Ночной проспект залит светом фонарей. Тишина опутала остров словно тенета какого-то гигантского паука, и казалось - Русский вымер. Где-то там впереди спит целый студенческий город федерального университета. Пока еще спит поселок Канал, даже не подозревая, какая насыщенная ночь ожидает его жителей.

Джулия послушно отщелкивает передачу вниз. Обороты мотора подкидывают стрелку тахометра к отсечке - задняя ось буксует, ее срывает в занос. Дан ловит длинный кузов рулем, пиная сцепление - Джулия изо всех сил старается зацепиться покрышками за дорожное полотно. Через секунду ей это удается - оставив черный росчерк парой шин на асфальте, 34-ая Скала выпрямляется и словно пуля стреляет вперед. Направо и прямо, съезд с проспекта, оставляя слева поворот на бухту Труда - кладбище кораблей. Мимо другого кладбища, Аякс - теперь уже людского. Дорога то взмывает вверх, перемахивая шапку сопки, то ныряет вниз - лента асфальта петляет меж двух зеленых стен.

- Ну неужели наконец-то будем кататься... - прошептала Джулия, не веря своему счастью.

- Будем, Стерва, будем, - пообещал Даниэль. - Я тебе даже резину свежую поставил, заметила?

- Ну надо же, он для меня хоть что-то купил... - ласково промурлыкала Джулия, а затем резко сменила тон на визгливый, срывающийся от негодования, да такой, что аж мотор завибрировал, норовя сорваться с подушек. - Где нормальные стойки? Второй год езжу на резаных пружинах. На голубой каябе!

Двигатель нервно рычал, стрелка тахометра истерически дергалась.

- Куплю тебе нормальные полноценные колы, потерпи чуть-чуть, - ответил Даниэль спокойно.

И это сработало. Джулия привыкла, что хозяин не бросает слов на ветер - стрелка тахометра успокоилась, обороты выровнялись. Слева показалась пара белых двухэтажек свежей постройки - начинался поселок Канал. Мимо торгового павильона, вниз по дуге, оканчивающейся тупиком и выездом на причал.

Слева жестяные заборы - за ними скрываются частные владения жителей Канала. Справа - каменистый берег. Прямо впереди, у самой кромки асфальта, вдоль канала - неподвижным, вытянутым черным силуэтом замер 105-ый Чайзер. Хозяин автомобиля - Хан - курит чуть поодаль, стоя на каменистом берегу и глядя на чернильную гладь залива. Здесь же, на правой стороне дороги, метрах в десяти от Чайзера - припарковался и синий Сотик Каспера. Сам Каспер, в неизменном пиджаке и модных зауженных джинсах, неспешно прогуливается вдоль дороги, иногда в углу его рта вспыхивает огонек сигареты. Ночь выдалась спокойная. Море лишь изредка подергивается мелкой рябью, словно легкими порывами ветерок играет с тканью платья. Пахнет солью.

На этой же стороне дороги, примерно в полусотне метров, напротив жестяного забора с номером дома "5/1, поселок Канал" - ядовито-красного цвета тридцатая Сайра Дока. Водительская дверца приоткрыта, негромко звучит музыка.

Даниэль затянул ручник, выбрался из ковша. Огляделся, подошел к Хану, молча обменялись рукопожатиями. Некоторое время глядели на черное стекло залива.

- Ты же бросать собрался, - напомнил Даниэль.

Хан посмотрел на сигарету, зажатую меж пальцев, снова затянулся.

- Докурю и брошу, - заверил он.

Даниэль оглянулся по сторонам.

- А где Кортес?

- В Америке, - хмуро сказал Хан, и выдержав паузу, дождавшись когда вся фраза будет осмыслена товарищем, добавил. - Ацтеков грабит.

- Тьфу, блин, - Даниэль отвернулся, плюнул на камни. - А наш?

Хан надсадно посмеялся.

- А хрен его знает, где он, - ответил вожак. - Я ему с утра звонил, сказал будет. Но вот полночь близится, а нашего все нет...

- Как бы вместо него погоны не подъехали, - заметил Даниэль.

- Братка, - Хан машинально выкинул бычок куда-то в сторону моря, потом опомнился, тихо выругался. - Вот чего ты атмосферу накаляешь? Кстати, как там поживает твоя дражайшая зазноба? Колись, по-любому ведь ездил к ней.

Даниэль что-то отвечал другу, но Джулия его не слышала. Ее внимание привлек спор Чейза и Сотика Каспера.

- Говорю тебе, - настойчиво повторял Марк2. - И на стоке черный карбоновый капот, не крашенный.

- Да фигня это все, - отмахивался Чейз.

- Ты молодой еще, жизни не знаешь, - раздражался Сотик, хотя и разница в возрасте у них была всего-то на пару лет. - А я сам видел.

- Чувак, Гэтэров с карбоновым капотом на стоке не бывает, это я тебе отвечаю, - парировал Чейз, со свойственным его молодости упрямством. - Это кто-то заколхозил. Ну ты хоть раз видел чтобы карбоновый капот по заводу...

Из-за бугра вынырнула пара ярких огней. Огни приближались и через мгновение превратились в приземистое спортивное купе. Белое, словно кто-то молока плеснул на кузов. По низу черный карбон губы с диффузорами, направляющими воздушные потоки к тормозам, турбинам и элементам подвески. Машина опиралась на асфальт дисками на 18 дюймов, обутыми в японские полуслики. А перед украшал черный, не крашеный карбоновый капот и английские буквы "ГТР" на радиаторной решетке.

Спорткар остановился в паре метрах от Сотика Каспера. Клацнула водительская дверца. На обочину вышла девушка - молодая брюнетка, в кроссовках, узких джинсах и свитере-лапше. Огляделась, увидела Хана с Даниэлем и решительно двинулась к ним.

- Привет, мальчики! - поздоровалась девушка. - Что, гонки здесь будут?

Хан смерил ее взглядом, потом посмотрел на белый Гэтэр, потом снова на брюнетку. Что-то за доли секунды взвесил, просчитал, сопоставил.

- Девочка, ты бы ехала отсюда, в кафе "мороженое", - посоветовал он.

Девушка смутилась. Даниэль рассмеялся.

- Ты на Хана не обращай внимания, он курить бросает, - посоветовал парень, глянул поверх ее головы на машину. - Это у тебя "в-спек"?

- Второй, - ответила девушка. - Н1.

- Слушай, это очень серьезная машина... - сказал Даниэль, направился к Гэтэру. - Подкапотку покажешь? Откуда он у тебя?

- Так, достался по случаю, - девушка кокетливо улыбнулась, отворила водительскую дверцу, полезла куда-то, дернула капот.

Даниэль поднял карбоновую крышку, подпер кочергой. Внутри скрывался намытый до блеска RB26DETT, тускло поблескивающий темно-синей клапанной крышкой.

- Ты сама откуда такая нарядная? - спросил парень, любуясь двигателем.

- Скаеводы знакомые позвали, - ответила девушка. - Я Пэрис.

- А я Даниэль, - ответил парень, в шутку протянул ей руку, продолжая глядеть на мотор. - Будем знакомы.

- Хорошо, Даниэль, - Пэрис улыбнулась, пожала протянутую ладонь.

Он почувствовал в своей руке тонкую, мягкую словно шелк женскую ладошку и невольно вздрогнул.

- Что случилось? - спросила девушка.

- Слышишь? - Даниэль приложил палец к губам. - Прислушайся.

Где-то вдалеке, за сопкой, дул низкочастотный бас выхлопа. Звук постепенно приближался, нарастал. Наконец гул взорвался стеной серединистого рыка, и на дороге появился матово-бордовый 35-ый ГТР. Хан тем временем подошел к ним, и теперь смотрел на приближающийся автомобиль.

- Ну теперь понятно, откуда поветрие принесло, - сказал он.

35-ый Гэтэр тем временем остановился точно за белым 34-ым собратом. Открылась правая дверь - машина явно покупалась не в автосалоне. На обочину вышла точеная фигурка, щеголяющая кудрявой русой гривой. В узких джинсах-скинни, маечка, поверх нее короткая кожаная куртка, на ремне с массивной металлической пряжкой. И положено в эту точеную фигурку труда и денег, чтобы вот так выглядеть в ее тридцать с чем-то лет...

- Кто же меня встречает? - спросила фигурка тягучим как мед контральто. - Где ковровая дорожка, где журналисты, где блики вспышек?

- Там на съезде с моста камеру повесили на той неделе, тебе на дом селфи пришлют, - сообщил Хан.

Русая кудрявая фигурка как-то сразу потеряла весь свой лоск, поникла.

- Муж ругаться будет... - сообщила она голосом, полным обреченной тоски.

- Хорошо ехала? - сочувственно спросил Даниэль.

- Сильно ругаться будет, - произнесла обладательница 35-ого Гэтэра.

- Привет, Домино, - Пэрис тем временем подалась вперед, поцеловала подругу в щеку.

Та ответила взаимностью.

- Ну что, мою девочку тут никто не обижает? - осведомилась Домино.

- Стоило догадаться, каким чумным поветрием новенькую принесло, - недовольно сказал Хан.

- Что с ним? - Домино недоуменно посмотрела на Даниэля.

- Курить бросает, - ответил парень.

- Аааааааа... - понимающие протянула Домино, легонько похлопала Хана по плечу. - Понимаю тебя, старичок. Я тоже полторы недели в месяц сама себе не принадлежу...

- Настя, твою мать, - Хан не нашелся что ответить.

Даниэль расхохотался.

Черный Чайзер, блестящий глянцем лака, норовящий слиться аэродинамической юбкой с асфальтом - замер, качнулся всем кузовом, взвыл мотором и принялся шлифовать задней осью асфальт. Надымив достаточно, взвизгнул передними тормозами, чуть подбросил вверх морду на мягких драговых стойках, прокатился метров двадцать, и остановился. Хрустнул трансмиссией, откатился назад - к линии старта.

Каспер закурил новую сигарету, вышел на середину дороги, посмотрел на Тойоту Хана, потом оглядел стоящий на соседней полосе матово-бордовый 35-ый Гэтэр. Поманил спортивное купе к себе жестом - Домино чуть подкатилась вперед, Каспер показал открытую ладонь, скрипнули тормоза, Гэтэр дернулся кузовом и замер как вкопанный. Каспер еще раз отмерил взглядом линию старта, показал левой рукой на Чайзер Хана, правой - на Гэтэр Домино, и резко бросил руки вниз.

Гэтэр взлетал со старта ровно, уверенно - Чайзер вскинул морду, передней осью вытащил задние колеса из букса и рванул вперед.

- Два кузова привезет, - уверенно сообщил Каспер, глядя вслед машинам. - Сколько такой Гэтэр стоит?

- Сейчас где-то в районе четырех мультов, - ответил Даниэль.

- Мля, надо будет хоть постоять рядом с ним, - сказал Каспер. - У меня гостинка стоит как половина этого Гэтэра...

- Да он все равно не едет никуда, - уверенно сказал Док. - Чтобы он поехал, в него еще один такой Гэтэр надо положить, в смысле, по деньгам. Я вон, в турбину картридж с металлическим валом вбросил, дунул, на стенде по краю детонации настроил...

- И как? - спросил Кортес.

- Ну, сейчас узнаем, - ответил Док.

Из-за холма вынырнул матово-бордовый кузов, украшенный ксеноновыми фарами.

- Две моих гостинки едут, - вздохнул Каспер. - Продам гостинку, куплю 35-ый Гэтэр распилом. И буду в нем жить.

Гэтэр поравнялся с линией старта, качнулся кузовом и замер. Домино выбралась из-за руля, прошлась вдоль машины.

- Настя, ну как? - повысив голос, спросил Каспер.

Домино молча помотала головой. Каспер повернулся к немногочисленным зрителям и развел руками. Стоящий рядом с Доком молодой человек принялся отлистывать купюры.

- Джейзет валит, - прокомментировал кто-то.

- Марки валят! - выкрикнули из толпы, конец фразы утонул в дружном хохоте.

Хан катился под уклон на холостых, охлаждая турбину. За ним также неспешно двигался Лаврик в 34-ом кузове - такой же черный, в потертом обвесе без передней губы и с полкой огромного антикрыла на багажнике.

- Кортес подъехал? - крикнул он из окна, не дожидаясь пока машина остановится.

Каспер молча показал на собравшихся. Супры Кортеса по-прежнему среди них видно не было. Хан затянул ручник, вылез и закурил. К нему подошел Даниэль.

- Дока ставь на старт, - сразу сказал вожак.

- Алмаз ему напихает, - предупредил тот, глядя на черный Лаурель, вставший позади машины Хана.

- Знаю, - сказал Хан. - А есть другие предложения?

- Давай меня поставим, - ответил Даниэль.

- Привезешь? - Хан затянулся, выдохнул дым.

- Привезу, я его машину знаю, - заверил друг.

Джулия выкатилась на старт. Черный Медалист встал рядом. Каспер отмерил по линии - автомобили встали ровно.

- Интересный заезд будет, моторы у них одинаковые, - сообщил Док.

- Братиш, ты машину облегчал? - выкрикнул с водительского места Алмаз.

- Запаску и домкрат из багажника вынул! - ответил Даниэль, повысив голос.

- Я тоже, - сообщил Алмаз.

Каспер поднял одну руку. Потянул обороты вверх черный Лаврик. Второй рукой указал на Джулию - Скай заурчал мотором, выбирая обороты до половины тахометра. Каспер резким коротким движением опустил руки.

Даниэль тронулся лишь скрипнув шинами, уверенно, четко. Сцепление до упора, вторая - хлопок откуда-то сзади, углами зажигания по зоне вакуума. Медалист Алмаза со старта ушел в пробуксовку, поднял завесу дыма, но быстро вышел на держак и повис у багажника синей Скалы. Дорога идет вверх и слегка изгибается вправо, освещения нет - не самая безопасная трасса для гонок.

На третьей передаче Медалист все-таки начал нагонять Джулию. Спидометр перебросил стрелку за отметку 180, синяя Скала пролетела мимо продуктового павильона, и Даниэль отпустил педаль газа. Первые 20 метров решили исход всего заезда. Понял это и Алмаз, черный Медалист поравнялся со Скаем. Дан помахал рукой сопернику, тот в ответ показал открытую ладонь.

Кортес подъехал на Канал аккурат после заезда Дока и Пэрис. Хан, до этого куривший и о чем-то вполголоса переговаривавшийся с Даниэлем - тотчас направился к аляпистой бордовой Супре.

- Вставай, - коротко приказал вожак.

- Привет, командир, а что так резко-то? - спросил Кортес.

- У тебя три литра, турбо по заводу? - строго спросил Хан.

- Ээээ, ну да, - Кортес мялся в нерешительности.

- Встал, - Хан указал на место старта.

Ровно туда, куда уже выруливал белый словно молоко, 34-ый Гэтэр Пэрис. Кортес утонул в глубоком сиденье-ковше, хлопнула дверца, Супра чуть проехала вперед и принялась разворачиваться.

- Я тебе говорил, у нее серьезная машина, - продолжал тем временем Даниэль. - Второй "ви спек", на стальных крыльчатках. Подожди, она еще и Кортесу привезет.

Хан чуть слышно выругался. Надо было догадаться, Домино сама по себе девочка не сложная, но и не простая - и подруги у нее должны быть такими же. Скажи мне кто твой друг... тут Хан не удержался и бросил взгляд на Даниэля. Если за тебя держатся такие люди - значит с тобой все нормально. В наше время надежных, достойных людей чертовски не хватает.

Пэрис ушла со старта словно ракета. Даниэль смотрел на удаляющуюся белую корму с четырьмя красными кругляшами, не скрывая восторга - конечно, клуб клубом, но болел он за Скай. Кортес на старте замешкался, и теперь Супра отчаянно пыталась догнать беглянку. Хан воспринял поражение стоически, не проронив ни слова. То, что это именно поражение - было понятно уже на первых метрах дистанции.

- Он по ходу клешней краба передачи переключает, - наконец изрек вожак.

- Забей, - посоветовал Дан. - У Кортеса с самого начала не было шансов. Гэтэр очень серьезная машина.

- Да, хотел же спросить, - вдруг вспомнил Хан. - Анастейша!

Домино о чем-то разговаривала с молодыми парнями, окружившими ее Гэтэр.

- Настя! - крикнул Хан. - Домино!

Домино наконец заметила, что ее зовут, протиснулась между столпившимися парнями и девушками, подошла к Хану.

- Ну что тебе, старичок?

- Рассказывай, - ответил тот. - Что за девочка? Откуда такая тачка?

- Девочка нормальная, - пожала плечиками Анастейша. - Тачка? Нууууу, как у всех.

- Даниэль говорит, тачка эксклюзив, таких моделей совсем немного было выпущено, - ответил Хан. - Колись. Откуда ты ее знаешь?

- Девушка одного из мужниных друзей, - ответила Домино, недоумевая. - На выставке познакомились. Оказалось, любит машины. Тачка... подарили, наверное. Хан, что за допросы по ночи? Ты дознавателем устроился на полставки?

Тут уже Анастейша не выдержала и рассмеялась. Хан только нахмурился.

- Не переживай, папка Хан, - Домино улыбнулась. - Сейчас надерет Пэрис вашего парня, и я с ней заеду. Интересно же, что за эксклюзивная машинка там... да, Даниэль?

Она подмигнула парню.

- Выкатывайся, - Даниэль приглашающим жестом указал на старт.

Домино в шутку отвесила книксен и направилась к своему Гэтэру. Хан был необычайно хмур и даже не смотрел в сторону машин.

- Братка, что случилось? - спросил Даниэль.

- А ты не видел? - ответил Хан. - Дока она отодрала, но это ладно, у Сайры кузовня тяжелая, на сток-турбине не едет ни черта. Но Кортеса... у него, если что, три литра и секвентал. И меха.

- Я тебе сразу сказал, надерет она Кортеса, - напомнил Даниэль. - Я про ее машину сразу все понял, едва увидел. Это тебе не простой 34-ый Гэтэр.

Хан не ответил, полез в карман за сигаретами. Друг внимательно наблюдал за ним. Тем временем на старт выкатилось молочно-белое спортивное купе, встало рядом с монстром Анастейши. Каспер отмерил линию старта, подровнял машины и дал старт. Сначала они наблюдали, как машины уходят в ночь, слушали симфонию моторов. Потом четыре пары красных кругляшей ушли вверх и скрылись за поворотом. А потом где-то вдалеке, справа и выше, лес озарили всполохи красно-синих огней.

- Твою мать... - чертыхнулся Хан.

Даниэль не сказал ни слова. Прошел к Джулии, сел за руль. Скала вырулила на трассу, поднялась по черной дуге асфальта наверх, ровно на 400 метров, и остановилась у торгового павильона с надписью "Продукты". За павильоном стояли две полицейские машины, черная Аристо и белая Креста. Креста освещала ночь переливами проблесковых маячков. У Аристы остановился молочно-белый 34-ый. Пэрис уже разворачивала ворох документов перед высокой брюнеткой в полицейской форме.

- Доброй ночи, - Даниэль вылез из машины, подошел, поздоровался. - Произошло чего, командир? Может свидетель нужен, или понятой?

Брюнетка удивленно выгнула тонкие черные брови.

- Все нормально, Даниэль, - сказала Пэрис. - Я выкарабкаюсь, не впервые.

- Гражданин водитель, а вы сами что делаете на острове в три ночи? - спросила брюнетка. - Проживаете здесь?

- Я? - переспросил Даниэль, тщательно прикидываясь валенком. - Кофе попить приехал, воздухом морским подышать. Оно, знаете, для здоровья полезно. Я же и курить бросил недавно.

Брюнетка покачала головой.

- Вы прямо образцовый водитель, я смотрю, - сказала она. - А если мы сейчас ваш капот поднимем? Что мы там найдем?

- Да ничего особенного, - небрежно ответил Дан. - РБ20ДЕ по заводу, полный сток.

Пэрис тщательно старалась сдерживать смех.

- Полный сток, серьезно? - уточнила брюнетка.

- Отец Тсучийя учил нарабатывать навыки ездой на атмосфере, - пожал плечами Даниэль.

- Вот как, - брюнетка держала в руке документы Пэрис, уже позабыв о них. - Тсучийя, значит. Я смотрю, у вас там тусовка собралась скилловая?

- Какие слова мы знаем, - Даниэль не смог удержаться и улыбнулся. - Лейтенант, а я вас раньше где-то видел?

Поначалу брюнетка явно растерялась, но быстро взяла себя в руки.

- Конечно видел, - сказала она отрывисто. - В краевом ГИБДД, на доске почета! Гражданин водитель, у вас что-то случилось?

- Никак нет, - ответил Даниэль.

- Тогда проезжайте, не мешайте работать, - ответила девушка.

Даниэль посмотрел на Пэрис, та улыбалась.

- Езжай, я выкарабкаюсь.

- Как скажешь, - Даниэль махнул ей на прощание рукой и прошел вперед метров 50.

У края проезжей части стоял 35ый Гэтэр. Домино сидела на капоте и со скучающим видом тыкала пальчиком в экран модного смартфона. Рядом припарковался большой черный внедорожник. Какие-то мужчины показывали корочки и что-то тщательно объясняли толстому сержанту. Муж Домино был очень уважаемым человеком.

- Анастейша, там за девочкой присмотри? - попросил Даниэль.

Домино улыбнулась, оторвала взгляд от смартфона.

- Не волнуйся, Дан, обижать не дадим.

Синяя Скала спустилась по дуге, прокатилась на холостых и замерла у кромки асфальта. Даниэль отстегнул ремни, распахнул дверу и выбрался на свежий, летний морской бриз. Хан встретил его хмурым взглядом и новой сигаретой.

- Погоны там, - коротко ответил на незаданный вопрос Даниэль.

На споте повисла тишина. Все отчетливо понимали, что веселье подошло к концу. Один за другим, зрители и участники нелегальных заездов начали разъезжаться.

- Ты мне одно скажи, братка, - попросил Хан, отстраненно глядя на залив.

- Что тебе сказать? - спросил Даниэль.

- Она знала? - как-то глухо произнес Хан, словно с силой проталкивая слова через глотку.

- Ты о чем? - уточнил Даниэль.

- О сегодняшних гонках, - пояснил Хан. - Она знала?

Его голосу вернулась прежняя твердость. В наступившей тишине вопрос прозвучал как раскат грома. Даниэль невольно обернулся по сторонам - Алмаз словно не слышал разговора, курил у своей машины; Каспер и Док смотрели на товарища по клубу.

- Знала, - коротко ответил Даниэль. - Я ей сказал.

Хан посмотрел на друга.

- Ты сам все сказал, братка, - произнес он и пошел к своему Чайзеру.