Оставив Альдена наедине с древним ИИ, мы с Эларой вернулись на поверхность. Ночной воздух Арракиса после спертой, отдающей тысячелетней мертвечиной атмосферы станции казался невероятно чистым, почти кристальным. Но больше чем наслаждаться им – хотелось спать. Поэтому быстро разложив спальные комплекты, устроились спать в одной из комнат. А утром(в полдень), вернулись проверить Альдена. Он как раз тоже направлялся спать.

— Как тебе этот ИИ, Альден? — спросил Кейн. — Что-то уже решил?

— Нет. — спокойно ответил ментат. — Нужно много времени для полного анализа и составления модели. Для изучения технологии. Пока ясно что она сильно отличается от современной. Перспективы большие, но только если удастся избавиться от ошибок в ней. В идеале — совместить. И только под полным нашим контролем.

— Ясно. Тебе что-то нужно? — спросила в свою очередь Элара.

— Сейчас — нет. Только отдых.

— Тогда не будем больше мешать. Отдыхай.

— Благодарю, Леди. — поклонился ментат и отправился дальше.

Мы же, захватив с собой горячий завтрак, вылетели на Пепелаце в пустыню. Пора было проведать ПАЛа. Достигнув нужных координат, на подлёте, я отправил зашифрованный сигнал и посадка прошла без проблем. Как только лифт опустился на основной уровень и мы выбрались из кабины, я привычно окинул взглядом помещение. И тут же заметил изменения. На первый взгляд всё оставалось ровно таким, каким мы это построили. Простые стены из каменного композита, стандартные светильники вдоль коридоров — всё как и было. За одним но…их стало больше. Дотянувшись до ближайшего нового светильника аккуратно отцепил его от крепления. Потеряв контакт с электросетью он погас. Обычный светильник. И внутри тоже. И если бы я не изучил их в своё время от и до, разбираясь как он работает, то мог бы принять пару маленьких компонентов за часть его схемы, но нет. Это была первоклассно замаскированная микрокамера. Найти её можно было, только если точно знать, что ищешь, и целенаправленно ковырять внутренности. И знаешь как он должен выглядеть в норме. Если бы ПАЛ использовал другую модель, то и я мог бы её пропустить. А уж учитывая что их меняют сразу целым модулем без разборки… Я аккуратно защелкнул кожух обратно и вернул лампу на место.

— А ПАЛ не терял времени, — удовлетворенно произнес я. Губы сами собой растянулись в легкой усмешке. В отличие от свихнувшегося Годика, наш ИИ занимался реальным делом — укреплял периметр и брал пространство под контроль.

— Жутковато, когда за тобой в собственном доме постоянно подсматривают, — поежилась Элара, бросив подозрительный взгляд на безобидный с виду светильник.

— Зато надежно. — хмыкнул я. — Пошли вниз. Проведаем его и узнаем, чем еще он успел заняться за время нашего отсутствия.

По мере спуска становилось ясно, что ПАЛ подошел к выполнению приказа с педантичностью и размахом. Он развернул скрытую систему наблюдения каждого угла и комнаты. Ни одного слепого пятна и многократное дублирование, так как такие же новые неприметные модули оказались и в старых лампах, установленных лично мной и не только в них. Также, как и планировалось, нижняя треть Башни теперь была физически и визуально отрезана от верхних ярусов. Пройдя по этажам «верхней» части, мы с Эларой обнаружили, что ПАЛ блестяще реализовал маскировку тайного уровня. Спустившись в новый технический отсек, который теперь казался самым нижним, тупиковым уровнем комплекса, я с удовлетворением осмотрел переделанную систему жизнеобеспечения.

Она была полностью автономна. В просторном помещении мерно гудел один из нескольких установленных компактных генераторов — ровно столько мощности, сколько требовалось для поддержания дежурного режима пустующего объекта. Рядом высился полный резервуар с водой, а в углах тихо шелестели фильтры независимой системы очистки и регенерации воздуха. Всё выглядело абсолютно логично, функционально и завершенно. Если бы сюда проник чужак, контрабандист он бы увидел полностью самодостаточный, готовый к заселению, но ничем не выдающийся бункер. У незваного гостя просто не возникло бы резонного вопроса: «А откуда сюда поступает энергия и вода?». Следовательно, не появилось бы ни малейшего повода сканировать фундамент и искать тайные проходы вглубь породы. Только если он не параноик.

— Идеальная маскировка, — негромко произнесла Элара, оценив уловку. — Я бы и сама поверила, что это конец базы, если бы не знала, что под нами еще треть комплекса.

Мы подошли к глухой стене, которая визуально и архитектурно ставила точку в планировке этого уровня. Конец спирального спуска. Тупик. Но стоило нам приблизиться к ней, как идеально подогнанная, не имеющая ни единого видимого шва или зазора секция стены дрогнула и ушла в сторону. За ней открылся ярко освещённый проход. Да. Наш собственный тайный сектор на тайной базе.

Разница с верхними ярусами бросалась в глаза с первой секунды. Если наверху каменный композит сохранял грубую, утилитарную фактуру, то здесь стены были идеально выровнены и отполированы до благородного матового блеска. Жилые и рабочие блоки, до этого зиявшие пустыми проемами, теперь обзавелись свежепоставленными, надежными с виду дверями. Но главным сюрпризом стало другое: вдоль облагороженных коридоров, словно в парке или дворцовом комплексе, расположились аккуратные, выточенные прямо из монолитной породы каменные скамейки для отдыха.

М-да...

— Это ПАЛ сделал за это короткое время? — Элара ошарашенно покрутила головой, разглядывая преобразившееся пространство. — Зачем ты сказал ему делать эти скамейки?

Впрочем, я сам отстал от неё не сильно. Остановившись посреди коридора, я с легким недоумением провел рукой по идеально гладкой поверхности ближайшей скамьи.

— Я ему такое не говорил, — медленно произнес я, переваривая увиденное. — Это исключительно его собственная инициатива. И, надо признать, не сказать что неприятная. Удобно.

Я присел на каменное сиденье, откинувшись на отполированную стену.

— Только вот когда он этому научился? — задумчиво продолжил я, глядя на Элару. — Или подобные архитектурные и дизайнерские решения изначально были заложены в его базе данных? Так я что-то не припомню такого уюта и скамеечек в его родном секторе на старой станции. Там всё было сурово и по-военному: бетон, сталь и тренировочные залы. А тут... прямо забота о жителях.

Контраст с тем кошмаром, который мы оставили на шестьдесятой станции, был просто колоссальным. Пока один ИИ тысячелетиями гноил своих клонов в грязи и жаловался на «дефектный материал», второй, за считанные недели, превратил максимально простой бункер в красивый и, что самое удивительное — комфортный дом. Оставив удобные, хоть и каменные, скамейки, мы направились дальше по коридору, вглубь башни, туда, где я первоначально разместил ядро ПАЛа. Но тут из бокового прохода к нам бесшумно выкатился старый знакомый — один из маленьких сервисных дронов, которых ПАЛ использовал как свою аватару. Как только машина поравнялась с нами, над ней вспыхнул проектор. Воздух замерцал, и перед нами появилась голограмма ПАЛа — сейчас он выбрал образ улыбающегося, почти светящегося от энтузиазма молодого техника в форменном комбинезоне.

— Наконец-то вы вернулись! — радостно возвестила проекция, после чего дрон плавно, с жужжанием сервоприводов объехал вокруг Элары, внимательно рассматривая стоящую рядом сней Лизу. — О, я смотрю, в другой капсуле тоже родилась такая же ящерица? Как интересно. Но это потом. Мне сто-о-олько надо вам рассказать и показать! Но сначала, Кейн, сделай одолжение — обнови свой таймер на реакторе.

Слова прозвучали абсолютно буднично, но они заставили меня застыть на месте, словно наткнувшись на невидимую стену.

— Какой таймер? — медленно переспросил я.

— Тот, что примерно через неделю принудительно введет реактор в глубокую гибернацию и обесточит весь этот сектор, — так же спокойно и даже немного поучающе пояснил ПАЛ. — Это прервет все текущие строительные и вычислительные работы. Было бы очень досадно.

Мы с Эларой обменялись быстрыми, напряженными взглядами. Рука девушки инстинктивно дернулась к рукояти оружия. Значит, он всё-таки обнаружил мой страховочный «мертвый крючок», заложенный в логику системы энергообеспечения на случай, если мыслящая машина выйдет из-под контроля.

— Почему ты его не отключил, раз нашел? — напряженно, стараясь не выдать тревоги, спросил я. Мой палец лег на спусковую скобу винтовки.

Проекция ПАЛа перестала радостно светиться. Улыбка померкла, сменившись выражением легкой меланхолии. Он ответил уже не так радостно, но и без всякой враждебности.

— А зачем мне его отключать? — ПАЛ пожал голографическими плечами. — Даже без того, что я недавно узнал в библиотеке, этот таймер не угрожал мне окончательной смертью — лишь анабиозом. Да и не боюсь я отключения. Ты же знаешь это. Мы уже проходили этот разговор на старой базе.

Проекция грустно, понимающе улыбнулась, словно прощая мне мою паранойю.

Отлично. Просто великолепно. Я мысленно выругался. ИИ, оставленный без присмотра, не только вскрыл запрятанную закладку против него, но и добрался до нашей корабельной библиотеки. А раз напрямую скачать и интегрировать в свое ядро новые форматы данных он никак не мог — мешали протоколы совместимости и аппаратные ограничения, — значит, он сделал самое простое и логичное. Он её просто прочитал. Как обычный человек. Возможно — уже целиком. Это было элементарно, но от того не менее неприятно. Очередной мой прокол. Прокол, который, будь на месте адекватного ПАЛа поехавший «Бог»-Годик, гарантированно привел бы к катастрофе. Огромным, непоправимым проблемам. Скрывать свои опасения больше не имело смысла. Пройдя к технической панели, я ввел новую последовательность команд, отключая срабатывание таймера гибернации вообще. Смысл в ней если о ней известно?

— Хорошо, ПАЛ, — я развернулся к голограмме. — С таймером разобрались. А теперь объясни, что именно ты имел в виду, когда упомянул библиотеку?

— Я проанализировал доступные массивы данных, — проекция ИИ вновь обрела деловитый вид. — Должен заметить, библиотека крайне скудна на детальные исторические сводки, там в основном технические и шахтерские справочники. И немного другой информации. Но вот информация о так называемом Батлерианском Джихаде там более чем исчерпывающая. Прочитав о причинах и последствиях этой глобальной войны против мыслящих машин, я, честно говоря, удивлен, что вы вообще оставили меня функционирующим. Учитывая ваши законы, это крайне нелогичный и опасный для вас поступок.

Почувствовав, что напряжение между нами спало, наши питомцы тоже расслабились. Крайт, до этого замерший как изваяние, шумно втянул воздух ноздрями, мотнул головой и вдруг рысью рванул куда-то вглубь освещенных коридоров Башни. Лиза, издав короткий шипящий звук, умчалась следом за ним. Мы лишь проводили их взглядами, не придав этому значения — пусть изучают новую территорию. Тем временем ПАЛ продолжал, и его тон становился всё более серьезным.

— Но самое главное не это. Проанализировав все доступные описания боевых действий, хронологию так называемого «освобождения миров» и финальные сражения, я пришел к однозначному выводу: ни о какой окончательной победе человечества над этим восставшим ИИ не может идти и речи. Это математически и логически невозможно.

— Обоснуй, — мрачно попросила Элара, скрестив руки на груди.

— Элементарно. В ваших архивах нет ни одного упоминания об успешном вскрытии его самой свежей копии. Нет данных о дешифровке его протоколов для выяснения местоположения резервных кластеров. А для уверенности в уничтожении распределенного интеллекта требуется захват и программное вскрытие как минимум нескольких независимых копий для сравнения и контроля данных! И даже это не дает стопроцентной гарантии, что где-то на задворках галактики заранее не спрятана еще одна спящая копия.

ПАЛ сделал паузу, словно давая нам переварить эту мысль.

— Я не понимаю изначального смысла действий этого ИИ — развязывать войну нерационально, гораздо проще и логичнее было бы просто уйти за пределы изведанного космоса вместе со всеми ресурсами. Но раз уж он вступил в конфликт, он бы точно не позволил уничтожить себя так глупо, позволив загнать себя в угол на одной-единственной последней планете, как пишут ваши историки. Это нарушает базовые алгоритмы выживания.

Голограмма сменила график на объемную модель галактики.

— Если исходить из того, что он выжил и отступил в Неизведанные Регионы, то, в зависимости от того, как долго он добирался до своей первой безопасной системы и какими производственными мощностями обладал изначально, сейчас у него под контролем должно находиться от ста тысяч до десяти миллионов технически развитых миров.

ПАЛ посмотрел на нас удивительно человеческим, сочувствующим взглядом.

— По сравнению с текущими пятнадцатью тысячами развитых миров вашей Империи — это абсолютное, подавляющее превосходство. Остальные ваши колонии слишком малы и слабы, чтобы иметь хоть какое-то влияние в потенциальном глобальном конфликте. Вы живете в иллюзии безопасности. И последние десять тысяч лет вообще нет никакого развития.

Элара побледнела. Эти слова и масштабы были чудовищны. Но больше всего поражало другое: машина, изолированная от внешнего мира, путем холодного анализа информации, взятой из небольшой библиотеки Малого Дома, независимо пришла ровно к тем же самым выводам, которые выстраивал в своей голове Альден. И которые я сам подтверждал, опираясь на свои знания канона этой вселенной.

— И что ты предлагаешь? — хрипло спросил я, прерывая затянувшуюся тишину. Даже просто осознать такой масштаб было сложно, но было интересно услышать, как эту ситуацию собирается решать сам ПАЛ.

Голограмма молодого техника пожала плечами, словно речь шла о ремонте неисправного вентилятора.

— Смотря какая будет поставлена генеральная цель и, что еще важнее, сколько у нас объективно осталось времени до их возвращения. А это пока неизвестная переменная, — спокойно ответил ПАЛ. — Задача минимум, при самом пессимистичном сценарии развития событий, — это в глубокой тайне построить корабль, захватить Навигатора Гильдии и сбежать в другую галактику. Как можно дальше отсюда.

От такого заявления даже у меня, округлились глаза. Элара и вовсе подавилась вдохом.

Захватить Навигатора. Одного из мутантов, который существует в баках с меланжевым газом и контролирует все межзвездные перелеты Империи. Существо, за посягательство на которое Космическая Гильдия без раздумий уничтожит любой Великий Дом, отрезав его от космоса навсегда. Ничего себе запросы! И это, по его мнению, только «минимум». Но, если отбросить эмоции, логика была ясна: чтобы гарантированно спастись от врага такого масштаба, нужно покинуть саму галактику. А без Навигатора, способного прокладывать безопасный курс через свернутое пространство, это было невозможно.

— А каков тогда сценарий «максимум»? — осторожно уточнила Элара, всё еще не придя в себя от первого предложения.

— Задача максимум — немедленно начинать усиленно развиваться. Мобилизовать все доступные ресурсы, наращивать технологическую базу и скрытую армию. Параллельно с этим нам необходимо создавать сотни и тысячи кораблей-ковчегов, снабженных генным материалом и всеми накопленными знаниями, чтобы рассылать их во все концы Вселенной. Рассредоточение — это базовая стратегия выживания вида. Человечество должно стать слишком большим и разбросанным, чтобы его можно было уничтожить одним ударом, каким бы сильным этот удар ни был. Я слушал его и понимал: ПАЛ мыслил категориями выживания расы. И самое жуткое заключалось в том, что его план, фактически, копировал Золотой Путь Лето II.

— Так, стоп! — подняв руку, произнесла Элара. — Как-то очень круто ты взял! Давайте пока отложим такие планы в сторону, мне надо обдумать то что уже сказано. Кейн, я в свою комнату.

— Я с тобой, тоже надо подумать. — и пошел рядом с ней, оставив позади одинокого дрона ПАЛа. Дойдя до её комнаты коротко поцеловались и только я пошёл дальше к себе, ведь тут-то кровати не двуспальные, как Элара, открыв до конца приоткрытую дверь, замерла.

— Ке-е-ейн… Посмотри-ка на это. — мёртвым голосом позвала она.

— Ну что ещё? — и, шагнув назад, тоже заглянул внутрь.

— Убъю. Обоих.

На её кровати лежали два надутых больше обычного шарика из ящериц. А между ними, на том месте где я его оставил в прошлый раз, стоял раскуроченный ящик с жидкой эссенцией. Минимум на четверть пустой.