- Как ты?

Было раннее утро. Заливались многоголосым хором птицы, пригретые ласковым солнышком.

- Болит. Впереди, справа. Наверное, нижняя шаровая.

Вообще, он не имел привычки жаловаться. Он же самурай, в конце концов. Просто с Джулией как-то внезапно наладился близкий душевный контакт. Хотя раньше - они друг друга мягко говоря недолюбливали. А тут - стоило проехать боком в паре, и как-то все само завязалось...

- Не бойся, они все починят. Будешь как новенький, даже лучше, - она как могла, старалась ободрить своего друга и партнера по дрифту.

Застучали шаги по железным ступенькам - Даниэль и Стайер спускались сверху в ремзону.

- Да поставить шаровые от Бревиса, - рассуждал Даниэль. - там и шар больше, и по деньгам выйдет то на то...

- Угу, - задумчиво отвечал Стайер. - У знакомого пацана шаровая лопнула на 130 километрах, как живой остался сам не знает. Правда, у него было говно тайваньское. В любом случае, давай без экспериментов.

Всю неделю Даниэль почти не отходил от Карамельки. С утра - к ней, с термосом чая; лимон, имбирь - сама она ну не будет заваривать себе ничего подобного, считает, что проще накидаться таблеток и ждать, когда болезнь пройдет. В обед - снова к девушке, она, похоже, уже заметила, что он готов возиться с ней бесконечно - он, кстати, был совсем не против - поэтому приехать и накормить обедом стало обыденностью. А вечером - на ужин. В пятницу он привез с собой настольную игру "Монополия", они до часу ночи пили глинтвейн и сидели на кровати - играли, спорили, дурачились и смеялись. Потом она разрешила ему остаться на ночь, и даже выделила диван в гостиной. И он был счастлив. Ему бы и на холодном жестком полу вполне подошло - только если у ее ног.

В принципе, пациентка очень уверенно шла на поправку. Заслуга Даниэля в этом была очевидна. Нет, давить на нее он ни в коем случае не хотел, просто сегодня в обед заехал - купил пусть простенький, но все же букет роз, плитку ее любимого шоколада, и примчал по уже выученному адресу.

- Боже, какие красивые, - прошептала Карамелька восхищенно, взяв в руки букет.

- Вот, смотри, - он немного расправил обертку, показывая шоколад.

- Дан, ну ты что, - смущенно улыбнулась девушка. - Ты меня балуешь.

И в этом не было ни тени притворства, он глядел в ее глаза - в них бегали искорки, как у какой-нибудь восемнадцатилетней девчонки, которую еще не успели макнуть головой в реальную жизнь, со всеми ее подлостями и разочарованиями.

- Карамелька, я должен сказать тебе кое-что, - неуверенно, но все же начал он.

Она с улыбкой посмотрела на него. И в этот момент прозвенел дверной звонок.

- Подожди минутку, сейчас, - все также улыбаясь, с букетом в руках она отправилась открывать дверь.

- Подожди, я должен сказать, это очень важно, - Даниэль попытался взять ее за руку, удержать хотя бы на мгновение.

- Сейчас, потерпи немного, - она открыла дверь.

На вид ему было за сорок. Нет, он конечно следит за собой, старается ходить в зал - но возраст все равно не спрячешь. Характерный запасной подбородок, который он старается замаскировать щетиной, под рубашкой уже потихоньку проглядывает животик. Рубашка кстати явно не за восемьсот рублей. Как бы не за восемь тысяч.

- Ну, здравствуй, лапочка моя, - он вошел и протянул ей огромный букет алых роз, выполненный в форме сердца. Она взяла свободной рукой этот огромный веник, на фоне которого букет Даниэля выглядел весьма и весьма блекло. Вместо плитки шоколада - нежданный гость поставил на обувной шкафчик бутылку какого-то дико дорогого шампанского, сел на пуфик и принялся не спеша стягивать черные блестящие туфли. Тоже, наверное, неприлично дорогие.

- Вижу, ты уже идешь на поправку, это хорошо.

- Привет, Филипп, - сказала она, надо признать, совсем без тени улыбки.

Он наконец стянул туфли, выпрямился и оглядел присутствующих.

- А кто сей молодой человек?

- Это друг, - замявшись на мгновение, ответила Карамелька. - С работы.

"Друг" - молнией пронеслось у Даниэля в голове. Внутри что-то тяжелое плюхнулось в самый низ живота. Он глубоко вдохнул, и не сказав ни слова начал обуваться.

- А, друг значит, - он подозрительно посмотрел на Даниэля.

- Дан, ты мне что-то хотел сказать? - спросила Карамелька.

- А? - он на мгновение оторвался от своих кроссовок. - Да не, забудь. Неважно.

- Ну, друг уходит, это хорошо, - Филипп поднял свое туловище с пуфика, подошел к девушке, обнял ее.

- Меня вообще Даниэль зовут, - как бы между прочим сказал Дан, встал, выпрямился во весь рост.

Филипп оказался примерно на голову ниже. Толще - да, но страха его комплекция не внушала.

"Интересно, я его одним ударом свалю, или нет" - промелькнула в голове шальная мысль.

- Да без разницы, проваливай, - Филипп махнул рукой, другой прижал к себе Карамельку, держа девушку за талию. - У нас и без тебя забот хватает, правда?

Его рука скользнула куда-то ниже.

- Ай, Филипп, ты что делаешь? - пискнула Карамелька.

- Я все как надо делаю, - сказал Филипп. - Ты шубу шиншилловую хотела? Хотела. Я купил? Купил. Ну, теперь моя очередь хотеть.

Даниэль не говоря ни слова вышел из квартиры, с размаху захлопнув входную дверь. Не обернувшись даже на мгновение.

- Дан... - чуть слышно прошептала девушка.

***

Он бегом спустился по лестнице и выскочил из подъезда как ошпаренный. Машина приветливо квакнула сигнализацией. Действовал как на автопилоте - застегнуть ремень, сняться с ручника, воткнуть передачу. Стронуться, плавно, по чуть-чуть отпуская сцепление.

- Малыш, что случилось? - спросила обеспокоенно Джулия.

Он молчал. Мысли потревоженным роем жужжали в голове. Ну что, благородный рыцарь, поиграл в заботу о любимой девушке? С самого начала все знал, знал что так выйдет - на что надеялся?

- Малыш, поговори со мной, - робко просила Джулия.

Они поднимались к кольцу Первой речки. Тут как всегда небольшая пробка - в смысле, сейчас она относительно небольшая, а вот вечером... а не черт ли с вечером?

Темно-синий Скайлайн в 34-ом кузове летел вниз по Некрасовской.

- Ты мне можешь объяснить, что случилось? - поинтересовалась Джулия.

- Не твое дело, - огрызнулся Дан.

Скай пролетел под путепроводом и теперь двигался дальше, по Военному шоссе.

- В смысле, не мое? - удивилась Джулия.

- А ты мне кто, чтобы такими вещами интересоваться? - вновь огрызнулся Даниэль.

- Я... я... - Джулия запнулась, не в силах вот так с ходу найти ответ. - Ты вообще-то мой человек. Я переживаю за тебя.

Через педагогическое училище Скай выехал на кольцо Третьей рабочей и здесь наконец попал в плотный трафик. Здесь каждый кусочек асфальта напоминал о ней - вон спуск с Красного знамени, который стал для них разгонной прямой. Вот здесь, чуть не доехав до пит-стопа с фаст-фудом - она ставилась. Вот в эту дугу они заходили боком, передним колесом в дверцу - поднимая клубы дыма.

Помни, облака - делают дрифтеры...

Прострел по Жигуру. Впереди огромный сарай отъезжает от остановки - скорее всего, 54-ый маршрут. Темно-синий Скай прыгает на встречную полосу и с воем проносится мимо чадящего автобуса. Пассажиры постарше начинают дружно осуждать этого психа, пассажиры значительно моложе - молча завидуют.

- Дорогой, а мы зачем на Тёщин язык поехали? - растерянно спросила Джулия. - Тебе еще работать сегодня. Давай развернемся в сторону порта?

- Заглохни, - стиснув зубы огрызнулся Дан.

- Малыш, у тебя на работе проблемы будут... - пыталась образумить его Джулия.

- Ты заглохнешь, или нет?

Вот они, ворота разборки. Аккуратно проползти по грунтовке среди стеллажей с автозапчастями. В самом конце - серый бетонный бокс.

- Закатишь меня туда, и я реально заглохну, - предупредила Джулия. - Ты меня потом уже никогда не заведешь, обещаю.

Темно-синий Скайлан въехал в бокс, остановился рядом с белым Самураем. И тотчас мотор фыркнул и замолчал. Даниэль вылез из салона, хлопнул дверцей, пнул колесо и пошел прочь. Джулия чуть слышно всхлипнула.

- Что с ним? - насторожился Айсберг.

- Не знаю, - Джулия снова всхлипнула. - У него с твоей что-то не клеится. Никогда его таким раньше не видела...

Она снова всхлипнула. На лобовое брызнули капельки омывающей жидкости.

- Ну, не надо так, - попросил ее Айсберг. - Все образуется, ты же знаешь. Пусть немного отойдет. Отойдет и вернется к тебе, вот увидишь.

***

- Ну что, крошка, вот мы и остались одни, - Филипп прошел в гостиную, стянул с себя пиджак, небрежно бросил на диван. - Что это за друзья к тебе вдруг стали ходить?

- Я же сказала, с работы, - спокойно ответила Карамелька.

Она аккуратно обрезала стебли роз Даниэля наискосок, поставила букет в вазу.

- Ну, понятно, - сказал Филипп. - Я не хочу, чтобы ты водилась с кем попало. Давай я познакомлю тебя с женами моих друзей. У моей супруги и круг общения должен быть соответствующий.

Жен его друзей она помнила очень хорошо, хоть и видела всего один раз. Филипп повел ее на какое-то то ли открытие, то ли презентацию. Толпа напыщенных снобов, и их тупых клуш - примерно такое определение вертелось у нее на языке весь вечер. Все друг дружку демонстративно обожают, но при этом за спиной - говорят гадости. Прекрасный террариум. Всегда мечтала вращаться именно в такой компании.

Филипп подошел, взял за талию, губами прикоснулся к ее шелковой коже, при этом больно уколов щетиной.

- Ай, Филипп, ну неужели нельзя было побриться? - пискнула Карамелька.

- Пойдем... - прошептал он ей на ушко.

- Я не хочу, - сказала девушка.

- Я хочу, - ответил мужчина нетерпеливо.

- Филипп, я болею, у меня температура, - запротестовала Карамелька.

- К тебе тут шляется кто попало, устроила проходной двор! - Филипп взял ее за руку и дернул, потащил в сторону спальни.

- Ай, Филипп, мне больно, - пискнула девушка.

- Ничего, потерпишь, - сказал он. - Тебе еще сумку отрабатывать. Забыла?

***

Был теплый августовский день. На спортивной набережной как всегда - толпы народа, молодежь, влюбленные парочки, семьи с маленькими детьми. Яркое солнце, лотки с мороженым, в небольшом парке - аттракционы. Что еще нужно для полного счастья? Чтобы вон то быдло в палатках-шатрах с пивасом разогнали к чертовой матери, пожалуй. Нет, ребята в форме, не тех и не там вы гоняете, не тех...

На лотке с премилым пингвином он взял у мороженщицы огромный вафельный рожок с тремя шариками разных вкусов, маленькую пластиковую ложечку - и теперь неторопливо шел, высматривая местечко в тени. Здесь же, в кафе недалеко от входа в парк с аттракционами, он увидел молодого парня - в шляпе с узкими полями, полосатой футболке и зауженных джинсах. Парень сидел в тени огромного зонта и пил колу.

- Привет, Макс, - он хлопнулся в сиденье напротив, чуть не сломав его своим весом. - Ты я смотрю, сегодня на стиле?

- Как всегда, Ромыч, - Макс протянул руку, они обменялись рукопожатием.

- Ну, рассказывай, - сказал он. - Как обгонял? Как подрезал?

Макс рассмеялся.

- Как же я мог обгонять, товарищ полицейский инспектор дорожного регулирования, если у меня и прав-то нет? - ответил он.

- Ты им так и сказал? - уточнил Ромыч.

- Ну, более-менее, - сказал Макс. - Они сначала лютить пытались, но потом узнали что у меня прав вообще нет и никогда не было, как-то даже сбавили обороты. Штраф впаяли, задержали машину. Так-то я не сам за рулем был, меня подруга везла. Ну, чуть превысила, по неопытности бывает. А потом испугалась людей в форме, убежала...

Ромыч рассмеялся.

- Вованыч в теме?

- Конечно! - ответил Макс. - Мне кажется, они уже просекли, что мы все с одним адвокатом по судам ходим.

- А Каспер когда попадал? Месяц назад? Два? - спросил Ромыч.

- Каспер крассавчег, - ответил Макс. - Я, говорит, убегал потому что вспомнил лихие 90-ые и испугался. А номеров на машине не было, потому что я перед тем как испугаться заезжал на мойку, номера снял чтобы машину помыть, а прикрутить назад забыл.

- Вроде, больше ни у кого попадалава не было, не должны, - задумчиво сказал Ромыч, ковыряя ложечкой мороженое. - Как там Дзинтаро поживает? Лютует?

- По части гонок? - уточнил Макс. - Да вроде, не особо. Он больше по ментам гневался. Так-то у нас с Каспером были равные шансы. Был бы интересный заезд.

- Так-то да, - согласился Ромыч. - Слушай, Валет, накинь Дзинтаро такую тему. Чисто чтобы ни у кого непоняток не осталось - предлагаем затусить на ночь. Чуть резину пожечь, попить кофе, пообщаться, повеселиться, пошуметь, музыку послушать. Такой дружеский выездной ивент, на два клуба. Без негатива, чтобы все радовались. Нормально?

- Нормально, - Макс Валет согласно кивнул. - Только дай сначала машину со стоянки вытяну. А то вы будете пятаки крутить и на квотер заезжать, а я буду стоять в стороне и курить, как бедный родственник.

- Фигня вопрос, я тебе Чейза дам, - сказал Ромыч.

- Хан, уважил, базару нет, - кивнул Валет. - А сам-то на чем поедешь?

- У меня на повседневе Маджик на Узете, - ответил Хан. - Посажу на колы, уроню на пол, тапочки 18-ые, какой-нибудь полуслик держаковый на перед. Есть дрифт по бичу - а у меня будет дрифт по люксу. Не, нормальный же ход?

Макс рассмеялся.

- Я тему Дзинтаро подкину, - сказал он. - Там, думаю, он уже сам на тебя выйдет.

Прошло еще какое-то время. Хан стоял у бетонного ограждения, смотрел на море и ел очередную порцию мороженого. Время подходило ехать за сынишкой в детский сад - в принципе, наследника можно сегодня забрать пораньше, и перед тем как заезжать на работу за любимой супругой - закатиться к Стайеру. Пусть малыш привыкает к машинам. Тем более что правильную детскую толстовку с капюшоном и огромной восьмидесятой Супрой на груди - отец ему недавно привез из Китая. Но это все лирика, хоть и приятная, а голова по-прежнему серьезно занята другим.

Очень многое зависело теперь от Валета и его подачи. Хотелось надеяться, что посыл Хана Дзинтаро поймет правильно. Слишком уж затянулась холодная война двух клубов, иногда переходящая на горячую - кто-то должен положить ей конец. А Хан по жизни был человеком спокойным, неконфликтным, и потому казалось - роль миротворца ему вполне по плечу. Особенно учитывая авторитет в своей среде.

***

Она лежала, отвернувшись к стене, чувствовала, как слезки бегут по щекам одна за другой. Филипп только что вышел из душа и теперь одевался.

- Малышка, ну я поехал, - сказал он.

- Удачи, - произнесла она чуть слышно.

- Ты меня на прощание поцеловать не хочешь? - поинтересовался Филипп.

- Лучше не надо, а то еще заражу, - шмыгнула носиком Карамелька. - Не хватало еще тебе так же свалиться...

- Ну, да, тут ты права, - согласился Филипп. - Давай я приеду вечером?

Она молчала. Она не знала, что ответить.

- Ну ты что, обиделась? - спросил Филипп. - Ну что тебе купить? Помнишь, ты золотой браслет хотела?

- Филипп, не надо, пожалуйста, - она снова шмыгнула своим тоненьким чудесным носиком. - У меня температура поползла вверх, меня знобит. Я сейчас напьюсь таблеток и лягу спать.

- Ну, хорошо, - вздохнул Филипп. - Отдыхай, крошка.

***

Над сопкой висела плотная густая дымка тумана. Остов недостроенной многоэтажки тонул в сизом покрывале. На фуникулере в этот вечер было шумно. Парковку возле библиотеки оккупировали машины. Играла клубная музыка. Асфальт блестел от влаги.

По встречной приближался синий Форь. Алмаз решил не рисковать, затянул ручник, убедился что заднюю ось понесло и принялся подлавливать машину рулем - черный Лаурель влетел на кольцо со стороны проспекта Красоты, переложился с левого бока на правый и теперь неспешно скользил по дуге мимо тротуара, почти цепляя задним бампером бордюр.

- Красавец!

Один из зрителей показывал свежее видео на телефоне.

- В слоумоушн снял, - пояснял он.

- Отметь Алмаза, - просил кто-то.

Свежее видео в ту же секунду улетело в одну из популярных социальных сетей.

Даниэль стоял чуть поодаль, с бутылкой пива. Какой по счету - он уже не помнил. Слегка штормило, реальность перед глазами плыла. Пиво дарило ощущение легкости, все проблемы отступали на задний план.

- Здорово! - к нему подошел Кортес, заметил пивную бутылку в руке товарища. - Ты чего это, в клуб анонимных алкоголиков решил записаться?

Даниэль лениво повел взглядом в сторону, выхватил аляпистую Супру Кортеса на парковке. Краем заметил, как под рокот выхлопа с кольца уходит к библиотеке черный Лаврик Алмаза.

- Брат, реально, зря ты вот это все начал, - сказал Кортес.

- Отвали, - Даниэль лениво отмахнулся, глотнул пива. В принципе, можно залить еще пару литров, и двигаться домой.

- Дан, ну это неправильно, - продолжал парень. - Смотри, ну она просто офигевшая от хорошей жизни тупая звезда. Которая привыкла, что ей всё за красивые глаза с неба падает. Зачем так убиваться? Из-за нее? Да было бы из-за кого, из-за щели...

Даниэль продолжал пить, не обращая внимания на его слова.

- От нее же одни неприятности, - продолжал Кортес. - Хан со Стайером поцапались, Индра чуть мотор не положила, ты вот забухал.

Дан продолжал пить, теперь уже внимательно слушая своего собеседника.

- Ну сам посуди, - говорил парень. - Такие как она, они же ни ценить, ни любить не умеют. Только когда им плохо прибегают. Вот ты бы связался с ней - да она бы через неделю тебе рога поставила, с каким-нибудь богатым.

Даниэль швырнул бутылку в сторону, стекло громко зазвенело по тротуару. Следующим движением резко, с силой оттолкнул от себя Кортеса, тот отшатнулся но смог устоять на ногах.

- Ты че сказал? - грозно спросил Дан. - Сюда иди, на!

Потасовка привлекла внимание. Кто-то просто смотрел. Группа из нескольких человек обступила парней кольцом.

- Дан, ну ты чего? - по всему было видно, что Кортес напуган, он осторожно отступал назад шаг за шагом, от надвигающегося на него парня.

- Так, стоп! - между ними вклинился Алмаз, повернулся к Даниэлю, посмотрел на него снизу вверх. - Братка, ну что случилось? Расскажи мне.

Даниэль сделал вид что не слышал друга, шагнул вперед - Алмаз будучи на голову ниже ростом, локтями уперся в его грудь и не пускал.

- Братишка, на меня посмотри. Что случилось?

Громко пропиликал незамысловатую мелодию клаксон. Даниэль отвел взгляд от Кортеса. Вдоль тротуара плыл по мокрому асфальту на холостых молочно-белый 34-ый Гэтэр.

"Ви-спек", - отметил про себя Даниэль.

Машина подкатилась к кромке бордюра вплотную и замерла.

- Ну привет, герой, - из-за руля ему улыбалась Пэрис. - Садись.

Даниэль сперва нерешительно посмотрел на девушку. Потом на перепуганного Кортеса. Развернулся, не сказав ни слова обошел машину спереди и сел на пассажирское сиденье. Пэрис подоткнула передачу, и Гэтэр плавно стронулся с места.

- Что-то ты какой-то депрессивный сегодня, - заметила девушка, принюхалась, в притворном ужасе замахала ладошкой перед носом. - О, да от тебя выхлоп с утра пятерым опохмелиться...

- Немного расслабился, - пояснил Даниэль.

- А, понимаю, - сказала Пэрис. - Так не пойдет. Расслабляться нужно вот как сейчас, по влаге...

Скай спустился на Суханова, проехал мимо сквера, и вырулил на Фонтанную. Пэрис перекинула рычаг коробки на третью. Машина летела вниз к перекрестку, оглашая окрестности сытым рыком прямотока. Мимо краевого суда и прокуратуры. Короткий взгляд влево, на светофоры и Океанский проспект, вторая - чуть притормозить машину двигателем, направляя в створ узкого одностороннего проезда.

Площадь Семеновская в этот час уже пустует - автобусы разъехались по автопаркам. Пэрис втыкает передачу, широко открытый дроссель жадно глотает нагнетаемый турбинами воздух. Гэтэр вылетает на Алеутскую по дуге, безуспешно пытаясь зацепиться колесами за влажный асфальт, центробежная сила выносит автомобиль по внешнему радиусу к самому краю проезжей части. В последний момент девушка пинает сцепление, резина находит зацеп и Гэтэр под визг покрышек уходит через перекрёсток на Семеновскую.

- Куда едем? - спросила Пэрис.

- На Эгер, - ответил Даниэль.

- Может, по центру навалим? - предложила Пэрис. - Погода дивная...

Дан смотрел на черный глянец асфальта перед капотом, блестящий в свете уличных фонарей. Внезапно навалилась усталость. Хотелось закрыть глаза и забыться.

- Давай лучше домой, - попросил он.

- Как пожелаешь... - Пэрис загадочно улыбнулась.

Молочно-белый Гэтэр миновал синюю Плазу и свернул с Океанского проспекта вниз на Фонтанную.