Камни Глубокой Бороны никогда не прекращали движения. Только Нелтарион оказался под её сводами, как он ощутил сотни проходов, что перемещались веками: с грохотом они сотрясались и менялись, пронизывая самые глубокие слои земной тверди. Где-то в этой бездне прятался Иридикрон, поджидая Нелтариона и остальных Аспектов. 
Гора зарычала, когда Хранитель Земли ступил в крепость. Её камни почуяли врага и не желали выдавать ни своих тайн, ни логова своего владыки. По следам Нелтариона шла Королева Драконов. Алекстраза встала по правое крыло от него, её взгляд скользил по пустоте внутри пещеры. Через устье внутрь проникал оранжевый свет с поля боя, подсвечивая острые сталактиты. Большую часть пространства скрывали тени, не позволяя осознать всю глубину. 

– Ты уверена, что должна пойти со мной? – вопрос Нелтариона прозвучал так тихо, что услышала только она. – Битва выиграна. Остаётся только поймать Иридикрона. 

Она обратила на него взгляд своих золотых глаз.

– Мы сильнее, когда едины. 
Другие Аспекты подошли ближе. 
– Я не брошу тебя в последний момент. 

– Как и я, – сказал Малигос, поморщив морду от сильного запаха сырости. – Я не позволю тебе отдать впустую свою жизнь, которую я только что так старался спасти. Нелтарион, бить вражеские ряды влоб, серьёзно? 

– Это сработало, – проворчал Нелтарион. 

– Только благодаря синих драконов, – Малигос щёлкнул хвостом. – Признаюсь, всего на миг я даже решил было не спасать тебя от твоего собственного геройства. 

— Ой, ну и кто бы тогда вёл тебя в подземелья Глубокой Бороны? —  спросил Нелтарион, выбирая определённые камни на земле, и раскаляя их пламенем.

Малигос фыркнул. 

— Может, кто-то, кто не торопится на тот свет.

Ухмыльнувшийся Нелтарион поднял раскалённый камень над своими рогами, освещая всё вокруг на три взмаха крыла. Остальные Аспекты поступили также. Алекстраза и Малигос воззвали к огню, Изера сотворила пару живых зелёных светлячков, а вокруг Ноздорму заплясали ленты яркого золотого песка. 

Каждый Аспект вёл с собою по десять лучших своих драконов. Только у Малигоса был ещё десяток для поддержания порталов, а у Нелатирона – под две сотни кузнецов чешуи. Как только Аспекты заняли долину, Хранитель Земли призвал Кальсию и её силы из Обсидиановой Цитадели. Черным драконам наказали укрепить тоннели резонирующими жилами элементия, отмечая передвижение Аспектов по крепости и помогая Нелтариону отыскать Каменную Чешую. 

Эгнион и его Обсидиановая Чешуя отправились вперёд – и как разведчики, и как авангард. Ещё Алекстраза попросила их найти и освободить тридцать одного пропавшего дракона, если это будет возможно. 

Остальные драконы сотворили себе источники света и последовали за Аспектами в пещеру, тревожно переглядываясь. Каждый толчок земли заставлял их вздрагивать. Только чёрная стая казалась спокойной: они приносили всё, что было полезно, строили передвижные кухни и высылали отряды разведчиков. Гарион и войска из Железной Чешуи и Земляного Оплота остались позади, чтобы охранять лагерь кузнецов, поскольку Левариан пал в битве. 

Нелтарион понимал, что позже он прочувствует горечь утраты командира стаи. Сейчас следовало сосредоточиться на том, чтобы эта сотня драконов выжила, пока они ищут Иридикрона. 

Нелтарион повернулся, чтобы обратиться к ним.

 – Прежде чем мы начнём, у всех есть с собой камни порталов от синей стаи? 
Драконы закивали. 
– Хорошо. Если попадёте в ловушку, они могут стать вашим единственным шансом спастись. 

— Надеюсь, что они вам не понадобятся, — добавил Малигос. — Но если что-то случится, то камень вернёт вас в наш лагерь на юге. У каждого камня есть только один заряд. Будьте мудры и не забывайте об этом.

Алекстраза вышла вперёд. Она наполнила пещеру мягким, успокаивающим рубиновым светом. 
– Каждый уже получил свои приказы. Давайте построимся и начнём спуск. Будьте храбрыми! Сегодняшней ночью стены Глубокой Бороны дрожат в последний раз. 

Нелтарион и чёрные драконы вышли вперёд и повели всех в тёмные глубины. Они спускались, а Хранитель Земли пристально следил за движением подземных лабиринтов. С каждым толчком каменные плиты Глубокой Бороны смещались вверх или вниз, а некоторые даже вращались, хотя Нелтарион не был уверен, что у Каменной Чешуи получилось бы достичь подобного мастерства. Тоннели двигались не хаотично, а по своим законам, иногда соединяя пещеры и проходы, а иногда формируя тупики. Казалось, что частота и сила толчков непредсказуемы, а самые большие плиты приходили в движение только когда содрогалась вся гора целиком.

Их путь извивался и петлял, уводя всё глубже, пока не вывел в огромную остроконечную пещеру.

– Невероятное место, – сказала Кальсия Нелтариону, изогнув шею, чтобы лучше всё осмотреть.

Большие, фосфоресцирующие зелёные кристаллы вырывались из стен, источая бледный свет. Колонны из камня высоко тянулись с потолка к полу, каждая в толщину – с переднюю лапу Нелтариона. Хранитель земли ощущал, что от этой пещеры тянутся сразу несколько дорог и тоннелей. Это настораживало. 

Кузнецы чешуи обозначили три точки на земле, погрузив когти в камень, чтобы измерить колебания и понять, откуда придёт следующий толчок. Картографы раскатали пергамент и сравнивали записи, чтобы описать развилку, к которой они пришли. 

Кальсия кивнула. 
– Как только Каменная Чешуя окажется в Хранилище Воплощений, я хочу вернуться сюда и всё изучить. Возможно, мы сможем улучшить его методы в своих целях. 

– Довольно примитивно в своём исполнении, – Нелтарион оглядывал пещеру на предмет опасности. Он указал на двух ближайших драконов Железной Чешуи и жестом велел им проверить всё вокруг. 

– Но я согласен, Иридикрон веками создавал эту крепость. Как мы не дадим ему свободно упорхнуть, так и он не обрушит её нам на головы. 

– Надеюсь, – сказала Кальсия, копаясь в нагрудной сумке с инструментами. – Было бы обидно потерять такое чудо.

Её неуёмное любопытство показалось Хранителю Земли очаровательным. Они стояли на пороге одного из самых опасных мест Азерота, а всё, что она хотела знать – как здесь всё работает. 

– Тогда будем надеяться, что это место уцелеет после нашей встречи с Каменной Чешуёй, – ответил Нелтарион. 

По пещере прокатилась дрожь. Драконы позади засуетились, когда на их чешую посыпались грязь и песок. Алекстраза смахнула с плеча камешки, а Ноздорму тряхнул головой, выпустив облачко песка. 

– Мы ждём следующий толчок! – крикнула Кальция кузнецам. – Если он будет сильнее, мы увидим больше. 

Нелтарион почуял запах палёной шерсти и плоти. Он раздул ноздри и повернул голову, но тени не двигались.

– Нет, — Аспект указал на кузнецов когтями. – Мы используем то, что узнали, и продолжим. Не нравится мне это место.

Не успел он договорить, как по пещере разнёсся боевой клич. Джарадины. Гиганты вырвались из ниш в потолке, сразу десять из них рухнули перед королевой драконов. 

Алекстраза взревела, ударила лапой по ближайшему врагу, отбрасывая его. Телохранители сомкнулись вокруг неё, а пол пещеры содрогнулся. Огромные, неуклюжие и неказистые элементали земли медленно поднялись на ноги. Их пустые туловища блестели как руда. 

– Назад! Королева Драконов – моя, – раздался голос, за которым последовали громоподобные шаги. 

Нелтарион мгновенно развернулся и зашипел, когда увидел Игиру, предводительницу Калаши. Она вырвалась из тоннеля, восседая на исполинском магмамонте. Каждый кусочек её груди и рук покрывали пылающие отметины – по количеству убитых ею драконов. Белые волосы Игиры резко выделялись на её кобальтовой коже. На плече воительницы лежал большой топор, покрытый кровью. 

Эхо криков разнеслось по тоннелям. В пламени магмамонтов тени джарадинов заплясали на стенах. 

– Защищайте свою королеву! – Нелтарион с рёвом бросился за предводительницей джарадинов. 

Ещё раз содрогнулся пол, заставляя пошатнуться даже Хранителя Земли. Игира пронеслась мимо. Аспект погрузил когти в пол. Между ним и остальными появилась трещина. Не успел Нелтарион остановиться, как ещё один удар подбросил его над остальными с той частью пещеры, где он стоял, почти на целый взмах крыльев. 
Алекстраза исчезла из виду. 

Игира с воем спешилась и ринулась в зияющий каменный проём, размахивая топором. Её магмамонт споткнулся и с визгом перевалился через край. 

Две каменные плиты прошли друг за другом, запечатывая Нелтариона в безмолвии и тишине.

– Алекстраза! – закричал Нелтарион, вскакивая на лапы. Он бросился вперёд, встал на дыбы, попробовал поднять камень, но тот не подчинился. 

– Алекстраза! 

Никто не ответил ему. 
Позади раздался взволнованный вздох. Это была Кальсия. Она стояла за спиной Аспекта и с дрожащей челюстью смотрела на каменную стену. Один из кузнецов приземлился рядом, локтем подтолкнув её в вопросе – всё ли в порядке. Кальсия сжала клыки и кивнула. 

– Какие будут приказы, мой Аспект? – дракон Железной Чешуи с поклоном подошёл к Нелтариону. Тот окинул взглядом свой небольшой отряд и оценил численность: семеро из Железной Чешуи, двое из Земляного Бастиона, пара кузнецов. Пока хватало. 
– Продолжим путь, – сказал Хранитель Земли, направляясь к одной из пещер. – Не сомневаюсь, что Каменная Чешуя провёл этот трюк, чтобы разделить нас, но это неважно. Королева Драконов – искусная воительница, а меньшим отрядом мы пойдём быстрее. В путь, отыщем логово Иридикрона. 

Алестраза зарычала, когда старейшина джарадинов перепрыгнула через головы защитников хранителей красного Аспекта. Воительница приземлилась на корточки и взглянула на драконью королеву глазами, полными ненависти. Рёв и крики эхом разносились по пещере: драконы и джарадины сцепились в бою. 

– Я тебя знаю, – Алекстраза смерила старейшину взглядом. – Игира Жестокая. 

– Точно, – Игира усмехнулась. Могучая женщина поднялась на ноги, облизнула губы. – Ты привела меньше драконов, чем я думала. Жаль. Моё племя жаждало славного развлечения.

– Жаждешь веселья? – спросила Алекстраза, а в пещеру ворвалось ещё больше джарадинов. Королева распахнула свои крылья, ударила передней лапой по земле, отчего чешуя её вспыхнула рубиновым светом. 

Опустив подбородок, она сказала: 

– Ты билась с нашей порослью, но не со взрослыми драконами. Разгромившие тебя в крепости Расколотой Чешуи были почти детьми. И они погнали тебя с земли твоих предков! Так на что ты надеешься, стоя перед Аспектом? Ты лишь крошка меж моих чешуек. 

– Ха! Умри под каменным небосводом! – Игира взревела, размахнувшись топором перед Королевой Драконов. На кромке зловещего лезвия блеснул слабый свет. 

– Это вряд ли, – Алекстраза показала клыки. 

Игира прыгнула на Алекстразу с оглушающим боевым воплем. Алекстраза уклонилась влево, прижимая крылья к спине. Великанша рухнула на одну ногу, развернулась, замахнулась топором, метнув его в голову красной драконицы. Лезвие со свистом рассекло воздух под мордой Аспекта. 

Не успела Игира собраться, Алекстраза боднула её головой в бок. Игира отшатнулась. Алекстраза надавила ещё, передними лапами она стиснула широкие мускулистые джарадинские плечи. Они обе с грохотом повалились на землю, проскользив по ней на несколько размахов крыла. Чешуя Алекстразы скрежетала по камню. 

Игира ударила Алекстразу в чувствительную точку на морде, от чего в глазах Королевы Драконов вспыхнули искры. Ошарашенная, она вскинула голову. Прежде, чем Алекстраза успела прийти в чувство, Игира вонзила маленький нож ей между пальцев. 

Алекстраза вскрикнула, отскакивая назад. Она сильно тряхнула правой лапой, чтобы отшвырнуть нож. Каменный пол оросила кровь. 

Старейшина поднялась, ухмыляясь. Вокруг них бушевала битва. Взмахом хвоста Малигос сшиб магмамонта и пятерых воинов-джарадинов. Изера призвала из камней длинные корни, что оплели и гигантов, и их зверей. Ноздорму дышал на них раскалённым песком, заставляя кричать от боли. Другие драконы встали по бокам и позади Аспектов, защищая их. 

Топор Игиры заскрежетал по камням, когда она подняла его с пола. 

– Я охотилась не только на молодых драконов, Алекстраза, – Игира говорила с презрением. – От моих рук пало много драконов из твоих стай, а теперь настал и твой черёд. Скоро я повешу твою голову над своим шатром... 

Рубиновая чешуя сверкнула в пронёсшихся над ними тенях и рухнула на старейшину. Молодой красный дракон с рёвом повалил Игиру на землю, зажимая её когтями. 

– Идите, моя королева! – раздался крик драконицы. – Мы сдержим джарадинов!

— Мы? — переспросила Алекстраза, узнав говорящую. — Лайластраза, ты что здесь делаешь?

Лайластраза не успела ответить, на неё набросилась другая полувеликанша, целя в голову своей огромной дубиной. Лайластраза с рёвом схватила дубину зубами и вырвала её из рук противницы. Отступив от Игиры, она ударила хвостом свою новую соперницу в бок, сбивая ту с ног.

Игира с трудом поднялась. Ударить молодого дракона она не успела: Алекстраза рванула вперёд, толкнув Игиру в грудь своим бронированным плечом. Старейшина отпрянула с яростным криком. Королева драконов набрала в грудь побольше воздуха, чуть задержала его, чтобы напитать пламя в своих лёгких, и извергла на Игиру поток багрового пламени. Это не убило бы её, но заставило бы убежать подальше от Алекстразы.

– Сиригоса освободила нас из заточения, – пояснила Лайластраза так быстро, что едва не проглотила последние слова. – С нами больше двадцати драконов! Позвольте нам сражаться! Позвольте биться с джарадинами, моя королева, и мы Вас не подведём.

– Вы не подведёте, – сказала Аспект под рычание Игиры. – Да будет так! Я оставлю свой эскорт сражаться вместе с вами. Да пребудут с вами Титаны.

– И с Вами, – сказала юная Лайластраза, с ухмылкой возвращаясь к Игире.

Алекстраза подняла себя в воздух, расправив крылья и взревела:

– Аспекты, за мной! Покончим с этим царством ужаса Иридикрона!

Нелтарион и его чёрные драконы спускались в бездну Глубокой Бороны, следуя к эпицентру подземных толчков. Тропа резко виляла, камни шевелились, земля уходила у них из-под лап, открывая слепые тоннели. За каждым боковым проходом могла поджидать целая армия элементалей. Затем в полу открылись вулканические трещины, источающие магму. Они пробивались через новые тоннели, цепляясь за камни в полной темноте, и сразились с исполинским элементалем земли, возникшим по воле Иридикрона.

Двое драконов Железной Чешуи получили ожоги: лавовые черви хотели утащить их в озеро магмы. Нелтарион отправил раненых в лагерь через портальные камни. Вскоре за ними последовала и Кальсия: упавшая каменная колонна раздробила ей правое крыло. 

Хранитель Земли не останавливался. Каждая триангуляция приближала чёрных драконов к логову Каменной Чешуи. Здесь, глубоко под корой планеты, землетрясения ощущались ярче. Естественно, Иридикрон знал о приближении Нелтариона. Казалось, вся крепость жаждала убить их. Один за другим спутники Нелтариона отступали в безопасное место со в страшных ранах. 

Самого дна Глубокой Бороны Нелтарион достиг уже сам. Вероятно, Каменная Чешуя желал именно этого. Толчки направляли его вперёд, потряхивая, как магнитом.

“Ты остался один”, — зашипел голос у него в голове. В этой бездне он звучал куда чётче. “Твои друзья ушли”, — сказал другой. “Тебе не победить Каменную Чешую одному”, — прошептал третий.

Нелтарион фыркнул.

Разве не он сам повёл драконов в эти глубины. Разве не он один выстоял, разве не ему суждено ворваться в логово Иридикрона, и встретиться с ним коготь против когтя. Воплощению не одолеть Аспекта, даже в обители собственных сил. Алекстраза  доказала это.

В конце тоннеля мерцал янтарный свет. Нелтарион ступил в огромную пещеру, превосходившую любые другие в Глубокой Бороне. Дно пещеры обрывалось в такую тёмную глубь, что у Нелтариона по чешуе пробежала дрожь. Стены тут пронизывали серые базальтовые столбы, нетронутые землетрясениями. С потолка свисали скопления огромных топазов, по которым плясали энергии стихий. Нелтариона поразила красота этого места.

Иридикрон стоял на большом плавающем острове, спиной к Нелтариону. Вокруг платформы в разных направлениях и с разной скоростью летели куски камней, воссоздавая сейсмическую энергию, что сотрясала гору.

– Не думал, что кто-либо из драконов увидит это место. Полагаю, это было предписано тебе судьбой, – сказал Иридикрон, не оборачиваясь. 

Нелтарион не ответил. Он опустил голову, напряг мышцы. Ждал нападения.

Каменная Чешуя мгновенно развернулся, чтобы встретить чёрного Аспекта. Его глаза сияли подобно кристаллам в пещере. Иридикрон широко раскрыл крылья, желая объять свою обитель.

– Скажи мне, Хранитель Земли, стоило ли продавать себя воле титанов?

– А почему не воспользоваться силой, которую предложили хранители? — Нелтарион внимательно смотрел на Иридикрона.

– Я спросил не об этом. Я спрашиваю, стоила ли эта сила бремени клятвы, возложенной на тебя подобным могуществом.

– Это не бремя, – Нелтарион шагнул к краю платформы. – А вот как раз ты сильно отягчал мне жизнь последние пять сотен лет.

– И всё же ты не ответил, – ответил Иридикрон, кивнув. – Поэтому полагаю, твой ответ – нет.

Нелтарион с рёвом сорвался с местом, одним махом перелетел всю пещеру. Он сел на острове в её центре, и столкнулся с Иридикроном. Наполненными огнём когтями Нелтарион ударил Воплощение в горло, оставив на его каменной чешуе глубокие шрамы.

Иридикрон сначала метил головой в подбородок Нелтариона, а потом ударил его плечом в грудь, заставляя отпрянуть – да так, что у Нелтариона из глаз посыпались искры.

Он глотнул воздуха и ощутил, что земля давит на него больше, чем должна была. 

– Тебе не победить, – пророкотал Иридикрон. Земная энергия всё ярче сияла из его хребта. – Не здесь, не в одиночестве.

– Твоё поражение было предрешено в тот момент, когда я ступил в пещеру.

Иридикрон со свистом опустил коготь крыла на пол, и вулканическая порода взорвалась. Нелтарион прорвался, направил груду камней прочь от себя, во все стороны. Аспект Земли ушёл влево, потом вправо, и вонзил когти в сверкающий разлом на груди Иридикрона. Тот зарычал, цепляясь за край платформы. Ярость Воплощения сотрясла всю гору.

Нелтарион продолжал наступать. Он вцепился клыками в крыло врага и вывихнул его, затем вывернул сустав двумя когтями. Иридикрон с шипением вырвался из пасти Нелтариона, оставляя свою кровь на его зубах. Каменная Чешуя воззвал к шоковой волне и погнал её по дну пещеры, желая отбросить Аспекта. Пещера опять задрожала, и даже топазы на потолке задребезжали над бездной.

Невидимая сила пригвоздила Нелтариона к земле, заставляя его пошатнуться на левый локоть. Аспект опёрся на передние лапы.

“Ты слаб”, — говорили голоса.

Нелтарион поднялся им на зло. Суставы его дрожали. Он был Хранителем Земли не первый век и привык к ощущению тяжести всего мира на своих плечах... но эта сила была воистину бременем, и бремя это росло. Его кости трещали, грозились сломаться. В глазах лопнули сосуды. Каждая мышца тела Аспекта дрожала от напряжения. 

И вновь Каменная Чешуя закивал, с любопытством наблюдая за своим врагом. 

– Никто не превзойдёт по силе сам Азерота, – тихо сказал он. Всё, что мог Нелтарион, просто смотреть на Воплощение. 

“Ложь”, – шипели голоса, – “Мы сильнее”.

Камни вокруг острова завертелись сильнее. Мощь, что давила на Хранителя Земли, усиливалась, опуская его на колени. Чёрный дракон выдохнул: удары сердца молотом гремели по черепу и в глаза, а тело молило о пощаде. 

“Воззови к нашей силе!” – требовал один из голосов. – “Или сгинешь во тьме”.

Каменная Чешуя медленно пошёл кругом вокруг Нелтариона. 

– Несмотря на силу, дарованную твоими хранителями, даже ты должен склониться перед стихиями. 

“Призови нас! Или твои друзья погибнут в этих пещерах”, – сказал другой голос.

– Я сотру тебя в пыль. Заточу твой род в этих пещерах навеки, чтобы доказать тебе, как глупо было следовать Порядку и боготворить твоих повелителей! 

“Давай!” — надавил третий голос. – “Сделай это или падёшь и будешь разбит”

Никто не сотрёт Нелтариона в пыль, он не проиграет такому жалкому существу, как Иридикрон. 

Хранитель Земли вложил всю свою боль в ревущий крик. Он закричал, закрывая глаза. В нём поднялась жуткая сила, которая затмила в пещере весь свет. Тьма наполнила дракона ужасающей, сокрушительной мощью, и в конце концов боль его растворилась в голосах. 

Нелтарион зарычал, поднимаясь на лапы, и открыл глаза. Его чешуя источала фиолетовое свечение. Он пошёл по острову земли, освещая тем цветом всю пещеру вокруг. 

Иридикрон распахнул глаза и отпрянул от Нелтариона. 

– Теперь ясно, – тихо сказал он. – Так вот как ты одолел Рашагет! Ты воззвал к этой тёмной силе, чтобы запечатать нашу сестру в камне. Это не магия титанов! Твоя королева знает, что ты служишь другим хозяевам? 

– У меня нет хозяев! – Нелтарион взревел. 

Он сказал те слова, а в разуме услышал чей-то смех. 

Хранитель Земли вцепился когтями в землю, наполняя камень своей тьмой. Парящие каменные острова начали сталкиваться между собой. Одним движением когтей он обрушил эти камни в бездну. Падая, они врезались в своды пещеры, в последний раз сотрясая их. Топазовые кристаллы лопнули, осыпав всё искрами, и осветив тьму вспышками жёлтого пламени.

Тяжесть, что давила на спину Нелтариона, исчезла.

– Я должен убить тебя после того, что ты видел, — сказал Нелтарион, пока шёл к Каменной Чешуе. – Но было бы глупо оставлять твой труп на изучение другим. Ты будешь спать в Хранилище Воплощений вместе с остальными. Алекстраза никогда не узнает о том, что здесь произошло.

Иридикрон зарычал, опустил голову, приготовился ударить приближавшегося Нелтариона. 

– Думаешь, что сможешь скрыть это от неё? Может, однажды она поймёт, что главной угрозой нашему роду были не изначальные драконы и не Воплощения, а тот самый дракон, что стоял по правое крыло от королевы!

– Я никогда не предам Алекстразу, – сказал Нелтарион, изогнув губу.

– Ты уже предал, – отрезал Иридикрон.

Нелтарион прыгнул на него, повалив на землю. Он направил тёмные силы в грудь Каменной Чешуи и схватил энергию земли, что таилась там, словно намереваясь вырвать из груди изначального его сердце. Иридикрон выл от боли, метался, пытался вырваться, но хватка Аспекта была крепче. 

Нелтарион склонил голову к нему и почти прошептал: 

– Подумать только... ты счёл себя равным мне. 

Иридикрон оскалился, но ответить не успел. Нелтарион сосредоточил волны тьмы прямо в его сердце. Синее пламя охватило грудь Каменной Чешуи. Оно пробивалось и через плоть из камня, и через трещины у хребта. Тьмы добралась до его глаз, когда Иридикрон закричал от боли и изогнул спину. Каждая клеточка его тела напряглась. 

А потом Иридикрон обмяк. 

Нелтарион прижимал его тело к земле, пока не исчезли все тени. Тяжело вздыхая, вздрагивая всем телом, он рухнул на землю, рядом с телом своего врага. 

В Глубокой Бороне наступила тишина. Землетрясения прекратились, стены пещер замерли. И всё же слова Иридикрона эхом отдавались в разуме Нелтариона. 

После долгих веков сражений последние языки пламени этой войны угасли во тьме и безмолвии. Нелтарион навсегда оставит правду погребённой здесь, в Глубокой Бороне. Он безмолвно поклялся себе, что в последний раз поддался голосам.

Это бремя правды он будет нести один. Алекстраза никогда ничего не узнает.