Ничто не предвещало беды, но простуда коварно напала из-за угла и одним точным ударом свалила меня с ног. Я лежала под одеялом в жалком состоянии. Голова была тяжёлой, как налитая свинцом тыква, а из носа не прекращался водопад, уничтожавший пачку салфеток меньше чем за час. И вот, в разгар моих мучений, явилась ЕвВа и уселась на кровать с преувеличенно-скорбной миной.

— Вот и что это такое? Кто тебе разрешал болеть, когда я пришла в гости? — Она тыльной стороной ладони потрогала мой лоб и драматично вздохнула.

— Все сейчас болеют.

— И что? А если все прыгнут с крыши, ты тоже прыгнешь?

— Это-то тут каким боком? — я нахмурилась, и это движение отозвалось тупой болью в висках.

— Никаким. — Она фыркнула и пожала плечами. — Рассмешить тебя пыталась. И давай, прекращай тереть нос, он у тебя и так красный, как у клоуна на параде!

— Ну конечно, пусть сопли текут прямо в рот, это же так вкусно, ещё может и полезно? — ехидно ответила я, с наслаждением представляя, как от моих слов у неё сводит скулы.

— М-да-а, тебе бы элексирчик от Мелины, сразу бы на ноги поставил. Заодно и капризничать перестала бы.

— А это кто? — гнусаво сказала я, бережно промокая нос: кожа уже болела, словно её протёрли наждачкой.

— Моя подружка, волшебница из Аркан’Тэля. О, идея! — ЕвВа вдруг встала и с таким видом, будто её осенила гениальная мысль, способная перевернуть мир, убежала на кухню. Хлопали и открывались дверца холодильника, шкафчиков и, наконец, что-то упало и разбилось.
— Оно само, если что! — крикнула она.

— Кто б мог подумать? — проворчала я себе под нос, но сил идти и разбираться совершенно не было, да и жить особо не хотелось.

ЕвВа вернулась с чашкой в руке, сияя от собственной изобретательности.

— Тебе же не нужна была та старая, некрасивая синяя кружка? — И, не дождавшись моего ответа, рассмеялась: — Ну я так и думала. Всё равно же на счастье! На, пей!

— Ты решила от меня избавиться? Что это? — настороженно спросила я и тут же удивлённо добавила: — Молоко?!

— С маслом и мёдом… и немножко магии. Я, конечно, не Мелина, но кое-что тоже умею. Пей! Хуже, точно не будет!

— А лучше? — скептически протянула я, с недоверием косясь на горячую чашку.

— Посмотрим.

— Звучит как-то неубедительно.

— Пей, говорю! А то не расскажу про Мелину! — она поднесла чашку к моему рту и, придерживая её за край, заставила сделать первый глоток. Было сладко и горячо, а ещё пахло варёной сгущенкой и чем-то неуловимо чужим, звёздным.

— Ну и? — она уставилась на меня с подозрительным ожиданием.

— Пока жива… — вредно протянула я и, заметив, как у ЕвВы загорелись глаза, быстро добавила:

— Вкусно! Спасибо, дорогая.

— Вот то-то же! — проворчала она, но уголки губ поползли вверх. — Отдыхай, а завтра я тебе расскажу про Мелину и её платье, которое не совсем то, чем кажется. И про Аркан’Тэль, и про Танароса. Ну, не всё сразу, наверное. Если, конечно, не забуду. Всё! Я ушла.

ЕвВа чмокнула меня в щёку и, слегка взмахнув крыльями, растворилась в воздухе. Я знала, что сейчас запахло озоном и сладковатым дымком. Знала, потому что нос всё ещё ничего не чувствовал. Я закуталась в одеяло и заснула.

Напиток подействовал — нос дышал, глаза перестали слезиться, и в целом самочувствие было в разы лучше. Всё следующее утро я порхала по квартире в предвкушении. И вот, заваривая очередную чашку чая, я почувствовала лёгкое движение воздуха за спиной.
Не успела я обернуться, как её голос прозвучал прямо у меня над ухом:
— Скучала? Готова слушать?

Прежде чем я успела что-то ответить, она уже обошла меня и забрала из рук чашку. «Эй! Придётся делать ещё один чай!» — мысленно возмутилась я. А потом ещё и вазочку с конфетами прихватила. Я обреченно вздохнула и покачала головой с нежностью глядя ей в след: «Что ж, чашка чая и двухдневный запас сладкого — не такая уж и большая плата за волшебство».

— Так вот, слушай. — Начала ЕвВа после того, как, забралась в своё любимое кресло и слопала пару конфет.

— Мелина из Аркан’Тэля — мира, где магия вплетена в саму ткань реальности. Там магия не просто существует — она пульсирует в жилах деревьев, переливается в крыльях птиц и шепчется на ветру. Её можно вдохнуть или... обжечься о неё пальцами.

— А в нашем мире тоже есть магия? — не удержавшись перебила я с нескрываемым волнением в голосе и ожиданием приобщиться к волшебству.

ЕвВа снисходительно улыбнулась и, умолкнув, задумчиво провела рукой по воздуху, оставляя за собой мерцающий след.

— Вы, люди, так увлечены погоней за фейерверками, что перестали замечать, как светятся звёзды. Вам подавай дешёвые фокусы, а не ту магию, что каждый день танцует у вас перед носом — в шепоте листьев, в дымке туманов, в биении сердца. Вы хотите лёгкой власти, а не… ну, хотя бы научиться видеть. Нет, той магии, о которой вы грезите, — тут нет. Есть другая и она повсюду, но у вас нет нужного... ключа. Представь океан, а у тебя в руках — ситечко, маленькое такое, для маленькой кружечки. Вот и всё. А мы, Вечные, умеем плавать.

— Но ведь потомственные колдуны, экстрасенсы, гадалки… — начала я.

— Фантики, — перебила ЕвВа. — Шарлатанов у вас — как песка в пустыне. А тех, кто верит в их бред… Ну, прости, но даже я иногда плачу над вашей наивностью. Вы так жаждете волшебства, что готовы поверить даже в подделку. А тем временем реальные чудеса — вот они. — Она ткнула пальцем в окно. — Но кому интересно смотреть на просто облака?

— М-да, а так приятно было примерять на себя роль колдуньи…

— В мечтах — да. — ЕвВа зевнула. — Но если б ты реально получила силу, то к третьему дню или взорвала бы полгорода, или сошла бы с ума от необходимости контролировать каждую мысль. Ваш вид и магия — как огонь и порох. Красиво, но… недолговечно! — Она развела руками.

— Хм, а что в нас тогда такого "интересного"? — с обидой в голосе спросила я.

— А то, что вы творите волшебство без магии! — Она смягчилась и улыбнулась. — Словом, кистью, музыкой вы научились касаться самых потаённых струн души, заставляя их плакать или петь от восторга! Это ли не волшебство? Вы — живое доказательство того, что дело совсем не в магии… — ЕвВа заглянула мне в лицо. — Ладно, хватит философии!

Она пересела ко мне на диван, и я ощутила исходящий от неё жар, её голос стал
вкрадчиво-тихим:

— Смотри... — щелчок пальцами и в воздухе вспыхнул призрачный силуэт Аркан'Тэля , будто кто-то вырезал кусок ночного неба и наполнил его мерцающей жизнью.

— Сейчас это ослепительный мир, — прошептала ЕвВа и её глаза отразили танцующие блики. — Представь, по утрам воздух искрится пузырьками чистой энергии. Я обожала их лопать! — она игриво щёлкнула пальцами. — На коже потом остаются какие-то светящиеся письмена. Жжётся, конечно... но зато какие узоры! Живые, дышащие, ещё и шепчут что-то на забытом языке... Правда, недолго.

— А потом, благоразумная Мелина вручила мне свой "волшебный" крем! — ЕвВа вдруг скривилась, будто откусила лимон, и картинка тут же растворилась в воздухе. — "Это опасно", говорит... "На тебе крем, немедленно намазывайся". А то, что пахнет эта мазь как смесь тухлых яиц, мокрой псины и.. в общем, гадость, так это же "ничего страшного, потерпишь"! Брр, даже вспоминать не хочу! Нет уж, лучше я не буду лопать пузырьки.

Я согласно кивнула, а она снова раскрыла ладонь и вызвала образ далёкого мира.

— Аркан’Тэль… — ЕвВа произнесла это слово так, будто оно было живым. — Когда-то его люди были смертными, как вы. Любили, ссорились, мечтали. Но магия… О, она дала им всё: победу над смертью, болезнями, даже временем.

Я замерла, представляя улицы Аркан’Тэля — сверкающие, словно сотканные из света, где никто не стареет.

— Вижу, ты уже влюблена в эту сказку, — ЕвВа склонила голову, и её улыбка стала насмешливой. — Но скажи, девочка, чем пахнет бессмертие?

Я смутилась, но решилась:

— Высокомерием?

— Ха! — её смех был как звон бокалов, лёгкий, но чуть ядовитый. — Слишком просто. Ещё?

— Безумие? Но Мелина, вроде… в порядке?

ЕвВа хмыкнула, поправляя прядь волос.

— О, Мелина будет в восторге от твоего комплимента. Нет, милая, бессмертие пахнет пустотой. У них больше не рождаются дети.

Я моргнула, пытаясь осмыслить.

— Как… совсем?

— Совсем. — Её голос стал тише. — Они заперли себя в вечности, где нет места новым сердцам. Мир не лопнул бы от их числа, но природа… она любит равновесие, даже в мире магии.

Я нахмурилась, чувствуя, как внутри что-то сжимается. Грусть? Жалость? Или просто шок?

— Они не предвидели этого?

ЕвВа пожала плечами и её крылья чуть дрогнули.

— Кто-то, может, и знал. Мелина говорит, были такие, что шептались об этом в тенях своих хрустальных башен. Но остановиться? Никто не захотел.

— И что теперь? — спросила я, не зная, жалеть их или восхищаться.

— А теперь, одни ищут, как вернуть утраченное. Другие стали… богами-садовниками, лелеют свой Аркан’Тэль, будто хрупкий цветок. Есть и те, кто просто пьют жизнь, как вино, — ЕвВа лукаво подмигнула. — Ну и конечно, куда же без Путешественников. На момент нашего знакомства Мелина относилась к первой категории, просиживая всё своё время над древними свитками и гримуарами.

— Но тут появилась ЕвВа и что-то пошло не так, — хмыкнув, вставила я.

Она коварно улыбнулась:
— Ты смотри, быстро догадалась. Мой напиток сделал тебя — умнее?!

И, предвидя мою реакцию, внезапно приложила ладонь к моим губам.

— Тихо! Не нервничай! Я ещё не всё рассказала, потом будешь буянить. Когда я уйду... Да, ты права, это я заразила Мели рассказами о путешествиях.

— А она у нас была уже? И как ей наш мир? А что у неё с платьем, почему оно не то, чем кажется? — не в силах сдержать любопытство, пробубнела я сквозь её ладонь.

ЕвВа рассмеялась.

— О, это история для другого вечера. — Она взмахнула крыльями и воздух вокруг задрожал, наполняясь электричеством. — Не всё сразу, моя искра.

Она чмокнула меня в лоб, поднялась и исчезла, оставив за собой шлейф танцующих огоньков. На этот раз я наконец почувствовала знакомый запах озона, сладковатого дымка и обещание новых тайн.

— Ну, как всегда, на самом интересном… — пробормотала я, но в голосе уже не было обиды. Было предвкушение. Пальцы сами потянулись к карандашу — мир Аркан'Тэля уже просился на бумагу.