- ХОУ-ХОУ-ХОУ, УБЛЮДКИ! - прогрохотал Лобо, глядя на побледневшего вора.

Начальник в шляпе попытался слиться со стеной, но массивная ладонь байкера сгребла его за шиворот, как нашкодившего котенка. Лобо приподнял его на уровень своих глаз, критически осмотрел и расплылся в широкой, полной творческого вдохновения улыбке.

- Знаешь, чего не хватает моей крошке для полного фен-шуя? - задумчиво протянул он. - Пафосной носовой фигуры. Как на кораблях викингов, только чтобы орала громче.

Не тратя времени на возражения, Лобо швырнул вора вперед. Ловкость рук, никакого мошенничества и немного грубой силы - и вот уже начальник, примотанный цепями к передней вилке, распят прямо между пылающими задницами демонов упряжки. Он не был сломан, но был натянут как струна, лицом вперед, навстречу приключениям. Шляпу Лобо заботливо нахлобучил ему поглубже, чтобы не сдуло.

- Держи курс по ветру, штурман!

Лобо дал по газам. Адская колесница вынеслась из гаража, пробив остатки стены.

Первые три секунды полета над ночным Готэмом были даже красивыми. А потом они набрали скорость.

Готэмские майские жуки, откормленные на химикатах «Ace Chemicals», были размером с кулак и твердостью не уступали гальке. На скорости двести миль в час они врезались в лицо «эмблемы» с пулеметным стуком.

ШМЯК! ХРУСЬ! ПЛЮХ!

Вор пытался орать, но каждый раз, когда он открывал рот, туда залетал особо жирный мотылек. Через минуту его лицо напоминало лобовое стекло фуры дальнобойщика после рейса через болото, а сам «штурман» начал подозрительно затихать, собираясь отдать концы от болевого шока.

- Э, нет, приятель! Мы еще даже не вышли на бис! - рявкнул Лобо.

Он ударил по струнам, выдав жирный, жизнеутверждающий рифф. Магическая волна прошла по корпусу байка и ударила вора током чистой жизненной силы. Его сломанный нос с хрустом выпрямился, выбитые зубы отросли заново, а сознание прояснилось - ровно настолько, чтобы он снова мог чувствовать каждую секунду этого аттракциона.

- Посмотри, как ты измазался! - рявкнул Лобо, оценив слой биомассы на свежевылеченном лице штурмана. - Нужно смыть эту грязь!

Он резко наклонил байк вниз. Упряжка демонов, визжа от восторга, спикировала к поверхности залива.

Мотоцикл выровнялся в сантиметре от воды. Лобо ехал на антиграве, а вот его «носовая фигура» висела чуть ниже. Лицо вора превратилось в живой воднолыжный снаряд. Вода на такой скорости была тверже бетона. Кожа начала слезать с него лоскутами, но Лобо не прекращал играть.

Это было брутальное соло регенерации. Как только вода стирала лицо вора до черепа, магия рока тут же наращивала новое мясо, чтобы воде снова было что стирать. Он глиссировал носом по волнам, пуская фонтаны брызг, напоминая торпеду с глазами, которая пытается захлебнуться, умереть, воскреснуть и орать одновременно.

БУЛЬ-БУЛЬ-АААА-ГЛУГ-ГЛУГ!

Морская капуста, мелкая рыбешка и старый башмак - всё это стало частью его бесконечно обновляемого рациона за пару секунд.

- А теперь - к звездам! - Лобо дернул руль на себя.

Перегрузка растянула щеки вора так, что они захлопали за ушами. Байк свечкой ушел вверх, пробивая грозовой фронт.

Вода на лице начальника мгновенно замерзла. Они влетели в плотные слои кучевых облаков. Ледяная крошка и град забарабанили по нему, полируя то, что не доели жуки и не смыла вода. Он должен был превратиться в ледышку, но гитарный перебор разгонял его кровь до кипения, не давая сердцу остановиться. Он стал ледяной скульптурой с горячим кровообращением и выражением экзистенциального ужаса в глазах.

Вынырнув над облаками, под чистым лунным светом, Лобо глянул на свою новую «фигурку». Вор, покрытый жуками, водорослями и инеем, абсолютно целый и здоровый (физически), мелко трясся, издавая звук сдувающейся волынки.

- Ну и наконец нужно обсохнуть! Терпеть не могу ржавчину! - Лобо дернул руль на себя, нацеливаясь на огромный желтый шар.

Перегрузка вжала глаза вора внутрь черепа. Байк свечкой ушел вверх, пробивая атмосферу и вырываясь в открытый космос. Курс - прямо на Солнце.

Температура начала расти в геометрической прогрессии. Вода, тина и остатки жуков на лице начальника испарились с шипением, похожим на взрыв парового котла. Следом за водой попыталась испариться и кожа. Штурман начал стремительно превращаться в хорошо прожаренный стейк, но Лобо не собирался терять декор.

Он перешел на зубодробительный спид-метал.

Магия гитары вступила в схватку с солнечной радиацией. Кожа вора чернела, лопалась и осыпалась пеплом, но каждый удар медиатора мгновенно наращивал новый слой розового, свежего эпидермиса.

Развернувшись по широкой дуге в солнечной короне, Лобо направил байк обратно к Земле.

Когда они вошли в тень планеты, Лобо глянул на свою «фигурку». Вор был абсолютно сухим. Он был красным, как вареный рак, от него шел легкий дымок и аппетитный запах барбекю, но он был цел и даже не моргал (потому что веки сгорели последними и только начали отрастать заново).

- Красота! - хохотнул Лобо, поправляя дымящуюся гитару.

Кларк летел над Готэмом. В ушах все еще стоял писк кардиомонитора из палаты. Лоис жива. Ребенок жив. Самый длинный день в его жизни наконец закончился.

Оставалось одно. Коммуникатор молчал, и это тревожило. Брюс должен был перехватить Джокера.

Супермен приземлился на крышу полицейского управления. Прожектора не было, небо было темным. Обычно здесь царила рабочая суета, но сегодня было тихо. Непривычно тихо.

Кларк вошел внутрь. Дежурный сержант, увидев его, побледнел и медленно опустил телефонную трубку. Взгляды остальных полицейских были тяжелыми, растерянными. Они расступались перед ним, но никто не сказал ни слова.

Супермен ускорил шаг.

В конце коридора стоял комиссар Гордон. Он выглядел постаревшим лет на десять за один вечер. Джим просто смотрел на закрытую дверь допросной номер один, не решаясь войти. Заметив Супермена, он молча отошел в сторону.

Кларк толкнул дверь.

Внутри, на металлическом столе, лежал Джокер.

Кларку не нужно было рентгеновское зрение, чтобы понять - он мертв. Голова неестественно повернута. Улыбка, застывшая на лице, больше не казалась угрожающей. Просто грим на остывающем трупе.

А рядом, на жестком стуле, сидел Бэтмен.

Без маски. Шлем лежал на столе перед ним. Брюс Уэйн сидел с идеально прямой спиной, положив руки на колени. На его запястьях были застегнуты наручники.

- Брюс...

Уэйн поднял взгляд. В его глазах было спокойствие. Холодное и абсолютное.

- Ты... - Кларк перевел взгляд на тело, потом снова на друга. - Ты убил его.

- Да, - коротко ответил Брюс.

- Но почему? Сейчас? Мы же победили. Лоис в безопасности, всё обошлось. Зачем?

- Я просчитал варианты, Кларк. Пока он дышит, он не остановится. Выбрав тебя и целый город своей целью, он перешел черту. Он бы пытался снова и снова, пока не заберет у тебя всё, и я не хочу видеть, к чему это приведет.

Брюс встал. Цепь наручников звякнула в тишине комнаты.

- Брюс, это убийство. Ты понимаешь, что это значит?

- Я знаю.

В дверях появились офицеры конвоя. Они мялись на пороге, боясь подойти к легенде. Брюс сам шагнул им навстречу.

- Закон един для всех, Кларк, - сказал он, останавливаясь на секунду рядом с Суперменом. - Я переступил черту. Я принял решение. Теперь я принимаю наказание.

Он кивнул в сторону трупа на столе.

- Поздравляю с сыном.

Кларк посмотрел на друга. В его горле стоял ком, но он нашел в себе силы ответить:

- Спасибо... за всё.

Супермен остался стоять в тесной комнате. Брюс сделал шаг к выходу, но шаги не успели стихнуть в коридоре.

Воздух в допросной вдруг завибрировал. Стаканы с водой на столе заплясали. Это был не вой сирен и не гул землетрясения. Это был нарастающий, тяжелый гитарный рифф, от которого начали лопаться лампочки.

Стена первой допросной просто взорвалась на куски. Кирпич, бетон и арматура брызнули внутрь шрапнелью. В клубах пыли и запахе серы, верхом на хромированном монстре, влетела адская конструкция. Упряжка горящих демонов, клацая зубами, затормозила когтями об бетонный пол, высекая искры. На передней вилке, выполняя роль живого талисмана, висел обледенелый, покрытый тиной и жуками начальник мастерской.

Лобо заглушил мотор, который рыкнул напоследок демоническим басом, и окинул взглядом присутствующих: труп Джокера, Бэтмена в наручниках и Супермена.

- С праздником вас! - гаркнул он, поправляя косуху.

В комнате повисла звенящая тишина.

Бэтмен медленно, очень медленно повернул голову к Супермену. В его взгляде, даже без маски и в наручниках, читался тяжелый, немой вопрос.

Супермен даже не моргнул. Он поднял руки на уровень груди и сделал короткий, вялый жест, имитирующий игру на гитаре. Дж-ж-ж.

И тут Брюс увидел его лицо.

Это было лицо человека, у которого просто кончился лимит на удивление. Глаза полуприкрыты, взгляд расфокусирован и направлен куда-то сквозь Брюса. Рот сжат в кривую, безразличную линию-черточку.

В этом выражении не было ни стыда, ни оправданий. Оно было пустым и плоским. Всё его лицо говорило лишь об одном: «Да, это демоны. Да, я помогал их приваривать. И если ты спросишь "почему", я просто улечу».

Это был взгляд существа, которое приняло идиотизм ситуации как неизбежное зло и решило просто плыть по течению.

Брови Брюса Уэйна поползли вверх. За двадцать лет борьбы с преступностью он видел многое, но такая реакция - смесь абсолютного пофигизма и молчаливого «отвали» - выбила Темного Рыцаря из колеи сильнее, чем само появление Лобо.

В коридоре, стряхивая штукатурку с пиджака, стоял Джим Гордон. Как офицер Готэма, он видел и более странные картины, а учитывая недавний демонический прорыв колесницей из ада, его было трудно удивить. Но вот человек на капоте привлек его внимание...

Брюс перевел взгляд с Лобо на Кларка, потом на свои наручники. И впервые за этот бесконечный, кошмарный вечер уголок его рта дрогнул в подобии улыбки.

Лобо заметил, что на труп на столе никто особо не претендует.

- Так, - байкер ткнул пальцем в остывающего Джокера. - Этот труп кому-нибудь нужен?

В комнате повисла тишина. Никто не сказал «нет», но само пространство кричало: «Уматывай».

- Отлично! - рявкнул Лобо. - Мне как раз нужны новые тормозные колодки. Старые, похоже, не работают.

Он выразительно посмотрел на пробитую стену позади байка, через которую влетел, а затем перевел тяжелый, явно не добрый взгляд на затылок своего «украшения» - вора Чака, висящего на передней вилке. Тот сжался, чувствуя, что его карьера в качестве запчасти подходит к бесславному концу.

Где-то в Преисподней:

Джокер стоял в очереди.

Очередь была бесконечной. Она тянулась через лавовые поля, огибала горы из черепов и уходила за серный горизонт. Клоун закатил глаза так сильно, что увидел свой собственный мозг. Скука. Смертная, адская скука.

Он похлопал себя по карманам фиолетового костюма.

- Где же динамит, когда он так нужен? - пробормотал он. Пусто.

Джокер пожал плечами, улыбнулся стоящему впереди грешнику и вежливо постучал его по плечу.

- Извините, мсье.

- А? - обернулся грешник.

- У вас спина горит.

Пока душа отвлеклась, Джокер ловким движением достал из рукава заточку, пырнул бедолагу под ребро и пинком отправил его в кипящую лаву сбоку от тропы.

- Упс.

Так продолжалось пару минут (или столетий, время здесь текло странно). «Извините» - тычок - бульк. «Пардон» - тычок - бульк.

Наконец, Джокер оказался у гигантских Черных Врат. Демон-регистратор лениво поднял голову.

- Фух, наконец-то! - выдохнул Клоун, поправляя галстук. - Боже, ну и очереди у вас, сервис просто отвратитель...

Договорить он не успел. Невидимая сила схватила его за шкирку и с громким звуком ЧПОК втянула обратно в небеса.

Джокер с судорожным вздохом сел на металлическом столе. Его глаза горели яростью.

- ДА ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ?! - заорал он, глядя на ошарашенных полицейских и героев. - Я стоял там целую вечность! Я почти добрался до жалобной книги! Какого черта?!

Кларк дернулся вперед - рефлекс героя «спасать всех». Бэтмен напрягся - рефлекс детектива «бить клоуна». Но оба замерли.

Это был Джокер. Он был жив... технически. Его кожа стала серой, глаза светились тусклым зеленым светом, но он не дышал. Нежить. И вмешиваться в то, что сейчас произойдет, им обоим хотелось меньше всего на свете.

Лобо не дал Клоуну времени на возмущения.

Байкер схватил Клоуна за ногу и рывком стащил со стола.

- Эй! Руки! Это кашемир! - возмутился Джокер, но тут же понял, что его тащат к байку. - О, какая милая колымага. Я буду за рулем?

Лобо подтащил его к своему байку, перевернул на живот и с циничной деловитостью запихнул под днище мотоцикла.

- Что мы делаем? Играем в прятки? - хихикнул Джокер, когда его руки и ноги намертво примотали к нижней части рамы цепями. Теперь он висел животом к асфальту, в позе летящего Супермена, только его лицо находилось всего в пяти сантиметрах от бетонного пола.

- Не дергайся, улыбашка. Это вместо зарядки.

С влажным хрустом Лобо вонзил артерию прямо между ягодичных холмов Джокера.

Тело Клоуна выгнуло дугой. Его глаза вспыхнули ядовито-зеленым огнем, а рот распахнулся в беззвучном крике экстаза и боли одновременно. Демоническая энергия, чистая некротика, хлынула из двигателя в тело нежити самым коротким и унизительным путем.

- О-о-о! - простонал Джокер, закатывая глаза и чувствуя прилив силы, идущий, буквально, изнутри.

Лобо выпрямился и посмотрел на ошарашенных героев, решив провести краткий курс механики.

- Всё просто, - пояснил он, вытирая руки. - Этот движок работает на адской энергии. А этот клоун теперь - нежить. Любая нежить при прямой подпитке из Ада регенерирует мгновенно.

Лобо уселся в седло и нажал на рычаг ручного тормоза.

Механизм под днищем сработал с лязгом. Тело Джокера резко опустилось вниз. Его нос и подбородок с противным скрежетом проехались по бетону участка.

ХР-Р-Р-Р-УСТЬ!

Кожу и хрящи стерло до кости за секунду. Но стоило Лобо отпустить тормоз, как зеленые молнии окутали лицо Клоуна, и мясо наросло обратно с тошнотворной скоростью.

- Тормозим лицом об асфальт, стираем рожу в ноль, движок качает энергию, рожа отрастает, чтобы стереться снова на следующем повороте! - довольно подытожил Лобо. - Бесконечный цикл, детка! Экологично и практично!

- АХАХАХА! ЭТО БЫЛО ЩЕКОТНО! ЕЩЕ! - заорал Джокер снизу, сплевывая куски собственной только что отросшей губы.

Лобо довольно кивнул. Теперь у него был навигатор на переднем колесе и безумный регенерирующий тормоз под днищем.

Байкер уже занес ногу над седлом, собираясь свалить, но вдруг замер, глядя на переднюю вилку своего мотоцикла. Там, стуча зубами и покрытый ледяной коркой из жуков, тины и сажи, все еще висел «штурман» - несчастный вор Чак.

- Ах да, чуть не забыл, - хмыкнул Лобо.

Одним небрежным движением он рванул цепи и швырнул окоченевшего вора на пол, прямо к ногам Гордона. Чак рухнул с глухим звуком мешка с мороженой рыбой, но тут же свернулся калачиком, мелко дрожа.

- Ладно, - бросил Лобо, вытирая перчатку о штаны. - Забирайте вот это обратно.

- В отличие от нежити, - Лобо кивнул на днище байка, откуда доносилось радостное бормотание Джокера, - этот слишком много ноет, плачет и постоянно испражняется под себя от страха. Только байк мне загаживает.

- АХАХА! СЛАБАК! - поддержал его Джокер, свисающий с рамы.

- Ну, бывайте, - Лобо подмигнул застывшему Бэтмену. - Не скучайте тут. И если этот Ушастый опять начнет хандрить - дайте ему пива.

Байкер дал по газам. Упряжка демонов рванула вперед. Байк с визгом, хохотом и скрежетом лица Джокера об вылетевший пролом в стене, оставляя за собой огненный след и вопли:

- ТОРМОЗИ! ТОРМОЗИ! Я ХОЧУ ПОЦЕЛОВАТЬ БОРДЮР!

Супермен и Бэтмен остались стоять в тишине разрушенного участка, пытаясь осознать, что только что произошло. С улицы доносился затихающий скрежет лица об асфальт и восторженные вопли: «ЛЕЖАЧИЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ! АТААААС!»

Пыль медленно оседала на плечи героев.

Комиссар Гордон тяжело вздохнул, перешагнул через скулящего на полу Чака, снял очки, протер их галстуком и надел обратно. Затем он подошел к столу, взял черный кевларовый шлем, который Брюс снял перед допросом, и взвесил его в руке.

Джим повернулся к Уэйну и молча протянул ему маску.

Гордон настойчиво ткнул шлемом в грудь Брюса.

- Надевай. Джокер больше не мертв. В рапорте я укажу это как побег.

- Джим, - Брюс покачал головой, его голос был тверд, как гранит. - Я остановил его сердце. Я переступил черту. То, что этот космический маньяк превратил его в запчасть, не отменяет моего реше...

Договорить он не успел.

Супермен, которому окончательно надоело слушать это самобичевание, решил взять инициативу в свои руки.

Красная вспышка - и шлем исчез из рук Гордона.

В следующую долю секунды Кларк с энтузиазмом, достойным лучшего применения, натянул маску на голову Брюса.

Проблема была в том, что надеть тугой тактический шлем на сопротивляющегося человека, да еще и на суперскорости - задача нетривиальная.

Брюс замер.

Маска сидела на нем... альтернативно. Одно острое ухо было загнуто внутрь, создавая на макушке странную шишку. Нос шлема съехал куда-то на скулу. Левый глаз Бэтмена смотрел в прорезь, а правый был плотно закрыт съехавшим кевларом. Нижняя часть маски застряла на губе, отчего рот Ужаса, Летящего на Крыльях Ночи, был перекошен в недовольной гримасе.

Брюс медленно повернул голову к Кларку, глядя на него одним доступным глазом.

- Жест, конечно, трогательный, - произнес он с фирменным сарказмом, который пробивался даже сквозь перекошенную челюсть. - Однако, с твоей супер-координацией, ты мог бы надеть её нормально.

Кларк лишь пожал плечами, снова изображая тот самый «покерфейс».