально убрали туда поглощённую эссенцию. Что-то зергами пахнуло. И странно что не сожрали совсем всё, раз уж место есть. Твари мотнули головами, посмотрели на нас без малейшего чувства вины и быстро убежали прочь, сухо цокая когтями по отполированному камню.

Мы остались в комнате. Элара опустилась на колени возле растерзанного ящика и принялась методично перебирать то, что от него осталось. Я сел рядом. Мы молча вытаскивали уцелевшие ампулы из помятого ложемента. Пальцы скользили по гладкому стеклу. Похоже ампулы они жрали целиком. Ни капли не пролили. Мысли текли медленно и как-то вязко.

Люди всегда остаются людьми. Мы ни разу не видели реальных денег за эту эссенцию. Никаких гор соляриев. Мы даже не знали точных каналов сбыта для такого специфического и опасного товара. Вероятность когда-либо получить на руки этот капитал была призрачной с самого начала. Наш счет не похудел ни на монету. Но это ничуть не мешало внутренней жабе душить меня прямо сейчас. Осознание потери колоссальной суммы отзывалось реальной, тянущей пустотой в груди. Психика моментально привязалась к потенциальному богатству. Цифры, которые мы просто прикинули в уме, оценивая запасы с базы Годика, успели стать нашими собственными. И теперь половина этих цифр бегала где-то по коридорам. В дверном проеме показался сервисный дрон. Он тихо гудел приводами, подставив грузовую платформу.

— Убери в самую защищенную ячейку, — скомандовал я. — Исключить любой доступ, кроме нашего с Эларой.

Дрон коротко пискнул, подтверждая прием команды, развернулся и покатился в сторону технического сектора. Элара поднялась с пола и принялась отряхивать руки от налипшей трухи. После такого морального опустошения спать захотелось еще больше, и сопротивляться этому желанию не имело смысла.

***

Утро наступило по внутреннему графику базы, повторяющим суточное время на поверхности. Освещение в жилом секторе плавно прибавило яркости, имитируя рассвет. Крайт и Лиза лежали на полу рядом. За ночь ящерицы почему-то, нисколько не сдулись, только толстые упругие горбы на спинах стали плоскими и как-то разделились. После поимки и подробного осмотра Крайта стало видно что один большой горб разделился на восемь маленьких, расположенных симметрично и равномерно по спине. Крылья? Сразу четыре пары? Сомнительно, но кто знает? И почему сейчас? Эссенция повлияла? Тогда надо будет и Ониксу захватить, для изучения и проверки, если Элара за такое предложение не придушит уже меня. Животных их новые формы абсолютно не смущали. Пал, как оказалось, даже приготовил завтрак. И получился не худший вариант. Мы ели в тишине. Я отодвинул пустую тарелку в сторону и обратился к проекции Пала на стоящем рядом дройде.

— Даже если предположить, что тот древний ИИ действительно выжил, расплодился и сейчас летит атаковать Империю, мы ничего не можем с этим сделать. У нас нет людей. Но эту проблему, хотя бы, со временем можно решить, нанять наемников или купить рабов. При этом это будут крохи даже на уровне Великих Домов, не говоря уж об Империи. У нас нет лишних средств на военную подготовку большого количества людей и, самое главное — у нас нет корабля для эвакуации или маневра.

— Большую часть корабля я смогу построить, — сразу ответил Пал. — Примерно девяносто процентов конструкции корпуса и внутренних систем. Потребуется только найти и установить генераторы щита, суспензоры и двигатели.

Элара перестала жевать и удивленно посмотрела на меня. Я перевел взгляд на проекцию.

— Да? Откуда у тебя взялись чертежи космического судна?

— Полноценных инженерных чертежей у меня нет. Сохранились базовые схемы устройства и планировки, на основе которых я генерировал симуляции для тренировок абордажных команд. Плюс есть ваш поврежденный корабль. Совмещая эти данные и проводя обратный инжиниринг, я могу спроектировать и построить судно почти любого необходимого размера. Нужно учитывать физику. Чем больше масса, тем больше потребуется суспензоров для компенсации гравитации и маршевых двигателей для тяги.

Пал вывел на гладкую поверхность стены над столом проекцию. Голубоватые линии складывались в многослойный каркас корвета.

— Универсальный фабрикатор в трюме «Последней Надежды» идеально дополняет производственные мощности Купели. Я смогу отливать шпангоуты, переборки, тянуть проводку и собирать системы жизнеобеспечения. Но технологий суспензоров в его базах нет. Щитов и двигателей тем более.

Я кивнул, обдумывая услышанное.

— Это интересно. Допустим, суспензоры можно попробовать купить. Щиты тоже, как и внутрисистемные двигатели. А вот межсистемные двигатели достать невозможно. Это абсолютная тайна и монополия Космической Гильдии. Насколько я помню, даже Икс не имеет возможности их производить самостоятельно. Завладеть таким приводом и скрыть его от Гильдии будет невероятно сложно.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — Элара недоверчиво покачала головой. — Даже такой небольшой корабль, как наша «Надежда», стоит огромных денег. Их собирают на специализированных верфях во всей Империи, задействуя сложные производственные цепочки.

— А что в этом такого невыполнимого? — я пожал плечами. — При наличии ресурсов корпус можно собрать в любой достаточно просторной пещере. Это композитный металл и базовая логика систем. Даже я со сварочным аппаратом смог бы склепать герметичную банку. Всю сложную рутину сделают дройды Пала. Проблему составляют высокотехнологичные узлы. Генераторы, я так понимаю, ты планируешь ставить такие же, как на своей старой станции?

— Верно, — подтвердил ИИ. Проекция на стене масштабировалась, показывая энергоотсек будущего судна. — Мои образцы не обладают высокой удельной мощностью, зато технология их производства отработана до идеала. Их можно поставить несколько штук параллельно. Это пропорционально увеличит энерговыделение и повысит надежность энергосистемы при повреждениях.

— Ну вот. О чём я и говорю, — подытожил я. — У нас есть готовый образец прямо под боком. Пусть Пал делает. Сначала соберет точную копию «Надежды». Если возникнут вопросы у властей, скажем, что нашли остов глубоко в пустыне и восстановили своими силами.

Я поднялся из-за стола.

— Но этим проектом, Пал, ты будешь заниматься исключительно в свободное время. И тайно, чтобы никто этих работ не обнаружил. Ты вчера хотел что-то показать? — Тема с постройкой космического корабля требовала долгих размышлений, а текущие дела базы никто не отменял.

Проекция Пала ощутимо оживилась. Дрон даже немного приподнялся на своей подвеске.

— Да. Иметь только один вход на базу слишком опасно. Тем более такой сложный логистически. Любая поломка механизма створок или случайный обвал породы отрежут нас от поверхности. Поэтому я провел геологическую разведку дна этого песчаного моря во все стороны от Башни, насколько успел.

Пал вывел на стену схематичную карту окрестностей. В центре светилась наша база. От нее расходились тонкие линии маршрутов зондирования.

— В самом начале пришлось списать несколько исследовательских дронов. Местная фауна под песком оказалась крайне территориальной. Прохождение напрямую через песчаную толщу привлекает слишком много внимания.

— Черви? — уточнила Элара.

— В основном мелкие особи. Пришлось пересмотреть тактику и тянуть маршруты «по дну». Я нашел несколько массивных скальных образований, полностью скрытых песком. Их вершины находятся почти у самой поверхности. Если использовать вашу первоначальную технологию строительства, эти пики можно надстроить и превратить в дополнительные скрытые выходы. Ближайший такой скальный массив находится на расстоянии тридцати километров в сторону нашей пещерной базы.

«Нашей?»

Линии на карте уперлись в синюю отметку.

— Осталось пробить всего три километра туннеля в монолите породы и возвести саму надстройку, — доложил ИИ. — Если бы мне не приходилось постоянно тратить вычислительные мощности и время на создание множества ложных туннелей для маскировки основного туннеля, проект уже был бы завершен.

Я кивнул. Наличие резервных путей отхода всегда полезно. А создание сложной сети для маскировки дает отличную практику работы систем безопасности.

— Отличная новость, Пал. Нужно будет осмотреть этот выход, когда закончишь. А второе?

— Второе — я смог сделать работающую водяную скважину.

Элара замерла. Чашка с остатками кафа с тихим стуком опустилась на поверхность стола. На Арракисе слова «работающая скважина в глубокой пустыне» звучало как сказка.

— Она небольшая, — продолжал Пал. — Но учитывая пятьдесят семь неудачных попыток до этого, результат можно считать успешным.

Если резервный туннель был просто хорошей новостью, то скважина тянула на бомбу. Созданный самостоятельно источник воды означал абсолютную автономность. Нам больше не нужно было зависеть от конденсаторов атмосферной влаги, эффективность которых в этой зоне всегда оставляла желать лучшего, и от водоторговцев. Хотя и те и других нужно будет оставить для маскировки.

— Что? — Элара смотрела на проекцию во все глаза. — Как ты это сделал? Разве форель не мешает?

Вопрос был ожидаемым. Песчаная форель инстинктивно инкапсулирует любую открытую влагу в песках Дюны. Из-за них добыча грунтовых вод на планете всегда оборачивалась провалом.

— Именно она и мешала, — голос Пала оставался ровным. На схеме появились красные маркеры прошлых бурений. — Стоит только пробиться к пласту породы с повышенной влажностью, форель моментально стягивается туда. Не имеет значения конструкция скважины. Узкая труба, армированный водовод или широкий колодец. Как только инструмент добирается до воды или просто пересекает слой активности форели, существа облепляют ствол. Они забивают канал своими телами и обильно выделяют ферменты, разъедающие металл.

Пал сменил картинку. На стене появился разрез монолитной скалы, уходящей глубоко под песок.

— Все первые пятьдесят семь попыток закончились уничтожением оборудования и обрушением скважин. Но ты сам, Кейн, как-то упомянул один факт. Форель не может пробиться через сплошной камень. Их стихия это песок. Поэтому пришлось вести сложную ломаную шахту. Она от самого начала и до водоносного горизонта проходит исключительно в толще сплошной скалы. Выход трубы находится на большой глубине внутри замкнутого каменного кармана, а не в верхнем пористом слое породы. Форель физически не может добраться до скважины, даже если фиксирует вибрацию насосов или чует утечку влаги.

Я сидел и переваривал информацию. Одно брошенное в разговоре замечание о биологии этой планеты позволило машине обойти главный защитный механизм Арракиса. Местные фримены собирали воду по капле и прятали ее в огромных подземных резервуарах. Имперский планетолог собирал проценты от взяток контрабандистов ради своих экологических планов. А оставленный без надзора ИИ просто решил задачу методом подбора безопасного маршрута бурения. Вода меняла всё на Арракисе.

— Производительность небольшая, говоришь? — спросил я, стараясь говорить спокойно.

— Около трех кубометров в час, — отозвался Пал. — Слишком длинный и изогнутый маршрут. Даже разница давлений не помогает.

Элара поперхнулась воздухом. Для жителя пустынной планеты три тонны чистой воды каждый час были не «маленькой производительностью», а настоящим персональным раем.

— На текущие нужды базы этого объема хватит с многократным запасом. Если потребуется больше для промышленных циклов, я смогу пробурить еще несколько аналогичных скважин по отработанной схеме в этом же скальном массиве. Технология проверена.

— Пока не нужно, — я покачал головой. — Нам некуда девать такие объемы воды прямо сейчас. Привлекать лишнее внимание резким падением давления в подземных пустотах тоже не стоит. Оставь эту скважину, замаскируй устье и выведи трубу напрямую в резервуары СЖО.

— Уже выполнено. Резервуар заполнен полностью. Скважина перекрыта. После завершения изоляции второго резервуара можно будет начать заполнять его. — доложил Пал.

— Стоп. Что за второй резервуар? — опять насторожился Кейн.

— Одна из естественных полостей в скале, обнаруженных в процессе разведки и бурения. Первая из таких используется для хранения излишков добытой форели. В основном той, что набивалась в процессе бурения скважин. — спокойно ответил Пал. — И в них удобно убирать добытую породу.

— А мы не провалимся в них? — пришла очередь Элары настороженно спрашивать.

— Исключено! Тут очень удачное место. Достаточное количество пустот, но вся окружающая порода практически монолит. Если не бурить где не надо — ничего не будет. Запретные зоны для бурения внесены в схему окружающих пород. — так же спокойно ответил её Пал.

Я же посмотрел на голограмму молодого техника. Если безумный Годик со своими клонами деградировал тысячи лет, то наш Пал, получив мотивацию, стал развивался пугающими темпами. Сколько там прошло времени, чуть меньше двух месяцев? И скорость этого развития ограничивалась пока только прямыми приказами и отсутствием нужных знаний и чертежей.

— Мы с Эларой осмотрим всё лично, — сказал я, поднимаясь из-за стола. — Проведешь нас по всем новым местам. Но до этого прими еще одну задачу.

— Слушаю, Кейн, — проекция Пала повернулась в мою сторону.

— Нам нужна жесткая проводная связь с аванпостом. Радиосвязь на такое расстояние просто невозможна. Начни прокладывать кабели. Сначала пусти их по тем туннелям, которые ты уже вырыл. Затем тяни линию дальше, в скальнике, прямо к плато за Щитовой стеной и выводи в наш блокпост.

Пал вывел на стену карту и прочертил прямую линию от Башни до города.

— Расстояние значительное. Потребуется установка промежуточных усилителей сигнала..

— Используй. И главное условие касательно безопасности. Кабель не должен вести прямо к нам. Если кто-то случайно обнаружит кусок провода, он не должен по направлению вычислить наше расположение. И по другим причинам тоже.

— Понял. Требуется внести хаос в маршрут.

Линия на карте мигнула и превратилась в запутанный клубок. Она петляла, делала резкие повороты под прямым углом, уходила в ложные ответвления и описывала круги вокруг случайных скал, прежде чем окончательно свернуть к Щитовой стене.

— Именно так, — кивнул я.

— Алгоритм прокладки кабеля запущен в фоновом режиме. Дроны приступят к работе после того, как закончу рассчёты. Прошу за мной.

Следующие два дня превратились в непрерывную череду спусков, подъемов и проверок. База разрослась. Мы шли по длинным коридорам, вдыхая запах жжёного камня и свежей каменной пыли. Пал действительно не тратил время впустую. Машины грызли скалу круглые сутки. И их количество росло.

Мы осмотрели готовящийся резервуар с водой. Это была огромная естественная пещера, стены которой дроиды спекли в монолит и покрывали толстым слоем гидроизолирующего композита. Потом Пал повел нас в изолированный сектор, где хранилась песчаная форель. Вход туда перекрывали две тяжелые гермодвери. За толстым слоем прозрачного композита лениво копошилась серая биомасса. Плоские, похожие на обрубки кожи существа непрерывно скользили друг по другу. На третьи сутки мы закончили инспекцию. Пора было возвращаться. Было немного страшно оставлять Пала опять одного, но в этот раз я планировал вернуться уже через неделю. Главное дождаться установки надёжной связи.